Fieri Cor Meum, или Как Приручить Волка

День 7.1 Ярос проснулся резко, будто кто-то внезапно гаркнул ему в ухо. Осторожно высвободившись из объятий спящего Брута, парень поднялся с кровати, наощупь отыскал и надел валявшиеся на полу трусы, затем нашарил джинсы и вытащил из кармана телефон, после чего бесшумно покинул спальню и отправился на кухню. Не включая свет, он прикурил от тостера очередную сигарету и подошёл к открытому окну. На дисплее телефона, который он держал в руке, отображалось время — 05:07. Близился рассвет, но небо выглядело совсем иначе, нежели за Куполом в это же время. Энергетический Барьер не пропускал внутрь ни света звёзд, ни красок восходящей зари. Ярос печально покачал головой. Интересно, помнит ли батя, как выглядит небо перед восходом солнца?.. Как пахнет трава?.. Как шумит листва?.. А вдруг мне тоже суждено позабыть обо всём этом… Вдруг у меня ничего не выйдет, и я навсегда останусь в этой клетке? Такова цена за сытую спокойную жизнь в тепле и комфорте, но я не готов её платить. Я хочу на волю, мне нужно наружу… Продолжая смотреть в окно пустым взглядом, Ярос машинально послал вызов и поднёс телефон к уху. Через несколько гудков он услышал сонный, но в то же время встревоженный голос отца: — Что случилось? — Привет, бать, — бесцветным голосом откликнулся парень. — Что случилось? — снова повторил Тесей. — Где ты? С тобой всё в порядке? — Угу. Я у Брута. — Сына, ты время видел вообще?! Надеюсь, у тебя есть уважительная причина, чтобы будить меня в такую рань? Чего не спишь? — Не могу… — Почему? — Не знаю… В трубке ненадолго повисло молчание, затем голос Архонта зазвучал с нарастающим раздражением: — Ярос, ты либо сей же час чётко и внятно объясняешь, с какой целью разбудил меня в пять утра, либо наша встреча состоится не завтра, как мы договорились, а сегодня, и будет иметь для тебя крайне неприятные последствия. Итак, я тебя слушаю? — Бать, пойдём за Купол? — Чего?! Когда? — Тесей явно опешил от столь неожиданного предложения. — Сейчас. — Зачем? — Хочу показать тебе рассвет… — Сына, ты… не в себе, поди? — по тону отца Ярос понял, что тот всерьёз опасается за его психическое здоровье. — Бать, мне хреново… на душе тяжело… Не знаю, как ещё объяснить. Пожалуйста, давай выйдем за Купол, погуляем вместе хотя бы часок? А? — Ты же только вчера был за Куполом. — Я хочу с тобой… В трубке снова воцарилась тишина, затем Архонт спокойно велел: — Ярос, дай мне брата. — Он спит ещё, — виновато откликнулся парень. — Счастливчик… — с завистью вздохнул мужчина. — Ладно, тогда слушай внимательно. Сегодня мы никуда не пойдём. Я не могу вот так всё бросить и отправиться неведомо куда навстречу приключениям. У меня есть определённые обязательства, надеюсь, ты это понимаешь? — Ну ба-а-ать… — Не ной! Давай так, сегодня я постараюсь закончить все неотложные дела, в частности, исправить то, что ты вчера наворотил, а завтра, если всё пройдёт нормально, мы сходим на прогулку вместе с Брутом и Марком. Договорились? — Честно? — Честно. А теперь иди досыпай, горе моё. — Я, если проснулся, то уже не смогу обратно заснуть. Чем мне заняться? Брут, в лучшем случае, только через пару часов встанет, а я к тому времени от скуки свихнусь. — Понимаю, сына. Скука — дитя безделья. Ничего, сейчас я тебя займу полезным делом. — Ярос насторожился, услышав непривычно ласковый голос отца. — Переведи телефон в режим видеосвязи. — Э-э-э… Я тут вообще-то слегка не одет… — неуверенно пробормотал парень, мысленно радуясь, что хотя бы додумался надеть трусы. — Не беда. Я тебя и сильно неодетым видел. — Но… — Живо, я сказал! — Архонт мгновенно перешёл на командный тон. Ярос развернулся и метко кинул окурок в раковину, затем помахал рукой, разгоняя дым, и сделал, что было велено. Через секунду он увидел на экране полусидящего отца, опирающегося спиной на мягкое изголовье кровати. — Ты на кухне? Сидишь в потёмках? Иди в зал. Включи свет. Теперь поставь телефон так, чтобы был обзор на середину комнаты. Ярос, чуя неладное, пристроил гаджет на журнальный столик, подперев его стопкой электронных журналов, и чуть отойдя назад, спросил: — Так нормально? — Сойдёт. А теперь, сына, принял упор лёжа, и сто отжиманий со счётом вслух. — Сколько?! — у парня отвисла челюсть. — Ты меня не занять, а угробить решил? Мышцы забьются, я ж потом рук даже поднять не смогу! — Живее, Ярос! Ты знаешь, я не повторяю дважды. — Я не смогу сделать сотню подряд… Можно хотя бы за два подхода с перерывом? — Конечно же, нет. Ты разбудил меня от нечего делать, и теперь я рассержен и не расположен идти на компромисс. — Ну, серьёзно… я за раз от силы пятьдесят сделать смогу… — Тогда невыполненные пятьдесят потом прилетят тебе ремнём по заднице. Хватит болтать! Приступай! — Да ну ба-а-ать… — простонал парень, но поняв, что спорить бессмысленно и чревато, горько вздохнул, опустился на пол и, опершись на вытянутые руки и пальцы ног, начал упражнение. — Один… два… три… четыре… Может, действительно, лучше спать пойдём? — Размечтался! Раньше надо было думать. Считай давай! — Шесть… Семь… Восемь… Ярос старался экономить силы и выполнять упражнение медленно, надеясь, что отец уснёт раньше, чем он выдохнется. Через несколько минут парень, не прекращая счёта, скосил глаза на экран телефона. — Смотрю-смотрю, не надейся. Сам не спал и мне сон перебил, паскудник, — проворчал Архонт, в руке которого уже был стакан. — Тридцать два… Тридцать три… Джек Дэниэлс или Эльдорадо? Тридцать четыре… — Джек. — Тридцать семь… Клёвая штука, да, бать? Тридцать восемь… — Да, ничего так. Есть ещё у тебя? — Сорок один… Есть, но далеко топать придётся. Сорок два… Может, всё-таки поделишься потом? — Посмотрим на твоё поведение. — Ого… Сорок четыре… Кажется, мы начинаем переходить на новый уровень общения. Сорок пять… — Не отвлекайся, болтун! — Сорок семь… Бать, а я говорил, что мы с Брутом записались в спорткомплекс? Сорок восемь… — Вот как? С чего вдруг такой энтузиазм? — Пятьдесят… Не привык к такой спокойной жизни… Пятьдесят один… Нужно тратить скапливающуюся энергию. Пятьдесят два… Я это к чему — там есть специальная зона, можно я лучше там побегаю, вместо оставшихся отжиманий? Пятьдесят три… — Вместо — нельзя, в дополнение — пожалуйста. Ярос застонал. Лицо уже заливал пот, а руки будто налились свинцом и сильно дрожали. Вдруг из спальни послышались какие-то звуки. — Кажется, мы разбудили Брута, — пробормотал Ярос, пытаясь отдышаться. — Яр? Где ты? — донёсся голос из коридора. — Я в гостиной, — откликнулся тот, умоляя про себя, — хоть бы в трусах… пожалуйста, хоть бы в трусах… На пороге гостиной появился обеспокоенный Брут, одетый в домашние шорты и футболку. Ярос с облегчением выдохнул. — Ты чего здесь.? — молодой человек удивлённо уставился на стоящего в планке подопечного. — Доброе утро, сынок, — раздался голос Архонта. Брут вздрогнул, поискал глазами источник звука и увидел стоящий на столике телефон с изображением Тесея на экране. — Доброе утро, отец… — юноша ошарашенно переводил взгляд с Яроса на телефон и обратно. — А что здесь происходит? — Утренняя гимнастика! — жизнерадостно откликнулся мужчина. — Видишь ли, твой брат разбудил меня час назад и пожаловался на бессонницу и скуку, и я, как заботливый отец, решил ему помочь. Какой там счёт, сына? — Пятьдесят восемь… — выдавил Ярос, с огромным трудом разгибая трясущиеся руки. — Бать, я больше не могу… — Воля твоя. Сколько там осталось? — Нет! Стой! Я постараюсь ещё… Пыхтя и обливаясь потом, он кое-как отжался ещё шесть раз, после чего обессилено рухнул на пол. — Всё… — Что ж, совсем неплохо, я ожидал худшего результата. Осталось тридцать шесть. Запомни эту цифру. Хорошего дня, ребятки, — доброжелательно сказал Архонт и завершил вызов. — Твою ж мать… — сокрушённо простонал Ярос. — Яр, что? — Брут подошёл к парню, присел на корточки и положил руку ему на спину. — Ничего… Опять по жопе получать… тридцать шесть раз, блять! — парень лежал неподвижно, уткнувшись лбом в пол. — Досадно… но ты сам нарвался. Зачем позвонил ему, да ещё и в такую рань? — Брут успокаивающе гладил его по спине. — Дебил потому что… Вдруг Ярос почувствовал, как рука Брута опустилась ниже, проскользнула в трусы и стала оглаживать его ягодицы. — Эй… Ты чего это? Видишь же — я без сил! — Ты лежи так, а я сам всё сделаю, — юноша встал на колени и принялся стаскивать с любовника трусы. — Совсем охренел?! Псих злоебучий! — Ярос поднял голову и возмущённо оглянулся на Брута, который уже разминал пальцами его задний проход. — Решил воспользоваться моей беспомощностью? Не совестно тебе? — Ну пожалуйста, Яр… Ну, я очень хочу! — Брут уже снимал свои шорты. — А ты так соблазнительно лежишь… Невозможно удержаться! Ярос хмыкнул, вздохнул и развёл ноги в стороны. — Ладно, давай. Только нежно и осторожно. И слюной подмажь как следует! — Да-да… я сейчас… — Брут встал на колени между ног любовника, обильно смочил его анус слюной, затем склонился над ним, опершись на одну руку, а другой направляя член, и начал плавно входить внутрь. — О-о-о! Тише! А-а! Блять! Аккуратнее! М-м-м… — Ярос зажмурился и постарался максимально расслабиться. Брут полностью вошёл в партнёра, улёгся грудью на его спину и затих. — Ну и? — недовольно буркнул тот через несколько секунд и нетерпеливо дёрнул бёдрами. — Двигаться кто будет? — Подожди… я сейчас… эти ощущения буквально сносят мне крышу… — учёный сделал пару глубоких вдохов, приподнялся на локтях и медленно задвигал тазом. — О-о-х… Я-я-р-р-р… Ярос лежал, уткнувшись лбом в ковёр и тихо постанывал, стараясь подмахивать партнёру бёдрами. Через пару минут он жарко прошептал: — Погоди… Привстань немного, — когда Брут выполнил указание, парень осторожно поднялся на четвереньки и, прогнувшись в пояснице, принялся покачивать бёдрами навстречу движениям любовника, — вот так… да-а-а… давай чуть побыстрее… ещё… о-о-о, да-а-а… ласкай меня рукой… Брут увеличил темп движений и, обхватив член партнёра, стал дрочить ему в такт своим фрикциям. — Сильнее… А-а-а… Ещё! М-м-м, да… Давай, малыш, вот так! Любовники двигались всё энергичнее, а их стоны сливали в один. — Яр… я почти… — выдавил Брут некоторое время спустя. — Я тоже… Давай! Резче! Да! Глубже! … Сильней! … Да! …. Ещё! … Давай! О-о-о-х, бля…. Волна оргазма накрыла обоих одновременно, после чего Ярос плюхнулся обратно на пол, а Брут на него сверху. — Невероятно… — выдохнул учёный, целуя партнёра в затылок. — Охуенно! — согласился Ярос и добавил, — вылезай и слезай с меня.

***

— Должен признаться, малыш, мне ещё никогда не было так клёво в позиции нижнего, как с тобой, — Ярос в одних трусах развалился на кухонном диванчике и лениво дымил сигаретой, пока Брут возился с кофемашиной. — Правда? — польщённо переспросил тот, нажимая на кнопки аппарата. — А ты со многими был снизу? — Нет, я обычно предпочитаю быть сверху. В ранней юности пробовал из любопытства с парой-тройкой партнёров, а потом уже статус не позволял. — Статус? — удивлённо обернулся Брут. — Ну, в смысле, должность… звание… ранг… Называй, как хочешь. Но Вожака Стаи трахать никому не дозволительно. — А почему же тогда..? — Потому что я сам этого захотел, — не дав ему закончить вопрос ответил Ярос. — Захотел почувствовать тебя в себе. И ни о чём не жалею, если что. Учёный чуть улыбнулся и поставил перед парнем небольшую чашку с тёмной жидкостью. — Это кофе, попробуй, — предложил он, садясь за стол напротив любовника со второй чашкой в руках, а затем спросил, — получается, у вас там тоже есть иерархия? Ярос метнул окурок в раковину и принялся с сомнением изучать содержимое своей чашки, склонившись над ней и недоверчиво принюхиваясь. — Я пробовал разведённый порошок из пакетика, на котором тоже было написано «кофе», и на вкус он был, как крысиный помёт. — А ты что, пробовал?.. — Не желаю об этом вспоминать, но да. Наша знахарка была уверена, что он снимает зубную и головную боль. Тупая карга! — парня передёрнуло, а Брут с трудом подавил рвотный позыв и с отвращением посмотрел на жидкость в своей чашке. — Зачем ты это рассказал? Я же теперь, наверно, никогда не смогу кофе нормально пить… — Ты сам спросил, — Ярос взял чашку, осторожно пригубил напиток и, посмаковав во рту, одобрительно констатировал, — очень даже неплохо. Ничего общего с крысиным помётом. Брут встал из-за стола и демонстративно вылил свой кофе в раковину. Ярос философски пожал плечами и с удовольствием отхлебнул из своей чашки. — Ты спросил про иерархию. По сути, у Изгоев её нет. Есть разделение по видам деятельности — охотники, собиратели, земледельцы и так далее, — парень смачно откусил от одного из вчерашних бутербродов, — но все Изгои равны в своих правах. Нет тех, кто выше, и тех, кто ниже. А статус Лидера или Вожака — это всего лишь дополнительная ответственность, а не привилегия. — А как же твоя Стая? Разве вы не отдельная каста? — Брут присел на диван рядом с любовником. — Мы не живём обособленно от остальных. Мы часть Общины и заботимся обо всех её членах. Каждый из Волков имеет свои обязательства перед Общиной и такие же права, как у прочих. Моя Стая — это круг единомышленников, пытающихся хоть что-то предпринять, чтобы изменить судьбу Изгоев к лучшему. — Путём грабежа и насилия? — тихо спросил Брут. — Я не понял, ты посраться, что ли, хочешь? Считаешь, у тебя есть право меня судить? — Ярос бросил недоеденный бутерброд на стол и исподлобья посмотрел на собеседника. — Чтобы ты понимал, я не выбирал быть Изгоем. Бард и остальные, кто пошёл за ним, осознанно сделали этот выбор. Я — нет. Я не выбирал жить впроголодь и ежедневно рисковать жизнью и здоровьем. Не выбирал регулярно терять друзей и близких. Этот выбор сделали за меня. Так случилось, и этого уже не изменить. Я такой, какой есть. Каким сделала меня жизнь, выбранная не мной. И теперь я хочу жить, имея право на собственный выбор. Тот путь, по которому я пошёл, я выбрал сам. Я выбрал не прозябать в бездействии, а бороться за лучшую жизнь для себя и дорогих мне людей. И я не жалею, слышишь? Не жалею о том, что сделал! Я хотел помочь! Всем! Да, вышло не так, как я планировал, но хотя бы моя сестра получила возможность осуществить свою мечту, а ещё малая часть Полисян благодаря мне обрела свободу, пускай мне и пришлось за это пожертвовать собственной. Но я сам так решил, и сам буду расплачиваться за последствия этого решения. Но я не собираюсь сдаваться! Я буду продолжать бороться за свои убеждения! — Ты же пообещал Архонту, что постараешься адаптироваться к жизни в Полисе… — Верно. И я намерен сдержать обещание. Но это не значит, что я собираюсь прогнуться под вашу Систему. Нет, Брут, я буду стараться прогнуть Систему под себя, чтобы было проще адаптироваться. — Ты же понимаешь, что отец этого не допустит? — спросил Брут, опуская глаза. — Ещё посмотрим… Я знаю, что это скорее всего займёт херову тучу времени, но всё же верю, что шанс есть. Бард скоро оклемается и выйдет из госпиталя, вдвоём нам будет проще убедить батю пересмотреть его взгляды. Кстати, я уже предпринимаю кое-какие шаги, — Ярос коварно улыбнулся, — у меня для тебя сюрприз — завтра мы идём за Купол! Брут недоверчиво покосился на парня: — Мы? — Ты, я, Тесей и Марк. Семейная прогулка! — Яр, пожалуйста, скажи, что это шутка? — несчастным голосом попросил юноша. — Никаких шуток! Ты спрашивал, зачем я разбудил Тесея в пять утра? Я сам только теперь это осознал — чтобы застать врасплох. Он так обалдел, что сразу же согласился! Выйти со мной за Купол! Только подумай! Ну разве я не гений? — А ходить потом с поротым задом — это тоже часть твоего гениального плана? — усмехнувшись, поддел Брут, и Ярос чуть сник: — Нет… Это непредвиденные последствия… Но оно того стоит, малыш! Только представь, завтра ты увидишь, как выглядит небо, рассвет, деревья! Разве ты не рад? — Не знаю, Яр… Я скорее встревожен… я ни разу в жизни не покидал Полис. Снаружи ведь опасно, разве нет? — Не волнуйся, мой сладкий, я не дам тебя в обиду. Со мной ты будешь в безопасности, обещаю, — Ярос приобнял любовника за плечи и нежно поцеловал. — Какие у нас планы на сегодня? — Нам нужно в Институт. Мне надо вступить в новую должность и принять дела, а тебе придётся пройти кучу тестов на знание школьной программы. И я ещё должен успеть обработать результаты, чтобы завтра отчитаться перед Архонтом. Так что давай бегом в душ, и будем собираться. — Предлагаю перед душем провести небольшую тренировку, для поддержания тонуса, так сказать, — промурлыкал парень, запуская руку в шорты любовника и страстно прикусывая мочку его уха. — Ваше предложение принято к рассмотрению и одобрено, — прикрыв глаза, томно пробормотал Брут и проскользнул своей рукой в трусы Яроса.