Глава 64. Плотники.
13 декабря 2025 г., 13:17
Поскольку это были родственники, и дом ещё не достроен, нечего было стесняться. Старший дядя семьи Ци, узнав, что Ци Юн ведёт племянника своей фулан посмотреть пристройку, велел им идти напрямую, даже не послав никого сопровождать.
Отдыхающие внутри мастера встали, увидев, что кто-то пришёл. Сначала они немного нахмурились, полагая, что их отдых прерван, но, узнав, что это потенциальные новые клиенты, главный мастер тут же оживился и начал бойко рассказывать о постройке.
«Если у вас не очень большая семья, то пристройки размером в полторы чжан в длину и ширину будет достаточно. Мы можем разделить его на четыре комнаты деревянными перегородками».
Он обрисовал рукой внешнюю стену: «Эта комната метр двадцать, а полторы чжан будет ещё больше».
Обычно жилые лодки морских людей различались по размеру. Самые узкие были не более трёх чи в ширину и одной чжан в длину, как, например, лодка бабушки Сунь. Лодка Чжун Мина была немного больше: около шести чи в ширину и полторы чжан в длину.
Если длина и ширина будут по полторы чжан, а крыша высокой, то внутри можно будет ходить, не сгибаясь. Для морских людей, привыкших к узким и тесным каютам, это было прекрасное жильё, о котором раньше даже не смели мечтать.
«Здесь будут две восточные комнаты, напротив — одна западная комната, рядом выделим место под кухню, туалет займёт угол, а в центре можно поставить стол и шкаф, используя это пространство как гостиную».
Закончив, мастер посмотрел на Чжун Мина, ожидая его реакции.
С тех пор как они начали заниматься строительством, они выполнили более десяти заказов в других деревнях. Чжун Мин был самым молодым из их клиентов, и мастер не был уверен, сможет ли тот оплатить строительство.
«Какова цена постройки размером в полторы чжан в длину и ширину?»
Мастер опомнился и ответил: «Около пятидесяти лянов будет достаточно. Мы используем хорошее дерево, не хуже, чем для строительства лодок. Сваи под водой забиты глубоко, очень надёжно. Когда в июне был сильный ветер, ни один из домов в нашей деревне не рухнул, только с трёх крыш ветром сорвало травяное покрытие».
На побережье, независимо от типа дома, крыши покрывали войлочной сухой морской травой. Во время сильных ветров её часто сносило.
Чжун Мин с любопытством спросил: «Во время тайфуна в таких домах, наверное, тоже не живут?»
Мастер честно улыбнулся: «Действительно. Обычный ветер и дождь не страшны, не будет качаться, как на лодке. Но если попадётся такой, как в июне, то безопаснее всего прятаться в каменном доме».
Всё, что они хотели посмотреть и спросить, было выяснено. Чжун Мин кивнул. Он вышел через пустой дверной проём (дверь ещё не была установлена), спустился по готовой лестнице, которая вела к ряду деревянных настилов.
Можно было предположить, что уровень воды здесь будет меняться в зависимости от приливов и отливов.
Дойдя до конца, он сначала обернулся, чтобы убедиться, что Су И уверенно стоит, а затем протянул руку, чтобы младший брат мог опереться и не упасть.
«Тётя-дядя, кто-нибудь из вас спускался под воду посмотреть, как там всё устроено?»
Чжун Мину было очень интересно, как пристройка крепится в море. Он предполагал, что это похоже на деревянный настил, но их прибрежные настилы представляли собой плавучие мосты, не требующие особой устойчивости. Если их размывало, они просто собирали несколько досок и соединяли заново.
«Конечно, спускались. Пристройка — это новинка. Самый первый дом в деревне построил личжэн (староста). После того, как его построили, многие ныряли, чтобы посмотреть. Я тоже нырял. Там толстые деревянные столбы, размером с чашку».
Су И, видя, что Чжун Мин постоянно смотрит на воду, догадался о его желании и тихо спросил: «Ты, наверное, хочешь нырнуть и посмотреть?»
Чжун Мин слегка кашлянул: «Есть немного».
Но вокруг было много людей, в том числе и родственники тётя-дяди. Неприлично было бы вылезать наверх мокрым.
«Подождём, когда будем строить свой дом, тогда и посмотрю. Это не срочно».
По логике, строительство дома — это серьёзное дело. Нужно было вернуться, всё тщательно обсудить и только потом принимать решение. Не каждый мог сразу выложить несколько десятков лянов серебра. Тот же Ци Юн давно хотел построить, но всё ещё копил деньги.
Для Чжун Мина и Су И денег было достаточно, и они твёрдо решили строить. Воспользоваться случаем и договориться с мастерами из Сямаоао прямо сейчас было самым простым. Раз уж приехали, зачем тратить время на ещё одну поездку?
Главный мастер не ожидал, что Чжун Мин будет таким щедрым. Он всего лишь осмотрел постройку и тут же решил внести задаток.
«Мы берём десять процентов задатка. Сначала приедем в вашу деревню, выберем место, проведём замеры, затем вы внесёте ещё сорок процентов, чтобы мы могли купить дерево. Оставшуюся половину отдадите, когда дом будет готов».
«Если я внесу задаток сейчас, когда вы сможете приехать в Байшуйао?»
Мастер прикинул: «Максимум через четыре-пять дней, как только закончим здесь, сразу приедем».
«Несколько десятков лянов — это серьёзная сделка. Нужно составить договор, иначе я неспокоен».
У них было пять лянов серебра, но они не хотели так легко с ними расставаться.
Мастер кивнул: «Конечно, нужно. Наш старый личжэн в Сямаоао немного грамотен, мы всегда просим его писать. Но сейчас у меня при себе ничего нет. Я привезу договор, когда приедем в Байшуйао».
Затем он добавил: «В таком случае, вы можете внести один лян серебра в качестве задатка. Меня зовут Линь Аньнань. Мы построили целый ряд домов в Юйшаньао, нам нет смысла убегать».
Пять лянов — это немалая сумма, и он боялся, что Чжун Мин не даст их без договора. Если он получит хотя бы один лян, это гарантирует ему этот заказ.
«Всё в порядке».
Перед отъездом Чжун Мин и Су И предполагали, что им могут понадобиться деньги, поэтому взяли с собой мелкое серебро и медные монеты.
Среди морских людей существовало большее доверие друг к другу. К тому же, этот мастер по фамилии Линь строил дом для старшего дяди семьи Ци, и в случае проблем, его можно было легко найти.
Получив один лян серебра, Линь Аньнань спрятал его за пазуху. Обе стороны, одна — заработавшая деньги, другая — получившая новое жильё, были довольны. Им оставалось только закончить текущую работу и встретиться в Байшуйао.
«Кажется, мы только приехали, а уже нужно уезжать».
После того, как вопрос с пристройкой был решён, Чжун Мину и Су И пора было возвращаться с Чжун Ханем. Осенью дни короткие. Судя по направлению ветра, обратный путь будет медленнее, чем туда. Чтобы не плыть в темноте, они не стали задерживаться и попрощались, просидев на лодке семьи Ци всего один шичэнь (два часа).
Чжун Чуньчжу, с лицом, выражавшим нежелание расставаться, наклонился, собирая для них подарки, и сказал: «Несмотря на то, что я замужем уже почти десять лет, каждый раз, когда ухожу из родительского дома, или когда провожаю родных, жалею, что вышла замуж так далеко».
Он оглянулся на Ци Юна и пошутил: «Знал бы, был бы смелее и взял бы зятя в дом».
Ци Юн, держа младшего сына на руках, услышав это, сказал: «Ты поздно об этом говоришь. Если бы ты сказал это тогда, я бы, возможно, постарался».
Чжун Чуньчжу усмехнулся: «У тебя язык острый только сейчас».
Он покачал головой и протянул им небольшую баночку своего маринада, пакет сушёных водорослей тоушуй, пакет крупных красных сушёных креветок, а также стопку носовых платков, которые он вышил в свободное время.
«Я хотел привезти их на Новый год, но до него ещё несколько месяцев».
Он указал на платки: «Вот эти шесть платочков: по одному тебе, гээр И, и гээр Ханю, один моей второй сестре, по одному её цзе Ин и гээр Цюэ, и один моей третьей невестке».
Он недолюбливал Гоу-ши. Ещё до его замужества, когда Гоу-ши только вошла в семью, они часто пререкались. Позже, когда он выходил замуж и братья и сёстры собирали ему приданое, Гоу-ши жаловалась, что четвёртый брат Чжун дал слишком много.
И это при том, что после смерти родителей оставшееся имущество было поделено между всеми. Более того, сыновья всегда получали больше, поскольку цзе и гээр должны были выйти замуж и покинуть дом.
Поэтому не только сейчас, но и раньше, за исключением Нового года, когда приходилось соблюдать приличия, Чжун Чуньчжу и Гоу-ши открыто игнорировали друг друга, даже не делая вид, что поддерживают хотя бы внешнее уважение, как это было между Чжун Чунься и Гоу-ши.
Платки были переданы Су И. Он знал о напряжённых отношениях между Чжун Чуньчжу и Гоу-ши, поэтому не стал спрашивать, почему подарок есть для третьей невестки, но нет для четвёртой тёти-дяди.
«Я обязательно всем их передам».
Чжун Хань, услышав, что и ему достался платок, мило поднял голову и сказал: «Спасибо, тётя-дядя».
Чжун Чуньчжу наклонился и погладил его по щекам обеими руками, его нежелание расставаться усилилось.
«Мой хороший мальчик, приезжай к тётя-дяде ещё, когда будет время».
Перед отъездом Ци Хао подарил Чжун Ханю букет маленьких диких цветов, собранных на берегу. Было приятно видеть, что двоюродные братья, которые редко виделись, так хорошо поладили.
Чжун Мин велел Чжун Ханю крепко держать цветы: «Сейчас придём на лодку, найдём тебе вазу и поставим. Они смогут цвести ещё много дней».
Сколько бы ни было сказано, настало время прощаться. Парус был поднят, надуваясь ветром. Пейзаж Юйшаньао постепенно удалялся.
В каюте ветряной колокольчик из рыбьих костей продолжал тихонько кружиться на ветру. Додо подошёл, понюхал дикие цветы, наморщил нос, нашёл место, где сесть, и принялся облизывать лапы.
Он, должно быть, только что гулял по берегу Юйшаньао: лапы были мокрые, а изо рта пахло рыбой. Точно охотился.
Чжун Хань что-то бормотал коту, спрашивая, вкуснее ли рыба из Байшуйао или из Юйшаньао.
Додо не понимал, но его ухо дёргалось при каждом слове Чжун Ханя.
Су И сидел с Чжун Мином на носу лодки, прикрывая лицо от солнца соломенной шляпой. Море было бескрайним, что расширяло душу. Вода была чистой, и иногда можно было увидеть проплывающие тени рыб.
«Ещё одна проблема решена. Если всё пойдёт по плану, через месяц мы сможем въехать в свой дом».
Чжун Мин всегда становился более разговорчивым, когда был с фуланом: «Пока есть время, давай хорошенько заработаем ещё денег, чтобы купить больше мебели для пристройки, иначе она будет выглядеть голой».
Су И никогда не видел домов на суше и не знал, что должно быть внутри. Он думал, что мебели на их лодке вполне достаточно.
«С мебелью можно не торопиться. Как только переедем, если почувствуем, что чего-то не хватает, можно будет докупить».
«И это верно».
Чжун Мин перевёл тему: «Кстати, кровать — это самое главное. Нужно сделать хорошую».
Су И молча посмотрел на него. Он чувствовал, что его муж на что-то намекает. Ему пришлось легонько ущипнуть его за руку. Ущипнул он так нежно, что Чжун Мин бы и не почувствовал, если бы не видел.
«Смотри, как бы ты не испортил Сяо Цзая».
Чжун Мин рассмеялся, нарочито сказав: «Я же ничего не говорил, это ты не о том подумал».
«И потом, он ещё маленький, ничего не понимает».
Су И настаивал: «Дети понимают больше, чем мы думаем. Ему не год или два, а четыре-пять лет».
Чжун Мин принял вид «ты прав», затем придвинулся ближе и серьёзно сказал: «Тогда, когда мы переедем в дом, поговорим об этом за закрытыми дверями».
Су И: ...
Он молча встал, собираясь пойти в каюту, чтобы побыть с Сяо Цзаем, и не обращать внимания на этого болтуна.
Спорить с ним бесполезно, и бить его нельзя.
Но уйти не получилось. Едва он встал, Чжун Мин позвал его и Чжун Ханя посмотреть вдаль.
«Вон там мангровые заросли. Когда мы плыли сюда, был прилив, и мы их не заметили. Теперь, когда вода отступила, они полностью открылись».
Рядом с Байшуйао не было мангровых лесов. В последний раз он был в мангровом лесу, когда ловил синих крабов по заказу семьи Хуан. Вернувшись, он рассказывал об этом Су И и Чжун Ханю, и, видя их тоскующие глаза, подумал, что обязательно найдёт возможность свозить их туда.
Он быстро схватил шест и изменил курс лодки.
«Мы рано выехали, времени хватит. Такой шанс! Я доплыву, и мы прогуляемся в зарослях. Там много крабов, прячущихся в грязи, а если повезёт, можно поймать морских уток и собрать их яйца».
