Часть 9 «Неправильная правда»
4 января 2026 г., 12:46
4 декабря
Спать совсем не хотелось. Лёша ворочался в кровати, переваривая вечерний разговор с MaRcK'ом, как слишком сытный, сладкий ужин, от которого и радостно, и тревожно. Слова всплывали в памяти обрывками, заставляя сердце биться то чаще, то замирать. «Встречался с парнем…» «Хочу тебя увидеть…» Всё это было настолько невероятным, что казалось сном, красивой выдумкой уставшего мозга. Но это была правда. Какому-то взрослому, умному, искреннему человеку он оказался интересен. И это чувство было взаимным! Можно ли влюбиться по переписке в незнакомца? Оказывается, можно. И это случилось само собой, тихо и неотвратимо, как осенний листопад. MaRcK был другим. Не как те подростки в играх, сыплющие оскорбления. Не как Саша с его плоскими шутками. Он был… настоящим. С ним можно было молчать и говорить о чём угодно: о плохом дне, о странных мыслях, о сериалах, при этом не бояться осуждения. И хоть эта симпатия грела изнутри, она же и пугала до дрожи. Это же неправильно. Социальные табу, вбитые годами, поднимали голову: «мужчины так не делают», «это ненормально». А вдруг это ловушка? Вдруг в жизни MaRcK окажется тем самым гопником с остановки, и встреча обернётся побоями и унижением? Мысль была параноидальной, но от этого не менее живучей. Лёше нужно было время. Время принять эти чувства в себе. Именно ради этого он и пришёл к психологу. Но уже две сессии прошли, а он даже не заикнулся о главном. Из-за страха осуждения даже от того, кто, по идее, не должен осуждать. «Их же этому учат…» – слабо утешал он себя. Парень с силой перевернулся на другой бок, пытаясь прогнать навязчивый рой мыслей. Через пару минут они налетели с новой силой, сменив вектор. Марк Дмитриевич. Встреча в салоне связи. Какой же это был стыд! Психолог видел его в этой дешёвой, нелепой жилетке, за прилавком, как какого-то неудачника, которому не хватило мозгов или амбиций устроиться куда-то приличнее. Хотя… Марк ничего такого не сказал. Наоборот, был благодарен. А ещё Лёша вспомнил, как тот оправдывался за отсутствие денег на телефоне, и невольная улыбка тронула его губы. Он такой… милый, когда снимает маску всезнающего специалиста. СТОП. Лёша резко перевернулся на живот и накрыл голову подушкой, пытаясь задавить в себе этот опасный восторг. Хотя оба они почему-то заставляли его сердце биться чаще. Надо хоть немного поспать – прошептал он в темноту – Завтра приём в 13:00. И мысль об этом свидании – нет, не свидании, сессии! – вызвала новый виток тревожного ожидания.***
Ровно в 13:00, собрав всю свою волю в кулак, Лёша постучал в дверь знакомого кабинета. – Войдите – послышался из-за двери тот самый бархатный, спокойный баритон. Лёша вошёл уже не так робко, как в первые разы. Он опустился в кресло и позволил себе впервые просто рассмотреть Марка Дмитриевича. Тот выглядел свежим и отдохнувшим. Чёрные брюки и голубая рубашка, оттенявшая его тёмно-голубые, почти синие глаза. Тёмные волосы, как всегда, идеально зачёсаны назад. Весь его вид излучал собранность и какую-то внутреннюю чистоту. «Интересно, он сам понимает, какой симпатичный?» – мелькнула мысль, которую Лёша тут же отогнал, чувствуя, как по щекам разливается тепло. – Ну что, как дела, Алексей? Что нового произошло за эти дни? – психолог поправил очки. – Да всё нормально – ответил Лёша, невольно проводя рукой по волосам –вчера вот работал, ну, вы и сами видели. – Да, ещё раз спасибо за помощь – Марк улыбнулся, и в этот раз улыбка показалась Лёше чуть более личной – А как ваше самочувствие? Настроение? В голове у Лёши всплыл вчерашний разговор с MaRcK'ом – Ну, вообще неплохо – начал он осторожно –настроение… улучшилось. – А с чем это связано? – настойчиво копнул Марк. – Да, особо не с чем… – Лёша отвел взгляд в сторону, к книжным полкам – просто само как-то. Психолог поправил очки. Его движение было неспешным, но оно заставило Лёшу насторожиться. Марк слегка наклонился вперёд, сокращая дистанцию, и его взгляд стал пронзительным, почти физически ощутимым. – Алексей, мне кажется или вы мне чего-то недоговариваете? Наш терапевтический союз должен быть построен на взаимном доверии. Кроме того – брюнет сделал паузу, давая словам вес – чем больше вы мне расскажете, тем быстрее я смогу вас понять и помочь. Лёша смутился ещё сильнее, но в смущении этом родился вызов. А ведь он прав. Чего я боюсь? Давай проверим. Сейчас и проверим. Он заставил себя поднять взгляд и встретиться глазами с психологом. Взгляд был прямым, почти дерзким. – Я просто узнал, что мой интернет-друг гей. Парень следил за реакцией, выискивая малейшую тень брезгливости, удивления или осуждения. Но Марк Дмитриевич лишь на долю секунды поднял брови, скорее от удивления, а после лицо снова стало нейтральным и спокойным. – И как вы к этому относитесь? – спросил он абсолютно ровным, лишённым эмоций тоном. Это спокойствие было обезоруживающим. Лёша почувствовал, как внутри что-то ослабевает, трещит защитный панцирь. – Ну, я сам не знаю… – он задумался, глядя в окно на серое небо – на самом деле стало как-то легче. Сам не знаю почему. Марк кивнул и сделал короткую пометку в блокноте - понятно. А как ваше домашнее задание? Получилось вести дневник эмоций? – На самом деле, это сложнее, чем я думал – Лёша передал ему листок с наспех сделанными записями – не всегда могу определить, что именно чувствую. Вот даже с этой ситуацией с другом. Психолог быстро пробежал глазами по записям и поднял взгляд. – Алексей, я заметил, что у вас часто наблюдаются перепады настроения, не сказал, бы что сильно критично, но, наверное, вам неприятно это ощущать? – Да, я как-то привык уже – Лёша хмыкнул, но в этом звуке слышалась усталость – иногда просто… сильно грустно и тяжело бывает. Без причины. – Эмоции, особенно тяжёлые, легче переживаются, если их разделить с кем-то – продолжил Марк, и его взгляд снова стал изучающим – у вас есть с кем делиться таким негативом? Вопрос попал точно в цель. Лёша засмущался от этого внезапного, глубокого внимания и немного помолчав всё-таки озвучил мысли – Особо нет… Ну, если только моему тому другу, в сети. Хотя я стараюсь всё не рассказывать. Как-то не хочется грузить проблемами незнакомого человека. – Алексей, в вашем текущем состоянии я бы очень рекомендовал находить возможность делиться этими чувствами. Вслух. Это правда может снять часть напряжения. – Да-да – машинально кивнул Лёша, но слова психолога отозвались внутри тихим эхом. Он помолчал, погружённый в свои мысли, и вдруг заметил, что Марк тоже задумался, смотря куда-то в пространство перед собой. Потом психолог словно очнулся, поправил очки и, нарушив паузу, произнёс нечто совершенно неожиданное: – Возможно, это немного выходит за обычные рамки консультации, но если вам будет совсем тяжело, и не с кем поговорить, то вы можете позвонить мне. На мой личный номер. Лёша опешил. Он серьёзно? Зачем? Он же просто один из многих пациентов, строчка в расписании. Все сомнения, все страхи на секунду улетучились, когда парень поднял глаза и встретился взглядом с Марком. И в этих тёмно-голубых, обычно таких сдержанных глазах он увидел не профессиональный долг, а искреннее, простое человеческое желание помочь. Такое, какое он не встречал, пожалуй, ни у кого: ни у друзей, ни у родных. И на душе стало тепло. Тихо, но невероятно ясно. – Хорошо – тихо, но твёрдо сказал Лёша, и на его губах дрогнула лёгкая, благодарная улыбка – спасибо. – Пожалуйста – Марк кивнул, и в его взгляде промелькнуло что-то, что можно было принять за облегчение. Потом он словно снова натянул на себя профессиональную маску, и его голос приобрёл прежнюю, рабочую интонацию – ну, а теперь давайте продолжим разговор про эмоции и их идентификацию. Оставшиеся полчаса пролетели в продуктивной работе. Лёша впитывал информацию: о том, что базовых эмоций больше сорока, о том, как они смешиваются, создавая сложные чувства вроде стыда или ностальгии. Ему начало нравиться это, не просто жаловаться, а разбираться. И особенно нравилась атмосфера этого кабинета, где им искренне интересовались. Без выгоды и оценки.***
– Ну ты скоро? – на фоне слышался оглушительный гул басов и пьяный, нетерпеливый голос Саши в трубке. – Да я уже подхожу, взять что-то надо? – Алкашки на всех хватит, главное сам дуй быстрее! Меня тут уже зовут! Всё, давай! Лёша с тяжёлым вздохом убрал телефон. Ему совсем не хотелось идти на эту вечеринку к одногруппнику. Но он уже пообещал, а отказывать было поздно и неудобно. Да и мысль о бесплатном алкоголе, который хотя бы на время приглушит внутренний шум, казалась заманчивой. Квартира встретила его стеной шума и запахов. Грохочущий бит, едкий дым сигарет и кальяна, сладковато-кислый дух дешёвого пива и пота. Народ был повсюду, кто-то уже танцевал, кто-то кричал, пытаясь перекричать музыку, кто-то просто сидел, тупо уставившись в стену. В большой комнате – источнике всего этого ада ломился от еды стол: горы чипсов, нарезка, и, конечно, алкоголь. – О-о, наконец-то пришёл! – заорал Саша, увидев его – эй, народ! Это Лёха, мой кент с универа! – Здарова, Лёх! – прокатилось по комнате несколько голосов. Блондин слегка покраснел от такого внимания и, пробормотав что-то в ответ, прошёл на кухню за пивом. Там он наткнулся на Машу. Она была в изумрудном платье, которое подчеркивало её рыжие волосы и карие глаза. Она была в зелёном платье, что красиво сочеталось с её причёской и цветом глаз. – Ого, тебя тоже Саша затащил? – прокричал Лёша, перекрывая музыку. – Конечно! Он мне проходу не даёт, везде таскает – девушка закатила глаза, но улыбалась. Выпитый бокал делал её расслабленной – да я шучу! Тут, в принципе, неплохо». – Отлично выглядишь сегодня – сказал Лёша, делая глоток пива. – А, то есть обычно некрасиво? – она хихикнула, явно кокетничая. – Нет, я не это имел в виду… – Эй, Паша, или как там тебя! – Лёшу перебил новый голос. Перед ним стоял высокий, мощно сложенный лысый парень в спортивках, похожий на вышибалу из самого дешёвого клуба – дунуть не хочешь? Травка отличная. – Да нет, спасибо –отказался Лёша, внутренне ёжась. – Да чё ты как тёлка ломаешься? – парень не унимался, и в его тоне зазвучала агрессия. Лёша нахмурился. Ему не нравилось ни это сравнение, ни этот парень бугай, ни вся эта дурацкая атмосфера вынужденного «веселья». – Эй, Лёха, смотри, кого я привёл! – из проёма двери, обнимая за талию девушку, появился Саша. Девушка была высокая, брюнетка на умопомрачительных шпильках, одетая так, будто собралась не на студенческую тусовку, а в ночной клуб: мини-юбка, сетчатые гольфы, обтягивающий топ. Отдельного внимания заслуживали ногти – длинные, заострённые, белоснежные, больше похожие на хищные когти – Это Алина. Хотел вас познакомить. – Очень приятно, Лёша – парень протянул руку для рукопожатия, но Алина с весёлым смешком проигнорировала её и прыгнула ему в объятия, обвивая шею руками. От брюнетки пахло едкими, сладкими духами и алкоголем. – Ого, полегче – смущённо сказал Лёша, мягко, но настойчиво освобождаясь. На что девушка натянуто улыбнулась. – Какой скромный! Люблю таких – она облизнула губы, не отрывая от него глаз – нальёшь мне чего-нибудь? – Конечно, что хочешь? – Джин-тоник. И поменьше тоника – Алина снова улыбнулась, и в её взгляде появился неприкрытый интерес – я когда пью, то становлюсь такой беззащитной… – она сделала «щенячьи» глазки, и у Лёши внутри всё сжалось. Не от желания, а от острого, почти физического отвращения и желания рассмеяться от нелепости ситуации. Он быстро отвернулся, чтобы не показать свою реакцию и принялся наливать. – Вот, пожалуйста – парень поставил бокал на подоконник. Алина, не теряя времени, снова взяла его под руку и повела в соседнюю комнату, набитую куртками на стульях. – Расскажи о себе! Чем увлекаешься? – брюнетка сделала большой глоток и, войдя в комнату, прикрыла дверь, отсекая часть шума. – Ну…на системного разработчика учусь. В игры играю – Лёша запнулся и, сам не зная зачем, добавил – к психологу хожу. – О-о! Значит, умный! В компах разбираешься – девушка присела на диван, приглашающе похлопав по месту рядом – а я ногти и реснички делаю – Она гордо продемонстрировала свои «когти» – самоучка, после девятого класса решила пойти в бьюти-сферу, там много денег, но и клиентов неадекватных тоже, хотя сейчас уже получше дела. Девушка говорила быстро, поверхностно, и Лёша лишь кивал, чувствуя нарастающую неловкость. Потом она вдруг замолчала, будто выдохлась, и, не сводя с него глаз, медленно пододвинулась ближе. – Ну что я всё о себе, да о себе – Алина мягко запустила пальцы в его светлые волосы, поглаживая их – расскажи, что тебе нравится? Ты такой симпатичный. Я для тебя всё что захочешь сделаю. Лёша замер от такой настойчивости, к нему ни разу в жизни так настырно не клеялись, и это даже как-то неприятно – подожди, я не хочу этого – он попытался нежно отодвинуть девушку, чтобы ей не было обидно. – Ты не знаешь, что я умею – прошептала брюнетка, игнорируя его слова, и плавно, как кошка, перебралась к парню на колени. Прежде чем он успел среагировать, её руки снова вцепились в его волосы, а липкие, холодные от коктейля губы прижались ко рту. Поцелуй был влажным, неискренним, отдающим джином и фруктовой жвачкой. Её округлые формы, прижатые к нему, вызывали не желание, а острое, почти тошнотворное отвращение. Словно его личные границы, и так постоянно нарушаемые миром, сейчас были растоптаны окончательно. И тогда сработал инстинкт. Лёша резко, с силой, которой сам от себя не ожидал, оттолкнул её. Алина с лёгким вскриком шлёпнулась на пол. На её лице смешались шок, боль и ярость. – Ой, извини, я не хотел так сильно – начал оправдываться блондин, вскакивая с дивана. – Ты совсем ебанутый?! – её звонкий и пронзительный крик заглушил даже грохот музыки – правильно к психологу ходишь, а то с головой явно не всё дома! Урод! – девушка, всхлипывая от злости и унижения, вскочила и выбежала из комнаты, хлопнув дверью. Лёша остался стоять посреди комнаты, дрожа от адреналина и стыда. Но сквозь стыд пробивалась другая, кристально ясная мысль: «Ну вот теперь я точно уверен. Окончательно и бесповоротно». И эта уверенность, вместо облегчения, накрыла его новой, тяжёлой волной печали и одиночества. Знать правду о себе оказалось ещё больнее, чем сомневаться. Не прошло и пары минут, как в комнату ворвались Саша и тот самый лысый бугай, лицо которого было искажено злобой. – Лёх, ты чё, блядь, творишь?! – заорал Саша – я тебе такую тёлку подогнал, а ты что, больной? Её теперь пол-вечеринки успокаивать! – Да я и не хотел с ней знакомиться! – огрызнулся Лёша, его собственная злость наконец прорвалась наружу – она вела себя как последняя шлюха и лезла ко мне! – Как ты мою подругу назвал? – рявкнул лысый, делая шаг вперёд. – Шлюхой назвал! Если она готова с первым встречным на диване переспать – Лёша уже не контролировал себя. В его голосе звучала вся накопленная за вечер ярость. Удар пришёлся неожиданно, хотя Лёша к нему готовился. Кулак лысого парня со всей силы врезался ему в челюсть. Боль, яркая и ослепляющая, разлилась по лицу. Саша бросился между ними, удерживая бугая. – Тише-тише! Он просто перебрал, не соображает, что говорит! – Да он просто пидор, вот что! – прохрипел лысый, тыча пальцем в Лёшу – ему нормальные бабы не нужны, ему мужиков подавай! Эти слова стали последней каплей. Они были слишком правдивы, слишком больно били в самое уязвимое место. Лёша, не думая, с рёвом бросился вперёд. Драка была короткой и беспощадной. Саша позвал на помощь, и через минуту их уже растаскивали в разные стороны несколько парней. Лёша, отплёвывая кровь, схватил свой рюкзак и, не глядя ни на кого, выбежал из квартиры. Холодный декабрьский воздух ударил в разгорячённое лицо. Слёзы, которые он сдерживал всё это время, покатились по щекам, смешиваясь с кровью на губе. Он шёл, не разбирая дороги, и в голове, поверх звона и боли, вдруг чётко и ясно всплыли слова, сказанные всего несколько часов назад в тёплом, тихом кабинете: «Если вам будет совсем тяжело… вы можете позвонить мне». Он остановился, доставая телефон, руки предательски дрожали. Парень открыл Discord, но MaRcK не был в сети. Тогда он решил испытать удачу и набрал голосовой звонок. Сигналы уходили в пустоту, и никто не поднимал трубку, от чего отчаяние сдавило горло. Тогда, почти не думая, движимый чистым инстинктом выживания, блондин открыл список контактов и выбрал новый контакт Марк Дмитриевич (психолог). Уже спустя пару гудков, в трубке послышалось немного глухое «Алло»
