Перерождение в Апокалипсисе: Попаданец в фэнтези-стратегию

      Интерлюдия: Ханроу       Пока мои люди наслаждались удобствами и праздничной суетой победы после возвращения, я встретился с Гилбертом в тайном убежище в двух поселениях отсюда.       — Ну что, каково это вернуться? — Гилберт обзавёлся новой личиной: суровый пожилой господин в костюме, какие носят в Академии. Если бы он не заговорил своим настоящим голосом, я бы и не поверил, что он стоит прямо передо мной. — Я прочёл ваши записи. Год вдали от цивилизации...       — Я десятилетиями жил без благ, что предлагают наши земли... но легче от этого не стало. Вряд ли я возглавлю ещё много таких походов, даже с обновлённым телом, — пусть я и полон сил, факт оставался фактом: для этой работы я не гожусь. — Ригерт справится лучше. Как он?       — Всё ещё удерживает и зачищает земли Учёных Небес. Он для этого дела подходит идеально, да и в моих изысканиях помогал, но вместе мы справимся куда лучше, особенно когда половина препятствий уже устранена.       Это радовало. Я мог передать Ригерту свои находки, а он – отправиться в поход, пока я займусь более домашними делами. Теми, где важнее интриги, а не выживание и бой.       — Мы нашли несколько ячеек Учёных Небес, но зацепок они не дали, — продолжил Гилберт. — Сражаться с ними в тени сложнее... и у нас есть подозрения, что Академия не так мертва, как мы полагали.       — Речь о донесениях про некую Древнюю конструкцию, которая доставила в стан Завоевателей демонический клинок?       — Именно, — Гилберт помолчал, затем поднялся и подошёл к двери. На миг он задержался снаружи и вернулся с подносом. Свежие фрукты, тушёные овощи и только что запечённое мясо. Живот у меня заурчал, хотя я удержался, не набросившись сразу, и принял тарелки с приборами. — Ешьте, господин. А я пока расскажу.       — Благодарю.       Припасы у нас были неплохие, да и добычу мы собирали усердно, но долгое время нам многого не хватало. На обратном пути, когда настроение поднялось и мы снова прошли через горный хребет, куда враг не мог за нами последовать, все разговоры были только о мягких постелях, крыше над головой, банях и свежей еде. Первым трём я уже успел предаться вдоволь, а вот последним – ещё не вполне насытился. Похоже, болтовня моих людей всё же меня задела.       — Слышал, Завоеватели теперь с нами заодно? — спросил я.       — Это... превзошло мои ожидания, но с Джеком иначе и не бывает. Завоеватели попросили помощи, он поднял ополчение и всех, кто мог прийти, и всего за два месяца их Цитадель объединилась с нашей, и теперь они наши союзники... постоянные, — Гилберт хмыкнул и взялся за свой поднос.       У него он был куда скромнее моего: лёгкий суп и свежий хлеб. Многие из моих бойцов пошли бы на страшные вещи ради такого ужина. Хм. Интересно, сколько из них сейчас набивают животы? Уоллес наверняка уже отчитывает многих. Ах, глинтвейн... слишком долго я его не пил.       — Они отстраиваются прямо сейчас, и ни звука недовольства, — сказал Гилберт. — Можно подумать, это мы всё подстроили, если судить по тому, как сильно мы нажились на случившемся.       Я кивнул, накладывая себе еду, и жестом предложил Гилберту продолжать. Сосредоточиться на его словах было непросто; он криво усмехнулся, видно, понял мои мысли. Не осудил, просто заговорил чуть медленнее, чтобы я успевал кушать.       Хороший парень.       — После этого Джек со мной связался... точнее, он вышел на вас. План такой: создать новую организацию. На наших принципах, но куда более широкую и охватывающую все наши земли.       Гилберт достал из внутреннего кармана небольшое письмо. Написано просто, без затей; но раз оно адресовано мне, получить его Гилберт мог только так, если Джек передал лично.       — Не горстка отдельных агентов, а целая сеть. Ей понадобится собственный центр подготовки. Скрытый от глаз, куда мы будем тайно доставлять рекрутов, и где они ни в чём не будут знать нужды. Подробности... масштабные.       Я вгляделся в письмо и заговорил не сразу; сперва проглотил кусок.       — Он создаёт армию людей вроде нас с тобой, чтобы проверять любые возможности и устранять любые угрозы. Людей нашего сорта, но в масштабе регулярных войск.       — Это вообще возможно? — вопросил Гилберт.       — Десять лет назад я бы сказал «нет». Но теперь... будет глупо даже не попытаться.       Эта просьба Джека напомнила мне его идею с транспортом. Он расписал затраты, что потребуется, как всё добыть и в чём наша выгода. Всё было чётко, кратко, и вот мечта превратилась во что-то лучшее: в план действий.       — Мы учтём это и займёмся работой, как только я полностью восстановлюсь, — сказал я. — Но сейчас важнее другое: всё, что мы нашли, должно попасть в столицу как можно скорее. И в полнейшей тайне.       — Согласен. По крайней мере, стоит попытаться. Выгода стоит риска, если сможем удержать их от предательства.       От этих слов у меня мелькнула мысль:       — Это может и не стать проблемой, учитывая то, что мы обнаружили. Тебе ведь известна истинная природа Айи?       — Да. Она Древний Голем, способный менять облик, созданный, чтобы восстанавливать мир и помогать нам в борьбе с врагами Древних... несмотря на всё её могущество.       — Верно. Мы думали, что она последняя в своём роде. Но это не так, — поведал я.       Мы и так сидели в уединённой комнатке, я доверял Гилберту, и не было причин ни шептать, ни юлить. Я подозвал жестом своего телохранителя, на которого Гилберт посматривал с подозрением, пока я не дал понять, что ему можно верить.       — Древние оставили многое, под защитой великой обороны и проклятий на головы врагов. Но ближайшая крепость, которая сохранилась, имела одну цель: создать армию, с помощью которой те, кто ещё свободен, смогут дать отпор.       Гилберт, разумеется, понял, о чём я говорю, ещё до того, как мой телохранитель снял капюшон и шлем.       Обнажилась идеально гладкая, кукольная голова, совсем как у стражей, рождённых Цитаделями.       Голос Тристана дрогнул, когда он заговорил, а потом его рот сформировался заново:       — Наши создатели оставили нас трудиться и совершенствовать себя. Поначалу нас было трудно создавать. Здания величиной с горы... но мы изучали их наследие, и по мере того, как шли века, находили новые пути... и теперь для созидания нам нужна лишь масса и вот это.       Тристан отодвинул свой жилет и показал гладкую грудь, будто высеченную из чистого белого камня. Она раскрылась, и там, где должно быть сердце... мерцала сфера, утопленная в головокружительном сплетении механизмов. Слева и справа виднелись меньшие сферы; они росли, и он вытащил один из таких шариков из груди. Тот был с грецкий орех, и всё же из него мог выйти воин с сокрушительным потенциалом, учёный с быстрым умом, маг с огромными задатками или тень во мраке, готовая нанести удар.       — Лишь одной магией и массой мы можем ковать себя, — сказал Тристан. — Чем крепче материал, тем сильнее мы. А ваш народ завладел величайшими творениями Древних, унаследовал их наследие, и вместе с тем унаследовал их врагов, что правят всем миром.       Гилберт долго молчал, погрузившись в мысли, но постепенно закрыл приоткрытый рот и сумел выговорить:       — Сколько вас? И как быстро вы можете создавать себе подобных?       Тристан дал ему тот же мрачный ответ, что и мне.       — Достаточно, чтобы дать вам всем шанс в битве с ужасами, что грядёт.       Именно.       Тристан и его народ стали для нас огромным подспорьем, но против нас ополчился целый мир кошмаров, и сейчас они ломали барьеры, что так долго оберегали нас.       И всё же... они были тусклым, но сияющим огоньком в той тьме, что ждала впереди.

***

      Не буду врать: при обычных обстоятельствах я бы просто перезапустил всю игру, если бы из кожи вон лез, чтобы обеспечить самую первую экспедицию, а в итоге получил то мусорное Древнее Чудо, которое притащил Ханроу.       Древние Итеранты. Это, по сути, одно из самых низкоранговых Чудес, какое только может выпасть, потому что по статам оно давало всего три вещи: ускоренный прирост населения, усиление обороны во время осад и, наконец, десятипроцентный бонус к производству во всех Цитаделях.       На первый взгляд звучит отлично, и я не спорю: в реальности польза была ощутимой. Но другие Древние Чудеса, которые мы могли найти, были лучше. Я надеялся наткнуться на Фабрику Мщения – здоровенного, мать его, робота, которого ты разворачиваешь на клетке с горой. Этот гигант за пять ходов превращал горную клетку в равнину и выдавал тебе армию Ранга 2 вообще без стартовой цены и без содержания. А потом ты вкладываешься в апгрейд деньгами и исследованиями, и он начинает штамповать армии Ранга 3, а ты просто топишь врагов в роботах.       Вот это, сука, Древнее Чудо топового ранга.       Избиение компа даже на максимальной сложности, а все живые соперники ливают, как только узнают, что оно у тебя есть.       А Древние Итеранты, тем временем, дают тебе больше населения, больше производства и плюс к защите городов.       Комп тебя раздавит, а твои онлайн-«друзья» будут ржать над тобой сутками.       Причём обычные Чудеса, которые ты можешь построить сам, дают похожие бонусы. А Древних Чудес за игру появляется всего семь – из пула в пятьдесят – и обычно их добыча занимает 20 ходов. Пять лет, в течение которых ты обязан снабжать всю эту армию, которой даже пользоваться не можешь, и которая ещё и под командованием Чемпиона, к которому у тебя нет доступа.       Если бы после такой цены мне выпали Древние Итеранты, я бы буквально перезапустил катку просто из-за альтернативных издержек.       Но, поскольку на этот раз было с огромной скидкой – всё-таки самое первое найденное – я воспринял это спокойнее.       И, конечно же, был ещё тот факт, что внутриигровые статы балансили под онлайн, а в реальности... они могли уметь больше.       По крайней мере, я на это надеялся.       — Айя, ты принимаешь командование над этими людьми. Ты просила давать тебе задания по вечерам. Они все твои, — Айя поклонилась в ответ на приказ, а я поднялся из-за стола. Я вернулся домой всего несколько дней назад, и за время моего отсутствия работы накопилось непочатый край. Если уж на то пошло, это было неплохой передышкой. — Кто у вас главный?       — Мы созданы служить тем, кто предъявляет права на наследие Древних.       Ага, пиздите больше. Я знаю вашу цепочку Событий. Заканчиваем это прямо здесь и сейчас.       — Нет. Вы народ, созданный с целью, прямо как и все мы, творения Древних. Я уверен, у вас есть свои мечты, стремления и желания... помимо того, чтобы выжить на планете, полной кошмаров. Так что скажи мне, чего вы хотите в обмен на помощь.       У Древних Чудес всегда шли свои квестовые цепочки. У Древних Итерантов она была максимально типичной и унылой, что являлось ещё одной причиной, почему это Чудо ранга F. Роботы же не люди, хотя и выглядят как люди, а значит, можно обращаться с ними как с дерьмом и использовать в своих интересах. И так далее, и тому подобное. Бла-бла-бла. Скукотища. Скипаем. Рубим на корню. Нет у меня времени на эту хрень.       — И прежде чем ты спросишь, — сказал я, — у вас будут все права, какие есть у остальных моих людей. Оплата за работу, жильё как у всех, образование, если захотите, и даже право не жить жизнью только ради того, чтобы драться и умирать на поле боя. Нет, я хочу знать другое... чего хочет ваш народ?       — Чего мы... хотим?       У того, с кем я говорил, были рыжие волосы, бледная кожа и голубые глаза. По словам Ханроу, Итеранты по умолчанию выглядели именно так, да и в игре тоже. Они могли менять облик, но разрабы оставили это на моддеров. Куча извращенцев ставила моды, которые превращали боевых юнитов Итерантов в супергорячих робо-девиц в готических платьях и с повязками на глазах. Не буду врать – я тоже ставил этот мод. На тот случай, если мне «повезёт» пососать бибу и я получу это Древнее Чудо. Оно хоть немного снижало боль от того, что теряешь так много, а получаешь так мало. Тот, кто превратил систему Древних Чудес в игровую гачу, заслуживает гореть в аду.       — Мы... я... не знаю.       — Тогда найдите лидера среди вас, обсудите и изложите письменно. Я рассмотрю это вместе со всеми прочими публичными запросами.       Я ткнул большим пальцем через плечо в сторону стопки планшетов. Я был тираном, но мне нужно было, чтобы люди оставались довольны и не творили идиотских вещей вроде бунтов, когда на нас надвигаются угрозы планетарного масштаба. Народ надо держать сытым и довольным, и тогда он будет готов драться и умирать за государство.       — Айя, — обратился я. — Это высший приоритет. Если тебе нужно сократить смены, чтобы успеть...       — Не потребуется. Этот вопрос будет решён к завтрашнему дню. Идёмте, Итеранты, — Древний Администратор холодно глянула на своих новых подопечных.       Я не понимал почему, но, похоже, Древний Голем их недолюбливала. Хм. А, точно. Эти ребята же были неосквернённый версией того роя ИИ, который когда-то прикончил Древних, только перекованной и переделанной, ну, до того, как их заперли в огромном, отлично защищённом исследовательском центре и велели улучшаться. Похоже, у Айи к ним было недоверие.       Хм.       Пора отдавать приказы.       — Будь с ними помягче, Айя. Они могут быть похожи на врагов, с которыми Древние когда-то сражались, но это не они.       Айя застыла от моих слов.       — Откуда тебе это известно?       — Догадался. Глядя на твои действия, — соврал я, разворачиваясь обратно к столу.       Айя смотрела на меня, и Итерант тоже. У них что, чувство вины прямо вшито? Мир и так достаточно хуёвое место, чтобы целая раса с рождения знала, будто они какая-то «ошибка».       — Они не такие, как их предки, да и Древние тоже предавали друг друга. Относись к ним так же, как ко всем нашим людям. Всё-таки мы все ведём одну и ту же войну.       Айя через мгновение кивнула и выпрямилась, стирая с лица лёгкую хмурость, а потом снова поклонилась мне.       — Ваша воля будет исполнена, мой повелитель.       Я отпустил их и насладился теми несколькими минутами тишины, что у меня оставались, прежде чем заглянет Морган, как только та услышит, что Айя ушла.       Почему-то величайшая предательница всего мира проводила рядом со мной всё свободное время.       Ничего удивительно, что, кажется, у меня скоро откроется язва.