поляриум

вьюга, сотрясающая стены, воет раненым зверем. природа во всей своей красе, во всей своей жестокости к ничтожным человеческим жизням. человек – никто перед ней. снег, сотканный из переплетов льда, заметает малейшие следы, а станция, словно сливается с бескрайней белизной. и пока снежинки витают в воздухе, переливаясь всеми цветами радуги, температура падает до предела. поход за образцами сорвался. все переживали впезапно настигшую бурю, что застала врасплох. выходить за пределы теплых стен – себе дороже. риск был высокий, поэтому рабочие вынуждены остаться в своей крепости. коломиец время зря не терял. его мингрень вновь дает о себе знать в последнее время, из-за чего поход в медицинский корпус был необходим. работоспособность значительно снижалась от приступов боли, а подводить свою команду, которой он руководил, хотелось меньше всего. – денис, тебе нужно больше отдыхать, – подытоживает иван бессмертных, делая запись о приеме. – я же тебе об этом говорил, почему не слушаешься? не был удивлен услышанному, ведь молодой врач толдычил ему об этом из раза в раз. чувствует себя провинившимся ребенком, поэтому опускает глаза в пол, рассматривая кафель. сам все прекрасно понимает, но по-другому никак. здесь либо работаешь до потери пульса, либо тебя вышвырнут. иван понимает его, как никто другой. денис вспоминает, как пришел молодой врач с горящими глазами, только энтузиазм исчез сразу же. выглядел, как с иголочки, пока работа не съела последние жизненные силы. ровная осанка сменилась сгорбленными плечами, а руки заходились в треморе. только вот он может помочь другим, а кто же поможет ему? – знаю я, знаю, – отмахивается коломиец, поднимая взгляд на осунувшееся лицо. – мне бы таблетки новые, мои уже не помогают. парень вздыхает и покачивает головой, поднимаясь с нагретого места и следуя к ящикам с лекарственными препаратами. тихое шуршание сливается с завывающей пургой, из-за чего светловолосого тянет в сон. взглядом скользит по кабинету, где очаровательно были расставлены горшки с цветами. даже в точке снежного царства цвела новая жизнь. – ой, доброе утро, денис дмитриевич, – смущенный женский голосок привлекает чужое внимание. – здравствуй, арина. молодая медсестра прижимает к груди стопку документов, теряясь под взглядом голубых глаз. он давно заметил тихие хихиканья, а также все подмигивания девушки, что знатно тешило его эго. все-таки есть порох в пороховнице. только ему нет никакого дела до девчачих восторгов, из-за чего отворачивается, всем нутром ощущая чужое разочарование. – арин, ты проверила капельницы? – бессмертных намекает девушке прекратить, что можно понять по нахмуренным бровям. – уже иду проверять, – недовольное цоканье вызывает смешки у парней, после чего девушка удаляется. – вот же девчонка, – иван наконец находит нужный препарат, возвращаясь на свое место. – совсем тебе прохода не дает. коломийцу по боку кто там на него положил глаз. прокручивает баночку с лекарствами, которую благополучно выделил ему иван и рассказал о дозировке. становится легче от того, что невоносимые боли можно закупировать хоть чем-нибудь, за что бесконечно благодарит товарища. только неуверенный голос ивана останавливает, как только он собирается покинуть кабинет. – слушай, денис, ты же знаешь, что я не специалист по мигреням, – старается подойти аккуратнее. – тебе бы по-хорошему на землю, к нормальным врачам. – все хорошо, еще раз спасибо. сигарата – то, что необходимо прямо сейчас. неспешно закуривает едкий дым в курилке, вглядываясь в природное безумие за иллюминатором. подобные явления откликались в его душе. в голове такая же буря, из-за чего в глазах вновь рябит от тупой боли. хочется успеть все и сразу, только холода не согласны с ним. пробился бы сквозь сугробы, забрал нужное, а после завершил дело. совесть неприятно сосет под ложечкой из-за того, что вновь не поспевает. нужно двигаться дальше, расти, успеть доделать все, лишь бы оказаться полезным человечеству. чуть щурится, в последний раз затягиваясь приевшимся никотином. казалось, что здесь, где омывают три океана, мыслей станет гораздо меньше, как и переживаний. но тревога поселилась глубоко в сердце, вцепившись в него клешнями. доля разочарования от работы присутствовала, ведь все мечты о работе ученого разнились с реальностью. только не успел сделать ничего великого, кроме того, как заработать себе мигрень, так и скорую грыжу, по всей видимости. всплывает образ корякова, из-за чего невольно кривится. тот, будто бы знал, куда стоит надавить, чтобы поддеть коломийца. и геолог сделал достаточно, ведь испортил их отношения знатно. команда дениса, как и команда этого подонка наотрез отказываются друг с другом работать, пусть они тесно связаны. « коломиец денис дмитриевич и коряков илья иванович, пройдите немедленно в мой кабинет » голос начальника эхом отскакивает от стен из громкоговорителей. зубы стискиваются, ведь вновь стоило только подумать о геологе, как приходится сталкиваться с ним. в следующий раз нужно обязательно откидывать любую мысль о нем, лишь бы не накаркать на себя беду. подобное приглашение было явно не из добрых. фильтр оказывается в урне, а ботинки тихо стучат по решетке, пока блондин следует до злополучного кабинета. с каждым шагом волнение скручивает, а мозг додумывает предстоящий разговор. в коридорах сталкивается с коллегами, что в непонимании оборачиваются, интересуется о том, что случилось, но тот лишь отмахивается. от мысли, что его сейчас будут отчитывать, как ребенка, становится тошно. переводит дух перед кабинетом, а после уверено надавливает на ручку, проходя внутрь. семенюк, а то есть начальник, деловито уселся за увесистым столом, закуривая сигарету. замечает знакомую фигуру геолога и через силу следует ближе, вставая сбоку от него. на долю секунды замечает взаимную неприязнь, из-за чего сводит скулы. – где так долго шляемся, коломиец? – владимир осматривает двух парней, а после делает знак "тихо", как только блондин собрался сказать слово. – все помолчи, я не за этим вас позвал. денису приходится прикусить собственный язык, лишь бы не сказать лишнего. начальник уже распыляет в нем пожар, из-за подобного отношения, пусть тот так "шутил". да и илья, что бессовестно ухмыляется, наверное, уже язык стер от вечных подлизываний. блондину хочется развернуться, да поскорее удалиться, чтобы не стоять и позориться в этом кабинете. – а для чего тогда позвали? – коряков вопросительно поднимает брови. – мне тут птичка нашептала, что в команде разлад, – смотрит исподлобья и нервно постукивает пальцами по столу. – да что там птичка, уже все обсуждают, как вы без конца грызетесь! спокойный голос плавно переходит на крик и денису даже хочется взглянуть на илью, что точно также потерялся, как и он сам. его ожидания оказались правдой, ведь его отчитывают, как какого-то щенка, который нагадил в неположенном месте. ему сейчас подобные разбирательства ни к чему. с удовольствием вернулся бы в лабораторию, лишь бы не слушать детский лепет своего начальника. – чтоб вы двое наконец научились друг с другом работать, вам ясно? – тычет пальцем, вновь затягиваясь сигаретой. – вы не в детском саду, а на важной экспедиции! мне плевать нравитесь вы друг другу или нет, мне нужен разультат вашей совместной работы, уяснили? нет, коломиец не уяснил, как и коряков. остается лишь согласиться со словами начальника. блондин отказывается мириться с противным характером геолога, который плевать хотел на совместные усилия. но, видимо, придется перешагнуть через себя, лишь бы не лишиться своего заслуженного места, к которому он шел через тернии. голова от эмоциональной встряски болит сильнее обычного, поэтому благополучно проглатывает пару таблеток, как только делает шаг за дверь. присутствие ильи негативно на него влияет. видеть этого парня чаще обычного из-за похода к начальнику, явно пойдет ему во вред. – что, уже на таблетках сидишь? – язвительность брюнета чувствует каждой клеточкой мозга. – ты же из питера, да? коломиец тяжело вздыхает от настолько очевидной шутки. если будет игнорировать и просто мирно сотрудничать, то тот обязательно угомонится. хотя думать об этом глупо, коряков не из таких людей. тому никогда не сидится на месте, а лимит на проедание мозгов не исчерпан окончательно. знает, что геологу наплевать на него, просто нашел легкую мишень для того, чтобы выпустить свое мерзкое настроение. но денис тоже не из простых, да и в обиду себя не готов давать. – ну ладно, не серчай, – нагоняет уходящего дениса, приобняв за плечо. – мы же теперь коллеги, ведь так? – не трожь, – дергает плечом коломиец, скидывая с себя чужую руку. – а то еще подцеплю от тебя что-нибудь. – боже, какой же вы злобный, денис дмитриевич. у ильи в груди приятно разливается от чужой реакции, из-за чего мысленно ликует. злить биолога было чем-то обыденным. ему нравилась чужая реакция, скрытая за маской безразличая на остром лице. лениво потягивается, ступая за молодым парнем, рассматривая того с ног до головы. кого бы он из себя не строил, но сотрудничество с биологами звучало интересно. будет больше возможностей поддеть дениса, да и посмеяться с его наигранного равнодушия.