For the Love of Bones

Тусклый утренний свет едва просачивался сквозь тяжелые шторы Площади Гриммо, оставляя комнату в мутных полусумерках. Воздух был густым от запаха старого дерева и пыли — остатков дома, которым долгое время пренебрегали. Гарри Поттер лежал на узкой скрипучей кровати; его дыхание было коротким и паническим, когда он резко сел, обливаясь потом. Эхо кошмара все еще цеплялось за него, а хаос Отдела тайн вновь прокручивался за сомкнутыми веками. Сириус. Завеса. То, как упал его крестный — Гарри резко вдохнул и слепо потянулся за очками. Как только они устроились на переносице, мир обрел четкость — затененные книжные полки, выцветшие обои и гнетущая тяжесть площади Гриммо, давящая на него со всех сторон. Он был не в Хогвартсе. Он был здесь. А Сириус — Задушенный звук вырвался у него прежде, чем он смог его остановить, и он быстро прижал ладонь ко рту, мельком взглянув на другую кровать. Рон растянулся на ней, свесив одну руку с края, и забывчиво храпел. Сдавленность в груди Гарри немного ослабла. По крайней мере, он его не разбудил. Тяжело сглотнув, он устремил взор в потолок и позволил горю захлестнуть себя; безмолвные слезы прокладывали обжигающие дорожки по его лицу. Его пальцы впились в тонкое одеяло, так что костяшки побелели. «Как я мог быть таким глупым?» — мысль полоснула его, словно зазубренное стекло. — «Я должен был понять, что это ловушка. Сириус погиб из-за меня». Тишину нарушил мягкий шелест крыльев. Изящная серебристо-серая сова грациозно влетела в открытое окно, пересекая тусклую комнату с тихой точностью. Прежде чем Гарри успел среагировать, она бросила большой конверт ему на колени и исчезла в небе позднего вечера. Гарри уставился на него. Даже при слабом свете он узнал официальную печать Гринготтса, вытисненную золотом. Его пальцы дрожали, когда он перевернул конверт; его имя было выведено элегантным зеленым шрифтом:

Гарри Джеймс Поттер

Площадь Гриммо, 12

— Открой письмо. Глубокий, знакомый голос послал разряд шока сквозь все тело Гарри. Его сердце заколотилось, когда он резко обернулся, втайне надеясь увидеть там Сириуса, ухмыляющегося в своей привычной плутовской и безрассудной манере. Но комната была пуста. — Сириус? — голос Гарри прозвучал хрипло, едва ли громче шепота. Ответа не последовало. Разочарование ударило его, словно кулаком под дых. Он на мгновение закрыл глаза, дрожаще выдохнул, а затем заставил себя снова сосредоточиться на письме. Неверными пальцами он сломал восковую печать и развернул пергамент.

Уважаемый Гарри Джеймс Поттер,

Настоящим письмом уведомляем вас о том, что завтра утром, 15 июня в 11:00, в банке Гринготтс состоится частное оглашение завещания Сириуса Ориона Блэка. Как единственному бенефициару, ваше присутствие крайне необходимо, так как оглашение завещания не может быть начато без вас.

Пожалуйста, не приводите с собой никого другого, поскольку эта встреча носит строго конфиденциальный характер.

Это письмо послужит Порталом и активируется в 10:55 утра.

С уважением,

Шрамоког

Отдел завещаний и наследства, банк Гринготтс

Слова расплывались, пока хватка Гарри на пергаменте становилась всё крепче. Его грудь тяжело вздымалась, свежие слезы обжигали уголки глаз. «Единственный бенефициар». Это ощущалось как повторный смертный приговор. Окончательное подтверждение. Сириус действительно ушел. — Он действительно ушел… — слова вырвались у него, надрывные и полные боли. Его руки дрожали, когда он прижал письмо к коленям; всё его тело сотрясалось от усилий сохранить самообладание. — Почему? — вопрос сорвался шепотом, едва слышным в тишине комнаты. — Почему все, кто мне дорог, умирают? Почему я не могу их защитить? — Ты не один, щенок. Я буду рядом столько, сколько я тебе понадоблюсь. Гарри застыл. Дыхание перехватило в горле. Голос — голос Сириуса — звучал прямо у него в голове. Сердце забилось о ребра. — Сириус? — прошептал он; его голос был полон отчаянной, хрупкой надежды. — Да, это я, Гарри, — ответил голос, теплый и по-доброму насмешливый. — Нет, ты не сходишь с ума. Горло Гарри перехватило. — Как это возможно? — Судьба дала мне второй шанс, — голос Сириуса стал мягче. — Я не могу вернуться физически, но я здесь, в твоем сознании. Чтобы помогать. Чтобы направлять тебя. Поток эмоций ударил по Гарри так сильно, что он едва не задохнулся. Облегчение. Смятение. Надежда. — Прости меня, — прошептал он, зажмурив глаза. — Это моя вина. Я... — Прекрати, — перебил Сириус, твердо, но не грубо. — Это не твоя вина, Гарри. И никогда не была. Вини Беллатрису. Вини Волдеморта. Но не делай этого с собой. Гарри сглотнул, комок в горле был болезненным. — Слушай, — продолжил Сириус, и его голос немного изменился, став теперь легче. — Пока я здесь, я собираюсь научить тебя всему, чему смогу — магии, твоему наследству, тому, что значит быть Лордом. И, более того, я намерен убедиться, что ты обретешь чертов кусочек счастья, щенок. Гарри издал короткий, дрожащий смешок. Это было немногое, но хоть что-то. Затем Сириус добавил: — О, и кстати говоря — поздравляю, Лорд Блэк. Гарри моргнул. — Погоди — что? — Как мой наследник, ты наследуешь титул лорда Блэка. Ты уже наследник семьи Поттеров, так что поздравляю, малыш — ты вот-вот станешь очень важной персоной в волшебном мире. Гарри почувствовал, как сердце ушло в пятки. — Я — что? — Не волнуйся, я всё объясню, — заверил его Сириус, и в его голосе прозвучала усмешка. — Мы будем делать это шаг за шагом. Гарри вздохнул, смирившись со своей участью, и медленно погрузился обратно в сон. На следующее утро на площади Гриммо царила суета. Когда Гарри вошел в кухню, воздух наполнился запахом жареного бекона и свежего хлеба, и прежде чем он успел сесть, Молли Уизли едва не задушила его в костедробительном объятии. — О, Гарри, дорогой! Ты выглядишь совсем измученным! Садись, поешь — Мерлин знает, тебе это нужно. Гарри позволил ей суетиться над собой; тепло семьи Уизли заполняло пространство внутри него, которое слишком долго казалось пустым. Когда он упомянул об оглашении завещания, Молли тут же разразилась протестами, настаивая, что он не должен идти один. Но Гарри стоял на своем. Он должен был сделать это, и он должен был сделать это в одиночку. Пока тянулось утро, он уединился в своей комнате, где Сириус продолжал говорить, наставляя его в том, чего ожидать, за что стояла семья Блэк и что значит принять титул Лорда. К полудню Гарри почувствовал себя более подготовленным. Или, по крайней мере, он на это надеялся. Завтра его жизнь изменится навсегда, но даже Гарри не знал, насколько это было правдой.

***

На следующее утро Гарри стоял посреди своей комнаты на площади Гриммо, сжимая письмо из Гринготтса так крепко, что его костяшки побелели. Утренний солнечный свет падал косыми лучами сквозь тяжелые шторы, отбрасывая на пол длинные тени, в то время как Рон всё еще тихо храпел на соседней кровати. — Ну, была не была. Он едва успел приготовиться, как письмо вспыхнуло теплым светом, рванув его вперед со знакомым неприятным рывком Портала. Ощущение, будто его проталкивают сквозь слишком узкую трубку, заставило желудок подкатиться к горлу, и мгновением позже он бесформенной кучей приземлился на холодный полированный мраморный пол Гринготтса. Удар отозвался в костях, и холод пола впитался в ладони, когда он поднялся, тихо постанывая. Эта зала была непохожа ни на одну из тех, что он видел в банке прежде. Высокие мраморные колонны выстроились в ряд, их замысловатая резьба ловила золотистое сияние хрустальных люстр над головой. Всё в комнате говорило о богатстве и власти — вневременном, непоколебимом авторитете. Арки между колоннами вели к дверям: одни были величественными и позолоченными, другие — простыми, но укрепленными тяжелым железом. В дальнем конце зала стояли внушительные золотые двустворчатые двери, охраняемые рядом гоблинов в церемониальных доспехах, чьи острые глаза отслеживали каждое его движение. Любопытство потянуло его за собой, и на мгновение он обнаружил, что его влечет к золотым дверям, заставив забыть, зачем он здесь. Резкий кашель сзади вернул его к реальности. — Мистер Поттер. Сюда, пожалуйста, — произнес знакомый голос. Гарри обернулся и увидел Крюкохвата, наблюдающего за ним с нечитаемым выражением лица. — Благодарю вас, мастер Крюкохват, — сказал Гарри, слегка склонив голову, как учил его Сириус. Гоблины ценят уважение, говорил Сириус. И Гарри не собирался начинать эту встречу с того, чтобы нанести им оскорбление. Острые глаза Крюкохвата на мгновение расширились, прежде чем снова сузиться; его любопытство было очевидным. — Вы помните моё имя? — Э-э... да, — пробормотал Гарри, внезапно почувствовав неловкость. Крюкохват изучал его еще мгновение, прежде чем резко развернуться на каблуках. — Следуйте за мной. — Ты справился отлично, — пробормотал голос Сириуса где-то в глубине сознания Гарри. — Они просто не привыкли к тому, что волшебники относятся к ним с уважением. Гарри выдохнул, почувствовав небольшую волну облегчения. По крайней мере, он еще не опозорился. Они остановились перед тяжелой деревянной дверью, и Крюкохват провел длинным острым ногтем по ее краю. Она бесшумно распахнулась, открывая взору комнату поменьше, но не менее впечатляющую. — Сюда, мистер Поттер. Внутри, в центре комнаты, стоял массивный стол из темного дерева, его полированная поверхность была безупречно чистой, если не считать серебряной чернильницы и пера. Стены были уставлены полками, заполненными толстыми гроссбухами и свитками. Кресло с высокой спинкой за столом возвышалось, подобно трону. — Присаживайтесь, — распорядился Крюкохват. — Мастер Шрамоког скоро будет с вами. Гарри кивнул и опустился в мягкое кресло, проводя пальцами по нежной ткани. От нервов у него сводило живот, пока он оглядывался, подмечая каждую деталь. Спустя несколько минут в дальней стене появилась дверь, и вошел высокий пожилой гоблин. Его пронизанные сединой волосы и величественная осанка ясно давали понять, что он был важной персоной. Гарри немедленно встал и поклонился. — Доброе утро, мастер Шрамоког, — уважительно поприветствовал он. Тонкие губы Шрамокога дрогнули в чем-то, что могло быть усмешкой. — Доброе утро, мистер Поттер. Давайте начнем. По щелчку его пальцев на столе появился свиток. Он взял его, разворачивая длинными когтистыми пальцами. Его голос нес в себе тяжесть традиции, торжественный и размеренный. — Мы собрались здесь для оглашения последней воли и завещания Сириуса Ориона Блэка. В горле Гарри встал комок, но он заставил себя слушать. — Я, Сириус Орион Блэк, находясь в здравом уме и твердой памяти, настоящим заявляю, что это моя последняя воля и завещание. Как последний член семьи Блэк, я назначаю своего крестника, Гарри Джеймса Поттера, моим наследником. Он наследует всё состояние Блэков, недвижимость и активы, а также принимает титул Лорда Блэка со всеми обязанностями, которые влечет за собой такое положение. Моя единственная просьба — чтобы площадь Гриммо была подарена Римусу Люпину. Таково моё последнее желание. Да будет так. Когда Шрамоког закончил, на столе появились запечатанный конверт и несколько стопок документов. Пальцы Гарри дрожали, когда он потянулся к конверту. По лицевой стороне вился знакомый почерк Сириуса: «Гарри». Шрамоког поднялся. — Не торопитесь. Я скоро вернусь. Гарри оцепенело кивнул, пока гоблин выходил, а дверь исчезала за ним. Он тяжело сглотнул; его руки медлили на краях конверта, прежде чем он, наконец, вскрыл его.

Гарри,

Если ты читаешь это, значит, я сыграл в ящик. Жаль, что у нас было не так много времени вместе. Жаль, что я был так безрассуден — погнался за Питером, угодил в Азкабан, пропустил то, как ты рос. Но я хочу, чтобы ты кое-что знал: я любил тебя как сына.

Именно поэтому я оставляю тебе всё. Магия семьи Блэк могущественна, и я надеюсь, она даст тебе средства, чтобы выжить — и победить.

Несколько советов:

Во-первых, ты не обязан справляться со всем в одиночку. Впускай друзей. Доверяй им.

Во-вторых, теперь ты Лорд. Возьми свою жизнь под контроль. Не позволяй Дамблдору — или кому-либо еще — решать твое будущее за тебя.

И в-третьих? Не бойся любить, даже если это чувство придет откуда не ждал.

Береги себя, Гарри. Измени этот мир к лучшему. Я верю в тебя.

С любовью,

Бродяга

Зрение Гарри затуманилось. Он поспешно вытер глаза, когда дверь появилась снова и Шрамоког вернулся. — Вы готовы продолжать? — спросил Шрамоког. Гарри глубоко вдохнул, выпрямляясь. Он крепко сжал письмо. — Да, мастер Шрамоког. Я готов. Шрамоког кивнул. — Как новый Лорд Блэк, отныне вы считаетесь совершеннолетним по законам волшебного мира. Это также позволяет вам заявить права на титул Лорда Дома Поттеров. Желаете ли вы сделать это сейчас? — Да, мастер Шрамоког. Гоблин даже не выглядел удивленным. На столе появились две маленькие черные коробочки. Он открыл первую и пододвинул её к Гарри. — Это кольцо семьи Блэк. Наденьте его на безымянный палец левой руки. Если магия семьи Блэк примет вас, вы почувствуете разряд, когда она сольется с вашей собственной. Вы также обретете знания Лордов Блэков, бывших до вас, хотя потребуется время, чтобы научиться ими управлять. — На Площади Гриммо есть книга, которая поможет с этим, — пробормотал Сириус. — Она должна быть в моем личном книжном шкафу, в моей комнате. Гарри кивнул и, сделав глубокий вдох, надел кольцо на палец. Тепло разлилось по его телу, словно нечто сканировало его. Затем, без предупреждения, резкий разряд прошил его насквозь. Магия вспыхнула от кольца, затрещав в воздухе, и поток образов и знаний обрушился в его разум. Когда это ощущение утихло, кольцо с резким щелчком подогналось под нужный размер. Гарри открыл глаза и обнаружил, что Шрамоког наблюдает за ним с легким разочарованием во взгляде. «Да, подозреваю, гоблинам нравится то, что происходит, когда магия тебя отвергает». — Теперь кольцо Поттеров, — сказал Шрамоког, протягивая вторую коробочку. Как только и это кольцо устроилось на его пальце, Шрамоког пододвинул к нему последний документ. — Желаете ли вы исполнить просьбу Сириуса о передаче Площади Гриммо в дар мистеру Римусу Люпину? — Да, — твердо ответил Гарри. — Подпишите здесь, — распорядился Шрамоког, пододвигая кровавое перо. Гарри поморщился, когда подписывал, — резкая боль пробудила неприятные воспоминания об Амбридж. — Было приятно вести с вами дела, лорд Поттер-Блэк, — сказал Шрамоког, поднимаясь. Гарри тоже встал. — Взаимно, мастер Шрамоког. — Крюкохват скоро будет. С этими словами Шрамоког исчез в дверях, оставив Гарри одного осознавать всё то, что только что изменилось. Гарри откинулся на спинку кресла, медленно выдыхая. Его разум гудел от всего, что только что свалилось прямо на его плечи. Он рассеянно потер палец в том месте, где его укололо кровавое перо; эта боль была едва заметной по сравнению с тяжестью, давящей на него. Прежде чем он успел полностью всё осмыслить, дверь снова распахнулась, и вошел Крюкохват, неся толстый гроссбух и небольшую книгу в кожаном переплете. Гоблин забрался на стул напротив Гарри, сложив вещи как раз в тот момент, когда на столе появились несколько новых стопок пергамента. — Поздравляю, лорд Поттер-Блэк, — сказал Крюкохват с зубастой ухмылкой. Его тон был более официальным, чем Гарри помнил по их прошлой встрече, но в глазах гоблина мерцал безошибочно узнаваемый огонек веселья. — Как ваш управляющий счетами, я буду помогать вам в управлении владениями и делами как Дома Поттеров, так и Дома Блэков. — Благодарю вас, мастер Крюкохват, — сказал Гарри, стараясь следовать совету Сириуса: проявлять уважение, внимательно слушать и не торопиться. Гоблины ценили точность и вежливость, и он не собирался совершать ошибку сейчас. Крюкохват открыл гроссбух, просматривая страницы с натренированной эффективностью. — Мы начнем с краткого обзора ваших совокупных активов. Более детальный отчет может быть предоставлен по запросу. Гарри сел чуть прямее, внезапно осознав, что не имеет ни малейшего представления о том, за какой объем богатства и недвижимости он теперь несет ответственность. — Дом Поттеров владеет тремя основными сейфами, — начал Крюкохват. — Главный семейный сейф, который содержит ликвидные активы и фамильные реликвии. Трастовый сейф, которым вы пользуетесь с вашего одиннадцатилетия. И сейф наследия, где хранятся редкие магические артефакты и документы многовековой давности. Крюкохват постучал когтем по гроссбуху. — Общие ликвидные активы Дома Поттеров составляют примерно триста двадцать семь тысяч галлеонов, не считая дополнительных инвестиций в магические предприятия и акции. Поместье также включает в себя поместье Поттер-Мэнор в Годриковой Впадине, наряду с меньшими владениями в Шотландском высокогорье и во Франции. Гарри моргнул. Это было… много. — Теперь о Доме Блэк, — продолжил Крюкохват, и его тон слегка изменился. — В семейном сейфе Блэков меньше ликвидных активов — чуть менее пятидесяти тысяч галлеонов, — но он содержит значительную коллекцию редких артефактов, зачарованных предметов и томов магических знаний. Многие активы семьи Блэк были ликвидированы во время войны с Гриндевальдом и восстания Волдеморта, как вы слышали в завещании. Тем не менее, семья сохраняет ключевые владения, включая Площадь Гриммо, летнюю виллу Блэков в Корнуолле и скрытое поместье в Альпах. Подробности о последних двух станут доступны, как только вы ознакомитесь со знаниями кольца семьи Блэк. У Гарри голова пошла кругом. Он ожидал, что денег будет порядочно — он всегда знал, что Поттеры были обеспеченными, — но это? Это было нечто совершенно иное. — Есть ли у вас какие-либо незамедлительные вопросы по поводу ваших владений, лорд Поттер-Блэк? Гарри замялся, всё еще пытаясь уложить всё это в голове. — Не... сейчас, мастер Крюкохват. Думаю, мне нужно время, чтобы всё осознать. Крюкохват одобрительно кивнул. — Мудрое решение. Многие волшебники совершают ошибку, поспешно принимая наследство, не осознавая его полного масштаба. Тем не менее, есть еще несколько вопросов, которые необходимо решить, прежде чем мы закончим сегодня. Гоблин пододвинул по столу небольшую книгу в кожаном переплете. — Это Компендиум Древних Домов, зачарованный гроссбух, в котором фиксируются союзы, вражда и история Благородных Домов Британии и за её пределами. Как главе двух Древних и Благородных Домов, он окажется для вас бесценным при ведении магической политики. Гарри взял книгу, чувствуя её тяжесть в руках. Обложка была украшена тиснеными замысловатыми рунами, и когда он раскрыл её, первая страница мерцала золотыми чернилами, выводящими: «Лорд Поттер-Блэк». — Благодарю вас, мастер Крюкохват, — сказал он, стараясь, чтобы голос звучал твердо, несмотря на вихрь эмоций, бушующий внутри. Крюкохват кивнул, затем вытащил из стопки еще один пергамент. — Теперь мы должны договориться о ваших покоях Лорда в Хогвартсе на следующий год. Поверьте мне — они вам понадобятся. Гарри скептически вскинул бровь. — У вас будет постоянный поток документов, с которыми придется разбираться помимо учебы, — пояснил Крюкохват. — Если вы решите проживать в Поттер-Мэноре, вы сможете соединить его камин с вашими покоями через сеть Летучего пороха, что позволит вам управлять делами поместья, посещать заседания Визенгамота и вести частные дела по мере необходимости. Это на самом деле… имело смысл. Он будет скучать по жизни в спальнях с Роном и остальными, но если всё будет настолько суматошно, как предполагал Крюкохват, то меньшее количество отвлекающих факторов могло пойти на пользу. — Хорошо, — сказал Гарри, беря самозатачивающееся перо, которое протянул ему Крюкохват. Он подписал пергамент, который исчез в тот момент, когда чернила высохли, — вместе с большей частью оставшейся стопки. Большей. Гарри поднял взгляд, осознав, что перед Крюкохватом всё еще лежит внушительная кипа пергамента, выглядящая весьма зловеще. У него засосало под ложечкой. — А это… что такое? — осторожно спросил он. Крюкохват ухмыльнулся, указывая когтистой рукой на стопку. — Брачные контракты. Гарри застонал. — Ну конечно. Крюкохват хмыкнул — звук был одновременно забавным и глубоко тревожным. — Так много? — спросил Гарри, стараясь звучать непринужденно, но его голос в конце сорвался. На этот раз Крюкохват откровенно рассмеялся; вид его острых зубов ничуть не унял растущую панику Гарри. — Мальчик-Который-Выжил, судя по всему, весьма завидная партия. — Посмотри на себя, щенок, — голос Сириуса прозвучал в его голове. — Да ты пользуешься у дам еще большей популярностью, чем я! Впечатляет — я горжусь! «Заткнись, псина», — угрюмо подумал Гарри, свирепо глядя на стопку, словно мог поджечь её одной лишь силой воли. — Ни один из них не является обязательным, — сказал Крюкохват, наконец сжалившись над ним. — Это прошения, поданные на рассмотрение. Поскольку ни одно из них не было подписано предыдущим главой Дома Поттеров, всё, что вам нужно сделать, — это составить официальные отказы на каждое... если, конечно, среди них нет таких, которые вы пожелаете принять. Гарри сдавил переносицу. — У меня уйдет целый год только на то, чтобы во всём этом разобраться, — пробормотал он. — Вы можете забрать их с собой и рассмотреть в удобное для вас время, — сказал Крюкохват, уменьшая стопку и передавая её ему. Как только Гарри убрал контракты в карман, он заметил другую стопку поменьше — около десяти скрепленных вместе страниц. Интуиция подсказывала ему, что эта была особенной. Крюкохват взял её, и выражение его лица слегка изменилось. — Прошу прощения, лорд Поттер-Блэк. Я упустил это ранее. Судя по всему, это действующий, юридически обязывающий контракт. У Гарри всё внутри оборвалось. — Простите, что? Крюкохват пододвинул документ к нему. — Этот контракт был создан и подписан вашим прапрапрадедушкой. Если вы не исполните его, вы лишитесь своей магии. Гарри застонал. — Ну конечно, со мной по-другому и быть не могло. — Почему он не был исполнен до этого момента? — спросил он, с содроганием ожидая ответа. — Условия для активации никогда не были соблюдены — до настоящего времени. Контракт был составлен для того, чтобы в случае, если какой-либо из Домов останется без наследника мужского пола, союз обеспечил бы сохранность его наследия. Гарри тяжело сглотнул. — И с какой семьей я... э-эм... связан контрактом? Крюкохват взглянул на документ. — Благородный и Древнейший Дом Боунс. Гарри моргнул. «Сьюзен Боунс? Что ж. Всё могло быть гораздо хуже». — Амелия Боунс — хорошая женщина, Гарри, — раздался голос Сириуса, теперь его тон был мягче. — Она была близка с твоими родителями и со мной — одна из немногих, кто всегда верил в мою невиновность. Она примет тебя в семью, в этом нет сомнений. Гарри выдохнул. Это было далеко не идеально, но если уж его вынуждали вступить в помолвку, то, по крайней мере, с кем-то достойным. — Замечательно, — пробормотал он. — Теперь мне только осталось сообщить эту новость Сьюзен. — Удачи, щенок, — рассмеялся Сириус. Гарри вздохнул. Это будет долгий год. — Крюкохват, не могли бы вы проводить меня к моим сейфам, пожалуйста. — Как пожелаете. Крюкохват повел Гарри по извилистым коридорам Гринготтса, их шаги приглушались толстыми каменными стенами. Чем глубже они спускались, тем прохладнее становился воздух, и Гарри не мог избавиться от тяжести, оседавшей в груди. Титулы, обязанности, юридически обязывающий магический брачный контракт — слишком много всего сразу. Он откашлялся. — Так, э-э, Крюкохват... насколько распространены эти обязывающие магические брачные контракты? Ну, я имею в виду, для таких старых семей, как моя? Крюкохват оглянулся на него, в его острых глазах сверкнуло веселье. — Весьма распространены среди самых древних и благородных домов, лорд Поттер-Блэк. Исторически такие контракты использовались для обеспечения союзов, защиты богатства или сохранения чистоты крови. Однако, поскольку многие чистокровные семьи поредели, большинство этих контрактов либо истекли, либо утратили свою актуальность. Вы же... своего рода редкость. Гарри тяжело выдохнул. — Везунчик я. Ухмылка Крюкохвата стала шире, когда они подошли к большой богато украшенной тележке. — Действительно. А теперь забирайтесь внутрь. Сначала мы направимся к сейфу Блэков. Поездка была такой же дикой, какой её помнил Гарри: тележка неслась по извилистым туннелям на бешеной скорости. Он едва успел приготовиться, как они со скрежетом остановились перед огромной кованой дверью. На металле был вырезан герб семьи Блэк, его серебряные змеи тускло поблескивали в свете факелов. Крюкохват шагнул вперед, прижал когтистую руку к гербу и пробормотал что-то на гоббледуке. Дверь со стоном отворилась, открывая взору пещерообразный сейф, заполненный золотом, артефактами и книгами. Гарри осторожно вошел внутрь; воздух был пропитан древней магией. Стопки галлеонов сверкали в тусклом свете рядом с полками, уставленными старинными фолиантами, от которых практически исходила мощь. Некоторые предметы выглядели откровенно опасными — одно особенно зловещее ожерелье испускало темную пульсацию, и он инстинктивно обошел его стороной. — Вы можете брать всё, что вам потребуется, лорд Поттер-Блэк, — сказал Крюкохват. — Однако соблюдайте осторожность. Некоторые из этих предметов защищены мощными чарами или прокляты. Гарри кивнул, придерживаясь вещей, выглядящих более безопасно. Он взял несколько мешочков с галлеонами, набор изящных перьев и несколько многообещающих книг — в том числе ту, что называлась «Секреты древней магии защиты». Убедившись, что взял всё необходимое, он последовал за Крюкохватом обратно к тележке. Их следующей остановкой был сейф Поттеров. В отличие от темной, гнетущей атмосферы сейфа Блэков, здесь было... тепло. В то мгновение, когда Гарри переступил порог, он ощутил странное чувство принадлежности. В центре аккуратно возвышались стопки золота, но его внимание привлекли полки, заставленные фамильными реликвиями — старыми дневниками, зачарованными безделушками и свидетельствами истории семьи, которую он почти не знал. Он провел рукой по корешкам книг и вытянул одну: «Традиции семьи Поттер». Это казалось подходящим началом. Пройдя вглубь, он обнаружил искусно вырезанную деревянную шкатулку. Когда он открыл её, на него блеснула пара одинаковых помолвочных колец — простых, но элегантных, явно старинных, но хорошо сохранившихся. При виде них у него засосало под ложечкой от напоминания о брачном контракте, но он всё равно взял их. В конце концов, это была часть истории его семьи. Затем он заметил кое-что, заставившее его замереть. Фотоальбом. Он взял его и пролистал страницы; его дыхание перехватило, когда он вгляделся в снимки. Поколения Поттеров: кто-то на чопорных официальных портретах, кто-то на более непринужденных кадрах — смеющиеся, празднующие, живущие. Его родители были ближе к концу; они улыбались и махали ему. В горле у него перехватило. Бросив последний взгляд вокруг, он закрыл альбом и прижал его к боку. К тому времени, как они вернулись на поверхность, он чувствовал себя эмоционально истощенным. — Если вам потребуется дальнейшая помощь, без колебаний обращайтесь ко мне, лорд Поттер-Блэк, — сказал Крюкохват, и теперь его тон был более официальным. — Обязательно, — ответил Гарри, пряча руки в карманы. — Спасибо за всё, Крюкохват. Гоблин ответил ему резким кивком. — Безопасного пути, лорд Поттер-Блэк. И удачи… во всём. Гарри вышел на солнечный свет, делая глубокий вдох. Ему во многом предстояло разобраться.