Доверие

Прошла неделя с момента, когда Питер пришёл к доктору Коннорсу и написал на его блокноте Алгоритм Скорости Распада, который прятал папа Питера - Ричард Паркер. Блестящий генетик и гений, трагически погибший на борту самолёта с мамой Питера - Мэри Паркер. Из рассказов Питера о школе и личной жизни, Курт узнал, что подросток любит заниматься фотографиями и обожает науку. Доктор не отказывал ему в познаниях мира, и стал давать индивидуальные экскурсии в Oscorp. Питер как губка впитывал каждое слово и рассказ о каком-то приборе. Коннорс им очень сильно гордился. Также Питер спрашивал о родителях. Курт мало что мог сказать о Мэри. Он её практически не знал. Ричард не любил рассказывать даже близким коллегам о своей семье. Коннорс на тот момент случайно её встретил. Он шёл по важному вопросу к коллеге и увидел, как она у двери поцеловала Ричарда в щёку. Как тот сел в машину и уехал по делам. Мэри заметила Курта и помахала ему рукой, доброжелательно улыбаясь. Позвала подойти ближе. Курт поздоровался с ней. — Здравствуйте. А куда это Ричард уехал? Он мне сейчас очень нужен. — удивлённо спросил Курт. — Здравствуйте, мистер Коннорс. Он мне не сказал. Сказал лишь то, что к вечеру вернётся. — спокойно ответила Мэри. — Понятно. Можете звать меня Курт. Всё таки, не особо чужие. — он улыбнулся ей, как всегда улыбался своей жене. — Договорились. Ричард много о вас говорил. — с лёгкостью ответила она. — Оу. Надеюсь, он не говорил, как я упустил колбу с неудавшейся смесью, и мне пришлось мыть пол в лаборатории в одиночку, пока этот умник полулёг в своём кресле и положил нога на ногу, опустив на лицо журнал и сделал вид, будто уже пару часов спит беспробудным сном? — посмотрев нарочито пристально на неё, спросил доктор. — Ого. Неееет. Такое не рассказывал. Он очень мало рассказывает о том, что делает на работе. — смеясь ответила Мэри. — Мало рассказывает? Я думал, он только на работе такой загадочный и непреступный. — ошарашенно произнёс Курт. — Мой муж очень скрытный и всё же, я его очень сильно люблю, как и он меня. — решительно заявила Мэри. Потому немного помедлив добавила. — Ему бывает очень тяжело сказать о том, что он чувствует. Всегда боится, что над ним будут издеваться или использовать против него его же слова. — тихо закончила свою фразу миссис Паркер. — Понимаю Вас. Да. Я знаю о его особенности. Как-то позволил себе бестактность на медосмотре, и подглянул в его бланк. Там был РАС. — Курт сразу же добавил. — Я очень ценю Вашего мужа. Он мой коллега и напарник. Я очень хорошо к нему отношусь и не причиню ему боли. Ни физически, ни моральной. — серьёзно ответил Курт. — Огромное Вам спасибо. Вы не представляете, сколько это для него значит. — благодарно ответила Миссис Паркер. — Ждёте пополнение? — с интересом спросил Курт, смотря на уже видный живот Мэри. — Да. У нас не получалось 3 года. Ричард всё корил себя, что он бесплоден,... и эти проверки ежегодные... Он так устал от постоянного самоистязания. А теперь вот... — она мягко погладила свой живот. — ... нашему счастью уже 15-ая неделя. — мягко улыбнувшись она добавила. — Ходила на скриннинг на той неделе, сказали, что мальчик. — Я вас поздравляю. И Вас, и Ричарда. Он мне даже не сказал ни слова. Вот даёт. — радостно ответил Курт. — Огромное Вам спасибо. Хотите зайти на чай? Я торт вчера купила, Ричард так и не попробовал. Пришёл домой без сил. Даже вещи бросил у двери, а ботинки еле снял в комнате. Сегодня уговаривала, но он убежал. — ворчала хозяйка дома. — Не стану возражать такой замечательной женщине, Миссис Паркер. — добро ответил Коннорс, заходя в дом. Ричарда же Курт знал чуть получше, но было чувство, что тот всегда не договаривает и врёт. — Рич, посмотри, что у меня за проблема? Никак не могу понять. Твой свежий взгляд должен уловить хоть что-то. — умоляюще попросил уставший доктор Коннорс, откидываясь назад в кресло и снимая очки, потирая переносицу. Они работали уже 15 часов. Время 23:48. Рабочий день давно закончился и остались единицы в башне. А точнее, только они. Ричард подошёл медленно. У него сегодня сильно болела нога, после того, как Ратха заставил его побегать по этажу от микроскопов до него и обратно. Под конец дня Паркер был просто никакой. — Я свою работу не могу сделать, Курт! Прошу, сделай сам. — раздражительно ответил Ричард. — Я тебе не грубил. — вставая со своего места и походя к коллеге, ответил Коннорс. — Я попросил по-человечески помочь. — спокойно сказал он. Приходилось терпеть эти закидоны, потому что не хотелось терять товарища из-за детских "отдай лопатку, я её первый увидел". — Прости. Сейчас посмотрю. — уже адекватно ответил доктор Паркер и подошёл к его столу. Через двадцать минут он встал, протерев глаза под очками и сказал: У тебя была проблема с диффузией. Я уже исправил. — Ричард, должно быть ты устал? — заботливо спросил Курт друга, подходя к своему столу. — У меня нет диффузии в расчётах. Там только интегральное преобразование по Лапласу не получается нормально сделать. — заметив что-то не то, сказал Курт. — А. Да. Увидел. — отрешённо ответил Паркер, выключая свой монитор. — Где ты диффузию увидел? Покажи. — подходя к столу Ричарда, спросил Курт. — Показалось. — быстро отмахнулся Ричард, собирая свои вещи. — Курт, я пойду домой, мне плохо. — слишком спокойно, для "плохого состояния" ответил Паркер. — Не похоже, что плохо. — тихо сказал Курт больше себе, чем напарнику. — Раз не похоже, то и не лезь ко мне, Коннорс. Может, у меня в глазах сейчас темнеет и я свалюсь тут. Просто пытаюсь держаться. — резко отрезал Паркер. — Ладно. Я тоже буду сворачиваться. — тихо сказал он, надевая на плечо портфель. — До завтра... — сказал он, но коллега уже вышел из кабинета, даже не попрощавшись. — Ричард - Ричард. А кабинет закрываю опять я. — улыбаясь проворчал Курт. Дёрнул на последок дверь и ушёл в сторону выхода за Паркером. Коннорс не мог дать Питеру более точную картину, поэтому Питер был рад и частичному сдвигу в его воспоминаниях о них. Сегодня Питер пришёл к доктору Коннорсу, потому что не хотел идти в школу. Он итак был самым умным в классе и проходил по три темы в перёд, пока остальные проходили еле-еле первую. Питер повернул на улицу центра Нью-Йорка. Это было довольно далеко от Куинса. Ему пришлось ехать на метро. Коннорс жил не сказать, что в очень дорогом и престижном районе. Район, как район. Но всё таки что-то тут было такое. Что-то своё. Дом доктора Коннорса был хороший. Видно, что человек, живущий здесь, не бедствует и может себе позволить многое. Подросток постучал в дверь, переминаясь с ноги на ногу, как всегда это делал, хотя знал, что ему тут рады. Дверь открылась почти сразу. Его встретил доктор Коннорс в рабочей одежде. Видимо, он собирался в Oscorp, и Питер зашёл немного не вовремя. На докторе была белая рубашка и галстук в коричневую клетку, брюки цвета древесного угля. Он улыбнулся Питеру. — Питер. Здравствуй. Почему не в школе? — немного удивлённо спросил Курт, но пропустил парня в дом. — Здравствуйте, доктор Коннорс. Да я... да я просто... скучно там. — замявшись, ответил Питер, садясь на диван в гостинной, на котором было две очень мягкие подушки, одну из которых парень взял и подложил под шею, отклонившись назад и закрыв глаза. Курт проследил за юношей взглядом и пошёл на кухню разогревать чайник. — Устал? — с пониманием спросил Коннорс. — Немного. — тихо пробубнил Питер. — От чего же твоя светлая голова так устала? — спросил Коннорс хмурясь и наливая чай Питеру в кружку. Сам он уже завтракал. Питер не ответил. Просто остался сидеть, как сидел. — Может, поесть что хочешь? Голодный, наверное. — заботливо спросил Коннорс, открывая холодильник и смотря, что у него есть. Он мог предложить Питу бутербродов и вчера приготовленных блинов. Было тяжело, но хотелось их поесть. После ухода жены и сына из дома из-за его работы, он скучал по её готовке и радовался, что она ему оставила рецепты блюд, которые всегда готовила. Это его спасало, иначе бы питался одним фастфудом и едой на раз в магазинах. — Нет. Спасибо. — быстро и стеснительно ответил Питер, открыв глаза и встав с дивана, чтобы забрать свою чашку. Подушка его упала на диван, после исчезновения опоры. — Ну как хочешь. Я просто смотрю на тебя и вижу, что ешь ты не очень много. — немного строго сказал доктор Коннорс, но не зло. Он просто заботился о Питере. Если бы он приходил тогда, после смерти родителей и навещал мальчика, возможно, они бы подружились. Но Курт был слишком горд и зол, чтобы даже навестить и уделить хоть час сыну своего напарника, который вообще не виноват в случившемся, но на которого перекинулась часть злобы за не за что. — Тётя Мэй меня тоже ругает за это. Всегда заставляет есть, даже когда не хочу. С ней лучше не спорить. — немного криво улыбнулся Питер и стал пить свой чай. — Спасибо за чай. Очень вкусный. — Не за что. Правильно делает, что ругает. — встал на сторону тёти мужчина. — Ты же не сможешь дать сдачи, если тебя вдруг ударят. — серьёзно сказал Курт и сел на диван напротив Питера. — А может и смогу. — напористо сказал Питер, смотря в глаза доктору Коннорсу. После укуса паука он мог врезать кому угодно и был бы прав. Слишком много терпел, но он не был жесток, поэтому старался не распускать рук, а решить всё словами. — Верю, что смог бы. Верю. — улыбнувшись, сказал Коннорс. Он не хотел задевать чувства парня. Самому было тошно от себя. Он был среднего телосложения, но не занимался спортом. Просто такая фигура. А с виду можно подумать, что может без труда поднять гирю одной рукой, весом в десять килограммов. — Ладно. Допивай чай и иди. Я сейчас буду уходить на работу и не смогу тебя тут оставить. — вежливо сказал доктор Коннорс. — Почему? Я не буду ничего трогать. — непонимающе спросил Питер, опуская пустую чашку на стол и смотря в глаза доктору Коннорсу. Он хотел остаться и полежать в тишине. Дома бы постоянно заходила тётя Мэй и донимала стиркой одежды, а дядя Бен просил бы любимого племянника починить кран, который течёт уже вторую неделю. — Ну... — замялся Курт. Он не знал, что сказать на этот вопрос. Ему было нечего скрывать. Пускай Питер ходит по всему дому и заходит в каждую комнату, как он уверен, сделал бы юноша сразу после его ухода, ощутив некую власть на пару часов, но всё таки они были знакомы всего ничего. И это не из-за отсутствия доверия. Оно было. Просто нормы и он старше, должен сказать "нет". — Просто потому что. — не нашёл что ответить, Курт. — Тем более, что дома сидеть, пошёл бы погулял с друзьями. — он увидел понуривший взгляд Пита. — Питер, это не потому что я тебе не доверяю. Я доверяю. Просто не могу тебя оставить одного. — извиняющиеся искренне сказал Курт. — Я понимаю. — немного расстроенно сказал Пит и встал с дивана, поправив подушку, как она изначально была, до его прихода. — Мне не с кем гулять. У меня нет друзей. А даже если бы и были, они бы сейчас были на уроках. — тихо пожаловался на правду Питер. Доктор Коннорс опешил. Он не знал, что Питер одинок. Только не так, как в обычном понимании. У него не было компании друзей и даже одного друга. Это печально. Курт захотел прямо сейчас обнять Питер но сдержался. Парень может испугаться или что-то подумать, а учёному это не надо. — Я не знал. Мне очень жаль. — извиняющиеся сказал Курт, кладя левую единственную руку Питеру на плечо. Питер ему никогда не рассказывал о этой части себя. Он всегда казался весёлым, но за весельем на публику кроется глубокая рана в душе. Такая же, что была у его отца, и у самого Курта. — Давай так. Я тебя не оставлю тут, прости, но мы сделаем лучше. Пойдёшь со мной в Oscorp? Там пришли новые партии оборудования и всякой мелочи: пробирки, микроскопы. Поможешь разложить всё это по столам. — наклонившись, он прошептал Питеру на ухо. — Обещаю, тебе заплатят хорошую сумму. Питер хитро и очень радостно улыбнулся. Деньги, это было всегда хорошо, а для него срубить пару баксов за такую легкотню, сравнимо с "выиграл двадцать миллионов долларов в лотерее". Он посмотрел на Курта улыбающиеся, как чеширский кот. — Можно было бы. — скромно сказал Питер. — Можно было бы. — повторил фразу Питера доктор Коннорс и рассмеялся своим приятным слуху голосом. — Я так и знал, что тебе понравится идея. — Только можно я буду делать что-то посерьёзнее? — серьёзно спросил Питер. — Посерьёзнее, боюсь, дать не смогу. Не позволено по технике безопасности. Я несу за тебя ответственность, даже если ты просто будешь доставать из коробки микроскопы и они не острые, но что-нибудь придумаем. — улыбнувшись, сказал он Питеру. — Поможешь мне тогда с расчётами? Там не сложно, вы это уже проходили в одиннадцатом классе. Если что, меня позовёшь, если будет что-то очень незнакомое. Я объясню. — Договорились. — живо сказал Питер. Он любил считать. Математика была его нишей. — Ну вот и отлично. Пойдём, я закрою дверь. — Они вышли из дома, и Коннорс закрыл дверь на ключ. Питеру нужно было общение, которое он не получал от сверстников. Коннорс не был его сверстником. Далеко не был, но был рад общению с юношей. Тем более, тому это общение нужно.