Гуляй-город

Третья встреча аббатисы и Леоры состоялась наедине, незадолго после того, как Дей уже занял пост легата.     Всё шло хорошо, по плану. Почти всё.     Мачеха слушала принцессу, разглядывала ступени храма. Те оплыли, будто их столетиями ласкал океан, и вогнулись посередине, словно самый удобный нож, знававший сотни заточек.     — Я исполняю всё, что тебе обещала, — говорила Леора. — На некоторые вещи повлиять нельзя, только если не запереть Дея Далестору где-нибудь в надёжном месте. Мы не ошиблись, когда выбрали для него войну. Катастрофу, которую ему готовил Корпус, Дей пережил. Мой брат об этом позаботился, хоть и не знал тогда о наших с отцом идеях.     — Театр судеб. Вы хотите разыгранных по нотам жизней? — мачеха присела на ступеньку. — Думаете, сможете устраивать судьбы так, чтобы все были счастливы?     Леора тоже присела рядом, разлив по камню шёлк тончайшего терракотового платья.     — Я хочу, чтобы все наши дети знали, куда им стремиться и где им помогут. Каждый отдельно, это непременное условие. Мы уже находим равновесие между их желаниями и общими нуждами. Уже состоялось несколько отличных браков, а каких гениев выпустили университеты недавно! Вы, наставники, в этом бесценны. Думай о хорошем.     Мысли аббатисы сопротивлялись. Вторым пророческим созвездием был Кворум.     — У Дея уже было четверо друзей — его самый первый конт. И тогда мы тоже считали, что он получил свой дар, Кворум исполнен. Их давно нет в живых, — мачеха перевела тревожный взгляд на Леору. — Откуда мы знаем, что падение с Шипа — та самая трагедия, которая уже не повторится?     Принцесса обхватила колени руками. Браслеты звякнули, сползая к локтю. Словно расстроенный и уставший ребёнок, она снова попросила:     — Думай о хорошем, Эстас.