love wish

      Он бежит вперёд, даже мельком не оглядываясь назад. Сердце стучит быстро и хаотично. Температура тела поднялась на максимум из-за напряжения и паники.       — Блять, пожалуйста... — хрипло прошептал он сам себе, не останавливаясь. Хёнджин согласен на всё. Даже если сейчас выбежит медведь или какое-то другое дикое животное, обитающее в лесу, набросится на него — он будет не против. Это намного лучше, чем быть изнасилованным. Гоняющиеся за ним мужики — а их, на минуточку, было пятеро — отправили бы брюнета на тот свет. Теперь он понимал то, какой стресс испытывают женщины и девушки каждый день. Он всегда был на их стороне, не оправдывал мужчин ни в коем случае, хоть и сам являлся представителем мужского пола. Просто теперь у него есть опыт, если этот кошмар можно так назвать. Смотря видео в социальных сетях, в которых люди со всего мира выступают против насильников, он думал, что мир улучшился. Что все пришли в себя, а таких неадекватов, как те, что сейчас бегают за ним, не осталось. Но нет. Всё, наоборот, стало хуже. Мужики настолько испортились, что теперь и парней ебут. Кошмар. Любой вид насилия — это что-то нечеловеческое, за что должны сажать в тюрьму на пожизненное. Так почему они свободно гуляют по улицам? По лесам, если быть точнее. Место, конечно, по факту небезопасное, но это не даёт кому-то право причинять физический и моральный ущерб. Он оказался тут по чистой случайности. Поругавшись с родителями из-за мелочи, парень вышел из дома и шёл куда глаза глядят. Хван собирался возвращаться домой как только заметил, что уже довольно темно. По пути домой впереди шли пьяные мужчины, которые напугали бы кого угодно. Хёнджин же продолжал идти, думая, что те не тронут его, ведь он парень. Но кареглазый забыл, что это двадцать первый век. Зря. Сначала они пытались подкатить к нему, отчего Хёнджин опешил. Он вежливо отказал, объяснив, что таким не занимается. Они то ли подумали, что он имел в виду изнасилование (хотя под "таким" это он и говорил), либо подумали, что он гомофоб. И осуждает их. Гомофобом он не был, просто ему было непривычно, да и его интересовали девушки, не чужая жизнь. А вот осуждал ли он их? Определённо да. Если кратко: после услышанного они попытались притронуться к нему, снять одежду. Брюнет среагировал довольно быстро, выскочил из их рук и побежал в лес, не думая о чём-либо. Да и если захотел бы, не смог — эмоции, особенно страх и тревожность — полностью овладели над ним. И бегал он без остановочно уже десять минут. По пути он не встретил никого, кроме ветвей деревьев, разнообразных растений. Он понятия не имел, догнали они его или нет. Знал только одно — ни за что не останавливаться. Ни за что. Сфокусировавшись, он заметил небольшой заброшенный дом. Мысленно обрадовавшись, парень начал бегать быстрее. Наконец, зайдя внутрь, он закрыл дверь, надеясь, что замо́к присутствовал. К большому сожалению, его не было. Брюнет в панике начал оглядываться, слыша приближающиеся шаги. Он направился к бочке, стоявшей в углу, но споткнулся о что-то твёрдое и подвернул ногу. Прошипев, кареглазый попробовал подняться, но боль была настолько пронизывающей, что он сразу же со стоном упал обратно.       — Немного, совсем чуть-чуть... Кто-то дотронулся до его плеч, он вздрогнул и медленно обернулся. Напротив стоял мужчина с максимально странным внешним видом. Если память кареглазого не подводит, его не было среди них. Но он очень странно улыбался. Максимально странно.       — Ну? Поздороваешься, может? — спросил он, не приближаясь. Хёнджин нервно сглотнул и прошептал:       — Здравствуйте...       — Привет, простолюдин. — усмехнулся коричневолосый. — короче, скажу сразу: я — джин. Понял? Парень отрицательно покачал головой, от чего так называемый джин фыркнул.       — Джин, который умеет исполнять желания. Да, да, прямо как из сказок. — самодовольно проговорил он, проведя рукой по своим волосам. — У тебя есть три желания. Но запомни: я делаю невозможное возможным, а возможное — невозможным. Хван удивлённо и в недоумении похлопал глазами. Джин, исполняющий желания (хотя больше казалось, что это Хёнджин окончательно свихнулся) закатил глаза.       — Люди что, настолько отупели? Смотри, если ты загадаешь иметь какую-то болезнь, но она у тебя и так есть, то я не смогу исполнить его и количество желаний не изменится. Теперь-то понял? — раздражённо цокнул он. Но Хёнджин не обратил внимания. Отчётливые шаги пугали его больше, чем не существующие джины.       — Так какое твоё первое желание? Дверь открылась, свет луны попал прямо на Хвана. Он, не веря до конца, всё же крикнул:       — Хочу оказаться дома! Джин три раза щёлкнул пальцами, яркий свет осветил домик, ослепив присутствующих. Хёнджин зажмурился и задержал дыхание.       Брюнет резко открыл глаза, тяжело дыша. Тело было потным настолько, что можно подумать, парень попал под дождь, а не спал. Моргнув несколько раз, придя в себя, он встал с кровати и открыл окно. Яркие лучи солнца проникли в комнату. Хван подошёл к зеркалу на двери и ущипнул себя, всё ещё не понимая что-либо.       — Приснилось, что-ли... Парень принял быстрый душ, смывая всё напряжение и страхи. Переодевшись, он спустился вниз, чувствуя вкусный запах панкейков, которые готовила его мама.       — Доброе утро, мам! — радостно крикнул он. Женщина вздрогнула от неожиданности и посмотрела на него так, будто призрака увидела.       — Когда ты успел вернуться, Хёнджин? Мы с мужем всю ночь тебя ждали, волновались очень, а ты всё не являлся. Отец поехал искать тебя...       — Что? О чём это ты?       — Мы же вчера поссорились из-за твоей учёбы! Такая мелочь, если честно! Ты после этого ушёл из дома, мы думали, успокоишься, — вернёшься, а тебя не было. — взволнованно протараторила она. — Ах, надо ещё твоего отца уведомить, что ты дома. Миссис Хван ушла к себе, чтобы позвонить мужу, пока Хёнджин с открытым ртом сел на стул. Не приснилось. В этот же момент показался знакомый силуэт мужчины, который представился джином.       — Блять. — вырвалось раньше, чем Хван успел понять. Коричневолосый усмехнулся.       — Думал, что это всё было сном? Он подошёл и сел на стул рядом.       — Кто ты такой?       — О Господи, — он закатил глаза, вздыхая. — Всё ещё не понял, что-ли? Кому я всё терпеливо объяснял? Брюнет почувствовал, как раздражение внутри начинает расти, и встал напротив. Он всё ещё не понимал что-либо и до него с утра докапывались. То есть, он понимал, но не верил. Такое ведь невозможно. Никак.       — Не помню я ничего. — соврал он. Джин посмотрел на него взглядом, мол, ты дебил?       — Хватит врать. Так и скажи, что испугался. Хёнджин взглянул на него, сканируя взглядом. Если верить в его бред о том, что он — джин, который исполняет желания, как в сериалах и сказках, то как он понял, что его слова — ложь?       — Ты умеешь читать мысли? — спросил брюнет единственное, что пришло в голову. Мужчина встал, закатив глаза, и подошёл к Хвану. Тот инстинктивно сделал шаг назад, тем самым показывая своё недоверие. Джин фыркнул.       — Смешной ты, парень. — с сарказмом. — Может быть, умею. С каждым его словом брюнету казалось, что он сходит с ума. Или же, второй вариант: он всё ещё не проснулся и глупый сон продолжается. Но он почувствовал лёгкую боль после того, как ущипнул себя. Значит, второй вариант отпадает. Это всё реальность.       — Лучше скажи, как мне к тебе обращаться? Господин? Спаситель? По имени, которого я, кстати, до сих пор не знаю.       — Ты... Вы...       — Знаешь, по нашему возрасту — мне 388. Самый молодой и наглый. — улыбнулся.. мужчина? — По вашему — 24. Обращайся на ты, так удобнее. — добавил он.       — Окей, эм, ты... Я всё ещё не могу понять. — вздохнул он, наливая себе холодной воды из кулера, который стоял рядом с холодильником. — Я понимаю, но не могу поверить. Парень задумчиво кивнул. Для него это было не в новинку. За все эти годы он успел встретить очень разных людей. У каждого свой взгляд на мир, свои мечты, своя цель. Одни и те же мешки в костях и крови, но какие же разные. Не только внешне, но и внутренне. Особенно внутренне. Простым людям кажется что все одинаковые. У них все понимают их мысль так, как понимают они. Все думают об одном и том же. Все интересуются одинаковыми вещами. И только внешне они разные: более привлекательные, высокие, низкие, толстые или худые. Но это было не так. Человечество способно на огромное количество вещей, но они не достигли ничего, и не поняли этого, ведь заняты хуйней, как осуждение, вражда и много чего другого. Список бесконечен. А должно быть просто всё равно. Кто-то не верит в бога? Окей. Любит свой пол? Без проблем. Пинает хуи вместо того, чтобы учиться? Хорошо. Кому какая разница? Если вы против этого или вам не нравится — пожалуйста, живите своей жизнью без этого! Иногда так и хочется подойти, ударить куда-нибудь и закрепить в их голове: тебе должно быть плевать до тех пор, пока это не касается тебя, или это не что-то аморальное. Просто запомни это и жизнь заиграет другими, новыми и яркими красками. Женщина вернулась, громко говоря о чём-то, привлекая к себе внимание. Хёнджин прочистил горло и, собравшись духом, спросил:       — Мам, тебя не смущает, что рядом стоит парень 388 лет? Миссис Хван нахмурилась, подошла к нему и потрогала его лоб, проверяя температуру.       — Ты плохо себя чувствуешь? Галлюцинации, что-ли? Температуры, вроде бы, нет... Брюнет нахмурился и посмотрел на джина, который расслабленно стоял и наблюдал за всем этим молча. Заметив не понимающий взгляд на себе, он всё же ответил на не озвученный вопрос Хвана:       — Никто, кроме тебя, не может меня увидеть. Хёнджин несколько раз моргнул, обратно посмотрев на мать.       — Забудь. Мне просто приснилось. — сказал он, покидая кухню. Коричневолосый направился за ним.       — Ты так и будешь ходить за мной? Всегда? — раздражённо спросил он, присаживаясь на край кровати.       — Нет. Как только я исполню все три желания — исчезну. У тебя остались два. — максимально простым языком попытался объяснить он.       — Желания? Хорошо, я хочу...       — Нет. — перебил джин. — Подумай хорошенько. Я могу почти всё. Ну или просто побудь человеком, я не видел мир лет 50.       — Ладно. У тебя есть.. имя? — внезапно сменил тему, что было неудивительно. Хван всегда так делал, если казалось, что он, одним словом, опозорился.       — А у тебя?       — На вопрос вопросом не отвечают.       — Старших уважают и уступают.       — Меня зовут Хван Хёнджин. Мне 20 лет. Поступил в этом году в университет, на художника, завтра осень и начинается учёба. Доволен? Джин кивнул, уголки губ поднялись и он принялся рассказывать о себе.       — Я Ли Минхо. Мне 24, как я уже говорил. Нигде не учусь, ведь я джин из лампочки.       — Хорошо, джин из лампочки. — усмехнулся брюнет. Могло показаться, что он издевается, но нет. Хван не стал бы рисковать. Он просто попытался пошутить. — Если позволишь, я хотел бы отдохнуть в свой свободный день и подготовиться к первому учебному дню... Минхо предупреждающе посмотрел на него и брюнет сразу же заткнулся, понимая, что переборщил. Ли рассмеялся, увидев то, каким он выглядел.       — Это твоё второе желание? — успокоившись, еле проговорил.       — Нет. Это просьба. Стараюсь быть человеком, как ты и просил. — с сарказмом ответил он. Можно было понять, что ему явно не понравилось то как коричневолосый напугал его. Да и если быть честным, весь их разговор состоял из сарказма. Вся эта "формальность" и "аристократичность" со стороны звучало ужасно странно, хотя им двоим всё происходящее казалось смешным. То как они, по ощущениям, терпят друг друга, тоже.       — Хорошо. — кивнул он, выходя из комнаты Хёнджина, решив прогуляться по двухэтажному дому. Хван, то есть его родители, — пока что самые богатые из всех, кого Ли встречал.       — Хоть бы всё было хорошо. — устало прошептал Хёнджин, собирая рюкзак на завтрашний день. Подготовив всё самое нужное, парень разблокировал телефон, открыл Тик Ток и листал ленту, тратя время на бессмысленные короткие видео, в которых было много разного ненужного контента. Всякие видео с котиками, сгенерированные искусственным интеллектом; кому, как, и когда сделали предложение руки и сердца; красивые девушки, у которых просили номер, а в итоге они сами оказывались по девушкам. И среди всей этой смешанной каши, называемой «рекомендации», изредка выходили полезные видео, например, о математике, химии, даже про английский, где объясняют чёртовы conditionals простым, человеческим языком и в комментариях все благодарят автора. Иногда можно узнать что-то новое и полезное, или просто повторить то, что уже знаешь. Залипательно. Настолько, что Хван не заметил, как открылась входная дверь и отец вернулся домой. Брюнет знал, что ему ничего не сделают, максимум — накричат, но всё равно внутри было как-то тревожно. Неудивительно. Тревожность всегда жила вместе с ним, с рождения. Это не началось в осознанном или подростковом возрасте, появилась не из-за травм, просто существовало, выматывая этим Хвана. Будучи ребёнком, он плакал, когда делал что-то запрещённое или ломал что-нибудь. Хоть его и не ругали, наоборот, обнимали и пытались успокоить, ему казалось, что вот прямо сейчас терпение у кого-то из родителей лопнет и он ударит его. Когда он стал подростком — всё ухудшилось. Либо стало ярче проявляться. Во время общения, хоть ему отчётливо говорили, что им нравится с ним общаться, он не мог прекратить думать, что навязывается. Не мог, но как же сильно ему хотелось тогда отключить мысли. Хотя бы на секунду. И, кстати, всё так и было: люди прекращали с ним общение, говоря, что он ужасный человек и катает их на эмоциональных качелях. Возможно, так и есть, но всё происходит неосознанно: если ответ покажется холодным, а человек всё более закрытым, он много писал, пытаясь сохранить общение, хоть ему и не нравилось. Именно из-за того что он притворялся общительным собеседником, его социальная батарейка гасла и он игнорировал человека. Всё продолжалось до тех пор, пока ему не писали огромный о том как он относился к человеку, где он проебался, каким мудаком он был и будет всю жизнь. К семнадцати годам он скачал множество социальных сетей. Родители никогда не ограничивали его, покупали всё, что он просил. Подвох был в том, что он должен был быть идеальным сыном, который не портит их репутацию. Репутация была для них намного важнее, чем собственный ребёнок, как и деньги. Он только потом узнал, что в семье с богатыми родителями всегда так. Могло быть хуже, бедность или ненависть к ребёнку. Ещё катастрофичнее, если были бы оба. Родители любили и для него зарабатывали деньги. Чтобы он жил в достатке, а не как бомжи (ему их безумно жаль, ведь никто этого не заслуживает, кроме монстров. Именно монстры, ведь людьми их сложно назвать. ) О том, что он интроверт, Хёнджин узнал намного позже, чем хотелось бы. Этот факт о себе помог найти ответы на вопросы, которые мучили Хвана всё время. Кто знает, что ещё ему удастся узнать о себе благодаря интернету. Но эти знания были полезными. По крайней мере, ему так казалось.       — Эй! — послышался громкий голос. Хёнджин вздрогнул, увидел Минхо и выдохнул. Он уже готовил себе гроб, услышав крик. Такого громкого пугающего звука он ещё никогда не получал в свой адрес, даже от отца или матери. Хотя мама его была мягкой и доброй, защищала сына и постоянно заступалась, оправдывала его. Несмотря на это, они тоже иногда ссорились. Не серьёзно, просто недопонимания, которые возникают у всех. Отец тоже был хорошим и любил сына не меньше матери, но был более строгим, особенно к его учёбе, чтобы тот унаследовал его компанию в будущем. Кем они работают Хёнджин не знал, ведь никогда не интересовался этим, но, если он правильно помнит, это что-то связанное с продажей вещей. Хван вздохнул. Он понимал, что родители выражали свою любовь материально, но всё равно, иногда думал: любят ли его родители, или всё же нет? Всё было сложно. Брюнет проморгался, вставая с места. Если постоянно думать и размышлять об одном и том же — можно легко заблудиться в этих мыслях. И найти выход будет намного сложнее, чем кажется.       — Чего тебе? Почему так орёшь?! — раздражённо спросил он, цокая и закатывая глаза.       — Тебя там зовут, вообще-то. — джин указал на дверь. — А ты сидишь, смотря в одну точку, не реагируешь и не двигаешься, а видео в телефоне всё также продолжает играть. Хван кивнул и быстро спустился вниз, где его ждали родители, оставляя Минхо одного. Парень сразу же поздоровался с отцом, останавливаясь напротив.       — Когда домой вернулся? — спросил он сразу, увидев сына.       — Вечером.       — А где был? — мужчина сел на диван, не убирая с него взгляд.       — Гулял. На улице. Один. Это всё, скорее всего, было похоже на опрос, а не разговор отца с ребёнком. Мужчина лишь кивнул, наконец смотря не в душу сына, а на жену. Хёнджин, не обращая внимания на то, что ему ничего определённого не сказали, решил закончить разговор и ушёл к себе, где на кровати уже сидел Минхо, читая какую-то непонятную книгу о психологии, которую Хёнджин получил, выиграв олимпиаду по литературе в пятом классе. Джин, не обращая внимания на него, всё также продолжил читать и посмотрел на него только тогда, когда он сел рядом. Хёнджин посмотрел на него в ответ усталым взглядом.       — Уверен, твой отец злится из-за того, что ты так просто ушёл. Хван отрицательно покачал головой, прикрывая глаза, и тихо ответил:       — Наверняка нет. Он не такой. Ли открыл и закрыл рот, передумав сказать то, что так и хотелось вырваться наружу. Он скажет тогда, когда придёт время. Либо простолюдин сам всё поймёт. Внезапно брюнет встал и подошёл к шкафу, доставая оттуда лёгкую белую футболку, удобные, мягкие, широкие штаны чёрного цвета и коричневую кожанку. Положив все элементы одежды на кровать, он попросил коричневолосого выйти, чтобы переодеться.       — Ты куда-то идёшь?       — Нет, блять, просто так наряжаюсь. — раздражённо прошипел он. — Чёрт, вроде бы старше меня, так ещё и джин, но какой же ты бесячий и тупой в добавок. Хёнджин вытолкал его за дверь, пока тот не набросился и либо убил его, либо проклял или что-то типа того. Джинские магические способности, короче. Быстро переодевшись, он взял с собой мобильный телефон (первым делом убедившись, что тот заряжён, желательно на сто процентов) и банковскую карточку. Сегодня он шёл в клуб, называющийся "hint of love" Нет особой причины, почему он решил прогуляться там и немного выпить. На самом деле он там подрабатывал официантом, раздавал напитки и часто был психологом, выслушивал людей, за что получал чаевые бонусом. И благодаря этой подработке у него на карте имелись приличные деньги, так как сам клуб был довольно известен в их районе. Не по всей стране или миру, конечно, но хоть тут. Сегодня, к счастью, не его очередь, поэтому идёт он туда как простой посетитель. Отдохнёт, расслабится, может, даже познакомится с кем-нибудь перед учёбой. Как бы то не было, связи всегда помогают и оказываются полезными. Он выходит на улицу, одевая кроссовки, и вдыхает свежий, прохладный воздух последнего дня августа. Замечая за собой Минхо, он останавливается и поднимает на него свой взгляд.       — Минхо, при всём моём уважении, иди внутрь.       — Нет, я хочу с тобой. Скучно. — ответил он и шагнул вперёд, опередив Хвана. Тот бесшумно выдохнул, стараясь не показать своё раздражение. Кивнув самому себе, он догнал его.       — Ты знаешь дорогу? Ли покачал головой. Хёнджин цокнул и помахал рукой, намекая, пойдём за мной.       Внутри помещения было достаточно много людей, пахло алкоголем, похотью и какими-то цветами. Хёнджин осторожно обошёл всех танцующих людей, заметив свободное местечко. Сев на мягкую мебель, он подозвал официанта и попросил две слегка опьяняющие алкогольные мохито со вкусом манго и маракуя.       — Две? Я не вижу второго человека рядом, это только для вас или кто-то придёт? Хван растерялся, забыв, что Ли никто не видит, кроме него самого. До сих пор не верится, что это всё реально.       — Закажи две. Я, хоть и не человек, всё равно могу потрогать или попробовать что-то человеческое. К счастью, не будет казаться, что оно само летит, — усмехнулся коричневолосый. — Просто исчезнет. Станет невидимым, если быть точнее. Брюнет кивнул и, проигнорировав вопрос официанта, ответил:       — Да. Две, пожалуйста. Парень лет шестнадцати молча записал заказ и удалился, сказав, что принесёт напитки через семь минут. Хёнджин начал оглядываться по сторонам, изучать толпу людей и строить предположения о том, кто они, какие они, и почему здесь находятся. Взгляд упал на парнишку, который был полностью его противоположностью: светлый блондин, дерзкая внешность и яркая, нарядная одежда, привлекающая к себе внимание. Увидев его Хван сразу подумал, что тот ищет тут знакомства, либо у него есть парень или ему нужна интрижка на один день. Судить по внешности, конечно, не очень хорошо, но это было единственным интересным занятием, которым он тут мог заняться. Да и если быть честным, то внешний вид людей и их одежда чаще всего показывает больше правды, чем они говорят. Как только блондин заметил Хёнджина и посмотрел на него в ответ, официант принёс напитки, закрывая ему вид на парня. Хван, уже отвлёкшись, выпил немного мохито и от наслаждения прикрыл глаза, откинув голову назад. Джин также попробовал напиток и оценивающе промычал. По реакции казалось, что ему понравилось. Открыв глаза он снова посмотрел на блондина, который уже исчез и то ли танцевал где-то, то ли занимался кое-чем интересным. В общем-то, это не его дело. Но Ли, заметив, что он уже который раз разглядывает кого-то в толпе, всё же не сдержался и спросил:       — Тебя привлекают парни? Хёнджин резко посмотрел на него вопросительным взглядом, не веря в то, что услышал от него. Понятно, что Минхо не повторит вопрос и так же продолжит молчать, Хван нервно-шутливо спросил:       — Мы настолько близки?       — Очень смешно. — саркастично. — Я, вообще-то, серьёзно. Это нормально, если тебе нравится свой пол.       — Так, стоп. Не нравится мне никто и парни тоже, понятно? Я прекрасно знаю, что это нормально, и не осуждаю. Но мне не нравятся они. Не нравятся, — отчётливо и по буквам проговорил он. Ли странно посмотрел на него, не понимая, почему у брюнета такая резкая, странная и острая реакция. Он ведь не задал неприемлемый вопрос, который требует несколько лет близкого контакта.       — Ладно... — он молча отстал от него, подумав, что тот просто устал или нервничает перед первым днём в университете, либо довольно пьян. Ещё немного посидев, выпив всё до конца, парень прикрыл глаза, устало откинув голову. Через несколько минут он почувствовал, что кто-то подошёл к ним, но проигнорировал это чувство, пока джин не кашлянул. Он открыл глаза, замечая перед собой того самого парня. Тот сидел напротив, мягко и виновато улыбаясь. Минхо же, отодвинувшись, наблюдал за всем этим, особенно за Хёнджином, с какой-то странной ухмылкой. Хван подумал, что это всё бред, который сотворяет его пьяный мозг.       — Извиняюсь? — осторожно позвал парень, прочистив горло. Хёнджин оценивающе прошёлся взглядом по нему, замечая, насколько всё выглядит по-другому вблизи. Наконец, подняв на блондина взгляд, он с усмешкой заговорил:       — Сорри, малыха, парни меня не привлекают. А интрижки на один день тем более. Блондин фыркнул, поднимая бровь, задаваясь немым вопросом. Хёнджин сразу же выпрямился, в голове пролетела мысль, кричащая, мол, Хёнджин, ты же адекватный, хороший человек и ты сын одних из самых богатых и известных людей, как ты себя ведёшь? Брюнет быстро прокашлялся, извиняясь перед парнем. Тем временем, наблюдающий за всем этим джин рассмеялся, не в силах успокоиться.       — Прошу прощения, пьяный бред. Парень напротив снова улыбнулся. Тепло, как в прошлый раз. Он покачал головой, слегка смеясь.       — Ничего страшного, я понимаю. Я хотел спросить: что за напиток ты заказал? Знаю, это странный вопрос, но с самого начала, как я его увидел, он показался мне каким-то необыкновенным и мне так и хочется узнать, каков он на вкус. Хван уставился на стакан, пытаясь вспомнить, что конкретно он заказывал.       — А речь точно о напитке идёт? — добавил Минхо.       — Что? Блондин посмотрел на брюнета, тот коротко ответил, что всё в порядке.       — Ну Хёнджин, подумай, странно звучит ведь. И он, кстати, мог узнать у официанта, что за напиток ты заказал. — он пожал плечами, будто это было самое очевидное и лёгкое, что можно понять за секунду. — Думаю, он точно видел официанта, который принёс их. Хёнджин взглянул на блондина. По сути, джин был прав. Ладно, не такой он уж тупой.       — Я не помню название, прости. Не мог бы ты спросить у официанта, который взял у меня заказ? — вежливо ответил он.       — Я бы с радостью, уже успел спросить, но именно смена парня, который обслуживал тебя, — подошла к концу, а другие не знают, так как содержимое уже закончилось. Теперь Хван посмотрел на Минхо. Тот смотрел на блондина, прищурившись.       — Слегка опьяняющий алкогольный мохито со вкусом манго маракуя.       — Слегка опьяняющий алкогольный мохито со вкусом манго маракуя. — повторил Хёнджин. — Вспомнил.       — Спасибо большое. — парень встал с места и ушёл заказать напиток, случайно оставив телефон на столе. Случайно, думал Хван, ведь никакого странного поведения он не заметил. По внешнему виду, конечно, так не скажешь, но кто знает, что у человека внутри. Но Минхо считал, что это было не совсем случайно. Ничего против парня, который не сделал что-либо ему, он не имел, но вот интуиция кричала о том, что этот парень хочет познакомиться. В этом нет ничего плохого, если не считать того, что Хёнджин не гей и даже не би. Получив мохито, блондин начал искать телефон и заметил, что она осталась у брюнета. Он опять подошёл к нему и сел напротив, взяв свой телефон в руки.       — Если честно... — издалека начал он. — Мне кажется, что я тебя где-то видел. Ты случайно не сын мистера Хвана и его жены, которые занимаются продажей техники? Хёнджин кивнул и сильно удивился тому, что его узнали на публике и вообще, это впервые, когда ему говорят что-то о родителях и их бизнесе.       — Ах, так вот в чём дело! — громко крикнул блондин, что аж несколько людей повернулись к ним. — Я видел тебя в интернете, где рассказывали про вашу семью. Там также упомянули, что ты не часто светишься на глазах у других и публичная фотография с родителями у тебя всего лишь одна. Я Ли Феликс, мне 19, кстати. — парень протянул руку. Парень казался Хвану пулемётом. Он так много говорил, так ещё и с таким энтузиазмом, что Хёнджин уставал за него.       — Хван Хёнджин, — он пожал его руку в ответ.       — С одной стороны — я понимаю тебя и причину, по которой ты не стремишься быть таким же известным, как твои родители, так как были слухи, что ты интроверт. — вдруг увереннее заговорил он, будто осмелился. — С другой — я социальный человек, мечтаю иметь бизнес, любой... Брюнет слушал вполуха, моментами кивая или смеясь. Его не интересует никакой бизнес родителей, он не хочет об этом думать и пришёл сюда расслабиться, забыть и не вспоминать всё это.       — ...поступил на университет в этом году, на менеджмент.       — Слушай, — перебил его Хван. — Честно, я не хочу управлять этой компанией. Это не то, чем я хочу заниматься. И я поступил на художника. А ты, как я вижу, буквально горишь этим. — улыбнулся он, понимая, что это гениальная идея. — Дай мне свой номер. Я познакомлю тебя с родителями, если ты им понравишься, они будут помогать и обучать некоторым вещам, когда ты выпустишься, компанию передадут тебе. А я буду заниматься тем, что я хочу. Феликс начал светиться от счастья, непрерывно повторял слова благодарности и то, что он очень умён. Хёнджин признательно кивал, улыбаясь и радуясь, что к нему пришла очередная порция гениальных идей. Минхо, который всё это время молча сидел рядом, слушал их разговор, также кивнул, показал большой палец, восхваляя его. Хван дал младшему свой телефон, тот записал свой номер и вернул его обратно. Брюнет сохранил номер, записав имя в контактах как "экстравертный экстраверт" и позвонил, чтобы на телефоне у блондина номер также был сохранён. Заметив то, с каким кайфом парень напротив пьёт свой напиток, ему хотелось заново заказать его и он уже потянулся за картой, как джин предупредил его, что завтра первый учебный день.       — Сука! — разругался парень, увидев на часах час ночи. Родители точно убьют его, это во-первых, во-вторых, ему нужно рано проснуться, что он точно не сможет сделать, ведь засыпает так поздно. Феликс обеспокоенно посмотрел на него, встав за Хваном.       — Извини, мне нужно возвращаться. У меня завтра первый день в университете, но уже поздно очень.       — А, хорошо... Я могу отвезти тебя, если хочешь. Мой дом близок к моему университету, из-за чего мне не нужно вставать рано.       — Было бы хорошо, — улыбнулся уголками губ, положив телефон в карман штанов. Выйдя из помещения, парни сделали глубокий вдох, почувствовав свежий воздух осени. Феликс потянул Хёнджина за собой, указав на какой-то красный мотоцикл.       — Блять, мотоцикл!?       — Ага, — самодовольно улыбнулся парень. — Моя любимая малышка, MV Agusta F4 У Хёнджина челюсть упала, как только он увидел его. Она была красивой, одна из самых красивых вещей, которых видел Хван. Он уверен, что уже где-то видел этот мотоцикл, то ли на улице, то ли в интернете, когда-то о ней кричали с каждой дыры, утверждая, что это самый красивый мотоцикл года. Брюнет не вмешивался, не увлекался этим, но, увидев его вживую, он на стороне тех, кто считает, что мотоцикл невероятно очаровательный.       — А я как поеду? — послышался голос Минхо сзади, на что Хёнджин обернулся, не зная, что ответить. Увидев на его лице сильное желание поехать на мотоцикле, Ли всё же выдохнул и помахал ему рукой.       — Я пешком. Давно не гулял. — он начал уходить всё дальше и дальше. Хёнджин сел сзади Феликса, который уже ждал его, протянул ему второй шлем. Брюнет быстро надел его и проверил, не снимается ли оно, понятия не имея, как нужно надевать этот шлем и молясь, что всё пройдёт хорошо. Когда все были в безопасности, Феликс мягко попросил брюнета держаться за него крепко, если тот не хочет упасть и разбиться. Хёнджин сразу же поставил руки на плечи блондина, Ли сфокусировался на дороге и они помчались вперёд. Поначалу Хвану было пиздец как страшно, он кричал, что сейчас точно упадёт или умрёт, что хочет спуститься, но младший утверждал, что он следит за всем и всё в порядке. Через некоторое время брюнет привык, успокоился и уже наслаждался ночным приятным ветром, чувствуя лёгкий запах духов Феликса, похожий на какой-то ароматный кофе. Хёнджин впервые не анализирует себя и всё, что его окружает. Он просто есть. Этот редкий момент тишины в его голове... Приятно. И так свободно. Это именно то, что он и искал. Смех, наслаждение, и свобода. Самая настоящая, большая и принадлежащая ему. Его свобода.       Приехав к их дому, блондин осторожно спустился, попросив Хёнджина пока не спускаться.       — Но почему?       — Ты упадёшь, Хёнджин. Это же первый раз, когда ты едешь на мотоцикле.       — Но я умею ходить, значит не упаду! — утверждал он в ответ, как маленький, пьяный ребёнок. Даже алкоголь так не опьяняет, как лёгкость и свобода.       — Просто поверь мне. Посиди немного и я помогу тебе спуститься. Хван молча сидел, пока Феликс не протянул руку и осторожно положил его на землю, придерживая за талию. Осмотревшись, брюнет заметил Минхо около двери.       — Ладно, я пошёл. Спасибо, что довёз! — он мягко улыбнулся, помахал и побежал к коричневолосому.       — Выглядишь так, будто десять часов подряд трахался с кем-то и получал удовольствие.       — Заткнись? Я буквально приехал на ебучем мотоцикле, под ветерком, и почувствовал, что такое лёгкость и ощутил свободу на вкус. Как мне ещё выглядеть? Ли, который прислонился на дверь, выпрямился, смеясь.       — Свободу? Не хочу тебя разочаровать, но она уже покинула нас. Твои родители закрыли дверь на ключ, внутрь попасть никак невозможно. На Хёнджина будто вылили холодную воду. Он в панике подошёл к двери, надеясь, что джин шутит. Но она не открывалась. Никак.       — Чёрт, почему именно сейчас, мне же на учёбу надо...       — Позвони Феликсу. — коричневолосый пожал плечами, снова прислоняясь на дверь.       — Что?       — Позвони его и спроси, можно ли с ним переночевать. Он же сказал, что его дом рядом с университетом.       — Минхо, университетов много. — выдохнул он, начиная злиться. У него экстренная ситуация, а джин говорит непонятные вещи.       — Я думаю, это тот, в который ты поступил. И не спрашивай, почему, я прожил 388 лет и ещё я знаю, что моя интуиция не врёт.       — Хорошо, допустим. А ты?       — Я? А я вот так. — он два раза щёлкнул пальцами, внезапно исчез и за ним осталась лишь пыль. Через секунду он вновь появился, только уже с зарядкой от телефона. — Про одежду не волнуйся, нашёл в шкафу на вешалке готовый образ, подписанный как «универ»       — Блять, пиздец... Ты не можешь достать ключи таким же образом?       — М, нет. Потому что я не знаю, где они находятся. — отдав провод Хвану, он подмигнул, попрощался, и снова исчез. Несколько минут он так и стоял, не двигаясь, думая и решаясь. В конце концов, он всё-таки позвонил блондину. Тот быстро поднял трубку, остановив мотоцикл.       — Феликс, привет..?       — Привет, что-то случилось?       — Это.. ну.. мои родители уснули, закрыв дверь на ключ, а я забыл взять свой. Если ты не возражаешь, можно я...       — Да, — блондин сразу же согласился. — Да, ты можешь. Сейчас приеду.       Ложась на застеленный для него матрас и переодевшись в чистую одежду, которую ему дал Феликс, Хёнджин улыбнулся, поблагодарив блондина.       — Спасибо. Мы едва знакомы, но, думаю, очень даже удачно. Такими темпами ты станешь моим другом.       — У тебя нет друзей? — удивился Ли, повесив уличную одежду на вешалку.       — Нет. Я не очень люблю общаться, заводить друзей или знакомых. Только немного. Ты первый.       — Я очень рад, что я твой первый друг. Теперь спи. — он выключил свет, покидая комнату, решив спать на диване в зале. Как только он хотел выйти, Хёнджин позвал его.       — Почему ты решил помочь мне, ты же не знал меня...       — Потому что я твой друг, а друзья в беде не бросают. — проговорил младший, делая умный вид. — А если серьёзно, я бы не смог уснуть, зная, что ты спишь на улице. Но ты всё равно у меня в долгу, кроме компании родителей ничего не принимаю. — Хван рассмеялся, услышав его ответ. Феликс смотрел на него, так же смеясь. — Спокойной ночи, Хёнджин. Разбужу тебя ровно в семь, как ты и просил.

***

      Солнце ослепительно светило в глаза, разбудив парня. Он покрылся покрывалом, пытаясь спасти свой сон. Но тут же вспомнив про учёбу, он выскочил с постели, посмотрел на часы. 6:35. Хван расслабленно выдохнул, всё ещё чувствуя себя сонным, но недостаточно сонным, чтобы смог уснуть. Он осторожно вышел из комнаты, прошёл, судя по всему, в зал. На диване, посередине комнаты, спал Феликс, лицо его было недовольным то ли от лучей солнца, то ли от неудобного положения. Хван подошёл к нему и слегка толкнул, чтобы разбудить. Но как бы он не старался, Ли не открывал глаза. Хёнджин уже хотел сдаться, оставив младшего спать на диване, но вспомнил, что у него тоже первый день в университете, и более того, он позволил ему переночевать у него. Он тоже должен выспаться в удобной кровати.       — Феликс, вставай. — громко сказал он, ударив парня в живот. Блондин резко вдохнул воздух и распахнул глаза, жалуясь на Хвана.       — Проспал? Я забыл разбудить тебя...       — Нет, — перебил он Ли. — Рано ещё. Иди спи на кровати своей. — указав рукой на дверь, Хёнджин начал искать ванную, чтобы вымыть хотя бы руки и лицо. Еле как найдя его, брюнет зашёл внутрь и заметил несколько полотенец, висящих на крючке около душевой. Он подошёл к раковине, рядом был расположен маленький шкаф, на котором были четыре зубные щётки. Один из них принадлежал Феликсу, остальное — неизвестно. Умывшись, Хван написал слова благодарности на кусочек бумаги, которую нашёл в кухне, на столе, стоявший перед диваном. Быстро переодевшись в свою одежду и взяв телефон, он оглянулся, проверяя, не оставил ли он что-то, и поняв, что нет, вышел из квартиры. Вызвав такси и оплатив его картой, он посмотрел на облака над головой, глубоко дыша и наслаждаясь осенним утренним ветром. Когда машина приехала, брюнет сел на заднее сиденье и опустил стекло, чтобы свежий воздух проникал внутрь.       Он сильно стучался, надеясь, что родители уже проснулись и откроют ему дверь. Но никто не открывал, а Хёнджин продолжал стоять и стучаться, минут уже десять. Брюнет почувствовал движение и шорох, из-за чего мгновенно остановился. Рука повисла в воздухе, так и не ударив по двери очередной раз.       — Ты разбудил меня. — пробурчал недовольно уже знакомый Хёнджину голос. Он обернулся, за ним действительно стоял Минхо в одной футболке. Посмотрев на него, никто бы не подумал, что он джин: выглядит как обычный человек, одевается тоже, ничего странного и даже хвост или что-то типа того не присутствовал.       — Родители спят, что-ли? Почему дверь не открывают, я уже минут десять стучусь! Джин закатил глаза, скрещивая руки на груди и смотря на Хвана взглядом, так и кричащим о том, что ему всё это происходящее не нравится ни капельки.       — Не спят они, раньше твоего прихода проснулись. И слышат всё прекрасно, но не открывают.       — Какого хуя? — не выдержал Хёнджин, начиная чувствовать внутри себя тяжёлую кашу эмоций, где властвовал гнев. С каждой секундой он злился всё больше и больше, что ему казалось, что он взорвётся.       — Это, наверное, потому, что ты вчера ушёл, не поговорив с ними. Я ещё тогда сказал, что твой отец наверняка зол, потому что он начинает видеть протест с твоей стороны и понимает, что больше не может заставлять тебя слушаться его, ведь ты вырос. Я уверен, так и есть. Хёнджин попытался вспомнить, о чём Ли говорит, но было довольно сложно, после мохито, хоть тот и не действовал сильно, он будто потерял память.       — Но он не такой. Минхо выдохнул, подошёл к нему и поставил руки на плечи, впечатывая в дверь. Твёрдо посмотрев на парня, он покачал головой, бормоча себе что-то под нос.       — Ты не можешь знать, какие люди на самом деле, Хёнджин. — он ткнул пальцем на его сердце. — Только догадываться. Это не потому, что твои родители — эмоционально недоступные, хотя это также играет важную роль. Дело в том, что люди меняются. Они начинают думать по-другому, взгляд на мир и даже на свои принципы может измениться, и пока ты будешь думать, что какой-то человек любит собак, он за это время может их возненавидеть, но, конечно же, сразу об этом не скажет. Хёнджин заторможенно моргал, не понимая слова коричневолосого. Ему с утра чешут мозг, конечно, он не будет работать. У кого вообще оно работает по утрам?       — И люди могут делать вид, что какие-то другие, пока они являются противоположностью того, кого делают из себя. Твой отец может показать себя заботливым, добрым и любящим, а за твоей спиной размышлять о чём-то ужасном, искусно манипулировать так, чтобы ты не заметил. Теперь понимаешь? Хёнджин вроде бы понимал, а вроде бы и нет. Но всё же кивнул.       — Я имею в виду, что я не очень хорошо знаю твоих родителей, да и тебя самого, мы знакомы всего два дня, но тебе следует быть осторожнее и всегда думать о последствиях своих действий. Ладно, человеческим языком было намного легче понять джина, чем какие-то сложные, непонятные и несвязанные слова. Хёнджин бы хотел, чтобы он всегда говорил вот так вот чисто, нормально, адекватно, но такое явление было редким. Почувствовав вибрацию телефона от уведомления, он открыл его, замечая сообщение от контакта "экстравертный экстраверт" и удивился, не понимая, кто это был и кого он так глупо записал. Экстравертный экстраверт: Смог попасть домой? Минхо посмотрел на телефон, увидев как Хёнджин был в замешательстве и не понимал, кто, чёрт возьми, ему прислал сообщение. Прочитав имя контакта, он улыбнулся и объяснил Хвану, что это Феликс, и он решил добавить его именно так, потому что блондин много болтает без умолку. Всё время. Брюнет слегка ухмыльнулся и принялся писать ответ.

Хёнджин:

В процессе.

      — В процессе? Серьёзно? Тебе не открываю дверь, если ты забыл. — фыркнул Минхо, поднимая взгляд на окно комнаты родителей Хвана.       — Мои ключи в тумбочке рядом с кроватью. — вспомнил он. Ли не хотя щёлкнул пальцами, оставив за собой белый дым. Хенджину казалось, что он уже привык всей этой магии, из-за чего не реагирует на выходки коричневолосого сильно удивлённо. Но джин мог моментами рассказать или показать что-то невероятное, удивляя брюнета. Через несколько секунд он вернулся с ключами в руке. Хёнджин поблагодарил его и попытался открыть дверь. К его радости, она открылась очень быстро и легко. Он сразу направился в свою комнату, чтобы принять душ и переодеться в форму. Он мог бы остаться с Феликсом, но чувствовал себя слишком некомфортно, потому что его родители тоже были дома. Хвана не покидало ощущение, что он мешает членам семьи Ли. Поэтому он решил уйти как можно скорее, и даже его тело было за, разбудив его на полчаса раньше. Взяв с собой всё самое важное, он даже не поздоровался с родителями и вышел из дома, проверяя присутствие ключей и зарядки на всякий пожарный, он закрыл за собой дверь на ключ, направляясь в сторону университета. За ним всё также шёл Минхо, как и вчера. Хван даже не отреагировал. Он просто подумал, что будет забавно, если Минхо будет повсюду с ним, и они будут разговаривать друг с другом, но другие люди будут видеть только его и думать, что он сумасшедший, потому что разговаривает в никуда. Что ж, для Хёнджина это будет не «никуда», а нечто нереалистичное, обладающее магическими способностями. Ему всё ещё трудно к этому привыкнуть, но он очень старается, и это работает: он почти не знает джина, но теперь он не боится так, как боялся при первой встрече. Но да, у страха была вполне обоснованная причина: пятеро мужчин хотели переспать с ним без его согласия и преследовали его, пока он не встретил джина. В тот момент он не мог поверить Ли, но доверял своей интуиции, которая подсказывала, что Минхо сможет ему помочь. В результате он оказался дома целым и невредимым. Конечно, поначалу он думал, что всё это кошмар, и не мог поверить, что джин существует на самом деле. Но потом они стали... не близкими друзьями, просто более открытыми друг другу. И если даже в здравом уме задуматься, как обычный человек и волшебный джин могут быть друзьями? Естественно, шансов нет. Они могут проводить много времени вместе, делиться секретами и помогать друг другу, но после того, как джин закончит свою работу, он исчезнет. И это расстраивает. Не совсем человек, с которым вы по-настоящему сблизились, просто исчезает в один прекрасный день, и что еще печальнее, это происходит из-за тебя. Ведь ты истратил все три желания. Стараясь не думать о плохом и провести день с хорошим настроением, новой атмосферой и заниматься тем, чем ему хочется, он сделал глубокий вдох и сделал шаг внутрь. Помещение так и кипело жизнью, огромное количество студентов, которые совсем не похожи друг на друга, нервно ходили туда сюда. Кто-то был один, кто-то в компании, а кто-то с джином, например, сам Хван. Он открыл телефон и проверил расписание, где также были указаны номера аудиторий, где будет проходить урок. Пройдя через толпу студентов, он начал оглядываться по кабинетам, чтобы найти нужный. До начала первой пары ещё 10 минут. Брюнет успешно нашел нужный кабинет и вошел. Людей было немного, так как обычно искусством интересуются лишь несколько человек, рассматривая его как будущую профессию. И Хёнджин был одним из них. Профессор вошёл в кабинет и, хлопнув в ладоши, призвал студентов сосредоточиться на их первом уроке. Он также объяснил, что очень важно уделять внимание каждому уроку и совершенствовать свои навыки, поскольку способности следует развивать, используя и улучшая их с каждым разом. В противном случае вы его потеряете. Хёнджин чувствовал себя очень мотивированным и счастливым. Он полностью сосредоточился на уроке, получив от слов учителя какое-то непонятное вдохновение. Тем временем Минхо ходил вокруг и оценивал здание. Ему будет нечем заняться целый день, но Хвану мешать он не станет. Ли прекрасно знает, что это мечта младшего и рад за него. Пусть брюнет полностью наслаждается своей возможностью учиться.       Несмотря на то, что Хёнджин был очень воодушевлён насчёт пар, после второй пары он почувствовал себя совершенно измотанным. Знакомств никаких не было, все люди скучные и странные. Минхо куда-то исчез, да и если был бы рядом, брюнет не смог бы с ним о чём-то разговаривать. И лишь на третьей паре он заметил знакомое лицо и обрадовался, понимая, что Феликс станет тем, кто развеет его скукоту. Он быстро подошёл и сел к нему. Блондин посмотрел на него и просиял также, как и сам Хван. Видимо, не только Хёнджину было скучно и неинтересно на этих парах. Вместо того чтобы объяснять полезные вещи и предоставлять необходимую информацию, учителя просто преподавали им, как школьникам. Более того, они преподавали им только ненужные предметы, которые забирали энергию больше, чем основные предметы.       — Так мы всё-таки учимся вместе. — хихикнул Ли, посмотрев в глаза Хвана. Тот рассмеялся и несколько раз кивнул, параллельно зевая от усталости.       — Думаю, у нас часто будут совпадать пары, особенно те, в которых учат расчёту.       — Да... — протянул младший, зевая за Хёнджином. Очередной профессор зашёл в кабинет, представился и, попросив концентрации со стороны студентов, начал пару. Феликс вырвал листочек с тетради и нарисовал линии, чтобы поиграть с Хёнджином в крестики нолики. Посмотрев друг на друга, парни мягко улыбнулись и тихо рассмеялись. Минхо стоял в конце комнаты, наблюдая за ними. Он понятия не имел, что выйдет из этих двух, но знал одно: учёбу они проебали с первого дня.       Пройдя в столовую, где находилась половина университета, парни смогли найти пустующее место и сели, взяв только кофе. Хёнджин заметил Минхо, который шёл к ним, одновременно наблюдая за каждым студентом. Наконец, дойдя до их стола, он сел рядом с брюнетом и посмотрел на кофе, находящееся в его руках.       — Что это? — спросил он, указывая пальцем на чашку.       — Кофе. — пожал плечами Хван, притягивая его ближе к джину. Феликс, который сидел напротив, поднял на него взгляд и вопросительно поднял брови.       — Кофе вкусное, говорю. — выкрутился он, обратно забирая напиток. Ли встал с места, прошёлся внутрь кухни и начал делать себе кофе, наблюдая за тем, как его делает работница. Хван краем глаза подсматривал на него, чтобы тот не натворил что-нибудь. Когда джин вернулся уже с готовым и ароматным кофе в руках, он спокойно выдохнул, чувствуя себя так, будто гора с плеч упала.       — Мы могли бы быть хорошими друзьями. — вдруг заговорил младший, поставив уже пустую чашку на стол. Хёнджин удивился, ведь кофе был довольно обжигающий, но Ли его выпил так, будто это была обычная вода. Немного подув на свой напиток, чтобы тот охладился, переставая выпускать пар, он несколько раз кивнул, соглашаясь с предыдущими словами блондина.       — Но мы практически не знаем друг о друге. — продолжил он. — Да, ты единственный, кого я знаю в этом университете, но в то же время я не хочу быть просто одногруппником, а скорее лучшим другом, понимаешь? Или хотя бы близким другом? — тихо предположил он, как будто что-то давило ему говорить громче. То ли стеснение, то ли опасение. Хёнджин подумал, что причина его дрожащего и тихого голоса кроется в травмирующем опыте, связанном с дружбой. Может, кто-то причинил ему боль? Или, возможно, предал его? Он не может знать правду, только догадываться, поэтому решил спросить Феликса.       — У тебя не было друзей, или, может, что-то типо травли? Я имею в виду, ты выглядишь немного неуверенно в своих словах. Ничего страшного, если ты не хочешь говорить, но да, я согласен с тобой, мы можем быть хорошими друзьями. — объяснил он, намекая, что не заставляет и не давит на него. Он просто подумал, что, возможно, эти вопросы сделают их ближе, давая понять как лучше относиться к друг другу и какие темы не стоит задевать? Его внутренний я согласен с тем, как он относится к этой ситуации и как размышляет. Феликс замолк, смотря в одну точку, будто стол сделал ему что-то или, например, разрушил его жизнь. Хван решил, что он наверняка думает о том, стоит ли говорить и открыть свою душу малознакомому парню или вспоминает то, как к нему относились. Так и было. Ли помнит каждого, кто издевался над ним. Это не была физическая травля, никто не были его и даже не трогал. Но психически давили все. Игнорировали, смеялись и пугали.       — В школе... — он не расскажет всего. Просто кое-какую информацию, чтобы лучше узнать друг друга. Он будет надеяться, что Хёнджин не предаст его, потому что он кажется хорошим человеком. — Одноклассники не общались со мной. Я был таким же разговорчивым, как и сейчас, и мне не хватало общения, а люди отворачивались от меня. Хван замолчал и внимательно слушал Ли. Он понимал, что это не просто шутка, а что-то серьезное. Конечно, блондин не рассказывал всё детально, но это всё также было важно. После рассказа о школе и одноклассниках Феликс выглядел очень расстроенным и уставшим. Негативная история отняла у них все силы, и брюнет просто пил кофе, не говоря ни слова и не издавая ни звука. Но никто не отменял урок. Сказав несколько слов поддержки, Хёнджин тепло улыбнулся и помахал Ли. Возможно, они встретятся после того, как закончатся пары.       — Вау, это действительно была душераздирающая история. — усмехнулся джин.       — Смотря на тебя не скажешь, что ты хоть на капельку расстроился. — фыркнул он, выходя из столовой.       — Я не человек, Хёнджин. Я могу выглядеть как человек и делать всё человеческое, но я никогда не стану человеком, понимаешь? Я не почувствую никаких человеческих чувств, во мне нет такого понятия как сожаление или радость, у нас, — джинов, всё намного по-другому, чем у вас. — Ли щёлкнул двумя пальцами и исчез, оставляя брюнета одного со своими мыслями. Ему всё равно, куда коричневолосый делся. Вообще на всё. Он просто устал и хочет как можно скорее вернуться домой. Если другие в начале учебного года отлично учатся, чувствуют себя процветающими, то он, наоборот, понял, что это не то, что он хочет. Нет, не искусство, а система обучения. Она... фальшивая. И всё же. Как же сложно быть эмпатичным человеком, когда тебя окружают только нелюди. Хван вышел из здания, массируя себе шею и плечи. После целого дня сидения на стуле ему было некомфортно ходить и стоять. Он глубоко вздохнул и почувствовал, как будто вся боль исчезла. Он открыл телефон, услышав звук сообщения. Как обычно, ему писали Феликс. Экстравертный экстраверт: У тебя закончились пары? Мы могли бы погулять, если тебе не необходимо вернуться домой. И мы могли бы поесть вместе, я очень голоден.       — Уже давно пора переименовать его. — сказал он сам себе, и сел на скамейку, печатая ответ.

Хёнджин:

Да.

Я уже вышел.

Экстравертный экстраверт: Выхожу!!       — Значит я могу уходить? — саркастично прошептал кто-то сзади. Хёнджин сразу же обернулся, замечая джина. Что-то в нём изменилось. Только вот непонятно, что. Но брюнет ничего насчёт этого не сказал. Он просто кивнул, увидев Феликса у входа. Минхо не сказал что-либо в ответ, а просто исчез. Кажется, взаимопонимание между ними начинало напрягаться. Для Хёнджина это очередной провал, где в конце другой скажет "ты невыносим". Для джина же это непонятная и запутанная миссия. Младший подошёл к нему, присаживаясь рядом. Выглядел он ничуть не лучше самого Хвана, но всё ещё сиял, притягивая к себе внимание. То ли его яркие волосы, то ли его яркая личность, добавляли в парня странное сияние.       — Я так долго ждал поступления в университет. — начал Ли, первым нарушив неловкую, но в то же время усталую тишину. — А теперь я тут, учусь, и мне уже хочется быстрее всё закончить. Как ты думаешь?       — Тоже самое. — хмыкнул брюнет. — В голове всё было по-другому, в реальности это всё как-то... не так. Это... сложно объяснить словами.       — Ладно, — вздохнул он, поднимаясь с места. Брюнет посмотрел на него сверху вниз, прищурив глаза от лучей солнца. — Пошли поедим где-нибудь. Хёнджин встал и пошёл за ним. У них не было прямого маршрута, заранее составленного плана, только ноги и внутренний голос, который подсказывал куда идти. В итоге они зашли в маленький кафе, в котором было небольшое количество людей. Большая часть меню состояла из фаст-фуда, остальная из химозных напитков и разных десертов.       — Что ты любишь отсюда? — спросил Ли, передал меню Хвану и начал изучать помещение. По стенам были развешаны бессмысленные картины, играла тихая музыка, а помещение пахло карамелью.       — Чизбургер. Мой самый любимый.       — Серьёзно? — рассмеялся он. Не из-за выбора, ведь у каждого свой вкус. И смех не звучал каким-то издевательским. Просто то как Хёнджин говорил о чизбургере, словно это было лучшее, что когда-либо существовало, сильно рассмешило его.       — Ага, — брюнет поставил меню на стол, скрестив руки. — Я раньше не знал о его существовании. Кушал только домашнюю еду, родители говорили, что остальное нельзя, вредно. Но однажды я остался дома совершенно один, на три дня. Мне оставили приличную сумму денег в наличном виде и я заказал первое попавшееся. И когда я его попробовал, я ощутил себя так, будто у меня второе дыхание открылось. С тех пор и люблю. Знаю, что звучит глупо.       — Эй, нет вообще-то! Звучит очень... воодушевлённо? Тебе стоит выступать с мотивационными речами. Не сдержавшись, Ли рассмеялся громче и быстро встал с места, чтобы подойди к кассе и сделать заказ. Брюнет в шоке встал за ним, подошёл к ним и легонько толкнул парня, следом слыша слова возмущении. Молодой человек на кассе смотрел на них так, будто смотрит на каких-то идиотов. Но им было плевать. Им казалось, что они снова беззаботные подростки, сдавшие экзамен по математике и теперь им не о чём беспокоиться. Наконец успокоившись, они сели на место, ожидая свою еду. В то время как Хёнджин молча сидел, чувствуя странную лёгкость внутри и приятную усталость, блондин не мог сидеть на одном месте, то ли двигаясь туда-сюда, то ли ударяя пальцами по столу или тряся ногой.       — Да что ты так дёргаешься! — не выдержал брюнет. — В туалет, что-ли, хочешь? Феликс скривился.       — Фу, перед едой говорить такое? — с противным голосом произнёс он. — Скучно мне, кушать хочется. Хёнджин понимающе промычал, кивая несколько раз.       — Только вот после твоих слов перехотелось, походу. Хван рассмеялся громким голосом. Настолько громко, что несколько людей, находящихся в кафе, посмотрели в их сторону, включая работников. Его смех прервал голос, объявляющий о том, что их заказ уже можно забирать. Феликс встал с места, быстро подходя к подносу с едой и, забрав его, сел на место, принявшись открыть свой чизбургер. Старший последовал за ним, заставляя себя успокоиться и держать лицо нормально. Сделав первый кусок, блондин посмотрел на него и спросил:       — Что насчёт тебя? Хван, немного не поняв смысл его вопроса, попросил его повторить.       — Что насчёт твоих друзей? Я рассказал тебе про одноклассников, дружбу, теперь твоя очередь. — объяснил он, снова кусая. — Были ли у тебя друзья? Если да, то как вы подружились? Если нет, то почему? Хёнджин поставил чизбургер обратно, вытер руки бумажной салфеткой и принялся рассказывать увлекательную историю о том, что он интроверт, тревожник и много чего другого, из-за чего люди уставали от него, ведь он постоянно требовал внимания.       — Когда я был подростком, думал, что проблема во мне. Всё моё окружение находило своих "родственных душ", а я всё также оставался один, не понимая, что не так. Феликс кивнул и сделал грустное лицо, показывая этим свою эмпатичность и важность истории старшего для него.       — Шёл на учёбу, надеясь, что не будет никаких парных заданий, ведь у меня не было кого-либо, чтобы быть вместе. Возвращался, вспоминая каждый взгляд ученика, взаимодействия между двоими друзьями. Днём и ночью, на постоянной основе я думал о том, что же со мной не так, что люди говорят, что я какой-то... не такой. За столом стало тихо. Даже звук часов, висящих на стене рядом с картиной пчелы, стал тише. Немного помолчав, брюнет всё же закончил свой монолог, завершив его позитивными словами о том, что позже он нашёл комфорт и свою эстетику в том, чтобы быть один. Для других он был в одиночестве и, что хуже, в депрессии. Для него самого он был всего лишь один, занимаясь тем, чем хочется, и ничего катастрофичного в этом не видел. Всё, что он рассказал, — а он рассказал всё про себя, про одноклассников, про друзей — поможет Ли понять причину действий Хёнджина, если тот вдруг исчезнет, чтобы «перезарядиться» После еды парням захотелось гулять под закатом, что оказалось действительно хорошей идеей.       — Ты знал, что существует подводный мир? — сказал Ли, медленно шагая по асфальту.       — И ты в это веришь?       — Не знаю, верю или нет. Но история звучит очень правдоподобной и интересной. Хёнджин начал молча и внимательно слушать младшего, который тихо рассказывал детскую историю как будто рассказывает какой-то секрет, о котором никто не имеет право знать.       — Раньше те, кто живут в воде и те кто на земле поддерживали контакт. Они рассказывали друг другу о том, как прошёл их день, что нового и как выглядит их мир. Но кто-то сделал какую-то ошибку, то ли обидел подводного обитателя, то ли оскорбил. И после этого подводный мир перестал подпускать к себе обычных людей. Поэтому, люди, изучающие океан, не могут узнать о нём больше положенного. Известна лишь от 2 до 5 процентов. Именно из-за этого появились разные сказки и истории про русалок. Ведь как они могли додуматься до этого, если не видели это своими глазами?       — Вау... — выдохнул Хван, глупо моргая. — Я бы пошутил над тобой, сказав, что это глупо, но звучит очень... не знаю, правильно что-ли. Мозг верит в это, даже если не хочется.       — Вот-вот. — кивнул он, улыбаясь. — Просто представь, сколько всего там, в подводном мире, происходит. Кто там живёт, обитает... Может, кто-то даже выходит на землю, пока мы все спим? — загадочно прошептал блондин.       — Мурашки... Феликс начал оглядываться по сторонам, проверяя, нету ли кого-то рядом и не услышал ли он их секрет. Хёнджин повторил за ним, тщательно просматривая каждую дыру. Вроде бы взрослые, но такими детскими вещами занимаются. Но несмотря на это, им было хорошо в этих детских занятиях. Они радовали внутреннего ребёнка, которому иногда так и не хватало чего-то бессмысленного. Например, погулять под дождём без зонтика. Купить ненужную игрушку. Покататься на качелях. Поиграть в песке. И много чего другого. У каждого человека свой внутренний ребёнок, которому чего-то не хватало или не хватает до сих пор. Счастье и покой приходят тогда, когда он удовлетворён.       — Уже поздно... — прошептал Хван, вспомнив, что не предупредил родителей. Он вообще с ними не разговаривал после вчерашнего, когда они не открыли ему дверь. И сегодня утром тоже, хотя Минхо сказал, что они проснулись раньше его прихода. Ли, будто прочитав его мысли, спросил:       — Как утром домой попал? Брюнет хмыкнул, думая над тем, что можно ответить. Рассказать правду о том, что джин достал ему ключи? Но они, вроде бы, не настолько близки. Да, они рассказывают друг другу про прошлое, друзей, про "секреты" мира. Но они знакомы всего лишь два дня! С другой стороны, с этим просто знакомым Хван намного ближе, чем с кем-либо другим. Блондин знает про Хёнджина то, что другие даже не пытались когда-то узнать. В конце концов он пришёл к выводу, что не станет рассказывать. Может, когда-то Феликс об этом узнает, но не сейчас. Пока что рано, как бы то они не были близки. И у Минхо разрешения он не спросил. Да и младший наверняка не поверит ему. И кто сможет поверить, если даже сам Хван сначала не поверил, что перед ним настоящий джин, который человек, но не человек?       — Родители проснулись. Я очень сильно стучался, в итоге успешно смог разбудить их и собрать вещи в университет.       — Это хорошо, — протянул он с улыбкой на лице. — Что ж, ладно, действительно поздно. Пора расходиться по домам. Дойдя до той самой точки, где им нужно расстаться, повернув в разные стороны, парни остановились. Они смотрели друг на друга, думая о том, что из них двоих вышла бы хорошая, осознанная, и "взрослая" дружба. Первым заговорил Феликс, делая глубокий вдох, пытаясь не показывать свою усталость.       — Увидимся завтра. — сонно прошептал он. Они оба понимали, что завтра повторится тот же цикл: ранний подъём, много учёбы, общение друг с другом, домой и снова ранний подъём. Несмотря на то, что учёба была ужасно скучной и однообразной, они знали, что, проводя время вместе, смогут скрасить скучные дни друг друга. «Так ли работает дружба?» — подумали они оба. Ответа они пока не нашли, но, возможно, когда-нибудь найдут. Кто знает, в ком они это найдут. Может быть, Хёнджин найдет ответ в Феликсе, а Феликс найдет его в Хёнджине. Попрощавшись, Феликс развернулся налево, медленно шагая домой. Ему больше было интересно одно: были ли дома его родители, или же они снова вышли куда-то со своим любимым сыном?