Глава 143. Зондирование почвы.
13 декабря 2025 г., 18:12
В городе, в лавке Чжань.
Чжань Цзю сидел за прилавком и с характерным треском стучал костяшками счетов, сверяя бухгалтерские книги. Лавка была открыта почти три месяца, и, благодаря узнаваемой вывеске, торговля шла лучше. Он не только добавил два новых канала сбыта в уездах, но и сельские покупатели стали чаще приходить за товаром.
Покупка здесь была выгоднее, чем в других лавках, если требовалось приобрести больше, так как те лавки сами закупались у него. Конечно, для получения хорошей цены нужно было купить не менее десяти штук домашней птицы, сто или восемьдесят яиц или утиных яиц, а фрукты продавались корзинами.
Кроме того, если кому-то требовалось что-то еще, Чжань Цзю мог помочь достать, лишь бы назвали наименование. Недавно он даже добавил торговлю шелком и чаем, хотя в этих двух сферах ему далеко до крупных лавок. Чтобы пробиться, ему пришлось потратить немало денег на подкуп. По его словам, он был готов не получить прибыли в самом начале.
Чжун Минь вошел в лавку. Приказчик, стоявший у двери и протиравший окна, поприветствовал его. Чжань Цзю поднял голову, увидел, кто пришел, и захлопнул книгу.
«Энгун (Благодетель), что привело вас сегодня? Вы закончили с работой по посадке риса на полях?»
Он попросил приказчика принести чаю. Будучи управляющим, он отдавал приказы, а его двое сородичей продолжали работать на лавку. Сейчас он выглядел солидным, гораздо более серьезным, чем в то время, когда Чжун Минь впервые познакомился с ним.
Чжун Минь обдумывал причину своего визита и прошел за Чжань Цзю за ширму, чтобы присесть.
«Работы на полях завершены. Мы расплатились с наемными рабочими. Устал я, конечно, здорово, поэтому несколько дней отдыхал дома».
Он протянул принесенные с собой подарки: «Несколько дней назад мы с твоей невесткой выходили в море, поймали много кальмаров. Я засушил несколько штук тебе к вину. И рыбный соус, я тебе тоже новую баночку поджарил».
Чжань Цзю взял подарки и был очень доволен.
«Этот рыбный соус теперь в дефиците. Если я выставлю эту банку, многие позавидуют».
Рыбный соус с прилавка семьи Чжун был их фирменным блюдом, но с апреля его перестало хватать. Конечно, в деревне были и другие, кто продавал рыбный соус. Это выглядело как низкозатратный и высокодоходный продукт, поэтому, естественно, нашлись те, кто решил скопировать, но те, кто пробовал, знали, что вкус подделок не сравнится с соусом семьи Чжун.
Если говорить о сырье, то либо крупная сорная рыба была плохо выпотрошена, либо кости недостаточно разварены, либо выбранная рыба была несвежей. Даже если вкус удавалось замаскировать приправами во время готовки, послевкусие все равно отдавало рыбным запахом.
Пусть даже другие продавали дешевле, всего на несколько медяков, но те, кто мог себе позволить рыбный соус, не беспокоились об этих копейках. Если уж есть, то самое вкусное.
Чжун Минь тоже был немного расстроен.
«Мы были заняты весенними посевами и не успевали готовить соус. Я слышал от А-Ин, что люди часто спрашивают о нем, и ей уже трудно отбиваться».
Он намеренно упомянул имя Тан Ин, тайно наблюдая за реакцией Чжань Цзю.
Услышав имя Тан Ин, Чжань Цзю, конечно, выглядел неестественно. Как раз в этот момент приказчик принес чай. Он быстро взял его, сменив тему и прервав разговор.
Чжун Минь получил то, что хотел, отпил пару глотков чая и жестом попросил Чжань Цзю отослать приказчика на задний двор.
Чжань Цзю сразу почувствовал, что между ними должно быть что-то, что нужно обсудить без приказчика. Как только тот ушел, он начал незаметно теребить край своей одежды, сложенной на коленях, быстро измяв неплохую шелковую ткань.
Чжун Минь прокашлялся. Чжань Цзю тут же замер, на его лбу не хватало только надписи «виноват».
Получается, даже самый преуспевающий на людях мужчина не мог скрыть своего волнения перед родственниками гэ-эр, которую он любил. К тому же, отношения Чжун Миня с ним были не только деловыми.
Дальнейшее молчание было бесполезно. Перед важным делом Чжун Минь всегда предпочитал прямоту, особенно когда это касалось судьбы его племянницы.
Он знал, что раньше считал Чжань Цзю безнадежным, и полагал, что из-за разного социального статуса им не суждено быть вместе. Тогда подавленное выражение лица Чжань Цзю не было притворством. Поэтому чувства А-Ин к нему, должно быть, возникли позже, вероятно, после того, как в конце прошлого года А-Ин официально взяла на себя прилавок с соусом. Они оба были в деревне, жили недалеко друг от друга и стали видеться чаще.
Чжун Минь хотел выяснить, какими методами Чжань Цзю воспользовался, или же это просто взаимная симпатия.
«Судя по твоему виду, ты, скорее всего, догадался о цели моего визита. Я не буду ходить вокруг да около. Независимо от нашей прежней дружбы, все, что я скажу дальше, будет от имени двоюродного брата А-Ин, который спрашивает тебя от имени ее родителей».
Услышав, что в дело замешаны Тан Дацян и Чжун Чунь Ся, Чжань Цзю тут же выпрямился, думая, что если он скажет хоть одно неверное слово, то не сможет жениться на Тан Ин до скончания времен. Сердце его колотилось.
Первый вопрос Чжун Миня был о том, действительно ли он и Тан Ин общаются, скрывая это от ее семьи.
Чжань Цзю не посмел отрицать, но тут же заверил: «Я ищу ее у прилавка, когда дяди Тана и тети Чжун нет рядом, или на пути, когда я провожаю ее до причала. Мы перекидываемся парой слов. Я никогда не был с ней в темных местах, чтобы делать что-то непристойное».
Теперь настала очередь Чжун Миня удивиться.
«Раньше я думал, что ты просто безответно влюблен. Когда же А-Ин обратила на тебя внимание?»
Чжань Цзю почесал шею, не осмеливаясь смотреть на Чжун Миня: «Разве не говорят, что даже стойкая девушка боится настойчивого ухажера...»
Он действительно не мог забыть Тан Ин. Даже его мать заметила это и спросила, собирается ли он всю жизнь не жениться или же его сердце занято, и он не может это преодолеть.
«Я сказал своей матери, что если людям на воде позволят сменить прописку, я женюсь на А-Ин со всеми почестями. Если не позволят, и она когда-либо захочет бросить меня, я приму это. Но если ей будет приятно быть со мной, я готов не жениться всю жизнь и быть верным только ей».
Эти слова ошеломили Чжун Миня. Он понял, что их отношения стали глубже, чем он думал, но это не было немыслимо.
Слово «любовь» не подчиняется логике. Разве он и Су И не пообещали друг другу быть вместе всего через несколько дней после знакомства?
Но как ее двоюродный брат со стороны матери, который пришел по поручению второй тети, он не мог так легко сдаться только из-за нескольких красивых слов.
Чжун Минь опустил глаза и сказал Чжань Цзю: «Твои слова звучат очень искренне, но на самом деле, если ты так поступишь, пострадает только гэ-эр. Ты подумал, что если мужчина не женится до тридцати лет, но у него есть имущество и бизнес, люди могут подумать, что у него есть любовница, и похвалить его за любвеобильность. Но если гэ-эр долго не выходит замуж и часто общается с посторонним мужчиной, как это скажется на ее репутации?»
Сказав это, он не дал Чжань Цзю опомниться и, не дожидаясь ответа, резко сменил тему: «Слухи о смене прописки ходят, но власти пока ничего не объявляли. А-Ин уже не молода, она не может ждать еще несколько лет».
«На самом деле, если люди с земли и люди с воды хотят пожениться, прецеденты есть. Если человек с земли готов отказаться от статуса свободного гражданина, и гэ-эр или мальчик женится на нем, а мужчина становится примаком, то власти ничего не могут сделать».
Но сколько людей готовы отказаться от своего статуса свободного гражданина и стать «низшими»?
Чжун Минь хотел проверить Чжань Цзю таким образом, но тот нисколько не смутился. Напротив, в его глазах вспыхнула радость.
«Энгун, вы имеете в виду, что если я соглашусь стать примаком, я смогу жениться на А-Ин?»
Чжун Минь: …
Очевидно, нет. Он просто бросил это слово, и оно возымело слишком сильный эффект.
Удивленный, он сдержал свои эмоции и спокойно спросил: «Ты готов стать примаком в семье Тан и потерять статус свободного гражданина?»
Затем он указал на недавно открытую лавку: «Ты должен знать, что люди с низким статусом не имеют права заниматься торговлей».
Чжань Цзю, казалось, уже все продумал, и без колебаний ответил: «Это несложно. Как и вы, Энгун, используете мое имя для залога, чтобы торговать на Южной улице, я могу переписать лавку на имя моей матери. В конце концов, только я становлюсь примаком, а моя мать остается свободным гражданином».
Он добавил с некоторым смущением: «От этого бизнеса я не могу отказаться. Я не человек с воды, не умею ловить рыбу в море, даже плавать не умею. Если не будет этого бизнеса, как я обеспечу А-Ин хорошую жизнь?»
Действительно, мужчина, который не умеет плавать, в бухте Байшуй стал бы посмешищем. Он хуже трехлетнего ребенка. Но, оставив это в стороне, Чжань Цзю говорил так, будто стать примаком уже решенный вопрос, и он давно готов стать зятем в семье Тан.
Чжун Минь подумал, что нельзя продолжать этот разговор, чтобы Чжань Цзю не подумал, что это предложение исходит от второй тети и дяди.
«Раз ты получил низкий статус, ты не сможешь вернуться обратно. Твои потомки даже не смогут сдавать экзамены. Это не покупка редьки или капусты на рынке, это одноразовая сделка».
Он прекрасно знал, что смена прописки для людей, живущих на воде, — это лишь вопрос времени, и, скорее всего, решение будет принято после осеннего урожая. Ситуация никогда не дойдет до того, чтобы Чжань Цзю пришлось становиться примаком.
Однако сейчас ему пришлось прервать планы Чжань Цзю. Он сделал два глотка чая, успокоился и сказал: «Я понял твои намерения и, вернувшись, обязательно расскажу обо всем второй тете и дяде».
Чжань Цзю увидел, что Чжун Минь собирается уходить, и поспешил остановить его: «Энгун, подождите немного. Я специально отложил хороший жасминовый чай и мандариновую цедру. Заберите, заварите и пейте».
Жасминовый чай с богатым ароматом цветов наверняка понравится Су И, а мандариновая цедра часто нужна их младшему сыну, который иногда кашляет. Это заставило Чжун Миня признать, что Чжань Цзю действительно был очень внимательным. Если бы не его способности, он не смог бы так быстро развить свой торговый бизнес.
Если он действительно так глубоко любит А-Ин, и в будущем А-Ин сможет сменить прописку, а они поженятся, их семейная жизнь, несомненно, будет хорошей и многообещающей.
Пока Чжун Минь расспрашивал Чжань Цзю, Су И тоже нашел предлог. В один из вечеров после ужина он оставил Чан Лэ с Чжун Минем и повел маленького сына к Тан в гости, якобы для шитья. Во время шитья Чжун Чунь Ся увела Тан Цюэ и маленького сына, оставив Су И и Тан Ин одних в комнате.
Су И, будучи невесткой, впервые занимался таким делом. Он прокрутил слова в голове десятки раз, прежде чем заговорить без запинки.
Когда он осторожно спросил, щеки Тан Ин сразу покраснели. Су И понял, что его догадки верны. Когда гэ-эр или мальчик влюбляется, он становится таким застенчивым и смущенным.
Когда он спросил, что именно ей нравится в Чжань Цзю, она бормотала, и даже нить в ее руках стала влажной от пота.
«Сначала я видела в нем только друга моего двоюродного брата. Потом я поняла, что он неравнодушен ко мне. Постепенно мы стали видеться чаще, и я...»
В конце концов, это была любовь, возникшая со временем. Привлекательный, даже очень хороший мужчина постоянно мельтешит перед глазами и демонстрирует свою преданность. Кто сможет долго оставаться равнодушным? Вода камень точит.
Су И понял мысли Тан Ин и убедился, что Чжань Цзю не обманул ее красивыми словами, и успокоился. Вернувшись домой, он пересказал все Чжун Миню.
«Я думаю, разлучить их не получится. Но я не знаю, что решат вторая тетя и дядя».
Чжун Минь ответил: «Мы сделали то, что должны были. В другой день мы придем и расскажем об этом второй тете. На этом наша миссия будет завершена, и мы не станем больше вмешиваться».
Затем он добавил: «Я все обдумал. Я буду следить за ним. К тому же, мать Чжань — порядочная женщина. Если Чжань Цзю осмелится изменить или обмануть А-Ин, кто его простит? Если он посмеет поступить несправедливо с А-Ин, я утоплю его там, где однажды спас».
Су И знал, о чем беспокоился Чжун Минь. Он и раньше говорил, что если бы не знал, что Чжань Цзю, несмотря на свою прежнюю репутацию, не совершал крупных ошибок и никогда не ночевал в публичных домах, он бы первый не согласился на это, даже если бы вторая тетя не попросила.
Не откладывая дело в долгий ящик, на следующий день супруги, воспользовавшись отсутствием Тан Ин, снова пошли к второй тете, чтобы пересказать ей слова обоих молодых людей.
Через несколько дней Чжун Чунь Ся, увидев их, сообщила, что они обсудили все с семьей Чжань. Они решили сначала провести частную церемонию, чтобы сверить гороскопы молодых. Если не будет никаких противопоказаний, они пока что объявят о помолвке. Главное — не устраивать из этого публичное событие, и тогда, скорее всего, власти не станут вмешиваться в такое мелкое дело в такой ответственный момент.
