На грани роли

— Что прости?... Эм... Ты сейчас... серьёзно? — пробормотала она, но уже подтаскивая руку вниз и просовывая пальцы. Она сделала первый медленный круг. Кожа под ладонью дрогнула.

Воздух раскроился взглядом Эммы, за которым просматривалась невозможная жажда. Дженна вращалась дальше, тоньше, разбирая себя на ощущения. Каждое новое прикосновение шло словом, слитым в беспорядочном стихоплёте. Её таз заерзал, колени всё сильнее упирались в кожу Эммы, но та не отводила взгляд, коварно съедая происходящее. Ритм Дженны стал бешеным, дыхание — прерывистым. Она вот-вот разольётся, но тут бёдра Эммы стиснулись, как металлический обод, обрывая бег к финишу, и девушка вздрогнула, запрокинула голову, рука её замерла на половине пути к спасению. — Ещё раз, — шепнула Эмма, едва заметно сдувая волосы с уха Дженны. Та уронила ладонь обратно. Второе погружение в себя рождалось с большей дикостью: пальцы скользили, скребли, терли, и в комнате пахло пыльным зноем, смешанным с влагой. Дыхание Дженны наполняло воздух свистом. Похоть крутилась под ладонью, готовая наскочить, но Эмма снова прервала, сдавив ладонью её бедра, приподнялась и прикоснулась зубами к внешней части шеи. — Теперь моя очередь, — прошептала та, оттолкнув Дженну вниз на матрасе. Лучи светильника рвались на полу, словно пытаясь удержать девушку, но Эмма была жёстче. Она усадила Дженну на край кровати, хлопнула её на спину. Губы тут же опустились на губы Дженны — голодно, властно. Поцелуй ощутимо гудел внутри, потому что Дженна тотчас вывернулась, стон вырвался из горла. Пальцы Эммы сжали соски, сдавливали и щекотали одновременно. Ниже пояса она шагнула широко, вниз. — Ты такая мокрая, Дженна, — проговорила Эмма, поднося губы к самому уху девушки. Голос был тёмным, от многочисленных самообладаний и резкого срыва. Казалось, голодного волка отцепили от цепей. — Хочешь, чтобы я занялась тобой? Поцелуй, когда он вновь последовал, не был нежным. Он был глубоким и всепоглощающим, словно электрический ток, от которого мысли Дженны прервались. Наконец она прервала поцелуй, прерывисто дыша прямо в губы Дженны. — Ложись. Дженна подчинилась, погрузившись в невероятную мягкость кровати. Затаив дыхание, она смотрела, как Эмма стягивает через голову свой свитер, обнажая острые плечи и гладкий живот. Она присоединилась к ней, и теплое тело опустилось рядом, опершись на локоть. Долгое мгновение Эмма просто смотрела. Ее взгляд медленно, с обжигающей интенсивностью обводил каждый изгиб, каждую впадинку, заставляя Дженну чувствовать себя обожаемой. — Я давно хотела увидеть тебя такой, — пробормотала Эмма. Ее рука легла на живот Дженны, пальцы растопырились. Прикосновение было как электрический разряд. “Чтобы не торопиться”. Для нее это было изощренной пыткой. Она исследовала тело Дженны руками и ртом, изучая, что заставляет ее задыхаться, что заставляет ее бедра отрываться от матраса. Покусывание внутренней стороны колена. Прикосновение зубов к ее бедренной кости. Когда рот Эммы, наконец, сомкнулся на ее соске, Дженна вскрикнула, выгибая спину. — Пожалуйста, - услышала она свою мольбу, вырвавшуюся у нее с трудом. — Пожалуйста, что? — Голос Эммы был приглушен ее кожей. — Просто... прикоснись ко мне. — Я прикасаюсь к тебе. — Она продемонстрировала это, перекатывая сосок между большим и указательным пальцами, пока Дженна не заскулила. — Ты можешь быть более конкретной. Дженна была за гранью семантики. Она была как оголенный провод, каждое нервное окончание кричало. Рука Эммы скользнула ниже, по трепещущему животу. Затем эти ловкие пальцы скользнули и нашли ее лоно. Дженна задохнулась, перед глазами все поплыло. Эмма не двигалась. Просто держала ее так, не отпуская, сводя с ума. — Посмотри на себя, — прошептала Эмма, у нее перехватило дыхание. — Такая готовая. Такая красивая. Только тогда она начала двигаться в медленном, круговом ритме, от которого пятки Дженны зарылись в простыни. Этого было и слишком много, и недостаточно. Она распрямлялась, внутри нее все сжималось от напряжения и отчаяния. — Посмотри на меня, — тихо приказала Эмма. Дженна заставила себя открыть глаза. Лицо Эммы раскраснелось, зрачки потемнели от желания. Видение этого отраженного в зеркале голода окончательно сломило ее. Катушка оборвалась. Когда Эмма нарастила темп, уже с напористой и жесткой силой, волна чистого наслаждения захлестнула ее, вырвав из горла сдавленный всхлип. Она сильно задрожала, ее тело выгнулось под рукой Эммы, когда удовольствие пронзило ее насквозь. Медленно, осторожно Эмма убрала руку. Она на мгновение задержала взгляд на Дженне, поглаживая ее бедро, пока та опускалась, ее дыхание постепенно замедлялось после прерывистых вздохов. Дженна почувствовала себя бескостной, превратившейся в комок дрожащих нервов. Затем Эмма пошевелилась. Она перегнулась через край кровати, а когда села, в руках у нее были два предмета: длинный шелковый шарф темно-красного цвета и черная маска для сна попроще. Воздух изменился. Томная жара превратилась в новый заряд. Дженна приподнялась на локтях, постепенно приходя в себя. — Что это? — Вопрос, — сказала Эмма, пропуская шелк сквозь пальцы. — Ты мне доверяешь? У Дженны пересохло в горле. Она посмотрела на шарф, повязку на глаза, затем снова на пристальный, ожидающий взгляд Эммы. Желание все еще было там, тихое гудение в ее жилах, но под ним чувствовался трепет чистого, неподдельного страха. И предвкушение. Это было одно и то же. — Да, — прошептала она. По лицу Эммы медленно расплылась улыбка. Это не была нежная улыбка. Это было обещание. — Хорошо. Подними руки вместе. Дженна медленно подняла руки над головой, сердце бешено колотилось в груди. Эмма взяла шелковый шарф и аккуратно обернула его вокруг запястий Дженны, связывая их вместе. Она затянула узел достаточно туго, чтобы Дженна не могла освободиться, но не настолько, чтобы причинить боль и прикрепила их к кровати. — Так лучше, — прошептала Эмма, ее дыхание щекотало ухо Дженны. — Теперь ты полностью в моей власти. Она взяла черную маску для сна и медленно надела ее на глаза Дженны. Мир погрузился во тьму, и все, что осталось для Дженны, это слух и осязание. Она услышала шелест ткани и почувствовала движение воздуха рядом с собой. Эмма наклонилась и поцеловала Дженну нежно и продолжительно, обещая грядущее удовольствие. Она двигалась медленно, размеренно, наслаждаясь каждым мгновением, каждым прикосновением. Она целовала Дженну в шею, чувствуя, как под её пальцами учащается пульс. Руки Эммы исследовали все тело Дженны, задерживаясь на мягком изгибе её талии и округлости груди. Она чувствовала, как у Дженны перехватывает дыхание, — это была безмолвная симфония возбуждения. Эмма стремилась не к завоеванию, а к единению. Она хотела высвободить чувства, которые Дженна сдерживала, и довести их до кульминации удовольствия. Она опустилась ниже, проводя пальцами по чувствительной коже на бедре Дженны. Дженна шевельнулась, и с её губ сорвался тихий стон. Вот оно, на грани чего-то восхитительного. Эмма сделала паузу, давая напряжению нарастать, наслаждаясь моментом. — Скажи мне, — пробормотала Эмма хриплым от желания голосом. Скажи мне, чего ты хочешь. Дженна на мгновение замялась, а затем прошептала срывающимся от волнения голосом: — — Ты… только ты. Эмма улыбнулась, и в её улыбке читались искренняя любовь и понимание. Она точно знала, что имела в виду Дженна. — Что-ж, дорогуша, начнем. Эмма сжала бедро Дженны, сильно сдавливая кожу пальцами, так, что следы точно останутся. — Не... перегибай.. — Дженна резко дернулась от боли и возбуждения — Нельзя оставлять следы. Ее просьбы игнорировались, Эмма укусила ее за плечо, очень сильно, будто волк нашедший мясо, следом вылизывала. Дженна крикнула и в ее открытые губы сразу запустились две длинные пальцы Эммы, надавливая на язык. — Нет дорогуша, сегодня все по-моему. — Она взяла кусок бумаги, что лежал на тумбе рядом и с силой толкнула в рот Дженны. Та начала ерзать, извиваться и дергать за руки, пытаясь высвободиться, ей явно не нравилось что ее так унижают. Но в итоге только запястья натерлись и начали ныть. Без дальнейших колебаний Эмма скользнула двумя пальцами внутрь Дженны, чувствуя, как ее влажность покрывает ее кожу. Дженна ахнула от неожиданного вторжения, ее бедра подались вперед в ответ. Эмма лукаво улыбнулась, добавила третий палец и начала двигать им туда-сюда в узком отверстии. Дженна громко застонала, запрокидывая голову от удовольствия, когда пальцы Эммы нашли ее точку G. Эмма увидела, как глаза Дженны закатились, а дыхание перехватило. Она поняла, что нашла точку, которая доведет Дженну до предела. Она увеличила темп, погружая пальцы глубже и сильнее, чувствуя, как стенки влагалища Дженны сжимаются вокруг них. Дженна выгнула спину, ее ногти связанных рук впились в плечи Эммы, и она растворилась в этом ощущении. Эмма не могла не удивляться тому, как приятно вот так держать себя в руках. Она опустилась ниже, покрывая поцелуями шею и грудь Дженны, дразня ее соски губами и языком. Вздохи Дженны перешли в стоны, и Эмма восприняла это как знак продолжать. Она покрывала мягкими поцелуями живот Дженны, медленно опускаясь ниже, пока не достигла ее влажности. Она медленно облизывала его пробуя на вкус сущность возбуждения своей коллеги, ощущая силу, которая струилась по ее венам. Бедра Дженны снова дернулись, ее тело молило о большем. Эмма улыбнулась и заменила пальцы языком, лаская складки Дженны, прежде чем провести кончиком языка по клитору. Все тело Дженны содрогнулось, с ее губ сорвался долгий, низкий стон, когда она кончила прямо в рот Эмме. Эмма наслаждалась вкусом освобождения, чувствуя прилив гордости за ту власть, которую она имела над Дженной. Она приподнялась, чтобы оседлать подругу, соединив их бедра и медленно опускаясь на нее. У Дженны перехватило дыхание, когда влажность Эммы встретилась с ее собственной, и она обхватила Эмму ногами за талию, притягивая ее ближе. Эмма начала двигаться, ее бедра терлись о бедра Дженны в ритме, который посылал волны удовольствия по их обоим. Ногти Дженны впились в спину Эммы, побуждая ее двигаться дальше, когда они полностью отдались порыву. Они застонали в унисон, их тела двигались как одно целое, сердца бешено колотились. Эмма почувствовала, как стенки влагалища Дженны сжимаются вокруг нее, готовясь к новому оргазму. Она наклонилась, дразня соски Дженны зубами, и проникла глубже. Стоны Дженны стали громче, ее тело дрожало от предвкушения. Эмма почувствовала, как ее захлестывает волна желания, и она поддалась ему, двигаясь быстрее и жестче. С последним толчком Эмма почувствовала, как стенки влагалища Дженны сжались вокруг нее, сигнализируя о ее собственном освобождении. Они рухнули вместе, задыхаясь и изнемогая, их сердца колотились в унисон. На мгновение они остались вплетенными, наслаждаясь близостью, которую только что разделили. Но Эмма знала, что это только начало их путешествия по неизведанной территории. Пока они лежали там, она не могла не задаться вопросом, какие еще границы они пересекут вместе. Освободив ее, открыв глаза она заметила что глаза у пассии красные и влажные от, видимо, плача из-за возбуждения и чувств. Дженна молчала, лишь вдыхала освободившимся от останки бумаги ртом большое количество воздуха. Первой тишину нарушила Эмма. — Было... — не дали ей договорить. — УЖАСНО! — Что прости? — Эмма вскочила с лежачего положения на сидячее и, округлив от шока глаза уставилась на недовольную Дженну. — Что тебе не понравилось? То, что ты трижды кончила или то, что я отдалась ТВОИМ желаниям? — Посмотри на меня, Эмм. Я вся красная, ты что, щенок какой-то? Вжилась в свою роль оборотня? Я ВСЯ В УКУСАХ! — Дженна также присела и оглядев свое тело, начала махаться на Эмму. Побив коллегу, отругав ее как маленького ребенка и посадив с виноватым выражением, Дженна постаралась встать. Но, видимо, переоценила свои силы. Она, ощутив резкую боль в спине и вообще по телу, приземлилась на пол с грохотом, от которого Эмма подняла взгляд с угла. — Ты в порядке? — Быстро встав и помогая Дженне сесть обратно на кровать, Эмма вновь получила, но уже по голове. — Да блин, бить меня значит силы есть, а элементарно встать что, нету?! — Напомни мне в следующий раз отомстить тебе по полной программе, я тебя до утра бл@ть, буду мучать. До самого рассвета. Эмма сглотнула, серьезная угроза от Дженны. Да еще и в таком ключе, может, она переборщила? — Чеерт, сколько же мне тоналки потребуется чтобы скрыть все это, вообще, получится ли? Я же просила, БЕЗ СЛЕДОВ! — Как мне удержаться при таком виде... — Что прости? — Дженна притянула Эмму ближе, ее глаза метали молнии, а тон был настолько опасным, что у Эммы мурашки побежали по коже. Она инстинктивно попыталась отстраниться, но хватка Дженны оказалась на удивление сильной. — Я не расслышала, повтори, что ты там пробормотала? Или ты думаешь, я оглохла после твоих "нежных" укусов? – прошипела Дженна, ее лицо приблизилось почти вплотную к лицу Эммы. В ее взгляде читалось не только раздражение, но и что-то еще, что заставило сердце Эммы учащенно забиться. Эмма сглотнула, пытаясь собраться с мыслями. Она понимала, что загнала себя в угол. С одной стороны - подумать что Дженне подходит роль сладкого пассива, с другой – сказать об этом вслух. — Я… я просто… – Эмма запнулась, ища подходящие слова. – Я просто сказала, что тебе очень идет… этот… вид, напоминаешь вампира – выпалила она, чувствуя, как щеки заливаются краской. Дженна приподняла бровь, явно не поверив ее неуклюжей лжи, но, к удивлению Эммы, отпустила ее. — Ладно, – вздохнула Дженна, отворачиваясь. Просто помоги мне добраться до ванной, и я попробую замазать этот кошмар. И чтобы больше никаких своевольных выходок, ясно? Эмма облегченно выдохнула, когда хватка Дженны ослабла. Она последовала за ней в ванную, чувствуя себя глупой и растерянной. Зеркало отразило их обеих: Дженну с размазанным макияжем и Эмму с пылающими щеками. Пока Дженна возилась с косметикой, Эмма стояла в дверях, не зная, что сказать или сделать. Тишина повисла в воздухе, нарушаемая лишь шуршанием ткани и плеском воды. Эмма чувствовала, как напряжение между ними нарастает с каждой секундой. Она знала, что рано или поздно им придется поговорить начистоту, но сейчас, в этот момент, ей просто хотелось сбежать. Дженна повернулась к ней, вытерев лицо полотенцем. В ее глазах больше не было той ярости, лишь усталость и какая-то грусть. Она подошла к Эмме ближе и тихо произнесла: — Спасибо, что помогла мне. Я, наверное, переборщила сегодня. Эмма молча кивнула, не рискуя поднять глаза. Она чувствовала, что стоит ей только посмотреть на Дженну, как все ее тщательно скрываемые чувства вырвутся наружу. И тогда уже ничего нельзя будет исправить. Дженна сделала шаг назад, словно пытаясь вернуть себе привычное пространство, но в ее движениях читалась неуверенность. Эмма заметила это и, не выдержав, тихо спросила: — Дженна, а… ты правда хочешь, чтобы я осталась? Не просто как коллега, а… рядом? Или нужно еще... В комнате повисла пауза, тяжелая и наполненная смыслом. Дженна опустила взгляд, потом медленно подняла его, встретившись с глазами Эммы. — Я не знаю, — призналась она, — но боюсь, что если не попробовать, мы так и останемся в этом вечном «если». А я устала от «если». Эмма почувствовала, как сердце сжалось от неожиданной искренности. Она сделала шаг вперед и осторожно коснулась руки Дженны. — Тогда давай попробуем вместе. Без страхов и масок. Дженна улыбнулась. — Только мы можем признаваться без слов "я люблю тебя" и после всего этого. Эмма подняла бровь, второго она на секунды не поняла, но потом смутившись опустила взгляд на пол. — Дженн.. — Что такое, ты только сейчас смутилась? После всего что начудила там и шептала такое на ухо!? — Дженна, может... оденешься? И правда, совершенно голая, безумно мокрая от стольких возбуждений и пота, вся в засосах и больше укусах, так еще и безумно красивая не смотря на растрепанный вид. — Да... ты права. ВООБЩЕ, ВЫЙДИ! Эмма смеясь покинула смутившую девушку и вновь присела на край кровати, вся остальная часть была мокрой и грязной. — Черт, понадобится новый лист сценарий.