Когда мир стал тише

      Закатное солнце золотило просторный кабинет, делая его почти неземным. Тёплый свет превращал даже пристанище книжного червя во что-то возвышенное и уютное. В воздухе мерцали и кружились пылинки — именно за ними лениво следил Малфой. Он со скучающим видом слушал разглагольствования усатого мага, читающего ему лекцию уже больше получаса о плюсах привлечения волшебных существ для охраны дома.       — В Шотландии водятся брауни, они часто остаются даже в развалинах давно разрушенных замков. Очень чувствительны к любым посягательствам на их территорию, привязаны к ней до ужаса, но их можно переманить. Они лучше любой сирены и тысячи заклинаний…       Драко лишь вежливо кивал, не прерывая словесный поток разошедшегося волшебника. Это был Матей МакДональд, известный знаток по охранным чарам, но, кажется, его унесло в дебри любимого предмета, и возвращаться он не собирался.       Малфой уже израсходовал весь свой арсенал в области безопасности дома. Его система охранных заклинаний и вплетение защиты рода должны были работать для собственного жилища, но насчёт Грейнджер он не был так уверен. Он не мог использовать те же методы, что и для своей квартиры, потому что для этого ему самому нужно было быть там и назвать это место домом. Родовая магия на незаконченной кровной связке работала в тандеме с ним: род должен знать, что это его место, его человек и его дом.       В поисках решений он нашёл этого светловолосого бородача, который смотрелся неуместно в окружении книг. Ему бы на ферму — с его обветренным лицом, крупными руками и исполинским ростом. Однако репутация МакДональда говорила сама за себя: множество волшебников привлекали его для охраны своих частных домов, богатств, земли, и даже в Гринготтсе часто пользовались его услугами.       Драко кратко описал ситуацию и набор чар, использованных им на обоих домах, и жаждал получить дельный совет. Но прославленный чаровед сказал, что единственным неиспытанным вариантом, который оставался, было привлечение охранных существ. Малфой был не в восторге от предложения: насколько он знал, такие варианты имели свои собственные риски.       — Мистер МакДональд, у меня уже есть домовой эльф. Он, по крайней мере, предан семье, а брауни или кто-то ещё требуют укрощения.       — Зато какие перспективы, молодой человек! Ваши эльфы привязаны к вам, к вашему родовому гнезду, к вашему договору, о котором уже никто не помнит. А вот брауни… они совсем другое дело. Если их уважение заслужить и переманить… Это будет его место. На вас ему будет всё ещё наплевать, а вот на дом — нет. Похожая логика работает и с существами, откуда моя мать родом. Помню, в детстве мы часто ходили в заброшенный замок недалеко от озера и как-то ночью встретили шкрата… это такой словенский домовой, похож на нашего брауни. Только он больше про богатство. Если в доме есть ценности, вот уж кто будет идеальным охранником. Никого не пропустит…       Стоп.       Малфой резко выпрямился в кресле, где до этого расслабленно развалился, погружённый в свои мысли. В голове эхом отдавались только что услышанные слова. Замок у озера, словенский домовой. Вероятность, что это было то же самое место из книг, была практически нулевой, но он не мог упустить её. Он постарался не показывать интерес и вежливо уточнил:       — Вы родом из Словении? Никогда бы не сказал.       — Моя мать. Она родилась в небольшой деревне. Благодаря ей я столько знаю о магических созданиях. В их землях всё дышало древней магией. Здесь, в Великобритании, даже магические леса уже не те. Не та бешеная энергетика, где природная магия бьёт ключом. А вот там… их деревня полностью была магической, но это была совсем другая магия. Они водили дружбу с местными лесными ведьмами, дриадами, кентаврами. Даже оборотни жили там неподалёку вполне мирно…       — А что за замок вы упомянули чуть раньше, где ваш домовой жил? — прервал сентиментальные воспоминания Драко.       — О, это совершенно особенное место… Там как раз есть шкрат, очень сильный дух, который…       — Так что там с замком? В чём его особенность? — попытался вернуть его в нужное русло Малфой.       — В тот замок невозможно попасть внутрь. Всё благодаря этому шкрату. Обычно с ними можно договориться, когда место уже заброшено и хозяев давно нет. Но не в этом случае. Место совершенно дикое: в радиусе нескольких километров сильнейший магический барьер. Мы с ребятами часто ошивались рядом, но стоит приблизиться слишком близко, теряешь сознание, в голове вата, ноги сами уносят тебя оттуда. В деревне ходили легенды, что местный шкрат так охраняет богатства, оставленные ему в наследство. Уже несколько веков там никто не живёт, но его узы с землёй нерушимы.       — Неужели никому за всё это время не удалось попасть?       — Говорят, ходили, пытались, но никто не возвращался. Обычно шкраты не склонны к агрессии, но если уж вбили себе в голову, что это их место… Ходят байки о вечном пламени, которое горит в недрах замка. Судачат, что оно и держит шкрата там. Итак, вернёмся к вашему запросу… шкраты так далеко не забираются, но вот брауни точно сможем найти…       Малфой поймал себя на опасном желании поверить: будто вот оно, ответ, который лежал на поверхности и ждал, пока он придёт и вытащит его на свет.       — Странно, никогда не слышал о таком замке. Звучит интригующе, — снова вернулся к интересующей теме Драко.       — Да его мало кому удаётся увидеть. Местные знают, как найти в лесах и в каком именно месте можно его увидеть, но так — без шансов.       МакДональд пожал широченными плечами и потянулся к трубке. Он поджёг её, и пахнуло не табаком, а какими-то горькими травами. Малфой воспользовался паузой и с тщательно выверенным интересом спросил:       — Это тоже благодаря вашему шкрату? Он умеет и маскировать жильё? И как же его можно увидеть тогда?       — Шкраты обычно создают иллюзии на месте дома. Вы видите что-то совершенно иное. Но в этих иллюзиях есть слабое место — отражение. Надо присматриваться к воде.       — Невероятно. А что это за озеро?       — В горах, молодой человек, в горах. На самом севере страны.       Старый болтун явно вставил эту историю для привлечения клиента, а не ради туристических туров. Никаких названий — одни намёки. Грёбаный пройдоха.       — Изумительная история, мистер МакДональд. А как со шкратами обычно договариваются?       — Всё стандартно. Оставлять еду, хлеб, молоко. Говорить шёпотом. А лучше вообще помолчать. Они очень резко реагируют на любой шум. Вот брауни любят звук волынки…       — Но тот шкрат особенный? Ничего из этого не работает? Много людей не вернулось?       — Так охотников за богатством хлебом не корми — только дай им попытаться нахаляву найти что-нибудь. Вот туда и ходили всякие. Но этот шкрат, скорее всего, привязан магией к месту, иначе давно бы уже кто-нибудь нашёл подход.       — Любопытно. Вы кладезь полезной информации, — вкрадчиво проговорил Малфой, выискивая в голове способы подвести его к более конкретным ответам, а то всё байки да легенды.       Бородач польщённо расплылся в улыбке. Он явно любил поболтать о своей работе. Однако никаких дополнительных сведений он не дал, хотя Малфой ещё пытался выпытать более конкретную информацию. То ли это было всё, что он знал, то ли он считал, что Драко надо нанять его, чтобы узнать подробнее.       В завершение этой приятной беседы ему всё же пришлось залезть в голову МакДональду: верзила мастерски уходил от ответов.       Привычное невербальное заклинание, поиск входа… Неожиданно Малфой встретил жёсткое сопротивление. МакДональд оказался сильнейшим окклюментом. Стоило догадаться: по роду деятельности ему было положено охранять секреты.       Малфой выругался и в мгновение ока применил Обливиэйт, пока маг не успел среагировать. Заклинание, в котором Малфой мастерски поднаторел за годы скитаний за границей. В этот раз занавес стоял железный. Маг не давал ему прохода в недра своей памяти.       МакДональд даже не дёрнулся, но воздух стал другим, плотным, вязким. Внутри головы Малфоя хрустнуло, словно он ударился о камень.       Что ж, надо чуть-чуть подкрутить…       Однако он не рассчитал силу, позволяя маске соскользнуть и освобождая руны. Обычно он чётко дозировал, сколько и как нужно использовать этот усилитель громкости его магии, но в этот раз что-то пошло не так. В нём внутри отозвался голод старых, вырезанных на коже надписей. Слишком давно он не давал им волю. Слишком долго держал всё под контролем.       Система рун толкнула его вперёд с такой мощью, что сопротивление МакДональда лопнуло, как стекло под кулаком.       Малфой почувствовал это слишком поздно.       — Нет… — коротко выдохнул он, уже понимая, что сделал.       Рослый мужчина осел на пол. Из уголка его рта начала течь слюна. В глазах читалась пустота. Проклятье. Теперь он абсолютно бесполезен. Оставалось только отправить его в больницу Святого Мунго.       Драко присел рядом и быстро провёл поверхностную диагностику. Повреждение мозга, не подлежащее восстановлению. Может быть, даже не выдержит и приведёт к летальному исходу. А это означало ещё один след, который потянется к нему. Такая оплошность могла стоить ему очень дорого, но смысла тащить его к Нотту не было. Слишком глубокая рана. Удобного выхода из ситуации не было.       Хуже всего было ощущение в горящем предплечье: руны всё ещё гудели, довольные, как зверь, которого накормили.       Выведенный из равновесия своей ошибкой, Драко всё же чётко, быстро и аккуратно убрал все следы своего присутствия и покинул комнату.

***

      Аппартация выплюнула его в эдинбургскую подворотню, которая после наступления темноты не казалась самым безопасным местом. Пахло китайской забегаловкой, чей задний вход был расположен прямо здесь. Он услышал копошение, шорох, стоны и поспешил убраться из этого сомнительного места, не удостоив взглядом источник звуков.       Соседняя улица кишела людьми. Магглы расслабленно шагали куда-то, почувствовав первые дуновения весны. Она ещё не пришла, но в воздухе уже чувствовалась надежда, благодаря которой на лицах прохожих часто можно было заметить улыбку. Весной воздух всегда отдавал чем-то особенным. Это первое, едва уловимое тепло… Первые солнечные дни, после которых даже вечером не так грустно и мрачно, ведь ты знаешь: солнце вернётся. Всё возвращается.       И вот он сидел в пабе, в котором всего несколько месяцев назад встретил Гермиону. Как будто с той встречи прошла целая вечность. Он знал тогда, что идёт предложить ей непреложный обет в обмен на сотрудничество, но чего никак не предполагал, что это выльется в куда более серьёзный договор, который теперь даже его смерть не отменит. Грейнджер нужны были ключи от дверей, которые мог ей дать только он. И он ей их дал. Но это превращало их в нечто, чему он не находил объяснения. Зато чувствовал вполне знакомый по ощущениям страх.       Было ли это причиной того, что он не находил себе места в последние дни? Или то, что он срывался на ни в чём не повинных подчинённых и детишках, которые следовали за ним по пятам, обучаясь очередным «прелестям» бытия Пожирателя?       Пока что ничего серьёзного, но… в доме было пусто. Он теперь каждый раз откровенно оттягивал момент своего возвращения туда. Было что-то неправильное в том, как его встречала пустота.       Он поморщился и грозно взглянул на девчонку в кожаной куртке не по погоде, которая усиленно строила ему глазки. Та быстро отвела глаза.       Когда эта раздражающая всезнайка втерлась ему настолько в доверие, что он сознательно хотел, чтобы она вернулась к нему в дом? Что он там говорил себе? Власть, деньги, влияние, Грейнджер. Очаровательный список. Полный смысла.       Отсутствие её дома нарушало порядок. И это сводило его с ума. Малфой привык к тому, что всё в его жизни подчинялось его пониманию порядка. Она же вносила везде хаос. Но, как оказалось, и сама стала частью его порядка. Драко попытался выкинуть эту глупость из головы, уставившись на большой стакан пива, в котором не находил ничего удовлетворяющего его вкусовые рецепторы.       Однако громкая маггловская музыка, столик, за которым они сидели в прошлый раз, раздражающие вспышки света от дискошара, вертящегося в центре, не могли отвлечь его от одной единственной мысли. Ему нужна Грейнджер. Сейчас.       Он сглупил и допустил ошибку. МакДональд не должен был так кончить. Потеря контроля больно била по самообладанию. Он ведь так редко ошибался, так точно дозировал магию. В его мире не было места таким срывам. Он непроизвольно потёр левую руку, которая горела под слоями одежды. Руны шептали. Руны просили ещё.       С каждым разом ему было всё сложнее подавлять эту жажду. Он поправил рукав и резко поднялся, стул скрипнул, скользя по потёртому полу. Не было смысла оставаться здесь дольше: у него были сведения, которые Грейнджер в любом случае должна услышать.       Быстрым шагом он вышел из бара, не расплатившись. У него не было с собой маггловских бумажек, пришлось использовать Конфундус на бармене.       Грейнджер действительно открыла ему этот мир. Когда-то они несколько раз встречались в маггловских забегаловках, чтобы обменяться информацией. Как давно это было. У него тогда случился бы удар, скажи ему кто-нибудь, что он сделает её одной из них, рискнув всем. Связка. Рано или поздно ему придётся рассказать ей, какой союз они заключили. Но это будет потом. А пока пусть узнает, что место из книжек вполне реальное и у них даже есть примерное направление.

***

      Следующей его остановкой была её гостиная. Он появился в ней с сухим треском, прорываясь сквозь слои защитных заклинаний. В комнате было темно и тихо. Он не почувствовал Интри, значит, Грейнджер должна была быть одна.       В воздухе висела магия, тяжёлая, как свинец. По коже пробежали мурашки. Волосы на загривке поднялись. Это ощущалось как место, в котором произошёл всплеск магии чудовищной силы. Его руны покалывали, улавливая каждое движение силы в воздухе, словно та медленно вращалась в котле, как бывало с особо густым зельем. Он настороженно поднял палочку и огляделся. Из-под двери виднелась дрожащая полоска света. Это судорожное движение бликов на старом поцарапанном паркете вызвало в нём неконтролируемый спазм.       Он ринулся в сторону света и рывком распахнул дверь. В комнате стояла полутьма. Свет фонаря с улицы подсвечивал разлетевшиеся по комнате листы бумаги. Сверкающее отражение какой-то таинственной жидкости на нижней полке давало тот самый эффект бликов, что он видел снаружи.       Он опустил глаза на пол и увидел забившеюся в угол хрупкую женскую фигуру. Она опиралась на стену, прижимала ноги к груди и обхватила руками колени.       Медленно он приблизился к ней.       — Грейнджер? Примечания автора: Если вдруг добрались до сюда и еще не сделали весомый вклад в развитие фика, то, пожалуйста, поставьте лайк и ждуна, порадуйте автора)