Игрок прошлого (Past's Player)

      Ярость обжигала Гарри изнутри, невиданная доселе злость терзала его. Палочка дрожала в руке, направленная на съёжившегося от страха Дадли. Он старался чтобы в каждом его движении, в каждой напряжённой мышце читалась угроза.       Ни единой весточки! Целое лето — в глухой тишине. Ярость, растерянность и обида сплелись в тугой узел.       Разве не он столкнулся лицом к лицу с Волдемортом? Не он видел, как угасала жизнь Седрика? И после всего пережитого — лишь жалкие крохи сочувствия, фальшивая забота от Дамблдора, а хуже того — молчание Рона и Гермионы?       Стиснув зубы, он прекрасно понимал, что поддаваться этому нельзя, но слабая улыбка тронула его губы, когда он увидел панику в обычно самоуверенных глазах кузена. Это хоть немного притупляло жгучую боль.       — Н-не направляй на меня эту… штуку, — просипел Дадли, бледный, словно полотно, и покрытый испариной.       — Понял?       — УБЕРИ ЭТУ ШТ…       Внезапно Дадли издал сдавленный, булькающий звук, будто его окатили ледяной водой.       На миг Гарри показалось, что у него произошел магический выброс, но секунду спустя реальность обрушилась на него всей своей чудовищной тяжестью. Глаза расширились от всепоглощающего ужаса.        Внезапно звезды словно выключили, и леденящий холод пронзил воздух, поглощая последние отблески света на улице. Знакомый до жути холод подкрался к нему, проникая в каждую клеточку тела.       Но он не мог по своей воле погасить звезды.       Поттер отчаянно пытался разглядеть что-то в темноте, пока испуганный Дадли скулил и шептал мольбы ему на ухо. Он машинально отвечал, пытаясь понять, откуда исходит опасность.       Это невозможно… но это ощущение он узнал бы где угодно, оно преследовало его в кошмарах.       Дементоры.       Он услышал их раньше, чем увидел их, их хриплое, клокочущее дыхание словно исходило из самой пасти смерти.       Он продолжал вполголоса препираться с большим Дэ, раздражаясь все больше, пока оглушительный удар мясистого кулака кузена не обрушился на его ухо. Его подбросило, в глазах вспыхнули разноцветные искры.       — Ты идиот, Дадли! — выкрикнул Поттер, кривясь от боли и отчаянно пытаясь нащупать палочку. Сквозь хрипы дементоров Гарри услышал, как его кузен, этот увалень, неуклюже побежал прочь.       — Дадли, вернись! Ты бежишь прямо на него! — взревел он. Раздался душераздирающий визг, и шаги Дадли оборвались. Гарри закричал, чтобы тот заткнулся, и вновь бросился искать палочку.       — Где же… палочка… ну же… люмос!       Инстинктивно произнес он заклинание, отчаянно нуждаясь в свете. К счастью, оно сработало, и он увидел слабый огонек в метре от руки. Он схватил палочку и вскочил, но было уже слишком поздно.       Дементор навис прямо над ним, и в следующее мгновение когтистая лапа сомкнулась на горле, поднимая его в воздух.       — ЭКСПЕКТО ПАТРОНУМ!       В последующие секунды он смог различить лишь мимолетный серебристый свет, прежде чем воспоминания полностью захлестнули его разум.       Избиения, кладбища, темноволосые мальчики… что?       И вдруг — прикосновение трупных губ, и все стихло.

***

      Вскоре кромешная тьма отступила, уступая место блеклым сумеркам. «Если это и есть потеря души, — промелькнуло в голове Гарри, — то все не так уж и плохо».       Калейдоскоп размытых красок закружился вокруг, и, окончательно потеряв ориентацию, он рухнул на пол.       Ох.       Тревожные голоса и испуганные вскрики сливались в какофонию звуков, а в воздухе чувствовалась плотная, осязаемая магия. Распахнув глаза, Гарри ощутил, как тело пронзает ноющая боль, словно после изнурительного квиддичного матча. Усталость обрушилась на него с новой силой, сдавливая тисками.       И в этот момент ничто не могло унять зарождающуюся панику.       Что произошло? Где он? В Хогвартсе? Неужели ему чудом удалось трансгрессировать сюда? Но ведь сейчас должен был идти урок зельеварения и… что?       — Кто-нибудь, приведите Директора и медсестру!       Сквозь пелену нарастающего ужаса до слуха Поттера донесся властный, знакомый голос. Он повернул голову и наткнулся на чью-то фигуру, стоящую слишком близко. Ему следовало извиниться, но…       Нет.       Это могла быть только чья-то жестокая шутка. Этого просто не могло быть. Незнакомец тоже повернулся, и Гарри встретился с прожигающим взглядом ледяных, фиолетовых глаз.       — Том Реддл? — яростно выплюнул он.       Он увидел, как внимание Реддла мгновенно сосредоточилось на нем, а чья-то холодная рука крепко сжала его подбородок.       И его снова поглотила тьма.

***

      Тому Реддлу все до смерти наскучило.       Не прошло и недели с начала его пятого курса, а он, несмотря на всю свою любовь к Хогвартсу и магии, томился от скуки.        Учебная программа вызывала смех своей примитивностью — казалось, он познал больше на третьем курсе. Впрочем, это лучше, чем ютиться среди этих грязных маглов, их бомб и войн.       Легкий прищур искривил его губы, подавляя волну отвращения. Да, в волшебном мире тоже зрела своя война, мрачной тенью Гриндевальда, но война волшебников — это возвышенное искусство, недосягаемое для грубого рева пламени, зубодробительных взрывов и неэстетичного хаоса лондонских улиц.       Он пропускал сквозь уши жалкие попытки Лейстрейнджа привлечь его внимание. Все они — лишь инструменты в его руках, марионетки, пляшущие под дудку абсолютного контроля. Поддерживать этот порядок было проще простого.       Но порой возникало искушение поиграть с ними, узнать, сколько гордости можно вырвать и извратить, прежде чем они прозреют. А когда это произойдет, проверить, хватит ли у него влияния, чтобы заставить их поверить в свою незаменимость… перед тем, как выбросить на свалку. О, как сладостно потом наблюдать за их жалкой суетой, за унизительными попытками вернуть расположение, за отчаянными ухищрениями ради мимолетного взгляда, ласкового слова, сорвавшегося с его губ.       Он добавил аконит в зелье, размешивая его с небрежной грацией и игнорируя восхищенные взгляды Слизнорта, мечущегося между ним и Принцем.       Внезапно, с оглушительным грохотом, словно из ниоткуда возник человек, обрушившись на его маленький столик, едва не угодив ему на колени. Том едва успел отпрянуть.       Мир на мгновение рассыпался на осколки дезориентации и смятения.       Затем разразился хаос. Истеричные вопли, полные жалобного абсурда.              Всего лишь мальчишка.       Да, мальчишка, свалившийся с потолка — зрелище неординарное, но не стоящее такого раздражающего визга.       Черные, взлохмаченные волосы, цвета воронова крыла, смуглая кожа, хрупкое телосложение… ужасная, поношенная одежда, очки и… что это за странный шрам? Формой напоминает молнию. Промелькнул неуловимый интерес. Во всяком случае, это что-то новенькое, с чем он еще не играл. Из уст незнакомца вырвался стон боли, затем он открыл глаза и, прищурившись, окинул взглядом комнату.       Потрясающие глаза. Изумрудные, цвета самого смертоносного проклятия. В остальном — довольно обычный. Впрочем, достаточно красив, хотя это последнее мало его заботило. Ради всего святого, они так и будут стоять, разинув рты, как стадо идиотов? Глупо было надеяться, что они возвысятся над коллективным слабоумием и проявят хоть каплю разума.       — Кто-нибудь, позовите Директора и мадам Помфри, — четко приказал он, подавив вздох и придав голосу оттенок обеспокоенности. Безупречный образцовый ученик. Просто идеально.       Взгляды тут же обратились к нему, прикованные единственным спокойным звуком в комнате. Их глаза встретились, и зеленые зрачки расширились. Зеленые глаза. Живые глаза. Растерянные глаза. Бросающие вызов глаза.       — Том Реддл? — прозвучал недоверчивый, почти испуганный крик, в котором явственно ощущалась ненависть.       В ответ он сам невольно расширил глаза, не успев взять себя в руки. Этот мальчишка знает его? Но как? Откуда?       В голове промелькнули миллионы вопросов и ни одного вразумительного ответа. Инстинкт взял верх. Он рванулся вперед, схватил незнакомца за подбородок, его пальцы скользнули по гладкой коже и непроизвольно сжались, когда тот попытался вырваться. В ту же секунду боль, нахлынувшая из глубин памяти, затмила все, притупив ярость…       Он испытал мимолетное разочарование, прежде чем, совладав с собой, предложил проводить нежданного гостя в больничное крыло, где их, без сомнения, уже ждет Диппет.       Он подавил довольную ухмылку.       Кажется, события приняли весьма интересный оборот.