поляриум

– мы получили образцы и все идет отлично! коломиец с облегчением выдыхает. такая новость и правда радует. последние дни протекали спокойно, так как ему был назначен постельный режим. точно бы сошел с ума от скуки, но унывать не давал коряков, а также его коллеги, что навещали его в стационар. образцы доставлены, поэтому чувствует, как груз сошел с плеч. только оно того действительно не стоило. – мы позаботимся обо всем, – татыржа улыбается на реакцию дениса. – а ты, командир, восстанавливайся со своей рукой. в стенах палаты царило умиротворение, по которому он так скучал. никакой суеты, беготни. все же больничный не так плох, так как может хоть немного забыть о нервах, позволяя себе восстановиться. и его радует, что илья тоже идет на поправку, ведь стал меньше жаловаться на боли. – спасибо большое, ребят, – блондин кивает на чужие слова. – я без вас никуда. благодарен своим коллегам и прекрасно знает, что они обязательно справятся без него. наверстает упущенное, как только заживет рука, с которой трудно делать базовые вещи. часто просил геолога не обхаживать его, ссылаясь на то, что ему необходимо учиться самостоятельно. ноо тот не хотел даже слышать подобного. коломиец чувствует себя обузой, когда коряков заботливо ухаживает, лишь бы младший не напрягался. с одной стороны, ему было приятно до бабочек в животе, с другой, ужасно стыдно. – денис, ты чего такой плаксой стал? в палате разлился теплый свет от лампы с тумбочки ильи. вся станция, кажется, уснула. только одному денису было неспокойно от новой перевязки, из-за чего маялся, жалуясь на боль в руке. и кто такой илья, если не поможет ему? измученные вздохи со стороны койки коломийца не давали покоя, поэтому тут же подрывается. конечно, он не медик, но все же научился делать иммобилизирщую повязку, так как рук у сестер не хватало. встает лицом к лицу, цепляясь за края его футболки, а после медленно стягивая. напряжение тут же повисло в четырех стенах, пока ресницы младшего неожиданно задергались. грудная клетка застыла, а сердце стучит сильнее, что у блондина закладывает уши. хочется провалиться сквозь землю из-за внимательных глаз и горячих касаний, что контрастировали с кожей. со всей осторожностью снимает непригодный бинт, пытаясь не доставить боль биологу, терпеливо ожидающего окончания. переодически бросает взгляд на миловидное лицо, где застыла легкая улыбка и румянец. и корякова сводит это с ума. слышит, как тот дышит тяжелее и бегает глазами по помещению, лишь бы не смотреть на илью. – тебе не больно? – шепчет, будто боясь разбудить всю станцию. – я тебе доверяю, – проговаривает также тихо, зная, что тот не причинит боли. соприкасается с бледной кожей кончиками пальцев, пока заканчивает снимать бинт, откинув его в ближайшую урну. просит того прижать руку ближе к себе, после чего аккуратно делает перевязку, плотно фиксируя руку, чтобы та больше не доставляла неудобств. делая финальные штрихи, чуть нагибается, а затем скалкивается с взором голубых глаз. почему он раньше думал, что ненавидит его? как может испытывать неприязнь, когда тот так смотрит? эти глаза больше не выглядят хищными, не обжигают холодом. в них больше нет той ненависти, с которой смотрел каждый раз на илью. черты лица смягчились, а легкая улыбка на пухлых губах стала появляться чаще. не прыскает ядом, а геологу не нужна его злость, испытывая ураган эмоций от сладкого голоса. задыхается от расстояния между ними, не сумев сделать шаг назад. не может сопротивляться притяжению, всеми силами тянущего его к блондину. с трудом отрывает взгляд с чужого, опускаясь глазами к голым плечам, тяжко взглатывая. мозг после сотрясения, кажется, плавится окончательно. не получается себя заставить вернуть на того футболку, а коломиец, будто не против. молча всматривается в потерянное лицо корякова, чье настроение переменилось по щелчку пальцев. бросает взгляд на алые губы и ловит очевидную взаимность. откинув все свои сомнения, брюнет в ту же секунду сткалкивается с пухлыми губами, а коломиец активно отвечает. татуированные пальцы заботливо поглаживают щеку, пока денис крепко держит за талию, стараясь остаться в рассудке. все карты раскрыты – таить больше нечего. илья оголяет свою душу, отдавая всего себя на растерзание чужих губ, что горячо целуют. ярко реагирует на каждое прикосновение, желая, чтобы парень залез к нему под кожу. чувствует, как готов задохнуться, шумно дыша меж перерывами. блондин, будучи в неудобном положении, здоровой рукой скользит под футболку, потому что ему мало. не хватает тепла корякова у которого, кажется, подскочила температура. и если он отстранится, уверен, что тут же разобьется. щеки горят невыносимо, а губы болят от страстного поцелуя, в котором лишается рассудка. плавится, чувствуя, что такой же желанный и любимый. не справится, если тот отстранится хоть на миллиметр. только остановиться действительно приходится, как бы сильно не хотелось. грудь заходится в частом дыхании у каждого из парней, пока смотрят друг на друга, не сумев отвести взгляд. коряков сходит с ума, чувствуя, что ему недостаточно кислорода рядом с ним. голова идет кругом, а сердце горит огнем от избытка чувств. вид коломийца добивает. и не стыдится своих порочных мыслей, которые пока невозможны из-за положения биолога. – илья иванович, все-таки ты меня бесишь, – не подобрав слова лучше, коломиец облизывает опухшие губы. – мы одна сатана, – илья осторожно сгребает того в объятия, не трогая руку, пока младший утыкается носом в грудь. денис упускает момент, когда каждый день стал наполняться смыслом, наконец выбравшись из пущи серых будней. время летело стремительно. не замечает, когда наконец смог с ильей выписаться из стационара, пусть рука до сих пор не зажила. факт этого огорчал. ему нравилось жить с коряковым, который поднимал настроение только своим присутствием. со старшим они как раз обозначили свои отношения. никто из них не знает, когда нападки друг на друга переросли в взаимную симпатию. к работе вернулся только коряков, так как чувствовал, что время утекает зря. денис периодически заглядывал к нему, чтобы получить порцию поцелуев и попыток подтрунивая, которые больше не казались обидными. не смотря на больную руку, коломиец часто проводил время за наблюдениями в лаборатории, предвкушая скорое открытие. но кошмары пережитого догоняли его, из-за чего в стенах станции становилось страшно. как бы сильно не любил эту работу, антарктида больше не казалась чем-то родным после того, как она чуть не утащила их в гроб. будущее заставляло задуматься, а планы, возникшие после разговоров с ильей, закрались в его голове. конечно, ему печально об этом думать, но подвергать себя опасности не хочется. постравматический синдром ясно указывал на то, что работа больше не станет прежней. внутренние разногласия душили, ведь он годами стремился к своей должности. илья с ним разговаривал на эту из раза в раз, ведь пережитое отпечаталось в памяти перманентно. брать такую ответственность ему не под силу, так как не хочет больше подвергать никого опасности. да может, ему стоит наконец заземлиться, перестав стоять на краю. все же хочется стабильности, а также любимого человека, с которым обязательно съедется и заведет кошку. – чем занимаешься? – без стука проходит в кабинет блондин. илья, услышав родной голос, оживляется и откладывает раскопки в сторону. целует дениса в макушку, когда тот заинтересованно поглядывает на стол. он выглядел уже намного лучше и брюнету становится легче. – занесли раскопки новые, вот изучаю, – устало вздыхает геолог и чувствует, как тело до сих пор ноет от боли. – помнишь, ты меня спрашивал про образцы? – коломиец заставляет старшего задуматься, а после кивнуть. – пойдем со мной. взяв того за руку, ведет в лабораторию по узким коридорам. у ильи нескрытый интерес, ведь коломиец ничего не рассказывал о внутренних делах в своем кабинете, чтобы все оставалось под секретом. коряков поражен. рассматривает лабораторию, где проводились испытания над образцом в разных условиях. денис в шаге от раскрытия, а гордость за младшего теплится внутри. внимательно рассматривает различные колбы, что красиво переливались на свету. – осталось всего ничего, поэтому, – коломиец берет пробу в руку, показывая илье. – я назвал его "полярис". в нем находятся совершенно новые виды, которые еще были неизвестны науке. он может предсказать будущие изменения климата и то, как это повлияет на людей. внимает каждое слово, рассматривая кристалл в чужих руках. не устает удивляться тому, насколько еще неизведана земля и сколько еще она хранит в себе тайн. – ему где-то восемь тысяч лет, представляешь? – довольно ухмыляется. – я удивлен тому, как он реагирует на внешние среди. – денис, вы большие молодцы, – пораженно вздыхает брюнет и утягивает того ближе, расцеловывая румяные щеки. медицинский кабинет встречает мягким светом, когда блондин проходит глубже. даже в самые холодные дни здесь всегда было тепло и спокойно. молодой врач приветливо улыбается, завидев одного из своих любимых пациентов. – присажийся, денис, – зовет бессмертных. – рассказывай, как себя чувствуешь? невольно бросает взгляд на выздоровевшую руку и сам не знает, зачем пришел. ему просто хотелось попрощаться с молодым врачом перед открытием, а после отъездом с материка. как бы это не было грустно, но антарктида – не последнее место, где он столкнется с большими открытиями. сделал достаточно для компании, поэтому со спокойной душой может начать новую жизнь, где нашлось место для одного человека. – рука не тревожит больше? – иван следует за чужим взглядом, приподняв брови. – а твоя мигрень? точно, мигрень. случившееся, будто заставило головной боли отступить. или, может, достаточно отдохнул, что действительно пошло ему на пользу. но в голове вырисовывается образ геолога, из-за чего улыбка сама по себе появляется на румяном лице. – я себя чувствую отлично, – успокаивает блондин. – спасибо тебе большое, вань. дверь захлопывется и денис вдыхает полной грудью, чувствую легкую грусть, ведь будет скучать по товарищу. его рубашка впитала много слез своих коллег после новостей, что он покидает компанию. наконец, дождавшись биолога, коряков подходит ближе, вынуждая откинуть плохие мысли. – переживаешь перед завтрашним днем? – геолог аккуратно поправляет чужие волосы. – нет, ты же будешь рядом. открытие нового образца произвело фурор в мире науки. общественность взбудоражило открытие молодого биолога, долго трудившегося над разработкой. все прошло успешно. также коломиец не забыл упомянуть всех тех, кто сопутствовал в нелегком пути. из совместная работа на этом закончилась, после которой их ожидает долгое путешествие домой с ильей. – ты был прав, – коряков смазанно целует в щеку. – мы и правда неплохой союз.