Простое спасибо

      Валентино грубо зашвырнул обезглавленное тело Вокса в спальню — к счастью, на кровать, а не на пол. Вокс воспринял это как знак того, что Вал все еще заботится о нем, по крайней мере, настолько, чтобы не желать разбитого его экрана. В конце концов, его партнер (возможно, теперь уже бывший, признал Вокс) решил его спасти. Да, он сделал это, оторвав ему голову, но времена нынче такие.       Ладно, Вокс мог признать, что немного увлекся. Возможно, почти убийство всех, включая себя самого, не было самым умным его планом. Но эй, все мы совершаем ошибки, верно? Конечно, другие Ви были на него злы. Но они успокоятся со временем. Валу нужно было всего лишь несколько ласковых слов и хороший секс, и все было бы прощено. Сейчас у него не было тела, но головы было достаточно, чтобы удовлетворить его.       — Если ты хотел уложить меня в постель, милый, тебе всего лишь нужно было попросить, — промурлыкал Вокс.       Валентино презрительно уставился на него, прорычав что-то по-испански себе под нос, прежде чем выскочить из комнаты.       — Подожди, Вал! Ты не можешь просто оставить меня здесь!       Дверь захлопнулась в ответ, и он услышал, как гневные шаги удаляются по коридору. Затем наступила тишина, если не считать постоянного шипения помех, исходящего из его головы. Ну… вот дерьмо. Возможно, это будет сложнее, чем он думал. У него было достаточно стычек с другими Ви, но на этот раз все ощущалось иначе. Он действительно все испортил.       Он попытался направить свое сознание к камерам наблюдения, но его силы были слишком истощены. Черт. Он гадал, как долго его здесь оставят. Несомненно, они вернутся. Не то чтобы они просто бросили его вот так, верно?       Вокс не знал, как долго он лежал там, уставившись на тусклое синее свечение, которое его экран отбрасывал на потолок, сосредоточившись на нем. Была причина, по которой он постоянно был занят: всегда наблюдал, плел интриги и предавался удовольствиям. Если было что-то, чего он боялся больше всего, так это остаться наедине со своими мыслями.       Внезапно он почувствовал чье-то присутствие в темной комнате. Знакомая частота защекотала затылок, и он понял, кто это, еще до того, как его выдала тень. Голова с рогами зловеще вытянулась по потолку, глядя на него с оскаленными острыми зубами. Его глаза метались по комнате, зная, что тень двигается сама по себе, и Аластор мог таиться где угодно. К его досаде, его восприятие было ограничено, ведь он даже не мог повернуть свою чертову голову.       — Я знаю, ты здесь, старый ублюдок! Хватит вести себя как жуткий говнюк и встреться со мной лицом к лицу.       Вокс старался не показывать страха в голосе. Аластор мог легко убить его вот так. Ему бы хватило одного из ангельских клинков Кармиллы Кармайн. Он бы не удивился, если бы эта сука дала ему один специально для этой цели. Жизнь Вокса полностью зависела от того, решит ли его старый друг – не друг, напомнил он себе с горечью, они никогда не были друзьями – что будет веселее оставить его в живых. Честно говоря, это могло быть худшей участью, чем смерть.       О, как быстро меняются обстоятельства. Меньше чем за несколько часов до этого Радиодемон был в его власти. О, кого он обманывал? Ал все это время был именно там, где хотел быть. Конечно, у ублюдка был план. У него всегда был чертов план. Он должен был знать, что это слишком хорошо, чтобы быть правдой. Но Вокс позволил своим чувствам затуманить разум. Так же, как он сделал тогда.       — Если ты пришел сюда, чтобы закончить начатое, то хотя бы имей приличие сделать это быстро.       Он сомневался, что Аластор упустит возможность заставить его страдать. Но если бы Радиодемон когда-нибудь испытывал к нему хоть каплю привязанности… ну, Вокс мог мечтать.       Самодовольное лицо Аластора проявилось из теней у изголовья Вокса.       — Не будь смешным, старина! В чем будет веселье, если я убью тебя вот так?       Вокс почувствовал, как облегчение разливается по нему. Аластор мог быть манипулятивным, красноречивым мерзавцем. Но он не был лжецом.       Тем не менее, Вокс подозрительно посмотрел на него.       — Тогда зачем ты здесь? Пришел поглумиться? Потому что я бы предпочел, чтобы ты просто, блять, убил меня.       Аластор был последним, с кем он хотел иметь дело прямо сейчас. Ублюдок разрушил все, над чем он работал. Он должен был быть Богом, а вместо этого превратился в гребаный планшет. Вокс никогда не чувствовал такого чертового унижения. Ну, почти никогда. Ничто не могло сравниться с той ночью в баре. Перестань, блять, об этом думать.       — Да ладно тебе. Ты правда думаешь, что я настолько мелочен? В отличие от тебя, мне не нужно унижать врагов на публике, чтобы заставить их почувствовать себя ничтожными. На самом деле, ты сам стал совсем ничтожным, и мне даже пальцем не пришлось пошевелить, — Аластор мрачно усмехнулся и провел острым когтем по экрану Вокса.       Аластор казался сильнее, чем в последний раз, когда Вокс его видел. Он стоял прямее, с уверенностью, которой ему не хватало с момента схватки с Адамом. Он излучал силу, Вокс чувствовал, как она искрится в воздухе между ними. От этого у него по коже бежали мурашки, а схемы гудели, словно сирена, которую слышал только он. Это напомнило Воксу, почему он так тянулся к Аластору все эти годы.       Сейчас не время предаваться воспоминаниям, одернул он себя.       Вокс оскалился.       — Значит, ты пришел меня пытать? Прекрасно. Делай что хочешь. Я не дам тебе удовольствия видеть, как я умоляю.       Ему сегодня уже отрывали голову, так почему бы не добавить к этому пытки от заклятого врага? Он приготовился ко всему тому дерьму, что Аластор мог ему подкинуть. Может, этот ублюдок его и правда съест. Разрежет на мелкие кусочки, оставив глаза напоследок, чтобы он мог наблюдать все время. Он был благодарен, что у него нет тела, если так. Он не думал, что на его мониторе много мяса.       Аластор рассмеялся, и Воксу отвратителен был этот звук. Он напомнил ему времена, когда смех был мягче, нежнее. Раньше он жаждал этого звука. Теперь он просто заставлял его кровь кипеть.       — На самом деле, все наоборот. Я пришел тебе помочь, — сказал Аластор, будто это не было самое нелепое, что Вокс когда-либо слышал.       — Насколько глупым ты меня считаешь?       — Чрезвычайно, — ухмыльнулся Аластор, и Вокс нахмурился. Он сам на это нарвался.       Аластор поднял руки в дерзком, маленьком пожатии плечами.       — Но, как я уже говорил тебе раньше, ты помог мне разорвать цепь, которая была занозой в моей заднице очень долгое время. Так что я считаю, что обязан тебе больше, чем простым спасибо. Смотри, я даже принес тебе подарок.       Аластор взмахнул своим посохом, и над кроватью появился шар теней, принявший гуманоидную форму. Ну, почти гуманоидную. Ей не хватало головы. Тело Вокса выпало из тени и с глухим стуком упало на кровать.       Вокс уставился на него в недоумении. Какую игру затеял этот ублюдок?       — Не стоит меня благодарить, разумеется. Было уморительно легко его забрать. Никто даже малейшего внимания не обратил на твое тело, после этого жалкого зрелища. Сомневаюсь, что кто-то вообще заметил, что оно пропало.       Вокс испепелил его взглядом.       — Откуда мне знать, что это не какой-то трюк?       Аластор рассмеялся, грубо тыкая посохом в тело Вокса.       — Ниоткуда! Просто будь благодарен, что я не оставил твое тело там гнить. Мы оба знаем, что твои конечности не отрастают, Винсент.       Вокс стиснул зубы от использования его настоящего имени. Аластор был единственным, кто так его называл, и он жалел, что когда-либо рассказал ему. Это напоминало ему, что он когда-то был достаточно глуп, чтобы думать, что Аластору можно доверять. Что, возможно, он наконец-то нашел кого-то, кто действительно его понимает. Какая, черт возьми, шутка.       Аластор продолжал, казалось, совершенно не обеспокоенный старой раной, которую вскрыл его выбор слов.       — Думаю, я мог бы вернуть его. Оставить тебя здесь лежать в надежде, что твои маленькие друзья...       Аластор произнес слово «друзья» так, будто сама концепция лично его оскорбляла.       — ...решат простить тебя и построить новое тело. Сколько, по-твоему, это займет? Несколько недель? Месяцев? Может быть, даже лет? Ты же знаешь, как быстро проходит время здесь, внизу.       Он ни на секунду не доверял Аластору. Но он не мог отрицать, что демон был прав. Он сэкономил ему кучу времени. Теперь ему просто нужен был один из его инженеров Вокс.тека, чтобы собрать его обратно.       Матрас внезапно прогнулся, когда Аластор забрался на кровать и потянулся к телу.       — Что, чёрт возьми, ты делаешь? — потребовал Вокс, внезапно вспомнив свой прежний страх, что Аластор его съест. Неужели поэтому он принес его тело сюда? Чтобы съесть его на его глазах?       Аластор закатил глаза, поднимая безжизненное тело Вокса и осматривая оборванные провода, свисающие из его шеи.       — Что, по-твоему, я делаю? Я тебя чиню.       — Чёрта с два я бы доверил тебе, себя чинить! — усмехнулся Вокс.       — Почему нет? Это ведь не первый раз, — напомнил ему Аластор.       Вокс сжал губы в гримасе, когда его захлестнули воспоминания, которые он предпочел бы забыть. Вспоминался почти обеспокоенный взгляд, который мелькнул на лице Аластора тогда, когда тот зашивал его.       — Тебе действительно стоит быть осторожнее, Винсент. Демоны здесь, в Аду, куда опаснее человеческих репортеров. Ты не можешь просто пробиться наверх силой. Тебе нужно быть умнее и выбирать свои битвы с умом, иначе ты никогда не станешь Оверлордом.       Вокс зажмурился, отгоняя воспоминания. Аластор не обратил внимания на его реакцию, сосредоточившись на разборе проводов.       — Где ты держишь свой ящик с инструментами? — спросил Аластор, не поднимая глаз.       — В глубине шкафа, — вздохнул Вокс, смирившись.       Все равно он ничего не мог поделать с Аластором. Он не понимал мотивов этого демона, но давно это принял.       Аластор послал свою тень за инструментами, и вскоре она вернулась с кусачками, плоскогубцами и паяльником. Вокс сглотнул. Он очень надеялся, что Аластор понимает, что делает. Прошло много времени с тех пор, как Аластор приближался к нему с паяльником. Тень протянул Аластору защитные очки, которые тот надел с излишним энтузиазмом. Его красные глаза зловеще светились сквозь них.       — Ты уверен, что знаешь, что делаешь? — нервно спросил Вокс.       — Конечно! Это как кататься на велосипеде. А теперь сиди смирно, дорогой, — успокоил его Аластор с не слишком успокаивающей маниакальной ухмылкой, подняв кусачки.       Вокс зажмурился, пока Аластор приступал к работе. Это было куда больнее, чем он помнил, но он отказывался дать Аластору удовлетворение от крика. Он не удивился бы, если бы Радиодемон намеренно действовал грубо, чтобы выпустить пар из-за всего этого «похищения». Он почувствовал металлический привкус, когда его акульи зубы прокололи нижнюю губу.       Аластор маниакально рассмеялся, наслаждаясь тем, как Вокс корчится от боли. Вокс задумался, стоит ли позвать других Ви, но сомневался, что они его услышат. Аластор контролировал звуковые волны и, несомненно, звукоизолировал комнату. Он не был уверен, что его друзья придут на помощь, даже если бы услышали его.       После того, что показалось часами пытки, но, вероятно, было всего лишь несколькими минутами, Аластор отложил инструменты и снял защитные очки. На его лице была довольная ухмылка, когда он любовался своей работой. Вокс экспериментально пошевелил пальцами и с облегчением почувствовал чувствительность.       — Охуеть! Ты действительно сделал это, — сказал Вокс, впечатлённый.       Он попытался сесть, но крепкая рука с когтями прижала его грудь вниз.       Аластор щёлкнул языком, словно отчитывая ребёнка.       — Не так быстро, старина. Нам ещё нужно тебя зашить.       Аластор мрачно усмехнулся и в руке у него появилась игла с светящейся зелёной нитью. Вокс поморщился при виде этого, но не стал возражать. По крайней мере, самая болезненная часть уже позади. Он помнил, что Аластор гораздо умелее обращается с иглой, чем с паяльником.       Аластор крепко схватил его за подбородок, запрокинув голову, и игла проколола кожу. Вокс зашипел от боли, но не двигался. Он не хотел, чтобы Аластор жаловался, что он дернулся и придётся начинать заново. Вокс уже однажды совершил такую ошибку и на собственном опыте понял, что Аластор — перфекционист. Радиодемон не спешил, тщательно следил, чтобы каждый стежок был аккуратным. По сравнению с прежними мучениями, его движения можно было назвать почти нежными. Ну, насколько это возможно при многократных уколах иглой.       — Et voilà, — сказал Аластор, закрепляя нить. — Как новый.       Вокс провёл пальцем по магическим швам на шее.       — Неплохо.       — Конечно! Я же говорил, это как ездить на велосипеде, — Аластор улыбнулся криво, не показывая зубов.       Эта улыбка напомнила Воксу, как Ал раньше на него смотрел. До того, как предложил стать партнёрами. Когда, казалось, он действительно что-то для него значил. Воспоминание испортило настроение, и он нахмурился.       — Так что именно ты хочешь получить взамен? Я знаю, что твоя помощь не бывает бесплатной, — прошипел Вокс.       Вокс был уверен, что мельком увидел разочарование на лице Аластора, прежде чем тот снова надел свою привычную ехидную улыбку.       — Разве я не могу помочь старому другу без корысти? — пожал плечами Аластор.       Экран Вокса замигал от ярости, и он схватил демона за воротник костюма.       — НЕТ! Потому что в Аду нет друзей. Ты меня этому учил!       Улыбка Аластора стала натянутой, и он вцепился когтями в кулак Вокса.       — Вот опять. Вечно трогаешь. Просто не можешь держать свои грязные руки при себе       Вокс нахмурился, когда воспоминания нахлынули на него. Колено, мягко прижатое к его бедру, когда они вместе пили в баре. Его плечо, прислоненное к плечу Аластора, когда они сидели слишком близко на диване. Руки, сплетенные вместе, рука Аластора на его талии, когда они танцевали под свинговую музыку.       — Ну, если это тебя так беспокоило, почему ты никогда не говорил мне остановиться? Ты мог бы оттолкнуть меня или отодвинуться. Почему ты так долго позволял мне это делать? Почему ты позволил мне думать, что...       Вокс покачал головой, отказываясь закончить предложение. Он оттолкнул Аластора от кровати и сжал кулаки, кровь капала с его правой руки на простыню.       Внезапно Вокс почувствовал себя измотанным.       — Ты не хочешь, чтобы я тебя трогал? Хорошо. Я больше никогда, блять, тебя не трону. Просто убирайся из моей жизни, Ал.       Аластор выглядел шокированным, как будто ожидал большего сопротивления. Затем он нахмурился и поднял руки, и тенистые щупальца внезапно обвились вокруг запястий и лодыжек Вокса, словно кандалы.       — Нет. Ты не имеешь права это решать. Теперь ты мой пленник, Винсент. И я думаю, пришло время тебе попробовать свою собственную горькую пилюлю.