До первого шага

Они стояли друг напротив друга, и в этом было что-то напрягающее. Слишком тихо было вокруг для метро, слишком много пустоты между двумя людьми, которые не должны были встретиться вот так. Особенно когда парень спешил. Эллиот не двигался. Он смотрел на Мафиозо широко раскрытыми глазами, в которых смешались страх и попытка держаться. Он сразу его узнал. Эта строгая стойка, федора с кроликом, всё что он видел на нём тогда в переулке. По телу будто прошлись тысячи ледяных мурашек что несли холодок под кожу. Тот самый холод под кожей, который нельзя объяснить. Мафиозо держался иначе. Ровно. Спокойно. Взгляд внимательный, изучающий, без угрозы, но и без мягкости. Он уже решил, что скажет. Подобрал слова — не для толпы, не для подчинённых, а именно для него. — Ты выглядишь хуже, чем утром, — начал он, слегка понизив голос. Но в этот момент всё пошло не так. Движение сбоку. Быстрое, почти незаметное. Мафиозо уловил его краем зрения и резко повернул голову. — Стой— Он не успел. Удар был точным и сухим. Эллиот даже не успел осознать, что происходит: тело дёрнулось и тут же обмякло, будто из него резко вытащили батарейки что всё время держали его аккумулятор в норме. Пакет выпал из рук и ударился о пол, звук показался оглушающе громким. Мафиозо сделал шаг вперёд. — Я не приказывал, — сказал он холодно. Солдат, стоявший за Эллиотом, замер. Он всё понял слишком поздно. Мафиозо подошёл вплотную, глядя не на подчинённого — на бессознательное тело на полу. — Никогда, — продолжил он тише, — не решай за меня. Он резко развернулся. — Забрать его. Аккуратно. И ты, — его взгляд вернулся к солдату, — после этого — ко мне. Немедленно. Эллиота увели быстро, почти бесшумно. Метро будто снова наполнилось звуками, движением, чужими жизнями после того как они ушли. Как будто ничего не произошло. Мафиозо остался стоять на месте ещё секунду. Он так и не успел сказать то, что собирался.

***

Эллиот пришёл в себя не сразу. Сначала было ощущение мягкой поверхности под спиной и странной тишины. Не той, что давит, а аккуратной, почти стерильной, будто только после сна. Потом — запах: кофе, лёгкий, тёплый, совершенно неуместный. Он открыл глаза медленно, моргнул, пытаясь сфокусироваться. Комната была незнакомой. Небольшой кабинет, приглушённый свет, стол, кресло, небольшой диванчик на котором он проснулся. Никаких цепей. Никаких людей по углам. Мафиозо сидел неподалёку в, видимо, своём кресле. Без пиджака, с закатанными рукавами рубашки, чашка кофе стояла рядом с его рукой. Он не смотрел в упор — скорее ждал, когда Эллиот окончательно очнётся. — Не дёргайся, — сказал он спокойно. — Ты в отключке был минут тридцать. Ничего критичного. Голос был ровным. Почти тем же, что и утром в парке. Эллиот медленно сел, огляделся. В голове гудело, но паники не было — только напряжение, тугое, как натянутая струна. — Где я?.. — спросил он хрипло. — В безопасном месте, — ответил Мафиозо. — По крайней мере, пока мы разговариваем. Он сделал глоток кофе и отставил чашку. — Сразу скажу, — продолжил он, — если бы я хотел тебя сломать, мы бы сейчас не сидели вот так. Мафиозо чуть наклонился вперёд, положив локти на стол. — Мне не нужен твой страх, Эллиот. Он бесполезен. Мне нужна честность. Он смотрел внимательно, но без нажима. Ни угроз. Ни повышенного тона. — Ты видел то, чего видеть не должен. Ты правильно сделал, что молчал. И я хочу понять одно. Он сделал небольшую паузу. — Почему? Вопрос прозвучал почти мягко. Почти так же, как «Работа?» утром на скамейке. Мафиозо ждал ответа, не перебивая, не торопя. И именно это пугало сильнее всего. Мафиозо не торопил. Он дал Эллиоту время — ровно столько, сколько нужно, чтобы страх перестал быть паникой и стал словами. — Я знал, что вы придёте… — наконец сказал Эллиот. Голос был тихим, но ровным. Мафиозо чуть приподнял бровь, но не перебил. — Не сразу, — продолжил Эллиот. — Не в тот же день. Но… такие вещи не остаются просто так. Я это знал. Он сжал пальцы, потом разжал, будто проверяя, слушаются ли они. — Я не пошёл в полицию. Не потому что я… за вас или что-то такое. Я просто не хотел, чтобы это коснулось моего отца. Или сестры. Он сделал паузу. — Если бы я открыл рот, это бы коснулось сначала их. Не меня. Мафиозо смотрел внимательно. Не оценивающе — взвешивающе. — Ты думаешь, мы трогаем семьи просто так? — спросил он спокойно. — Я думаю, — честно ответил Эллиот, — что когда кто-то говорит лишнего, сначала давят через родных и семью. Так сказать с самого больного… Ответ был неумным. Не дерзким. Не заученным. Именно поэтому он был правильным. Мафиозо откинулся на спинку кресла. — Значит, ты решил молчать и ждать, — сказал он. — Даже понимая, что тебя могут найти. — Да. — И не пытался сбежать. Эллиот помолчал немного, собираясь с мыслями что бы правильно сказать. — Я знал что от вас не сбежать, — Эллиот поднял взгляд. — В новостях и не только в них то и дело говорили что свидетели такого пропадали… куда бы они не уходили. Вы бы в любом случае нашли бы меня, это был лишь вопрос времени. И я это понимал… Тишина растянулась. Мафиозо смотрел на него долго — так, как смотрят на людей, которые сами ещё не понимают, что уже сделали выбор. — Знаешь, — сказал он наконец, — большинство на твоём месте либо бегут, либо начинают врать. Он чуть усмехнулся. — Ты сделал ни то ни другое. Мафиозо встал, прошёлся по кабинету и остановился у окна. — Тебе ничего не угрожает, Эллиот, — произнёс он, не оборачиваясь. — Если бы угрожало — ты бы сейчас не разговаривал. Эллиот выдохнул — не шумно, но заметно. — Тогда зачем я здесь? Мафиозо повернулся. — Потому что ты видел меня. Он сделал небольшую паузу. — И потому что я хочу, чтобы ты продолжал делать то же, что и раньше. — Молчать? — осторожно спросил Эллиот. — Жить, — поправил он. — Работать. Думать о сестре. Пить чай на подоконнике. Он посмотрел прямо в глаза Эллиоту. — И не считать себя уже мёртвым. Это было сказано спокойно. Почти мягко. Но это не отменяет того факта что они уже всё о нём знают. — Ты мне не враг, — добавил Мафиозо. — И не проблема. Тот снова ненадолго замолчал. — Пока что не проблема. В понимании парня начался складываться небольшой пазл того, почему его отпустили. Его не помиловали, нет. Он заслужил эту свободу своим молчанием. Эллиот посмотрел на дверь. Долго. Так, будто она была единственным якорем в комнате. — Можно… — он запнулся, потом всё же договорил, — можно, чтобы вы отвезли меня туда, откуда меня забрали? Мафиозо медленно повернул голову. — Зачем? — спросил он без нажима. Эллиот не стал юлить. — Я не хочу знать, где вы находитесь, — сказал он тихо. — Если я не буду знать дорогу — я не смогу никому её рассказать. Даже случайно. На секунду в кабинете повисла странная пауза. А потом Мафиозо усмехнулся. Не зло — скорее удивлённо. — Ты серьёзно сейчас просишь меня об этом? — уточнил он. Эллиот кивнул. В этом жесте не было ни вызова, ни хитрости. Только усталость и желание закрыть ещё одну лазейку для беды. Мафиозо покачал головой и коротко хмыкнул. — Забавно, — сказал он. Он поднялся из-за стола, подошёл ближе и остановился, внимательно глядя на Эллиота. — Расслабься. Ты мне не враг, — произнёс он спокойно. — И даже если бы ты знал дорогу, это ничего бы не изменило. Мафиозо махнул рукой в сторону двери. — Пойдём. Их путь был коротким. Коридоры, лифт, ещё одна дверь — Эллиот шёл рядом, молча, стараясь не запоминать детали. Он и правда не смотрел по сторонам. Возможно из-за страха, возможно из-за своего желания. Кто его знает? У ворот Мафиозо остановился и кивнул одному из людей. Тот протянул знакомый пакет. Эллиот взял его машинально и только тогда понял, что сжимал кулаки всё это время. — Ты что-то потерял, — сказал Мафиозо, передавая пакет уже сам. — Было бы некрасиво не вернуть. — Спасибо, — выдохнул Эллиот. — За… всё. Мафиозо открыл ворота и сделал шаг в сторону, освобождая проход. — Иди, Эллиот, — сказал он. — Живи своей жизнью. Он задержал взгляд на нём на секунду дольше, чем требовалось. — И постарайся больше не оказываться там, где тебе быть не положено. Эллиот кивнул и вышел. Ворота за спиной закрылись тихо, без показного лязга. Мафиозо остался стоять на месте, глядя в пустоту перед собой. Парень ушёл — целый, живой, с пакетом сладостей для сестры. И почему-то это казалось правильным.