Лёд, снег и омела.

После заезда в ресторан быстрого питания на drive-thru Лиззи задремала на сиденье рядом с Озом. Он ненавидел, когда она ехала без своего детского кресла, но ему было спокойно, обняв ее одной рукой и прижав к своей груди, чтобы защитить, пока Джон уверенно вел машину сквозь легкий снегопад из города в горы. По дороге они не разговаривали, и Джон, казалось, не против. К несчастью, когда Джон припарковался на подъездной дорожке, Лиззи проснулась и была готова исследовать новые места, восхищаясь блестящими окнами в свете фар внедорожника и тем, как снег искрился на ветвях вечнозеленых елей. Озу следовало бы догадаться, что дом Джона не просто какая-то хижина в лесу. Даже в темноте он мог разглядеть, что это огромный двухэтажный дом с громадными окнами, выходящими на горы. Он знал, что Джон вырос в деньгах. За те месяцы, что они провели вместе, Джон иногда непреднамеренно проговаривался, рассказывая какую-нибудь историю из детства, но он определенно не тот, кто станет этим кичиться или тыкать этим в лицо. Когда они были вместе, они почти всегда находились в крошечной, дерьмовой квартирке Оза, и Джон ни разу даже глазом не моргнул по этому поводу. Но с Лиззи рядом все ощущалось иначе, некомфортно. Он столкнулся лицом к лицу с вещами, которые не мог обеспечить своей дочери. И это больно. -Мы можем сначала устроить Элизабет. Я потом вернусь за своими сумками, - сказал Джон, прежде чем выскользнуть из машины, вырвав Оза из темного водоворота мыслей. Оз уже собирался ответить, но Джона уже и след простыл. Он глубоко вдохнул и помог Элизабет отстегнуть ремень безопасности. -Помни, Спиди Рейсер, мы гости в доме мистера Салливана. Ты должна вести себя как можно лучше и подчиняться его правилам. Лиззи удалось сделать рассеянный кивок, и вот она уже выскочила из машины и помчалась вверх по ступенькам к входной двери. Похоже, он был единственным, кто считал эту затею ужасной. Подхватив свою сумку и дочери, он последовал за ними к дому, где Джон уже вовсю включал свет. Первый этаж представлял собой огромное открытое пространство. Гостиная с массивным камином занимала большую часть пространства, затем столовая со столом, достаточно большим, чтобы вместить десять человек, прежде чем перейти в кухню. Он мог бы поместить всю свою квартиру в одной только гостиной. Закрыв за собой дверь, Оз медленно вошел в дом, прислушиваясь к другим голосам, но слышал только звуки взволнованных вопросов Лиззи и терпеливых ответов Джона. Если Джон приехал в город, чтобы провести праздники с семьей… где же его семья? -Я займу главную спальню внизу. Наверху еще три спальни. Я предоставлю тебе и Лиззи выбрать, какие вы хотите, - сказал Джон, указывая на лестницу, которая тянулась на второй этаж, с которого открывался вид на гостиную. -А как же твоя семья? Я думал… -Здесь только мы, - быстро сказал Джон, обрывая комментарий Оза и поворачиваясь обратно к кухне. - Почему бы вам с Лиззи не разобрать ваши вещи? Я посмотрю, что у нас есть поесть. Оз смотрел, как его дочь мчится через гостиную и вверх по лестнице, слегка ошеломленный тем, что у нее все еще оставалась такая энергия, чтобы тратить. Конечно, он знал, что она уснет, как только хоть немного посидит на месте. Пока же новизна всего происходящего занимала ее, и она не думала о том, что Рождество все ближе и ближе. Черт, он и сам пытался не думать обо всех ее подарках, которые все еще хранились в шкафу у соседа, потому что он не доверял ей и боялся, что она пойдет их искать, стоит ему только повернуться спиной. Скинув пальто, он подхватил свою сумку и сумку Лиззи одной рукой и сделал шаг ближе к кухне, где Джон стоял к нему спиной, роясь в кладовой. Он не знал, что сказать этому человеку. Он хотел спросить о его семье, спросить, какого черта он остановился в этом большом доме один на Рождество, спросить, не лежит ли он все еще ночами без сна и не вспоминает ли их время, проведенное вместе, но ни один из этих вопросов не казался хорошей идеей. Когда он наконец собрался с духом, чтобы хотя бы поблагодарить его за помощь, пронзительный визг прорезал тишину дома. Оз подпрыгнул и рванулся к лестнице, но был остановлен тихим смешком Джона. -Похоже, она нашла комнату Лили, - пробормотал Джон. Он повернулся к Озу, по его лицу расплылась улыбка, и Оза снова поразило, как чертовски красив этот мужчина. Оз прочистил горло и отвел глаза от Джона, уставившись на гранитную столешницу массивного острова в центре кухни. -Лили? Прежде чем Джон успел ответить, мягкий топот ног Элизабет, бегущей обратно к лестнице, привлек взгляд Оза. Она остановилась наверху лестницы, ее лицо пылало. -Папа! Там кровать с крышей, как палатка, и на стене нарисован замок! Можно мне спать там? Глаза Оза метнулись обратно к Джону, который с ухмылкой наблюдал за Лиззи. -Можешь спать там. Лили не будет против. Элизабет снова взвизгнула от восторга и побежала обратно в детскую спальню. -Кровать с крышей? - переспросил Оз. -Балдахин, - пояснил Джон, снова поворачиваясь к кладовой. - Лили моя племянница. Она примерно того же возраста, что и твоя дочь, и она очень увлекается принцессами. Оз кивнул, хотя Джон не мог этого видеть. Если Лили племянница Джона, то почему же он не проводит Рождество с семьей? Но он не спросил. Он крепче сжал в руках свои вещи и побрел наверх, чтобы найти Лиззи в очень розовой комнате с детской кроватью с балдахином, заваленной белыми рюшами и маленькими золотыми тиарами. На одной стене был нарисован замок, а на другой, изящная принцесса, верхом на единороге. Это было… ужасающе. Его дочь сидела на полу в углу и играла с двумя куклами-принцессами, в то время как по крайней мере с дюжина других была расставлена на полке. Желудок его сжался от горечи, когда он наблюдал, как она счастлива в этой большой, красочной комнате. Он хотел, чтобы его мастерская была достаточно прибыльной, чтобы он мог подарить ей все это. Чтобы ему не приходилось молиться, что ее не засосет красивыми игрушками и она не начнет испытывать неприязнь к своей нормальной жизни. Оз заставил себя обуздать негативные мысли. Он просто измотан и не уверен в себе. Лиззи не нужна куча хлама, чтобы быть счастливой. У нее прекрасная жизнь с ним, и он обеспечивает ей все возможности учиться и познавать новое. У них все хорошо. Это… это всего лишь остановка в пути, пока они не вернутся к своей обычной жизни. -Помни, нужно быть очень осторожной с игрушками. Они принадлежат другой маленькой девочке, - сделал внушение Оз, ставя сумку Лиззи в ноги кровати. -О, я буду, папочка. Я буду очень осторожна. - Она поставила кукол точно на то место, где взяла их с полки, а затем вскочила на ноги. - Смотри! - Она перебежала через всю комнату к высокому книжному шкафу, забитому детскими книжками. - Так много книг! Ты можешь почитать мне новую сказку перед сном. Что ж, перегрузка принцессами могла и пугать, но коллекция книг была впечатляющей. -Давай сначала переоденем тебя для сна, и тогда ты сможешь выбрать одну книгу на сегодня. Конечно, переодевание заняло несколько минут, а потом добавилось приключение по поиску ванной комнаты, которое привело к обследованию ванной, прежде чем почистить зубы. И, ну, одна книга превратилась в три, потому что одна книга была слишком короткой, а другая была нужна, потому что мама не читала ей вчера на ночь, и она ей должна. А потом Оз просто сидел и смотрел, как его дочь крепко спит, ее темные волосы раскиданы по безупречно белым подушкам. В тишине, зная, что она в безопасности и счастлива, ему трудно злиться на Эшли. Он предпочел бы провести Рождество с дочерью, чем в одиночестве, даже если они застряли в Денвере без понятия, как и когда они доберутся домой. Просто хотелось знать, что делать с Джоном.

***

ДЖОН наконец-то снова начал дышать, когда Оз поднялся наверх, чтобы найти свою дочь. Он прислонил лоб к металлической дверце холодильника и закрыл глаза. Какого хуя он вообще решил пригласить Оза пожить в его доме? Ну, он думал о маленькой девочке с огромными карими глазами и самой очаровательной улыбкой, какую он видел. Эта маленькая девочка не заслуживала жить в каком-то заезженном мотеле в не самом безопасном районе только потому, что все другие места забронированы, а её мать, очевидно, ебанутая идиотка. Но когда он смотрел на ту маленькую девочку, он не мог не задаваться вопросом, возможно она главной причиной, по которой Оз вытолкнул его из своей жизни. И теперь, когда он загнал Оза в свой дом, он обнаружил, что хочет знать правду, почему Оз от него отгородился. Он так думал. Пару раз он ловил на себе взгляд Оза, и просто хотел послать к черту правду, а лучше просто прижать Оза к ближайшей стене и начать прямо с того места, где они остановились. И почему этот мужчина так хорошо выглядит? Он не видел Оза больше пяти лет, он всё ещё чертовски сексуален. Он коротко подстригал бороду, очерчивающую его квадратную челюсть, но его каштановые волосы были длинными и ниспадали красивыми волнами между лопаток. Джону захотелось вплести в них пальцы, держа, пока целует его. Он также сложен как танк, мускулы поверх мускулов. Блядь… ему правда нужно перестать думать об Озе, если он хочет сохранить рассудок, пока у него гости. Джон вышел к внедорожнику, загнал его в гараж, взял свой багаж. Отнёс его в свою комнату и вернулся на кухню, и заметил, что на втором этаже стало невероятно тихо. Либо Озу удалось уложить свою дочь спать, либо они оба вырубились. Если последнее, он знал, что Оз надолго не выдержит, особенно если не поужинает. Мужчина был стопроцентной мышцей, и когда Джон был с ним, Оз имел привычку вставать посреди ночи и набрасываться на какой-нибудь случайный кусок белка, прежде чем снова отрубиться. Стараясь производить как можно меньше шума, он начал собирать всё необходимое для сэндвича с холодной нарезкой. Джон покачал головой. Прошло почти шесть лет, а он всё ещё помнит, как именно Оз любит сэндвич. Не раз они сидели на кухне, голые, и ели что-то, добытое из холодильника, прежде чем отправиться обратно в спальню для следующего раунда. Джон как раз брал две бутылки воды, когда услышал размеренные шаги Оза по лестнице. Что ж, теперь он чувствует себя идиотом. Он надеялся просто оставить сэндвич накрытым на тарелке для него, а самому быстренько ретироваться в главную спальню, где мог безопасно прятаться, пока Лиззи не проснётся. Ребёнок служил отличным буфером, чтобы Оз не задавал неудобных вопросов, а Джон не лелеял глупые идеи вроде чтобы поцелуев Оза, пока тот не станет стонать его имя. -Эй, - начал Оз, достигнув кухни. -Я сделал сэндвичи, - быстро сказал Джон. - Всё остальное замёрзло, но если ты хочешь чего-то другого... -Нет. Это отлично. Спасибо, - сказал Оз, забирая с тарелки, которую Джон подтолкнул в его сторону. -А Элизабет... -Она вырубилась в мгновение, - сказал Оз, и откусил большой кусок от своего сэндвича. Он тихо застонал с полным ртом, его глаза закатились от удовольствия. Джону пришлось отвести взгляд, уставившись на свой собственный нетронутый сэндвич. Он благодарен, что стоит перед стойкой, потому что у него нет ни малейших сомнений, что Оз сможет разглядеть чертов стояк, который он отстроил в своих джинсах. -Ты делал их лучше всех, - пробормотал Оз перед тем, как откусить ещё раз. Джон поднял глаза и увидел румянец на его щеках, и тот отказался смотреть куда-либо, кроме своей тарелки. Ага, мысли Оза тоже вернулись ко всем тем разам, когда они ели вместе на кухне, голые, потные и такие готовые к очередному сексу, или просто смеялись, пока один из них рассказывал историю с работы. Джон заставил себя взять свой сэндвич и откусить. Ком мяса и хлеба попытался застрять у него в горле, но он протолкнул его глотком воды. Аппетит пропал, но он был полон решимости поддерживать фасад, будто всё в порядке. Оз, очевидно, двинулся дальше и построил хорошую жизнь без Джона. -Я хочу ещё раз поблагодарить тебя за помощь, - сказал Оз, когда закончил сэндвич. - Я очень ценю это. Я знаю, что всё неловко, и ты не должен делать для меня ни хрена ... -Мы можем вести себя как взрослые люди, - отрезал Джон. Замолчал и сжал руку на бутылке с водой, вздрогнув от громкого хруста пластика в мёртвой тишине комнаты. - Мы хорошо провели время вместе, и всё закончилось. Ничего страшного. Твоя жизнь пошла в одном направлении. Моя в другом. - Джон глубоко вздохнул и проклял себя. Единственным человеком в комнате, который вёл себя как мудак, был он сам. Оз был просто парнем в плохой ситуации, пытающимся позаботиться о своей дочери. Ему нужно взять себя в руки. Выпрямившись, он посмотрел Озу в глаза и улыбнулся. - Мы можем быть друзьями. Друзья помогают друг другу. Это всё, что это такое. -Джон... - имя прозвучало как ласка, и Джон почувствовал, как его улыбка дрогнула, но он продолжил. -Нет, прости за моё поведение ранее. Всё в порядке. Это просто выбило меня из колеи. Я совсем не ожидал... этого. Оз фыркнул, и его лицо озарилось кривой ухмылкой, от которой сердце Джона пропустило удар. -Ага, когда я сегодня проснулся, столкновение с тобой даже не попало в мой список как самое безумное, что могло случиться в этой поездке. И поверь мне, когда замешана Эшли, этот список ебанутый. Джон кивнул, часть его умирала от желания спросить об Эшли и Лиззи, но он отбросил вопросы, пытавшие в его мозг. Лучше, если он не будет знать и не полезет в прошлое Оза. -Клянусь, мы завтра же отсюда исчезнем, - сказал Оз, пытаясь сгладить неловкость, подкрадывавшуюся к моменту. -Не беспокойся об этом. Как видишь, вы не стесняете, - сказал Джон, указывая на пустой дом. Он знал, что снова звучит как мудак, но это было сложнее, чем он думал. - День был долгим, так что я спать. Делай что хочешь. Увидимся утром, и во всём разберёмся. С взмахом руки в сторону Оза, даже не глядя на него, он перешёл в коридор у гостиной, который вёл к просторной главной спальне с отдельной гостиной зоной и ванной. Только оказавшись за закрытой дверью, он сделал глубокий, дрожащий вдох. Ему нужно выпить, но весь алкоголь у мини-бара в столовой, и это означает снова выйти туда и столкнуться с Озом. На сегодня с него уже хватит. Закрыв глаза и прислонившись к двери, он повторил то, что сказал Озу. Он взволнован просто потому, что не ожидал увидеть Оза, не говоря уже о дочери. Всё перевернулось с ног на голову. После того как он хорошенько выспится, они почувствуют себя более устойчиво и смогут лучше справиться с этой неожиданной ситуацией. Это просто. Оз был просто отличным трахом. Не больше. У них никогда не было шанса на что-то большее. Завтра он сможет ясно это вспомнить. Он поможет Озу и Лиззи добраться домой, а затем сможет вернуться к своим первоначальным планам на Рождество.