Стук, зовущий из тьмы

На главной площади Сан-Рикардо стояла сногсшибательная рождественская ёлка — высокая, стройная, с ветвями, усыпанными разноцветными шарами. Крыши домов были покрыты толстым слоем снега, кругом свисали яркие цветные огоньки гирлянды. В воздухе витал аромат свежеиспечённых вафель, медовых пряников и чёрного кофе. Жители города спешили в сувенирную лавку, чтобы купить самый дорогой и памятный подарок для своего близкого человека. Праздник вот-вот должен был наступить. Помимо свежей выпечки и чёрного кофе в воздухе стоял запах крови и сырой могилы, но столь тонкий, еле уловимый смрад мог уловить лишь один единственный волк. Смерть. Он явился в город, чтобы забрать жизнь умершего бродяги. Стоило жнецу закончить с уже обыденным ему ритуалом, как он развернулся в противоположную сторону и отправился восвояси. Кругом стоял шум, звенели колокола, огромный серый волк в чёрном пончо выделялся на фоне остальных, но на него словно никто не обращал никакого внимания: либо не видели, либо не хотели видеть. Шагая мимо узких улочек, Волк не заметил, как из тени к нему вышла навстречу чёрно-белая кошка в сапогах. — Ну и ну, кого я вижу, неужто сама Смерть? — воскликнула Китти, подойдя к изумлённому на пару секунд жнецу. Смерть не ожидал её здесь встретить, потому и удивился, широко раскрыв свои алые как кровь глаза. Девушка была в приподнятом настроении, переваливаясь с ноги на ногу и скрестив руки на груди. — Да так, какой-то бродяга помер, вот я тут и оказался, — спокойным ровным голосом объяснил Смерть, проверяя, на месте ли его серпы. — А ты какими судьбами тут? Мягколапка лишь лучезарно ему улыбнулась. Это было таким редким явлением, ведь раньше она была настроена враждебно по отношению к Волку, смотрела на него с отвращением и страхом, чувствуя угрозу и опасность. Но спустя время всё изменилось, Смерть и сам стал как будто бы чуточку мягче и спокойнее, нежели раньше. — Мы с Котом договорились сходить сегодня в бар, вот хожу ищу его, — искренне ответила кошка. При одном лишь упоминании этого рыжего кота дыхание Смерти спёрло, глаза округлились, а хвост предательски завилял. Это не осталось незамеченным Китти, и она лишь усмехнулась. Волк подавил свой раздражённый рык, но с недовольным выражением лица отвернулся от Мягколапки. — Мне пора, — единственное, что произнёс жнец, и стал медленными шагами удаляться. Спустя пару секунд послышался издевательский кошачий голос, словно она хотела посмеяться над волком: — С каких пор Смерть носит варежки и почему такие маленькие? Осознав, что только что произошло, волк молниеносно развернулся и прямой наводкой подошёл к Китти. В её пушистых и мягких лапках находилась зелёная варежка, связанная самой Смертью. — Отдай! — воскликнул жнец, попытавшись выхватить у воровки варежку, но попытка оказалось тщетной. Мягколапка пригрозила ему пальцем, отрицательно покачав головой и сделав шаг назад. Смерть сердился, со всей силы сжимая кулаки и челюсть. — Не-а, сначала ты мне скажешь, кому предназначена эта варежка? Вероятно, у тебя и вторая есть. Засунув руку в карман своего чёрного пончо, волк нащупал вторую варежку и заметно расслабился. Справедливости ради, если бы не Китти, то он бы потерял правую рукавицу. — Для Кота, довольна ответом? — грозно пробасил Смерть, протянув руку. — А теперь верни то, что взяла! Вернув чужую вещь его владельцу, Мягколапка потянулась, хрустнув шеей. Смерть тут же засунул варежку обратно в карман, надеясь, что данный диалог забудется, но не тут-то было. — А я так и поняла, что это подарок для Кота, — улыбнулась кошка, — ты связал их сам? Если да, то ты большой молодец, ещё и под цвет его глаз. Да, варежки были зелёными. Волк лишь недовольно фыркнул что-то наподобие: — Не твоё дело. Китти победно задрала голову кверху, давая понять своему сопернику, что она его больше не боится и победит в любой словесной схватке. Повернувшись к кошке спиной, Смерть немного постоял, задумавшись. Он хотел как можно скорее подарить эти рукавицы своему дорогому Коту в сапогах и больше об этом не вспоминать. — Слушай, если ты встречаешься сегодня с Котом, но передай ему, что я буду его ждать завтра днём в нашем лесу, — и не дожидаясь ответа, жнец испарился в рождественской суете. Мягколапка продолжала ухмыляться, понимая, что её лучший друг будет в безопасности и под тщательным присмотром, окутанный любовью и заботой.

***

Смерть ждал Кота под их любимым старым дубом, который был увешан разноцветными шарами и гирляндами. Снег тихо лежал, поблёскивая на солнце, которое пробиралось сквозь ветки деревьев. Стояла гробовая тишина, нарушаемая лишь негромким дыханием волка. Кот явился спустя десять минут, как пришёл Смерть. Рыжий выглядел запыхавшимся и взъерошенным. — Привет, Muerte, надеюсь, я не опоздал, — робко произнёс кот, поправляя свою шляпу, которая свалилась набок. Было бы глупо обвинять испанца в опоздании, ведь конкретного времени у них не было. — Всё в порядке, Gato, не переживай, я лишь попросил Китти передать тебе, что буду ждать тебя в нашем лесу днём, а когда для тебя начинается день, это уже не моя забота, — усмехнулся Смерть, а затем, недолго думая, добавил, — к слову, ты пришёл вовремя. — И слава богу, не хотелось, чтобы ты тут замёрз, — заботливо воскликнул кот. Столь искренняя забота безумно нравилась Волку, из-за чего на его морде показалась лучезарная улыбка. — Gato, я — Смерть, и я не могу замёрзнуть! — напомнил ему жнец, опираясь на ствол дерева и скрестив руки на груди. Кот немного помолчал, а затем поднял взгляд на их любимый дуб и остолбенел, открыв от шока рот. Шары, переливающиеся на солнце, красиво свисали над землёй, а огненно-красная гирлянда, переплетающаяся с зелёной, гармонично смотрелась. Это дерево, само собой, выделялось на фоне остальных, и это заставляло сердце Кота в сапогах приятно быстро стучать и просто радоваться такой мелочи. — Т-ты украсил наш дуб? — с придыханием спросил испанец, всё ещё не веря своим глазам. — Да так, ничего особенного, мелочи, — отмахнулся Смерть, пару раз невинно моргнув. Кот нахмурился и строго, по слогам, разжёвывая каждое слово, произнёс: — Ничего это не мелочи, Смерть! Ты сделал это место ещё лучше, чем оно было до этого. Волк лишь многозначительно промычал, пожав плечами. Кот подошёл к дереву и погладил его, смахнув тем самым небольшой слой снега. — Слушай, Muerte, а с кем и где ты планируешь отмечать Рождество? — вдруг поинтересовался рыжий, взглянув на жнеца исподлобья. Смерть замешкался, не имея понятия, что на это ответить. — Чего молчишь? — усмехнулся кот, бросив в волка снежок — попал прямо в сердце. — Мне не с кем его отмечать, да и, плюс ко всему, у меня работа, так что, считай, что в гордом одиночестве, — ответил жнец, уже зная следующую реакцию Кота в сапогах. Кота всего аж передёрнуло, а улыбку смыло огромной волной разочарования и тоски. Он встрепенулся, вновь поправив шляпу. Хвост раздражённо вилял. — Как в гордом одиночестве? Быть такого не может, — затараторил рыжий, размахивая руками в разные стороны, — хотя, стой, есть у меня одна идейка: Я, Китти и Перрито будем отмечать Рождество у Шрека в замке с остальными друзьями, я настаиваю, чтобы ты пришёл тоже. Волк был очень тронут этим предложением, но поделать ничего не мог. Как бы сильно ему ни хотелось отказывать коту, он всё равно заявил: — Прости, Gato, но работа не ждёт, даже сейчас еле вырвался на перерыв. — Очень жаль, в самом деле, — кот взгрустнул, а его хвост угрюмо повис. Вдруг подул сильный ветер, и Кот сразу же потёр свои лапы друг о друга, растирая до такой степени, чтобы почувствовать долгожданное тепло и покалывание на кончиках пальцев. Заметив это, Смерть, недолго думая, полез в карманы своего пончо, предварительно спросив: — Кстати, ты даже не поинтересовался, зачем я тебя сюда позвал. Кот в сапогах как-то растерянно посмотрел на жнеца, не зная, что сказать. — Просто так? — неуверенность так и просачивалась в речи испанца. Волк достал из карманов зелёные варежки и протянул их коту. — Вот, это тебе, — улыбнулся зверь. Глаза Кота в сапогах округлились, сердце бешено заколотилось, а ноги предательски подкосились. Как же сильно он был счастлив такому жесту со стороны того, кого так отчаянно и трепетно любил. Кот со всей бережностью, словно держа в руках собственную последнюю жизнь, принял подарок жнеца. — Это…это невероятный подарок, эти варежки так подходят к моим глазам — такого же цвета! — робко произнёс рыжий, надев наконец варежки и почувствовав то самое тепло. — Я связал их сам. Для тебя, — отчеканил волк, засмотревшись на реакцию Кота. Испанец, словно загипнотизированный, смотрел на свои новые рукавички, а после прикоснулся ими к собственной морде. Было чертовски тепло и мягко, ничто нигде не кололось, всё было идеально. — Огромное спасибо, Muerte! — радостно воскликнул кот, подойдя к Смерти вплотную. — Да пустяки, — вновь отмахнувшись, заявил Смерть. В знак благодарности кот потянул на себя Волка и нежно поцеловал того в губы: искренне, чувственно, с щепоткой озорства. Отстранившись, кот облизнулся, а Смерть ошарашенно смотрел на того, кто только что его поцеловал. Впервые в жизни Волк почувствовал собственное сердцебиение. Это было похоже на отбойный молоток, на барабанную дробь и даже на россыпь искр фейерверка. Слов, чтобы описать это чувство, у Смерти не было. Эмоции захлестнули его, взбудоражив, напугав и удивив. Кровь впервые прилила к щекам, а руки непроизвольно задрожали. Волку стало казаться, что он умирает. Сердцебиение настолько напугало жнеца, что он стал задыхаться, судорожно хватая ртом воздух и схватившись за грудную клетку. — Смерть, в чём дело? — перепугался рыжий, взяв волка за руку и погладив её. Писк в волчьих ушах стоял сильный и громкий, слов кота практически было не разобрать, но было видно, что рыжий комок шерсти напуган. Смерть никогда прежде не сталкивался с паническим состоянием, поэтому подобная реакция была ему впервой. Как остановиться он тоже не знал, но попытался просто ровно дышать. Становилось чуточку легче, но ещё стоило приложить все усилия, чтобы утихомирить панику. Сжимая в руках лапу Кота в сапогах, жнец делал только хуже: смущение вызывало ещё большее сердцебиение, оттого остановить сие недоразумение было сложнее. — Lobo, дыши, слышишь меня, дыши! — кричал испанец, одной лапой держа руку Волка, а второй поглаживая его морду, которая была очень горячей, словно у дикого зверя поднялась температура. Спустя какое-то время Смерть пришёл в себя, писк в ушах прошёл, и он смог слышать всё, что происходило вокруг него. — Смерть, ты меня слышишь? Ты в порядке? Что это только что было, чёрт возьми? — тараторил кот, не переставая гладить волка по всем частям тела, дабы привести того в порядок. Набрав побольше воздуха грудью, Смерть ответил: — Прости, что заставил волноваться, просто, когда ты меня поцеловал, я почувствовал сердцебиение. Впервые. — Что, ты хочешь сказать, что до этого никогда его не чувствовал и не слышал? — удивился рыжий. Волк кивнул, на что Кот многозначительно хмыкнул и пожал плечами. Такого он явно не ожидал. — Ну, я же Смерть, — ухмыльнулся зверь, полностью придя в себя. — Да-да-да, а ещё Смерти не положено влюбляться в красивых мужчин вроде меня, — съязвил Кот в сапогах, широко ухмыльнувшись. Жнец покраснел ещё сильнее, вновь схватившись за сердце. Кот тут же остановился шутить. — Ладно, прости, просто сложно представить, как ты жил всё это время без сердцебиения. Они простояли в тишине каких-то пять минут, после чего испанец вновь заговорил, но на этот раз чуть тише: — Ещё раз большое спасибо за подарок, он прекрасен. Смерть улыбнулся, завиляв хвостом. Чувств и эмоций было слишком много, но удивляло больше всего то, что стук сердца продолжился, не исчез. Словно то, что сделал кот, стало спусковым крючком — Смерть смог слышать собственное сердце. — Поцелуешь меня ещё раз? — хихикнул жнец, присев на корточки, чтобы быть с Котом на одном уровне. — Чтобы ты снова начал паниковать? — усмехнулся рыжий, рассматривая вновь свои рукавицы. — Извини, у меня лапки, никак не могу. Кот расхохотался, а Волк лишь закатил глаза, но в один момент всё-таки заслужил робкий поцелуй в щёку. Действительно, сердце продолжало стучать.