Выхода нет

Дин перевёл взгляд на дорогу, снова сосредоточившись на управлении машиной. Ночь продолжала темнеть за окном, дождь — барабанить по стеклу. Секунда молчания… и Дин сказал наконец: — Ты не спал неделю? Сэм молчал… и этого было достаточно. Дин сжимал руль слишком крепко: — Ты вообще ел? Секунда тишины… Снова тихий ответ: — Нет… только кофе, пара чипсов… пару глотков воды, когда успевал. Дин сжимал руль слишком сильно и говорил чуть тише: — Ты еле держишься на ногах, но не спишь… и не ешь… а ещё я знаю, что ты пьешь кофеина чуть ли не больше, чем пьёшь воды. Секунда молчания и тихое добавление: — Чёрт возьми А когда Дин снова заговорил… его голос прозвучал слишком ровно: — Сколько таблеток ты в себя накидал, Сэмми…? Секунда тишины… и Сэм медленно ответил: — Я их не считал… пять штук ещё утром, если не больше… От его слов у Амелии чуть не подкосились колени на заднем сиденье… Дин же просто молчал, всё крепче сжимая руль в пальцах. Секунда молчания, и Дин сказал: — Ты ведь понимаешь, какую херню ты творишь? В его голосе больше не было прежнего гнева… только усталость и что-то ещё, похожее на отчаяние. И он сказал снова: — Ты вообще понимаешь, что можешь сдохнуть от этой дряни?.. — Дин но он не может спать из-за люцифера Дин резко повернул голову к Амелии и хрипло бросил: — Тихо. Амелия сразу замолкла, но никто не обратил на неё внимания. Секунда молчания… и Дин сказал Сэму уже тише: — Ты не можешь или просто не хочешь спать?.. Смуглое лицо Сэма всё ещё было слишком спокойным — слишком равнодушным. И Сэм ответил тихо: — Не могу. Дин сжимал руль слишком сильно… слишком крепко. Секунда тишины — и его руки чуть ослабили хватку. А потом он сказал: — Если я дам тебе таблетки снотворного, ты их примешь?.. чтобы поспал хотя бы немного. Секунда тишины… и тихий ответ: — Ты же знаешь ответ, Дин Он говорил ровно, почти неуловимо… но Дин прекрасно его знал. Глазами, жестами, интонацией. Он прекрасно знал его ответ. Поэтому медленно кивнул и сказал тихо: — Да… чёрт, конечно знаю… Он говорил слишком коротко, слова казались слишком холодными. Секунда молчания — и он добавил тихо: — Я должен был догадаться сразу же, когда увидел тебя… Ты слишком спокойный. На миг его пальцы снова сжались на руле слишком сильно. Он не смотрел на Сэма… просто говорил. Голос был слишком спокойный, слишком ровный. Почти бесстрастный. Дин говорил тихо: — Но я надеялся, что ошибаюсь. Я очень надеялся, что ошибаюсь… — он помолчал, а потом резко добавил: — Боже… чёрт возьми, как ты вообще ещё дышишь?.. Тишина. Лишь треск дождя по стеклу, грохот грома и гул машины. Секунда-две молчания — и Сэм ответил так же тихо: — Я не знаю. Дин едва не стиснул руль слишком сильно — но всё ещё держался почти ровно. — Ты не знаешь?.. Он резко повернул голову — и с каким-то ледяным спокойствием добавил: — Ты вообще хоть что-то сейчас чувствуешь? Что-нибудь? — Дин мы накачены препаратами Дин уже не смотрел на него прямо… только говорил тихо в пространство с холодной отстранённостью: — Я знаю. Секунда тишины — и Дин сказал: — Чёрт… я должен был догадаться сразу… но ты говорил слишком спокойно на дороге, слишком равнодушно. Я не увидел очевидного… — он помолчал, а потом тихо добавил: — Но я должен был догадаться сразу, когда тебя не мутило от кофе… — Дин ты ведь понимаешь что нас будут искать и нас найдут, снова закроют в комнаты где на окнах решетки и выхода больше не будет Дин резко ударил рукой по рулю так сильно, что Амелия снова всхлипнула на заднем сиденье: — Я не допущу, чтоб с вами снова что-то случилось, ясно?.. — Дин мы им нужны как под опытные кролики Дин резко повернулся и зло сверкнул на Амелию взглядом: — Я знаю. Спокойствие наконец покинуло его лицо — вместо него появилась только тревожная злость. — Но я найду их, — сказал он, скорее обещая себе, а не Амелии, и сказал снова: — Я найду тех ублюдков и вырежу всех до одного… обязательно. Тишина. Амелия всхлипнула ещё раз, но никто её не остановил. Дождь барабанил по стеклам. Разбушевались небеса — гром ударил с небес с такой яростью, будто сам Бог согласен с Дином. Дин говорил снова, пристально смотря вперёд: — И чётко знаю только одну вещь: пока я жив — эти ублюдки нас не поймают. Никогда… Он говорил слишком уверенно — будто сам себя пытался в этом убедить. Тишина — и голос Сэма прорвался сквозь неё, чуть хриплый, будто от усталости: — Дин… они могут и тебя поймать. Дин резко хмурится… чуть повернул голову, чтобы бросить на него взгляд — но Сэм отвернул голову к окну, пряча глаза. — Что то погода разбушевалась очень странно Дин бросил в окно короткий взгляд — и чуть хмурится: — Буквально пару часов назад всё было тихо, и вдруг грозу словно из ниоткуда принесло. Он резко сжал руль, чувствуя странное напряжение в воздухе. — Сэм… — голос Дина стал жестче, почти тревожным. — Ты что то чувствуешь? Сэм медленно повернул голову к окну, его глаза были пустыми и холодными… но внезапно он резко дёрнулся: — Они здесь Тень мелькнула за деревьями на обочине дороги — слишком быстро для человека. Гром ударил снова, ближе теперь… будто небо рвалось пополам Амелия схватилась за сиденье: — Кто они?.. Сэм не ответил — только сжал кулаки так, что костяшки побелели. Дин резко ударил по тормозам: — Чёрт! Импала вильнула на мокром асфальте, едва не развернувшись поперёк дороги. Где-то за спиной уже слышался треск ломающихся веток… шаги? Бег? Амелия вжалась в сиденье: — Это те же люди?! Из больницы?.. Сэм медленно обернулся и посмотрел на неё своим пустым взглядом: Худше. — В них как будто кто то вселился…как тогда в подвале Дин бросил на неё взгляд — и увидел, как она вцепилась в сиденье побелевшими пальцами. В её взгляде читался чистый ужас, но Амелия не кричала. Дин кивнул — у неё крепкие нервы. А потом бросил короткий взгляд в окно: — Дерьмо… это точно не люди. В темноте между деревьями мелькала чёрная тень. Она двигалась слишком быстро чтобы быть обычным человеком… это что-то другое. И не один раз — их было трое. Дин быстро оценил территорию: деревья по обе стороны дороги слишком длинные, слишком густые, чтобы попытаться объехать их в Импале. Уровень просвета позволял пробить путь только прямо, прямая дорога. Дин резко вдавил педаль газа в пол И резко крутанул руль. Импала вильнула на мокрой траве, на миг проскальзывая, но Дину удалось справиться с машиной. Тень в темне мелькнула ближе, почти догнав. В темноте можно было разглядеть чёрные силуэты. У них были слишком тонкие руки, длинные пальцы, слишком худые лица… Чёрные глаза, будто пустые глаза мертвецов: — Они не люди, — сказал Дин сквозь зубы. Амелия сжалась на заднем сиденье, вцепившись в сиденье. Они двигались слишком легко, слишком быстро, слишком… И один выскочил прямо на дорогу, прыгнул на крыло Импалы. — Ты знаешь кто именно они? Дин резко вжался в сидение, пытаясь увеличить скорость. Импала грохочет на ухабистой дороге. — Да, я знаю кто они, — сказал Дин сквозь зубы. И резко добавил: — Они называются даэвы*. Он говорил быстро, не отрывая взгляд от темноты за окнами, а в голосе звучало не страх… а скорее презрение. Амелия чуть дернулась от его слова, но ничего не сказала. Тени преследовали Импалу, прячась в темноте. Было слышно, как их ногти скрежетали по крыше, как пальцы цеплялись за неё. Один из них прыжком прянул на крышу Импалы, будто легкий как перо листок. — Они чего то боятся? Дин бросил быстрый взгляд на её бледное, испуганное лицо в зеркале заднего вида. Ему не хотелось отвечать… но он ответил ровно: — Да. Он сжал зубы. — Они бояться света. Даэва*- они невидимы, заметить можно только их тени и у них руки с длинными острыми когтями.