Je sais qui tu es

Глава 11. Прах. Следующие три дня отпуска прошли почти восхитительно, если не считать раздирающей скуки. Но, в прочем, выходными Винсент остался более чем доволен. Конечно, преследовали пару кошмаров, после которых он просыпался в холодном поту, но это ничего, верно? Отдых прошёл на ура! Однако, в воскресенье, в такой ясный солнечный день, Уиттмену пришлось покинуть стены своей "двушки". Продукты закончились ещё вчера, а желудок уже начинало сворачивать от голода, так что, чтобы не разложиться, пришлось вытащить свою задницу до магазина. Накинул на себя лёгкое пальто и особо не заморочиваясь, выдавинулся в путь. На улицах, как всегда, было многолюдно. Если уж в будние дни город кипел от жизни и суматохи, то в выходные - тем более. Пришлось даже поругаться с одной мамашей, которая наехала своей сраной коляской на его ногу, но это было не особо важно. Магазин. В небольшом супермаркете играла тихая музыка по радио, кассирша почти спала на своём рабочем месте. Винсент протиснулся сквозь толпу, входя внутрь и сразу направился к молочному отделу. Закинул в корзину пачку молока, сыр (вдруг понадобится для сэндвича?), двинулся в овощной. Все строго по списку - салат, картофель, помидоры-огурцы и прочее. С полной корзиной, журналист уже направился к кассе, как вдруг, его чуть ли не сбила с ног небольшая фигура. Девушка выронила свой блокнот, удивлённо моргая глазами. Лицо показалось уж больно знакомым. По инерции, Уиттмен уже наклонился и поднял вещь с пола, протягивая ей, но всмотревшись в черты лица, глаза его расширились. – Софи? - сорвалось с губ и теперь в ступоре был уже он. Софи неловко улыбнулась, заправляя локон волос себе за ухо. – Винсент? Вот так встреча. Как ты, после...тех дней? Щеки журналиста окрасились в нежно-розовый румянец, губы растянулись в смущенной улыбке, пока он потирал свою шею. – В полном порядке. А ты что здесь делаешь? - немного нервно спросил Винс, не зная, как себя вести, ведь первая встреча произошла, когда он был не в лучшем своём состоянии. Прямо говоря - в умат. – Ой, я? Я живу неподалёку. Вот, пришла закупиться. Воскресенье - хороший день для покупок. А для уборки наоборот, говорят, неудачу принесёт. Я не суеверная конечно, но все же... Софи приняла блокнот, бережно прижимая его к своей груди, словно это был ребёнок. – А...ясно. Не знал, что ты из..этого района. А что за блокнот у тебя? - спросил журналист, искренне интересуясь особой "нежностью" девушки к предмету, слегка кивая в его сторону. – Здесь мои записи с интервью. Брала у Аластора Хартфелта, представляешь? - неуверенно засмеялась она, выглядя действительно сияющей. – Получится блестящая статья для редакции. Уиттмен стоял в ступоре. В голове пронеслось разное. Коробка, Аластор, улыбка, Лилиан. Прежде чем он тряхнул головой, отгоняя от себя плохие мысли. – Тоже журналистка? Стоило бы догадаться. – О, вы тоже? Я и не думала! А вы про что пишете? - улыбнулась она, но к сожалению, тут подошла очередь Винсента на кассе. Он коротко извинился, оплачивая покупки и складывая все в пакет. Покинув магазин, они оба теперь шли по улице. – Про..убийства пишу. Я журналист-расследователь. – Ого!! Даже так? Про..недавние тоже пишете? Уиттмен стушевался. Лицо слегка побледнело. Лилиан Гроус, каждая косточка вымыта, разложена по коробочкам... – Да...пишу. Но эту неделю был в отпуске, скажем так. Софи улыбнулась своей самой милой и жизнерадостной улыбкой. Её небольшая, нежная рука легла на грубую руку Винсента, успокаивающие слова были как бальзам на израненную душу Уиттмена. – Понимаю. Выгорание - вещь сложная. Сама с таким сталкивалась! Но мы ведь не роботы, мы люди. Всем позволено уставать. Хотя, признаю, вы выглядите намного лучше с нашей последней встречи. Оба смущенно засмеялись, словно влюблённые школьники. Журналист, опомнившись, забрал её собственные пакеты, неся вместе со своими. – Позволь. Девушкам же..нельзя тяжёлое? – Ты такой джентельмен. Мне немного..неловко. – Брось. Мне совсем не тяже..- неизвестно, откуда взялся этот идиотский фонарный столб прямо на пути, но Винсент влетел прямо в него лбом и проскулил от боли, потирая ушибленный участок. С губ сорвалось лишь тихое: "ауч.." Девушка ахнула, тут же подходя к нему и прикладывая ладонь ко лбу журналиста, прежде чем смутилась своей же поспешной реакции. – Ты в порядке? Сильно ударился? Оуу, бедняжка ты мой...не нужно было пакеты брать, сама бы я донесла! - хихикнула девушка, явно веселясь от неуклюжести Винсента. Тот лишь качнул головой, прочищая горло и отстраняясь. – Пустяки. И нет, сказал же, что сам донесу. Взамен на твою компанию, конечно. - Журналист улыбнулся и две фигуры продолжили неспешный путь до места жительства Софи. Оказалось, что та живёт через улицу от Винсента! Какая удача. Такая милая девушка, и живёт недалеко. Грех не воспользоваться и не выстроить какое нибудь подобие связи. Пока они шли, между ними повисла неловкая тишина и Уиттмен невольно её прервал. – Мм..говоришь, у Хартфелта интервью брала? – Ага! В эту пятницу. У него было интервью с нашей редакцией. Поверить не могу, что из всех остальных, выбрали меня! Это же такая честь, Винсент. Журналист тихо хмыкнул, продолжая путь и смотрел куда-то себе под ноги. "Такая честь" - конечно. Общение с великим и известным Аластором - уже само по себе "такая честь". Чёртов улыбашка, даже Софи являлась его фанаткой. Бред сумасшедшего.. – И что интересного он поведал? - с ноткой цинизма промолвил мужчина, изредка поглядывая на девушку, беззаботно идущую рядом. – Ну...для меня лично, было интересно то, что Аластор, оказалось, родом из Луизианы! Хотя неудивительно, на лицо он похож на креола, это, вроде как, подходящее для него место. Винсент задумался на пару секунд, прежде чем слабо кивнуть. – О..ясно. – Ты не так заинтересован говорить о нём? - с интересом спросила Софи, бросая взгляды на Винсента и явно чувствующая, что подобие неприязни журналиста было личное. – Кхм..просто не любитель обсуждать знаменитых личностей, знаешь. К счастью, девушка не стала расспрашивать дальше и приняла его слова такими, какими они были. Как-то..освежающе даже. Не просит рассказать "подробнее", не выпытывает информацию для своих целей. Может, Винсент и правда себя слишком уж загоняет и нормальность все же может существовать в его жизни? Жаль, что в этот момент он не сплюнул. Разговорившись о чем-то другом, они оба проходили мимо дома Уиттмена. Винс насторожился, увидев несколько пожарных машин, стоящих неподалёку. – Подожди минуту, Софи. - сухо сказал он, ускоряя шаг и направляясь в сторону происшествия. Увиденное заставило встать в ступор и побледнеть до оттенка мела. Квартира. Из открытого окна вырывались плески чистого пламени, вперемешку с чёрным как смоль дымом. Дыхание участилось. Он уже не думал - со всех ног понёсся туда, расталкивая толпу зевак, наблюдающих в шоке, но от проникновения внутрь его остановил пожарный. – Сэр, пройдите в безопасное место!! Туда нельзя! – Как..как нельзя?! Там мой дом! Моя квартира, блять, горит! - в ужасе воскликнул Винсент, в панике и беспомощности смотря на мужчину, но тот строго качнул головой, не оставляя места для споров. – Боюсь, сами вы ничего сделать не сможете, только подвергните себя опасности и помешаете работе профессионалов. Вещи, к сожалению, спасти не удалось. Вызов сделали..поздно. Всё до тла. Примите мои соболезнования. Журналист стоял на месте, тяжело дыша и запрокинул голову, с абсолютным опустошением в глазах наблюдая за собственной горящей квартирой. Вдруг, в голову пришёл вопрос и он вновь метнулся к пожарному. – Стойте!! А как это произошло?! От чего воспламенение? – Говорят, утечка газа. Вашей вины здесь нет - плохая работа газовщиков. Счастье, что произошёл всего лишь пожар. Могло ведь все здание взлететь в воздух. Рука оказалась запущена в волосы, крепко сжимая чёлку. Блять-блять-блять. Ничего не осталось? Утечка газа? Ебаный рот... – А мне блять что делать?!! Я без хаты теперь остался!! – Вы имеете право подать в суд...если установят, что ошибка действительно газовщика, то вам могут компенсировать. От услышанного хотелось расплакаться. В суд? Правительство? Будто кто-то блять будет разбираться с квартирой бедного журналиста. Да и если все же подаст, разборка точно займёт не меньше месяца, в лучшем случае. А сейчас ему на помойке ночевать? Как же до ужаса абсурдно. Час назад у него было жилье. Сейчас - нет. Уиттмен вздрогнул, чувствуя тёплую руку на плече. Повернул голову, увидев испуганную и ошеломленную Софи. – Винсент... – Софи, иди домой. Нечего здесь смотреть. - сухой и холодный тон сорвался с его губ и он вновь отвёл взгляд, с тоской наблюдая, как догорает частичка его. Девушка постояла несколько минут, видимо, взвесила все "за" и "против", прежде чем шумно вздохнула. – Хорошо. Перезвони мне позже, Винсент, пожалуйста. Мне нужно знать, что ты в порядке. В..вот, моя визитка, на всякий случай. Она быстро зашарилась в своей небольшой, элегантной чёрной сумочке и протянула ему красивую визитку с номером. Уиттмен молча взял её, закидывая в карман, девушка махнула рукой на прощание и удалилась, подхватив свой пакетик с магазина. Винсент же, безвольно остался стоять, взгляд был прикован к интенсивной работе пожарных с огнетушителями и попыткам потушить горящую площадь. Его площадь. Квартира, на которую он заработал и только недавно выплатил ипотеку! – Ну сукааа..-проскулил он себе под нос, уже не выдерживая смотреть на происходящее. Развернулся и побрел прочь, оставляя пакеты с продуктами валяться на земле. Они были уже нахуй не нужны. Первая мысль, что пришла в голову - Франк. Куда идти ещё, если не к лучшему другу? С особой тоской и грустью в груди, он брел по улицам, направляясь к дому Стивенса. Делать больше нечего, как бы неловко это не было - вновь наваливаться со своими проблемами. Хоть Франк и жил немного далековато, в той части, где в Бруклине уже начали показываться все больше и больше частных секторов, время пролетело незаметно. Ног почти не ощущалось, словно их ампутировали, а его самого накачали анестезией. В груди начинало щемить отвратительное чувство, которое нельзя было подавить. Беспомощность. Жизнь, казалось, только начинала налаживаться. Ярмарка с друзьями, Софи, отпуск...и в один момент, вся его надежда на какое-то подобие "светлого будущего" растопталась. Точнее, сгорела, если быть честным, но это не имело значения. Он вновь был лишь блохой в этом мире. Блохой без квартиры, причём. Показался дом Стивенса. Винсент медленно подошёл и уже поднял руку для стука в дверь, но до ушей донесся приглушённый стенами звук. Прислушался. Стон. Первый, после второй. Но рука уже опустилась и постучала, создавая чётко слышимый звук. Раздалось громкое шуршание, словно кто-то в панике одевался. Дверь распахнулась и показался сам Франк - лицо было красное, дыхание учащенное, штаны одеты наизнанку в спешке. – Эээ..Винсент? Тебя что принесло? - неловко засмеялся бармен, голос слегка подрагивал от напряжения. В Уиттмене разыгралось молчаливое злорадство - прервал на самом интересном, похоже. Но оно быстро подавилось воспоминанием о горящей квартире. – Прости, что прерываю оргазм. Мне просто идти некуда, хата сгорела, знаешь. - прочистил горло журналист, неуверенно стоя на пороге и чувствуя себя не в своей тарелке, не смотря на циничный тон. Брови Франка поползли вверх и он ахнул в ужасе. – Чего? Квартира сгорела?! Позади показалась чья-то фигура и если приглядеться, можно было заметить симпатичную девушку, сидящую на диване, тоже красную, как помидор. И недовольную прерыванием. Отлично. Браво, Винсент, теперь жизнь испоганенна не только у тебя, но и у Франка. Может, это был его единственный шанс, который Уиттмен невольно прервал. – Типо того..утечка газа. Я..кхм, знаешь, я пойду наверное. Не хочу быть лишним. – Больной? Вернись, говорю! Куда ты попрешься?! Но Винсент не слушал. Развернувшись, он махнул рукой, якобы: "похуй" и побрел вперёд по улице. Франк раздражённо вздохнул, провожая друга взглядом, но и сам знал, что Уиттмен не остался бы, из принципа. Одно дело - переночевать от похмелья, когда дома у него только он один, а другое - остаться, пока в квартире чужой, так ещё и дама! Ещё и после..неловкого момента. Стивенс почувствовал лёгкий укол вины и постоял на пороге ещё несколько секунд, прежде чем, все же, закрыл двери, молчаливо надеясь, что Винс знает, что делает. Может, додумается пойти к Аластору, если ещё не дурак. **** Вечер. Винсент провел весь день, шарахаясь по улицам. Досих пор не верилось, что его место жительства сгорело. Хотелось развернуться, вернуться домой, принять душ и упасть на кровать, уставившись в небольшую дыру на потолке. Но реальность была неоспариваемой, безжалостно оставляя горький привкус на языке. И лёгкую тошноту. День прошёл, а во рту Винса не было даже куска хлеба. М-да. На пути встретилась телефонная будка. Уиттмен уставился на неё, чувствуя это самое: "и хочется, и колется". Позвонить Аластору? Сказать, что сгорел дом? Этот черт точно будет вне себя от счастья и злорадства. А кроме него куда идти? К Софи, что-ли, вламываться? Ну уж нет, он ещё не до такой степени опущенный. Лучше уж звонить к этому психу. Тяжело вздохнув, вошёл, пальцы добрались до телефонного аппарата, медленно набирая знакомый номер. На последней цифре рука дрогнула, но журналист не отступил. 3-4589. Раздались короткие гудки, а после, знакомый голос, явно в приподнятом настроении, но одновременно с хрипотцой. Собирался уже спать, видимо. Конечно, вне сомнений, что Аластор соблюдал режим и ложился спать в девять вечера. Ну, ничего, улыбашка, перебьешься ото сна. – Добрый вечер, на связи Аластор Хартфелт! Чем я могу вам помочь? – У меня квартира сгорела. Пауза. Послышалось тихое аханье по ту сторону провода. – Винсент? Ну и ну, вот так дела, mon cher! Что ни день, то проблема, да? - усмехнулся он и в Уиттмене вспыхнуло короткое раздражение. Издевается, как обычно. Ожидаемо. – Как видишь, да. - выдавил Винс сквозь стиснутые зубы и помолчал. Хартфелт не добавил ничего, явно ожидая, чтобы журналист сам сказал эти заветные слова. И пришлось их, все таки, произнести, несмотря на гордость. – Мне..ночевать немного негде. – О, а как же твой лучший друг? – Трахается. Аластор тихо засмеялся, но смех был наполнен подобием некого...презрения. К слову, видимо. А может и к самому процессу, кто знает этого психа. – Красноречиво. Что ж, видимо, я сегодня твой герой в плаще, mon chaton? Уиттмен тихо вздохнул, невольно закатывая глаза и сжимая трубку телефона чуть крепче. Пробормотал чуть тише: – Пустишь..к себе? Хотя-бы переночевать. – Хмм..ну, полагаю, мне нужно взвесить свое решение, обдумать вариацию событий, плюсов, минусов..- хитрым голоском начал ведущий, но Винсент раздражённо простонал, прерывая его кокетство. Ломается, как девственница, ей богу. Будто он ноги просит его раздвигать. – Так пустишь или нет? – 52 Вест Стрит, Винсент. Стерлинг Тауэр 125, 54а. Уиттмен тихо вздохнул, почти шепча в трубку последние, вынужденные слова: – Спасибо.