Волчий лес (сборник)

София злилась. Все растения в теплицах и на грядках, выращенные непосильным трудом (между прочим, без всякой магии, исключительно с помощью любви и заботы) завяли. Причём все разом, буквально за пару-тройку дней. Первым подозреваемым стал Накра. Его характер вкупе с любовью к дурацким розыгрышам ни для кого не были секретом. Подозреваемым он пробыл недолго — быстро выяснилось, что последние пару дней они с Аркадием Вольфовичем были неразлучны: вспоминали предков Сэйно, вспоминали молодость и свои приключения, обсуждали магию, искали плюсы и минусы оборотничества. Тогда подозрение пало на лунного мага. Сэйно был ленив, не одобрял воспитательной методики Аркадия Вольфовича, а именно — физический труд, утреннюю зарядку, прогулки по округе, беседы с соседями. — Я сразу поняла, что ты затеял какую-то пакость, — гневно сверкала глазами София, собрав в гостиной всю семью для выдвижения обвинений. — Как только я увидела, с какой неприязнью ты дёргаешь сорняки, в душе моей зародилось плохое предчувствие: рано или поздно навредишь моему огороду из желания отделаться от неприятной тебе работы. — А разве сорняки можно дёргать с приязнью? — влез Накра. — Я бы запросто мог избавиться от сорняков при помощи магии. С чего бы мне трогать твои овощи? — оправдывался маг. — К тому же ты знаешь причину, по которой я здесь. Не в моих интересах доставлять вашей семье хлопоты, — привёл аргументы Сэйно. София замолкла и, погрузившись в раздумья, повернулась к окну. Представив себя следователем, она мысленно рисовала схему расследования, как главные герои любимых детективных романов. — Значит, всё-таки Накра, — спустя несколько минут прозвучал вывод. Фамильяр протестующе замахал руками, повторив свои показания. — Никто из присутствующих не причастен к гибели твоего огорода, — произнёс молчавший всё это время Аркадий Вольфович, когда спор разгорелся не на шутку. Все разом притихли и непонимающе уставились на него, мол, где вы раньше-то были. — Я утром с соседями разговаривал, — как ни в чём ни бывало продолжил Аркадий Вольфович. — Так вот, у них тоже с теплицами-огородами беда, у некоторых даже цветы на клумбах и подоконниках повяли. — Может, это растительный мор? — предположила Инна. — Или кто-то проклял нашу деревню, — не остался в стороне от обсуждений Матвей. — Замечали ли вы что-нибудь странное в последние дни? — спросил нахмурившийся Накра. — Если это коснулось не только нас, то, очень вероятно, кто-то целенаправленно пытается лишить людей урожая. Думаю, надо расспросить не только ближайших соседей, но и остальных деревенских. Эту работу взяли на себя близнецы. Позвали Кувшинниковых, ввели их в курс дела. Аркадия Вольфовича и Софию оставили дома «готовить обед и думать, как быть дальше». Маг с фамильяром в стороне тоже не остались: под руководством Софии отправились возрождать зелень на грядках. В списке пострадавших оказались все жители деревни. — Многие упомянули нелюдимого старика. Он поселился на окраине деревни в начале лета. Тот дом пустовал несколько лет, — с видом заправского следователя отчитался Тимофей. — Надо бы побеседовать с ним, — Маришка откинулась на спинку дивана. — Он максимально подозрительный. Участок весь зарос чертополохом, не подойти к дому. Раз колдун, мог бы хоть в приличный вид траву привести. Аркадий Вольфович задумчиво поглаживал пальцами подбородок. Все выжидающе смотрели на него. — Что думаешь, Накра? — спросил старик, так и не озвучив своих догадок. — Много раз проходил мимо того дома, — парнишка по-турецки уселся на ковре и поглощал заботливо принесённые Софией печеньки. — Следов магии не заметил. Оборотни, как я понимаю, тоже. Либо маг очень слабый, либо, наоборот, достаточно умелый и способен качественно замаскировать следы своей работы. — Как он прошёл через барьер, раз творит такое? — спросила Ева. — Или сюда он приехал добрым, и только потом его намерения стали недобрыми? — Что ж, — добавил Аркадий Вольфович. — Завтра нанесём ему визит. Наутро число бед возросло. Жаждущие влаги растения на грядках безвозвратно засохли, мор распространился на траву, кусты и невысокие деревца. Из колодцев и колонок пропала вода. Макса, Дениса и Тимофея снарядили в экспедицию за водой в соседнюю деревню. Аркадий Вольфович вместе с магом и его колдовским помощником отправились на серьёзный разговор с колдуном. Странного старика дома не оказалось. Вещи лежали так, будто их хозяин ненадолго отлучился. Маг прошёлся по комнатам и на книжной полке заприметил две стопки, перевязанных красной и синей резинками печатей, а также амулеты и полные  энергии батарейки. Взяв бумажные стопочки в руки, маг внимательно их осмотрел, затем протянул одну фамильяру. Тот бегло их осмотрел и спрятал в карман. — Судя по тому, что мы нашли, этот «колдун», — мальчишка презрительно фыркнул, — человек с невероятно маленьким количеством магических сил. Сам он ни на что не способен, поэтому использует амулеты, печати с бытовыми проклятиями и усилители. — А те, что у Сэйно? — О, это обереги, фонарики, простенькие заклинания для повседневной жизни, — пояснил маг. — Почерк мне знаком, а как они оказались здесь, ещё предстоит выяснить. Как бы то ни было, творящего беды колдуна-слабака необходимо найти. Накра принёс прихваченный из города клубок-поисковик. — Я с десяток заготовил на случай, если хозяин потеряется, а никто из оборотней не захочет его искать. — Зная характер нашего лунного мага, такой исход был бы наиболее вероятен, — усмехнулся старик. Сэйно обиженно отвернулся. Подумаешь, часто обменивается колкостями с окружающими. Ну, может, чересчур часто. Но это не повод бросать его на произвол судьбы в лесу. Долго бродили кругами. Уставший маг убеждал спутников, что колдун заблудился, и нет смысла продолжать поиски. Накра отпустил пару издёвок. Аркадий Вольфович пресёк рукоприкладство и разрешил магу вернуться в деревню. Не знавший обратной дороги Сэйно смиренно продолжил путь вместе со всеми. Клубок привёл их на поляну к Кристине. Оборотница сидела на ветке чёрного дерева, со скучающим видом осматривала округу. — Наконец-то вы изволили явиться, — радостно воскликнула девушка, соскочила с наблюдательного пункта и направилась навстречу гостям. — Обычно ты не подаёшь виду, что рада нам, — Аркадий Вольфович улыбнулся. У нас в деревне колдун-пакостник завёлся. У тебя тут случаем ничего странного не происходит? — Это ничтожество, незаслуженно именуемое колдуном, сейчас отсыпается на моей веранде, можете забирать. По дороге к избушке Кристина рассказывала, как ощущала присутствие этого человека у границ запретной чащи: он обычно держался от этого места подальше, боялся приближаться. С прошлой недели он осмелел и зашёл в её владения. Оборотница наблюдала за непрошенным гостем. Колдун при помощи заговорённых кристаллов собирал магическую энергию, оставил пару магических капканов, которые Кристине с её способностями не составило труда обезвредить. По ходу рассказа девушка едва сдерживала злость. Как вообще этот жалкий недоволшебник посмел своевольничать в её владениях! Он должен быть благодарен, что она его в первый же визит не растерзала и не скормила диким лисам! — Но два дня назад он перешёл все границы! Глава Кристины пылали такой яростью, что гости всерьёз забеспокоились о состоянии человека. Если оборотница оставила его в живых, то бедняга наверняка серьёзно покалечен. Колдун попытался подчинить горделивую оборотницу. — Тот, кто дал ему эту бумажку, даже близко не догадывался, насколько я сильна, — самодовольно ухмыльнулась рассказчица. — Я развеяла чары, едва он, запинаясь и делая ошибки, прочитал заклинание. Крепкая оплеуха — и он лежит на земле. История встревожила слушателей не на шутку. Кроме нескольких оборотней и Ольги (а она не стала бы абы кому рассказывать о запертой в лесу волчице), никто не знал о Кристине. Ведьма не опустилась бы до такого, в ней Аркадий Вольфович не сомневался. Кто же прислал этого человека? Зачем ему понадобилась Кристина. И самое главное: есть ли у неизвестного планы на остальных оборотней? Ситуация оказалась запутанней, опасней, чем изначально предполагалось. Поначалу считали, что колдун решил отыграться на деревенских жителях за свои неудачи и обиды. Сейчас эта версия не казалась такой уж верной. Предположения у каждого были не самые оптимистичные. Деревянная изба выглядела вполне себе прилично. Бледный налёт черноты на брёвнах сохранился со времён Ольги. Чистые окна с цветочными горшками на подоконниках и милыми сиреневыми занавесками; сохнущие на вделанных под крышей крюках веники пахучих трав; протянутая меж двух столбов бельевая верёвка, на которой сушится бежевая скатерть с прожжённым треугольником от утюга. Невысокий заборчик не мешало бы подкрасить. На диванчике на веранде беспокойно спал мужчина. Бросив в сторону зазнавшегося человека брезгливый взгляд, Кристина ушла на кухню, предоставив гостям возможность самим допросить нарушителя спокойствия. Аркадий Вольфович растолкал человека и представился. «Колдун», видимо, был проинформирован на его счёт и чуть не упал с дивана в попытке переместиться как можно дальше от вожака местной стаи. — Ну-ну, не бойтесь, — успокаивающим тоном заговорил Аркадий Вольфович. — Мы не причиним вам вреда. — Хотя следовало бы за ваши деяния, — вмешался Накра. — Обещаю, вы будете в полной безопасности, — продолжил старик, шикнув на фамильяра. — Расскажите, откуда у вас печати с опасными заклинаниями? Псевдоколдун попытался поведать историю о непростой жизни слабого мага, вынужденного за недостаточным количеством собственных сил прибегать к помощи вспомогательных инструментов. — Не нужно лгать, — хоть голос старика оставался спокойным, в нём прозвучали суровые нотки. — Нам известно, что вы обычный человек, собственных сил у вас нет и никогда не было. Скажите, кто и с какой целью велел вам приехать сюда, снабдил колдовскими инструментами? Как он вас нашёл? Мужчина, представившийся Олегом, рассказал о том, как попал в непростую финансовую ситуацию. Однажды вечером он бесцельно бродил по улицам Лунарска, думая, что жизнь кончена. — Я хотел уже домой возвращаться, как на плечо опустилась чья-то рука. Оборачиваюсь, а там стоит одетый в плащ мужчина. Клянусь, он возник будто из ниоткуда. — Опишите его, — попросил Накра. — Высокий. Весь в чёрном, перчатки на руках тоже чёрные. Волосы короткие, седые. А глаза жуткие. Вроде улыбается, говорит доброжелательным тоном, а тебя страх пробирает. Накра и Аркадий Вольфович нахмурились. Сэйно и Кристина терпеливо ждали объяснений. — Вечером обсудим, — сказал им Аркадий Вольфович. — А теперь, уважаемый, — он посмотрел на Олега, — скажите, что тот человек хотел от вас? Мужчина открыл было рот, но не произнёс ни слова, нервно комкал в руках угол пледа. Пальцы подрагивали, взгляд блуждал по уютному убранству веранды. — Не бойтесь, мы вас защитим, — успокаивающе заговорил старик. — Поверьте, мы хотим помочь. Если потребуется, спрячем вас в безопасном месте. Олег неуверенно, вертя головой из стороны в сторону, будто ожидая появления жуткого работодателя. — Он дал мне деньги и амулеты, велел ехать сюда, в дом на окраине. Я должен был раз в несколько дней сжигать эти бумажки. — Эти? — Сэйно вытащил из кармана стопку чёрных бумажек. — Да. — А эти откуда? — маг извлёк из кармана красную стопку. — А эти мне несколько дней назад дал парнишка, которого я встретил в соседней деревне, когда в магазин ездил. Внешность обычная, ничем не примечательная. Ещё крысу в рюкзаке таскал, здоровенную такую. Сэйно помрачнел. Накра гаденько улыбнулся. — Ну, там вот, сжигал я эти бумажки, — продолжил Олег. — Он мне письмо прислал пару недель назад и клубок, человек тот. Велел пойти сюда и с помощью заговорённых камней заточить оборотницу. Кристина нахмурилась и, велев человеку оставаться на месте, позвала остальных во двор, подальше от окон веранды. — О ком он говорит? Расскажи мне, Аркадий! — требовательно топнула ногой девушка. Она не подавала виду, однако тень тревоги в её словах не укрылась от присутствующих. — Интересно, откуда тому человеку известно о тебе? И как сюда смог пройти Олег, если есть кристалл и барьер? Уверен, Ольга тут ни при чём, — сказал Накра. — Олег прошёл, потому что не понимал в полной мере, что будет делать. Не думаю, что у него был злой умысел. А тот человек, возможно, ищет способ избавиться от барьера, — сказал старик. — Да что это за человек, в конце-то концов? — Сэйно не желал ни секундой больше оставаться в неведении. — За много лет до твоего рождения в Совете Двенадцати возник конфликт. Несколько магов возомнили себя высшими существами и хотели возвыситься над простыми людьми. Их заточили в особой тюрьме, где они впоследствии, лишённые способностей, умерли от старости. Однако одному из заговорщиков удалось сбежать. Есть вероятность, что это именно этот человек. По крайней мере, внешность совпадает. Накра закончил говорить и посмотрел на мага. — А тот парень, что дал Олегу амулеты? — спросила Кристина. — Почему ты помрачнел, когда тебе о нём рассказали? Он опасен? — Тот маг опасен в первую очередь для квартиры Сэйно, — рассмеялся фамильяр и кратко рассказал историю пожара в квартире лунного мага. Тиших же любезно напомнил «забытые» детали причастности Накры к уничтожению квартиры. — Короче, Алексей Клинов — ходячая катастрофа, — подытожил маг. Аркадий Вольфович пообещал Кристине почаще навещать её, а Накра оставил защитные амулеты и батарейки на случай, если волчице придётся прибегнуть к колдовству. Олега отвели в соседний посёлок, где снабдили деньгами и посадили на автобус. Старик был уверен, что замысливший плохое человек потерял интерес к мужчине и не будет тратить время на его поиски. Сэйно и Накра остаток вечера потратили на ликвидацию последствий деятельности Олега. Вымотались, что сил едва хватило добрести до дома. Усилия того стоили: жизнь возвращалась к умирающим растениям: пожухлые стебельки и листочки наполнялись влагой, сухость покидала почву, в колодцах вновь появилась вода. Сэйно за обе щеки уплетал заслуженный мясной пирог, а Накра рассказывал об Алексе, его фамильяре Вейте и неуёмной тяге к науке. Прошло несколько дней. Амулеты отступника Сэйно уничтожил, а стопку Алекса оставил, мало ли, когда могут в хозяйстве пригодиться. Жизнь шла своим чередом, будто никаких неприятностей не было. Слфия радовалась возрождению грядок и с удвоенной силой боролась с вездесущими сорняками. Оборотни оббежали лес, чтобы убедиться в отсутствии остатков зловещей магии. Сэйно ленился, Накра изводил его. Аркадий Вольфович же ходил в задумчивости. Смутная тревога не давала ему покоя. — Не понимаю его мотивы, — сказал старик. — Почему особое внимание уделил Кристине? Как вообще о ней узнал? Вожак стаи каждое утро навещал девушку и подолгу бродил вокруг невидимой клетки, стараясь не попадать в поле зрения горделивой оборотницы — не хотел её тревожить. Волновался за старую, необычайно вредную подругу. — Там за окном кто-то стоит, — перепуганная Инна прибежала в кабинет дедушки, где тот беседовал с магом и фамильяром. — Высокий и страшный. — А ещё он совсем не пахнет, как иллюзия, — добавил подоспевший за сестрёнкой Матвей. Старик с собеседниками кинулись к указанному окну. — Это Альберт, — насторожился Накра. — Что ему здесь понадобилось? — спросил Сэйно. — Сейчас узнаем, — Аркадий Вольфович направился к входной двери. От добродушия старика не осталось и следа. Теперь в его взгляде пылала суровость. — Сэйно и Накра, останьтесь в доме. В моём столе в верхнем ящике красный листок — заклятье барьера. Инна, принеси, — девочка метнулась исполнять поручение. Спустя минуту она вернулась, таща в ладошках множество бумажек. — Всё выгребла, — улыбнулся ей дед и передал печати магу. — Достаточно капли крови, чтобы активировать. Старик вышел на улицу. Степан и София отвели близнецов в гостиную. Накра и Сэйно наблюдали в окно за происходящим, готовые в любой момент установить барьер и прийти на выручку. — Ты хорошо с ним знаком? — спросил маг фамильяра. — Лучше, чем хотелось бы, — Накра был нетипично серьёзен. — Он опасен, жесток, расчётлив. Ринат из-за него… Накра замолк и повернулся к Сэйно. — Понятно, — лицо лунного мага не выражало эмоций, однако фамильяр понимал, о чём думает хозяин. Вдруг Аркадий Вольфович зарычал, отскочив в сторону. Альберт рассмеялся и достал из кармана сияющий камень. Тот самый лунный кристалл, поддерживающий скрывающее деревню от недобрых людей заклятье. В другой руке отступника блеснул нож. Активировав барьер, Накра и Сэйно кинулись на улицу. — Знакомая вещица? — Альберт вытянул вперёд руку с оружием. Лезвие блеснуло в свете кристалла, на миг на металле проступила надпись. — Это же Накра! Давно не виделись. Как тебе служится у молодого Тиших? — Чудесно, — настороженно сказал фамильяр. Они с Сэйно остановились по обе стороны от вожака оборотней. — «Волчий убийца», я полагаю? — кивком указал на нож. — Он самый, — мужчина убрал оружие в ножны и скрестил руки на груди. — Ольга не обманула, ты в самом деле решил всю жизнь просидеть в глуши. — Зачем ты явился? Что с Ольгой? — старик был готов в любой момент сменить личину и кинуться на врага. — Я пришёл одолжить артефакт у старого друга. Ольга в порядке, гостит в уютном домике на территории Ордена. Да-да, он по-прежнему существует, — Альберт улыбнулся, заметив недоверчивое выражение на лице Аркадия Вольфовича. — Состав, правда, изрядно поредел, да и цели изменились. — Ты хочешь воскресить Ранию? — спросил Накра. — Пробудить! — выкрикнул Альберт. — Она жива. То заклятие не смогло её убить. Остатки сил Рания потратила на то, чтобы погрузить себя в забвение. — Ты получил камень, теперь уходи, — Аркадий Вольфович сосредоточен и внимателен. — Помнишь, какой ингредиент является катализатором заклятия пробуждения? Сэйно заметил промелькнувший в глазах старика страх и не на шутку испугался. Молодой маг не думал, что в мире магов есть люди, способные напугать оборотня, пережившего в своей жизни многое. — Не бойся, я не собираюсь вредить твоим близким, — Альберт поднял руки в успокаивающем жесте. — Оборотней нынче немного, найти их трудно. По правде сказать, кроме вашей стаи, о других мне ничего не известно. Увы, ты и твоя родня совсем не обладаете магическими способностями. Ваша кровь, конечно, сгодилась бы, не будь у меня на примете оборотницы, обладающей неплохими магическими способностями. Пропитанная магией волчья кровь будет намного эффективней. Благодаря Ольге я знаю, где именно искать её. Щёлкнув пальцами, Альберт исчез в дымке серого тумана. — Раньше он не питал слабости к спецэффектам, — просипел Накра. Старик сменил личину. Перед магом и фамильяром стоял огромный волк. Серая с проседью шерсть отливала серебром в свете бледной луны. Зверь кинулся в лес, к запертой на поляне Кристине. Сэйно и Накра кинулись за ним. Они опоздали. Альберт уже побывал здесь. Вывернутое с корнем чёрное дерево обломками разбросано по поляне. Трава местами выжжена, земля взрыта. Стены хижины сложены в стопку, словно смахнутый рукой карточный домик. — Ни следа магического барьера. Уничтожен и развеян, — Сэйно с тревогой смотрел на учинённую разруху. Аркадий Вольфович обнаружил Кристину на противоположном краю поляны. — Она жива, но без сознания, — маг перенёс девушку на уцелевшую часть поляны. На руке оборотницы алел широкий порез. Накра помог магу использовать исцеляющее заклинание. Края раны стянулись, срослись, не оставив и следа увечья. Кристина пришла в себя. Старик, приняв человеческий облик, помог ей подняться. Бледная девушка провела рукой на месте исчезнувшей раны, не веря, что сейчас она цела и невредима. — Как ты? — неуверенно спросил маг. — Жива. Вроде, — оборотница обвела собравшихся растерянным взглядом. Поддерживая Кристину, они направились в сторону деревни. — Он уничтожил барьер, щёлкнув пальцами, — заговорила Кристина. — Я опомниться не успела, он уже за горло меня держит, — она провела рукой по шее, по синеющим следам пальцев. — Взял у меня кровь, пообещал не убивать. В уголках глаз блеснули слёзы. Страх смерти способен покорить даже самого гордого оборотня. Все понимающе молчали, старик успокаивающе поглаживал её по плечу. — Он предложил присоединиться к Ордену, пообещал силу, — справившись со слабостью, Кристина продолжила. — Я про Ольгу спросила, а он ухмыльнулся так злорадно, по-хищному. А потом так больно во всём теле стало, и я потеряла сознание. По пути Аркадий Вольфович рассказал ей о разговоре с Альбертом. — Остальное дома, — вздохнул он на посыпавшиеся вопросы. Близнецов не без труда удалось уложить спать, Степан наотрез отказался уходить — не ребёнок уже, имеет право знать, что происходит. Кувшинниковы дружно собрались под окнами, затем София загнала их в дом. Все приготовились слушать рассказ вожака о расколе в Совете магов и замыслах Ордена. Старик обвёл собравшихся взглядом и начал свой рассказ. Около двадцати лет назад пятёрка не вошедших в совет магов основала Орден — свою организацию, устроила заговор с целью захватить власть, но потерпела неудачу. Их возглавила сильная колдунья Рания, которую до сегодняшнего дня Аркадий Вольфович считал погибшей. Трое магов-основателей погибли в заключении, маги послабее разбежались, скрылись, Альберт сбежал, чтобы вскоре объявиться вновь. — Я считал, что их цель не изменилась — захватить власть. Не понимал, почему для таких амбициозных планов они ведут себя слишком тихо, изредка напоминая о себе призывами демонических существ и кражами артефактов, — Аркадий Вольфович умолк на минуту. — Теперь мне ясны их мотивы. Они хотели пробудить Ранию, собирали артефакты и нужные ингредиенты для заклинания, попутно избавляясь от сильных и опытных магов. Сэйно помрачнел, Накра сочувствующе посмотрел на него. Родители лунного мага погибли шесть лет назад, столкнувшись с демоническим волком. Теперь юный маг узнал, кто приложил к этому руку. В тот день четырнадцатилетний Сэйно гостил у Клиновых. Сидя в комнате Алекса и болтая с другом, лунный маг даже мысли не допускал, что с родителями может что-то случиться. В его глазах они были сильнейшими магами, способными справиться с любой бедой. Вдруг перед ним возник Накра. Опустив глаза в пол, исцарапанный и потрёпанный фамильяр поклялся верно служить Сэйно и его потомкам. Подросток не понимал, почему вдруг фамильяр явился ему, и принялся расспрашивать Накру, сочувствующе смотрящего на него. До Алекса дошло раньше. Он позвал отца, и тот остаток дня успокаивал Сэйно. Если бы не поддержка семьи Клиновых, лунный маг не смог бы справиться с горем. — Альберт ещё вернётся сюда? — спросила София. — Не думаю, — старик задумчиво потёр подбородок. — Он не откладывает дела на потом. Если бы хотел уничтожить стаю, сделал бы это сегодня. Все разошлись по комнатам, кроме Аркадия Вольфовича, Накры и мага. — Я должен сообщить совету о случившемся, — оборотень посмотрел на парня. — О твоём присутствии здесь пока говорить не стану. — Спасибо. — Совет остановил отступников двадцать лет назад, остановит и сейчас, — вожак положил руку на плечо мага. — Твои родители были прекрасными людьми. Они бы не хотели, чтобы их единственный сын совершал необдуманные поступки. — Я не собираюсь разыскивать Орден. По крайней мере, сейчас. Пусть этим занимается Совет. Маг и фамильяр вернулись в отведённую им комнату. Сэйно кинул на тумбочку связку амулетов Алекса. Скинул обувь и кофту, упал на кровать. Накра сел рядом с ним. Молчал, не хотел заставлять Сэйно говорить. Маг долго смотрел в стену. Вспоминал родителей, тот худший период в жизни, когда не хотел принимать случившееся, не находил в себе сил жить дальше. Тогда Накра ни на шаг от него не отходил, боясь, что юный маг броситься мстить. — Прости, — осмелился нарушить тишину Накра. — Я не смог помочь Ринату и Ангелине. — Я никогда тебя в этом не винил, — маг повернулся к фамильяру. — Вспоминаешь их? — Да. И скучаю. Родители многому не успели меня обучить, — Сэйно прикрыл глаза. — Твоим учителем пришлось стать мне, — улыбнулся Накра. — Педагог из тебя так себе. — Как из тебя ученик, — не остался в долгу колдовской помощник. — Знаешь, до того, как твой характер окончательно испортился, ты был ещё более-менее выносим. — Мой характер не менялся уже несколько веков. Просто я сдерживался, — Накра с ногами забрался на кровать. — Какие планы на оставшееся лето? Не хочешь вернуться в Лунарск? — Не хочу, — Сэйно боялся представить объём работы, которой старейшина Игнатиус завалит его по возвращении. — Мы должны быть осторожны. Алекс где-то поблизости. — Думаешь, его завербовал Орден? — посерьёзнел Накра. — Нет же! — дёрнул его за рукав Сэйно. — Он — ходячая беда. Если тут объявится, можно будет забыть про отдых. К тому же, наверняка выдаст моё местонахождение. — Запрём его на поляне вместо Кристины. Только избушку придётся восстановить, не на улице же ему жить. — Хорошая мысль. За разговорами и взаимными придирками маг и фамильяр отвлеклись от тревог минувшего дня и горести воспоминаний. Будущее — забота следующих дней.