Сюрпрайз: мы встречаемся!

Ложь получилась сама собой. После нескольких месяцев, когда ему приходилось придумывать отмазки, Юнги просто всё осточертело. Ну и что, что все его друзья в счастливых и здоровых отношениях? Они почему-то хотят для него того же. Юнги же не заинтересован в том, чтобы с кем-то встречаться. — Ну, хён, — хнычет Чимин, который сидит напротив Юнги, и при этом висит на плече Тэхёна. — Всего одно свидание. Я тебе точно говорю: этот парень в твоём вкусе. Юнги фыркает. Как будто Чимин знает, какой у Юнги вкус. — Мне это не интересно, — бормочет он себе под нос, кажется, уже в сотый раз. Вообще-то предполагалось, что они просто потусуются вместе, поделятся новостями за ужином, но всё это превратилось в очередной сеанс подставы. Он думал, что он вне опасности, поскольку троица сегодня не должна была присутствовать, но, оказалось, он был не прав. Юнги потягивает пиво, надеясь, вопреки всему, что Чимин просто отстанет. Но с Чимином это никогда не прокатывает. — Если ты стесняешься, мы можем устроить двойное свидание, — настаивает Чимин. — Тэхён и я, оба знаем Субина. Не будет неловкости. От слова совсем. — Он милый парень. И супер высокий! — Добавляет Тэхён, словно бы эта деталь должна оказаться решающей для Юнги. Юнги закатывает глаза. — Этот разговор уже полон неловкости — бормочет он. Чимин дует губы, берёт ещё одно куриное крылышко и откусывает от него. — Что тебя останавливает? — Подначивает он Юнги. — Ты умён, трудолюбив, заботлив и, этого никто не сможет отрицать, — привлекателен. Почему ты даже не попробуешь? — Я не смогу этого отрицать: Юнги-хён — горяч — подхватывает Тэхён. Ох уж этот Тэхён. Постоянно поддакивает Чимину. Самопровозглашённые соулы снова ведут себя более доставуче, чем Юнги хотелось бы. — Нет. Юнги отказывается сдавать позиции, но уже ощущает, как эти двое продолжат на него давить. Чимин цокает языком и качает головой. — «Нет» больше не принимается, — предупреждает он Юнги. — В субботу вечером, в семь часов. Встречаемся в «Эйфории». Просто пропустим по стаканчику. Ничего официального. Всё на чилле, на расслабоне. — Это у Чонгука-то в баре на чилле, на расслабоне? — Поднимает бровь Юнги. Это звучит как ловушка. Чимин и Тэхён обещают двойное свидание, да ещё и в «Эйфории». Значит, там по определению будут Намджун и Сокджин. Юнги явно нужен солидный довод, чтобы отмазаться от этого, и ему приходит в голову идея. — А что, если я скажу, что я не могу? Чимин вздыхает, продолжая обгладывать куриное крылышко. — Тогда мы выберем другой день, но ты не выкрутишься на этот раз. — Нет, я имею в виду, что, если у меня есть кое-кто? — Слова сами вырываются из его рта, и он не успевает продумать всё, как следует. Куриное крылышко выскальзывает из пальцев Чимина, падая на его брюки. — Чёрт! — произносит он, пытаясь подцепить его и вытереть соус, который размазывается по его штанам. Тэхён смотрит на Юнги в изумлении, как будто у того выросла вторая голова. — Правда, хён? Почему ты не рассказывал? — Потому что это не зря называют личной жизнью — ворчит Юнги, уставившись на курицу, чтобы избежать пристального зрительного контакта с этой парочкой. — Ну уж нет, — говорит Чимин. — Так легко тебе не отделаться. Когда всё началось? Как его зовут? Где вы встретились? И когда мы познакомимся с ним? Чёрт. Какой там секрет успешной лжи? Придерживаться как можно ближе реальности? И вот таким образом, лишь одно имя приходит на ум. — Это всё началось недавно. Хосок. В летнем лагере, когда мне было шесть. И никогда — отвечает на вопросы Чимина Юнги. — Никогда? — Нижняя губа Тэхёна начинает дрожать и Юнги, может, и хотел бы посмеяться над излишне эмоциональной реакцией, но, на самом деле, младший выглядит слишком мило. — Почему мы не можем встретиться с ним? — Он далеко живёт — отвечает Юнги правдиво. Если честно, он не знает, где Хосок живёт сейчас. Они перестали общаться, когда поступили в универ. Юнги переехал в Сеул, а Хосок уехал за границу. Жизнь просто развела их. Больше они не проводили всё лето вместе, и их единственным общением были электронные письма и сообщения. Они отдалились. Дерьмо случается. — Хосок? — Чимин поднимает бровь. — Твой друг детства? Тот, которого ты не видел сто лет? Чёрт бы побрал любопытство Чимина и его способность помнить даже мелочи, если это касается его друзей. — Ну, несколько месяцев назад мы снова начали общаться, списываться. Ничего особенного. — Это особенное — торжественно кивает головой Тэхён. — Это очень даже особенное. Я так рад за тебя, Юнги-хён! В то время, как Тэхён абсолютно купился на это враньё, Чимин кажется настороженным. — И теперь вы встречаетесь? Юнги пожимает плечами, прежде чем осушить остатки своего пива. — Может быть, ещё нет, но я думаю, к этому идёт. Сейчас всё выглядит так, будто бы он принимает желаемое за действительное, но кому от этого плохо? Хосок никогда не нарисуется и не опровергнет его слова. — Хорошо, — сдаётся Чимин. — Мы скажем Субину, что суббота отменяется. Поздравляю, и удачи, хён! Чимин поднимает свой бокал, прежде чем допить своё пиво. Этот вопрос, кажется, полностью исчерпан. Юнги, с одной стороны, испытывает облегчение, но с другой, его немного щекочет вина. Хосок когда-то был его лучшим другом, но Юнги давным-давно его не вспоминал. Юнги не уверен, что он узнает Хосока, если тот пройдёт мимо него на улице. Да и, в принципе, что с этого? Они никогда больше не пересекутся и, возможно, именно это и заставляет Юнги сейчас грустить по-настоящему. Друзья Юнги приняли тот факт, что он теперь не одинок и перестали знакомить его с каждым свободным парнем, которого они знают. Это классно, пока Юнги не понимает, что его пустячная ложь понемногу начинает вползать и в другие сферы его жизни. — Как дела у Хосока? — Спрашивает Намджун между делом, когда они пересекаются в офисе у ксерокса. — У него всё хорошо, — отвечает Юнги, искренне надеясь, что это правда. Из офиса поблизости высовывается голова. — Кто такой Хосок? — У Сунхи широко раскрытые от любопытства глаза. — Парень хёна — с готовностью отвечает за Юнги Намджун. — О, мои поздравления, Юнги щи — Сунхи широко улыбается ему. И вот так о Хосоке узнают также и коллеги Юнги. Хосок теперь становится удобным предлогом, когда Юнги хочет побыть один. — О, у меня сегодня созвон с Хосоком — говорит он друзьям, когда хочет слиться и не играть как-то вечером со своими слегка раздражающими тем, что они вечно воркуют как голубки, друзьями. И они принимают это. Чувство вины понемногу стирается по мере того, как имя Хосока всплывает всё чаще. Юнги невольно начинает представлять себе, как изменилась жизнь Хосока с тех пор, как они видели друг друга в последний раз. Конечно же у Хосока много друзей, потому что Хосок улыбчивый и с ним легко ладить. Для Юнги всегда было удивительно, что он выбрал его в качестве друга, хотя мог выбрать кого угодно. Конечно же, он всё ещё танцует. В этом нет сомнения. Именно поэтому он и уехал в США, на минуточку. Он стал частью крупного танцевального агентства и постоянно выступает. В воображении Юнги Хосок успешен, счастлив и скучает по Юнги также, как и Юнги скучает по нему. Нет, Юнги не использует Хосока, как предлог, чтобы отмазываться от всего подряд. Он правда, любит своих друзей, и ему нравится проводить с ними время, но иногда ему нужно побыть одному, потому что у него садится социальная батарейка. Однако, когда он с друзьями, теперь хотя бы один из них задаёт вопрос о Хосоке. — Дашь посмотреть ваши с Хосоком фотки? Чонгук просит его и делает такие глаза, которым просто невозможно отказать. У них сегодня вечер фильмов, — мероприятие, с которого Юнги не слился. Все спорят по поводу того, какой фильм посмотреть. Юнги не принимает участие в споре и вообще он молчит, пока Чонгук не обращается к нему. — Мы же с ним давно не виделись — отвечает Юнги. — Ну и что? — Чонгук проявляет настойчивость. — Разве у тебя нет ваших общих фоток, когда вы были детьми? У Юнги есть. Все эти разговоры о Хосоке заставили Юнги вспоминать прошлое, и он нашёл их общие фотографии. — Хорошо, — Юнги достаёт из кармана свой телефон. Чонгук с готовностью плюхается рядом с ним на диван. Юнги открывает фотографии, которые он недавно скачал из облака. Чонгук кладёт голову ему на плечо, а Юнги скролит вниз и показывает ему фотографии себя в детстве рядом с парнем, который улыбается на каждом снимке. Вот фото, где они вдвоём раскрашивают деревяные фигурки птиц. Это было в самое первое лето, когда они только познакомились. Перед Юнги одна тёмно-синего цвета, в то время, как перед Хосоком четыре, и все они ярких цветов: красный, жёлтый, оранжевый и розовый. Вот они одетые, как деревья, для представления, которое готовил их отряд. На ещё одной фотографии они сидят в лодке с вёслами. Юнги едва видно, потому что его чёрная панамка надвинута чуть ли не на его нос, а Хосок улыбается и машет тому, кто делал фото. Юнги сейчас не помнит, кто это был. Медленно они становятся старше на кадрах по мере того, как Юнги скролит. Все они из летнего лагеря. Забавно, но у Юнги нет ни одной фотографии себя из лагеря, где бы ни присутствовал Хосок. Фотографии, на которых они вяжут канаты, занимаются разными видами искусств и делают поделки, гуляют по горам. Хосок улыбается на каждой из них, и постепенно можно заметить, что Юнги начинает улыбаться тоже. Только когда они уже подростки, появляются фотографии не из лагеря. Как-то Хосок убедил своих родителей, и они позволили ему остаться на неделю с Юнги после лагеря. Они проводили утро на пляже, а днём ходили в галерею игровых автоматов. Это было лучшее лето. В следующем году они поменялись, и Юнги провёл неделю с семьёй Хосока. Из той поездки сохранилось не так много фотографий, но есть снимки Юнги с собакой Хосока и его младшей сестрой. — О, ребят, вы такие кьютики — умиляется Чонгук. — Было неизбежно, что вы в итоге станете встречаться. Юнги часто моргает и поднимает глаза на младшего. — Что ты имеешь в виду? Чонгук улыбается и откидывается на спинку дивана. — Ну вы же были очень близки, как я вижу. И он заставлял тебя улыбаться. — Да не, — возражает Юнги. — Я вообще не осознавал, что по парням, пока мне не исполнилось лет восемнадцать. Когда это случилось, я уже поступил в универ, а Хосок уехал в Штаты, и мы стали меньше общаться. — Я именно это и хочу сказать. — Чонгук тепло улыбается. — Просто грустно, что прошло столько времени и вы отдалились, прежде чем снова воссоединиться и начать встречаться. Но я счастлив за вас, что у вас получилось возобновить отношения, потому что вы кажетесь тем, кто предназначен друг другу. Чонгук говорит приятные вещи и нежно улыбается, а Юнги становится больно от его слов. В этот момент ему кажется, что его ложь зашла слишком далеко, но уже поздно давать заднюю. Поэтому Юнги ничего не остаётся, как улыбаться через силу и кивать. К счастью, от дальнейшего разговора его спасает то, что фильм, наконец, выбран. Сокджин настаивает, чтобы Чонгук сел рядом, потому что он хочет обниматься с ним и Намджуном во время романтической комедии, которую он выбрал. Юнги почти не смотрит фильм, потому что слова Чонгука кружатся и кружатся в его голове. Мысли, которые лишь изредка посещали его голову, теперь досаждают с надоедливостью. Что, если бы Хосок не получил стипендию на обучение в США? Приехал ли бы он в Сеул, чтобы они могли учиться в одном универе? Были ли бы они всё ещё лучшими друзьями? Или, может быть, они стали чем-то большим? Возможно, им пришлось бы пройти через неловкое осознание себя геями вместе? Был ли Хосок вообще геем? Или, может быть, он не был бы им, но влюбился в Юнги? Вдруг всё это ощущается слишком сложным для переваривания там, в той тёмной комнате Намджуна, где Юнги сидит окружённый счастливыми парочками. Юнги вылезает из кресла, в котором уютно сидел, и направляется в ванную, чтобы плеснуть себе в лицо немного холодной воды. Вода стекает с его подбородка, а он смотрит в зеркало на своё отражение. Юнги достаёт телефон. Он ищет переписку с Хосоком в своём электронном ящике. С тех пор прошло восемь лет и потом были лишь поздравления с днём рождения. Словно в лихорадке Юнги начинает набирать новое сообщение Хосоку на его университетский адрес. У него вообще есть к нему доступ? Юнги в этом не уверен, тем не менее, он быстро набирает: Привет, Хоби, Давно не общались, да? Я просто подумал о тебе и мне стало интересно, — как ты там? Надеюсь, живёшь свою лучшую жизнь. Дай мне знать, если ты всё ещё в США. -Юнги Он нажимает на «отправить», пока его собственные сомнения не помешают ему сделать это. Юнги чувствует, что ему становится легче. Он быстро закрывает свою почту и возвращается в гостиную досматривать фильм.