Лазурная ночь в темной пещере

Глава 16

Ночь вновь наступила на Небесных чертогах, и лишь некоторые могли лицезреть красивую луну, что освещала дороги, если они засиживались за работой. Однако это были отнюдь не все. Был один человек что вообще был всегда исключением. Точнее демон. Великий и могущественный Лазурный Фонарь, блуждающий в ночи, про которого рассказывали множество страшных легенд, не мог сомкнуть глаз. Он был бы не против заснуть так на пару дней от усталости, но его же собственный ребенок решил, что будущему отцу это ни к чему. Он или она пинал своего горе-папашу в каждый орган, заставляя уже почти выть. Учитывая, что появится на свет он должен лишь через 2 луны, это было слишком энергично и сильно. В первый раз Ци Жун хоть и не признавал, однако чувствовал некий трепет по отношению к движению новой жизни, но после 3 ночей подряд, в которой он что и мог, так это сидеть, облокотившись на гору подушек, фонарь знатно так устал от этого. Даже вызывало некоторую злость, причём не к ребенку, а на тупого Лан Цянцю! Это ведь в него ребенок пошел, что решил разрезать отца пополам только изнутри. — В кого ты такой? — Фыркнул демон — Хотя глупый вопрос. Тяжело выдохнув, и почувствовав еще один не самый приятный пинок, Ци Жун решил, что нужно что-то делать. Свежий воздух не помогал, какие-то чаи что ранее помогали ему засыпать, тоже не работали. Может стоит пройтись? Это показалось ему не худшей идеей, и положив одну руку на округлый живот, второй рукой он смог помочь себе подняться на ноги. Лазурный фонарь проклинал все на свете, когда начинал осознавать, что теперь любое его действие усложнилось в два раза. Даже банальная ходьба. Но он не собирался сдаваться, и вот за пару шагов, пока быстро надевает на себя свежее ханьфу, дошел до двери, и как можно тише её распахнул. Если бы он разбудил этого вечно не затыкающегося пса, то эта идиллия бы прервалась. Хоть он был в роскошном дворце, в котором были все прелести цивилизации, как: еда, теплая вода, и просто прекрасная кровать, Ци Жуну иногда не доставало своих назойливых фонариков. Да и те по любому, уже не знают куда себя деть без своего господина. И он обязательно их навестит как вернётся. Только не сейчас. Такими темпами демон смог добраться до гостиной в полной тишине, никого не разбудив. Кухня была точно не его приоритетом. Там ему подавали лишь травяной чай и воду. И вот от первого, Жун-эра уже тошнило, хотя продолжать пить каждый день, как и советовал старик Нин Хэнь. Ци Жун может быть много ворчал по любому поводу, однако соблюдал все предписанные правила что ему не нравились. Гостиная стала уже довольно привычным местом, после сада, когда демону было уж очень скучно, а бродить по замку стало неинтересно на 6 раз. Знакомый диван, знакомый камин что сейчас потух, и он не собирался его разжигать. Слишком лень было. Да и сил таких нет. Мелкий гомункул успешно выбивает её из него. Присев на диван, Ци Жун на миг затихает и получает... Минутную тишину. Малыш наконец успокоился хоть на немного, и у демона появилась минутка прикрыть глаза. Так тихо и спокойно. Прохладный уже осенний ветерок прошел по коже, что не вызывало дискомфорта, а наоборот. Захотелось всё больше спать. Веки стали тяжелее, а мысли будто тише, когда все обрушалось своим: — Ци Жун? Ты что тут делаешь? — То, что мне хорошо, а ты своим существованием сейчас это портишь. — Пробубнел он, открывая глаза, хотя и так знал кто перед ним может стоять. Лан Цянцю. Весь лохматый, в одном лишь ночном ханьфу, что было ему впритык. А также немного сонный. — А ты че приперся? — Я услышал чьи-то шаги за дверью. Хотел идти с ЧжэньСинь Проверять. — Когда бедствие стало смотреть то за спину, то в руки небожителю, видимо выискивая как раз этот меч, Бог замялся. — Я предположил, что это ты, и решил не брать. — Как низко ты пал. Предположил, что по дому ходит одно из Бедствий, а меч не взял. — Я могу тебе не помогать встать с дивана, и уже ты будешь повержен. — В момент в него полетела подушка, которую он схватил на лету. Почти “Непревзойдённый” очень часто любил что-то кидать в генерала Тайхуа, надеясь залепить ему по морде. Пока это получилось лишь раз. — Вали нахуй обратно к себе. Задолбал. — А ты разве не идешь спать? — Паразит впервые успокоился ночью, если я двинусь, и он снова меня пнёт, я пересажу его в тебя. — Он откинул голову на спинку, когда диван прогнулся рядом от еще одного дополнительного веса. — А те травы от Повелителя Ветра не помогают? — Во-первых, меня от него уже тошнит, во-вторых, он вообще не помогает. Кажется, только гомункулу прибавляет сил. — Я могу завтра попросить у Нин Хэня еще чаú. — Пусть даст такое хорошее снотворное, чтоб я мог хоть поспать по-человечески. — Я спрошу, однако не знаю даже. Все завтра выясню. — Уверенно ответил небожитель, пока демон постепенно начинал клевать носом. Бога это все же иногда забавляло. Уже беря в руки довольно теплое одеяло, что было сбоку дивана, которое появилось после прибытия как раз таки Ци Жуна, Лан Цянцю аккуратно укрыл демона им, стараясь не тревожить сон. Тайхуа тоже было немного беспокойно за него. Последние дни Жун-эр даже почти не ругался ни на него, ни на слуг, ни на кого либо, что заставляло задуматься. Пробовать зелья было немного опасно для ребёнка, а настойки не всегда помогали. Все-таки не человеческий организм по-другому реагировал на лекарства. За этими мыслями, Тайхуа не заметил, как просто засмотрелся на мирно спящего демона, что даже во сне, смог укрыться почти до шеи одеялом. Это вызвало некую улыбку у Бога. Со временем та ненависть, что появлялась в его душе только от вида Лазурного фонаря просто начала угасать. Он не знал почему, просто... Рядом было спокойно. Даже при постоянных измывательствах, Цянцю находил в этом иногда даже капельку заботы. Его обзовут дураком, однако сунут булку, если он не поел утром. Дадут хорошего подзатыльника, но помогут с некоторыми отчётами. Бедствие было может и нахальным, однако.... И приятным в какой-то степени. Это заставляло самого Бога Войны просто встать в ступор от противоречивых эмоций. Слишком странно и противоестественно. Значит неправильно. Но может пока это возможно, еще хоть немного насладиться своей неправильностью, и лишний раз взглянуть на одного демона? Пока небожитель размышлял на эту тему, само бедствие начало постепенно открывать глаза. Видимо вспомнил, что где-то не там где нужно находился. — Ну просто спящая красавица. — С усмешкой хоть и тихо, проговорил Цянцю, на что ему лишь цыкнули. — Хули ты смотришь? Иди спать, дебил. Завтра ж какое-то собрание у Вас там. — Откуда ты о нем знаешь? — С удивлением, спросил Тайхуа, немного выпрямившись. — В отличии от тебя, я иногда слушаю, о чем ты мне мозги колупаешь. — Ой. — Я пойду… — Не успел договорить как его прерывает достаточно громкий стук в дверь дворца Тайхуа. Ци Жун и Лан Цянцю  переглянулись и не минуту замерли. Никому из них не приходило в голову, кто мог прийти так поздно? Генерал Тайхуа поднялся на ноги, и немного пригладил волосы руками, чтоб выглядеть прилично. Под недоверчивый взгляд Ци Жуна, он прошёл за диван, направившись прямо к двери. Стук сразу затих, будто, с другой стороны, услышали его шаги. После чего небожитель отворил дверь, где увидел Хэ Сюань в облике Мин И. (Цянцю ещё сложно свыкнуться с мыслью, что это отнюдь не Бог). — Повелитель Земли? Что Вас привело с толь поздний час? — Мин И спокойно кивнул, после чего начиная глазами всматриваться в комнату позади него, выискивая что-то. — Да. Мне нужно встретиться с Ци Жуном. Цинсюань сказал, что сейчас он у тебя проживает, не так ли? Лан Цянцю немного потупился в дверях, не зная, как поступить, но все же открыл дверь шире, и отошёл от порога, дав возможность Черноводу пройти. Он очень удивился что именно Хэ Сюань пришел именно к Ци Жуну. Тайхуа конечно понимал что они все ещё “коллеги”, однако какими словами Лазурное бедствие отзывалось о нём... Было удивительно. Мин И прошел в гостиную, где уже стоял во всей красе Лазурный фонарь, что “не специально” услышал этот недо диалог. Завязав ханьфу над животом, он воскликнул. — Карась? Ебать, что за праздник? Что-то в море потонуло? — Я тут не чтобы развлекаться сюда пришёл. — В этот момент к ним присоединился Бог Войны, с зажжённой свечкой в руках, которую он поставил на небольшую тумбочку у дивана. — Цинсюань рассказ что Вас всех вызывают на какое-то срочное собрание в главном зале. Я полагаю, что и ты там будешь. — Его холодный взгляд встретился со взглядом Тайхуа. — Всё верно. Я предполагал, что это снова про наплыв демонов на юго-востоке. — Так мы тоже думали, однако с этим вроде было улажено. — По последним данным их снова видели недалеко от юга. — Это всё понятно, а нахуя тебе было меня видеть? Карась соскучился? — Вклинился в разговор и фонарь. Недовольный взгляд Черновода, после которого послышался смешок. — Я пришел по другому поводу. Нас тоже вызвали. — Смех утих после этих слов, и Хэ Сюань расценил это как намёк на продолжение. — Вызывают 3 бедствий из, меня, тебя, и Хуа Чена. — Тишина повисла в комнате настолько оглушающая, что даже было слышно, как горит свеча. — ЧЕГО? Цзюнь У в край ахерел? Он смеет НАС вызывать на свои сраные Небеса?! Его нихуя не смущает? Один как минимум там 33 небожителям трепку задал! — Снова возмутился Ци Жун, начиная размахивать руками. Сам Цянцю стоял неподвижно, пытаясь осознать только, что сказанное. — Цзюнь У потерял любой намек на здравомысленность еще давно, однако нам сейчас особенно не нужны конфликты с Поднебесной. — Повелитель Чёрных вод можно сказать, что глазами указал прямо на заметный живот Фонаря. — И что вы собираетесь делать? Как по мнению Владыки вы попадёте на Небеса? — Наконец заговорил Тайхуа. — Я не знаю. — Кратко выразился Мин И. — В письме было сказано только лишь дата встречи и время. — В письме? — Спросил Жун-эр, чуть нахмурившись. — Ворона принесла письмо, где как раз все и было. Хуа сказал, что ему также доставили. — Из больших чёрных рукавов, Хэ Сюань достал небольшое письмо, что было аккуратно подписано идеальным почерком: Повелителю Чёрных Вод. Может это и было официально, Тайхуа похожее писал в далеком детстве, и то Богам чтобы попросить какую-то игрушку. От этого Цянцю на немного даже улыбнулся. Ци Жун взял письмо в руки, и открыл его. Там и правда было мало что написано. «Повелителю Чёрных Вод, Собрание созывается по вопросу, требующему присутствия тех, чья сила и влияние простираются далеко за пределы их владений. Ваше участие ожидаемо и будет принято, как знак должного уважения к установленному порядку. Небеса будут признательны за Ваше присутствие. Дата встречи: 18 день десятого месяца. Время: час Дракона. Небесный Владыка, Цзюнь У» — Ну и бред. Или он думает, что ты на Небесах сразу живешь? — Наконец заговорил Фонарь после недолгого прочтения. — Мы с Хуа Ченом решили, что сами прибудем просто в одно и тоже время. Примерно до того как все Боги проснуться. — Подождите. Получается Ци Жун также пойдет с Вами? — Заговорил Тайхуа, на что двое бедствий обернулись. Некоторое молчание и Лазурный демон сказал. — Не, ну ты начинаешь хоть иногда думать, уже радует. — Как бы мы не хотели, он остаётся 4 бедствием для всех. — Подметил Хэ Сюань. — Я тебя тоже люблю, Карась. — Стойте-стойте! Ладно Повелитель Ветра, он небожитель и его положение никого не касается, но Ци Жун же! Ничего не смущает? — Указав рукой снова именно на живот демона, все вновь затихли. — Это лично не мои проблемы. Я предупредил, и в час Кролика мы будем ждать его под ивой. Более мне незачем здесь находиться. Меня ждут. — Прервал тишину Черновод, забирая из рук Фонаря своё же письмо, складывая его обратно в рукав. Он почтительно поклонился, как уже приучился делать после долгих лет пребывания на Небесах. Лан Цянцю конечно проводил его, однако после звука закрытой двери, им предстоял долгий разговор. Учитывая, что ни у кого не было выбора, если они не хотели ссору с самим Небесной Владыке, то нужно было придумать что-то настолько свободное, чтобы не дало и намёка на... Удивительное положение самого Лазурного демона. Вернувшись в гостиную, небожитель видел уже сидящее и немного поникшее бедствие. Почти “Непревзойдённый” явно о чём-то задумался, начиная сверлить одну точку в полу. Вывело того из мыслей, теплое одеяло которым генерал Тайхуа аккуратно накинул на плечи. — Что ни будь да придумаем. — Сказал Бог Войны, присаживаясь рядом. — Да этим Божкам только дай повод для разговоров. Ещё придумают чё-то и будет ой пиздец как весело. — Саркастично ответил демон. — Надо значит придумать что не даст такого им счастья... Жаль пока что нет талисмана что изменяет форму. — Был один помню умник у Псины в городе. Вей что-то там. Тот любил талисманы всякие делать, а потом продавать. — Это те разы, когда тебя из Призрачного города за шкирку выкидывали? — С некой улыбкой произнес Тайхуа, после чего получил небольшой подзатыльник. — Лучше б думал чё делать. У меня нет настроения сегодня ругаться. — Недовольно пробурчал Фонарь. — Ладно... А если взять ханьфу что были более свободные? Может не будет так видно. Да и если не всматриваться? — Демон просто покачал голой, и невнятно что-то пробурчал, вновь уходя в раздумья. — Может поспишь немного? Тебе уже нужно там быть меньше, чем через 4 шиченя. — Серьезно? Ты думаешь сейчас мне есть дело до сна? — Я просто предложил. — Хреновое предложение. — Фыркнул Ци Жун. — Ну могу сказать, что точно это собрание не просплю полностью. — С улыбкой произнес небожитель. — Ага, охотно верю. — Саркастично ответил собеседник.

༺ꕥ༻

Встреча и правда состоялась. В час кролика, когда солнце только начало вставать, три великих бедствия стояли под одним деревом, что выросло недалеко от самого удобного места для черчения руны перемещения тысячи Ли. Все они были явно не в добром расположения духа, что и слово друг другу не сказали. Правда то что кто-то не находился лицом прямо в земле, доказывает, что все еще хорошо. Три бедствия может были и темнее чем тучи, но все же нарядились как в праздник Дня Солнцестояния. Особенно выделял Собиратель Цветов, что был украшен украшениями, которые, конечно, его приукрашали, однако выглядело вызывающе для мира Богов. Повелитель Чёрных Вод никогда не славился нарядами драгоценными камнями, но старался держать тоже стиль. Да и Лазурный фонарь как мог, тоже пытался выделиться среди своих “коллег”. Те украшения что он смог забрать из своей пещеры, также украшали его, как и ранее. Только ханьфу было чуть больше чем обычно, скрывая все неточности в теле для чужого глаза. Они стояли довольно долго. Хунхун-эр высматривал солнце, думая о чём-то, Черновод бродил вокруг дерева, а сам Фонарь об это же дерево и упёрся спиной. Стоять так долго начинало вызывать некий дискомфорт. Солнце только только начало восходить, однако Фонарю пока не получал знака что пора отправляться. Перед встречей “придурок” Лан Цянцю очень настойчиво просил, не ввязываться в перепалки хотя бы до собрания и примерно во время него. Однако если в первом он мог бы помолчать, то во втором случае никто ни за кого не ручался. — А чё мы не можешь прийти заранее хотя бы. Стоим тут как непойми кто. — Мы и так придём заранее. Расчёт был что, если кое кто задержится, чтобы вышли все втроем. Никто бы за тобой не спустился. — Заговор Хуа Чен. После последней встречи в резиденции Тайхуа, они больше и не встречались, так что разговор был натянут. Хотя неправильно выражено. Разговор даже очень хорошо идёт, раз все живы. — Ты это сейчас обо мне? — Тут есть другие жабы? — Да пшел ты! Хотя.. — Заметная ухмылка расцвела на вечно мертвенно-бледном лице. — Учитывая, что ты лет сколько? 800? Не мог успеть за моим братцем, то у кого-то заметные комплексы? Один глаз с яростью зыркнул на Лазурного фонаря, и рука сжалась на всеми известной ятагане чей глаз был закрыт пока. Он уже повернулся к тому, чтобы ответить, однако их прервал Черновод. — Вы можете драться до смерти хоть, но хотя бы после этого совещания. Сейчас не нужны нам проблем с Небесами, раз мы пока с ними чем-то связаны. — Это у Вас маниакальные замашки на Божков всяких, у меня с этим проблем нету. — Гордо ответил Ци Жун, скрестив руки на груди. Двое остальных бедствий кинули на него не верящий взгляд. — У меня сука вынужденная мера. Ваши оправдания? — Я еще перед Вами не оправдывался. — Фыркнул Хуа Чен. — Лучше подумать о том, если Цзюнь У всё же осмелиться нас о чём-то просить, то что мы решим? — Вновь заговорил Хэ Сюань. Последовало довольно долгое молчание, когда все задумались. — Смотря что. Сам факт делать этим херовым Небесам уже унижение. — Прервал тишину Фонарь. — А если мы поставим свои условия? — Заговорил Хуа Чен. — Мы сможем начать выбивать закон о запрете связи с демонами. — Разве это не знак, что у нас есть связи с Богами? Нам как бы должно быть всё равно. — Пробубнел Черновод. — Пока что нет доказательств. — Однако после этих слов Собирателя цветов, двоя вновь уставили на Лазурного Фонаря. — Да идите вы! Сами небожителями вылюблены. — И, может быть, они продолжили свою перепалку0, однако солнце что начало восходить, озаряя лучами трех демонов помешало им. Руна перемещения на тысячи ли была нарисована самим Хуа Ченом, так она излучала настолько много и сильную тёмной ци, что с легкостью смогла проделать небольшую скважину в барьере самих Небес. Телепорт дался Ци Жуну намного легче, чем в предыдущие разы. Либо ци помогла ему справиться, либо он начинал постепенно привыкать. Нет, конечно было некоторое головокружение, от которого тот не смел и звука произнести, да и ребенок решил вновь показать свой характер и пнул прямо в почку. На миг все помутнилось, но Фонарь смог устоять. Два бедствия и глазом не моргнули. Они осматривали всё вокруг. Конечно, Хэ Сюань знал это место лучше всех, и лишь бессмысленно оглядывался по кругу, когда Хуа Чен кого-то высматривал. И видимо не зря. Ведь буквально через пару минут, к ним вышел главный советник самого Небесного Владыки - Мей Нянцин. Его спокойное лицо, с довольно яркой формой в лиловом цвете немного не совпадало вместе, но кого это волнует? Мей Нянцин подошел к ним троим спокойной походкой, и лишь быстро кивнул головой делая не самое почтительное приветствие. — Здравствуйте. Меня зовут Мей Нянцин, я советник Небесного Владыки, и он выражает свою признательность за то, что вы прибыли сюда. Меня попросили провести Вас в целях безопасности, а также чтобы вы знали куда пройти. Собрание уже началось, поэтому стоит поспешить. — Неужто Цзюнь У так беспокоиться о своих домиках? Сам вызвал, сам боится. Самостоятельный. — Заговорил первый Ци Жун, на что уже три взгляда моментально на него обратили внимание. — Мы все будем искренне благодарны, если после совещания вы спокойно покинете Поднебесную... Без происшествий. — Советник Мей после этих слов, вновь кивнул и уже повернулся в полностью противоположную сторону, направляясь прямо к великим золотым вратам, к которым нужно было пройти по лестнице. От этого только вида Фонарь уже внутренне начал жалеть, что вообще согласился идти. Подниматься оказалось еще сложнее, чем казалось. Особенно если стараться держать спину ровно и идти шаг в шаг с другими демонами, что видимо куда-то спешили. Когда они наконец добрались до самих ворот, то сам советник со всей силы распахнул золотые врата что в миг все звуки что доносились изнутри моментально затихли. Воздух будто потяжелел и заставлял невольно поерзать, но продолжать держать лицо. В зале воцарилась мертвая тишина, и все Боги что находились внутри с удивлением пытались разглядеть что же заставило самого советника так ворваться в зал совещания, ничего не сказав. Однако, когда перед глазами Богов Войны и Литературы предстали те самые яркие и запоминающиеся одежды, что вызывали у многих страх, даже смотря с ними в одну стороны. Собиратель цветов под кровавым дождем, Повелитель Чёрных вод, а также Лазурный фонарь, блуждающий в ночи сами не вызывали особенной радости находиться тут. Сам Ци Жун был лично впервые в этом месте. Осматриваясь быстро, он приметил довольно высокие золотые балки и нефритовые украшения. Белый мрамор пола отражал фигуры богов, вытянутые и искажённые, будто тени их сомнений стали длиннее обычного. Все было очень богато, и явно лишь для красоты. — Давно не виделись, Небеса. — С ухмылкой и довольно громко произнес Хуа Чен, поставив руки в боки, и стоя впереди всех двоих своих «коллег». В самом конце зала сидел сам Небесный Владыка, на возвышенном троне из чистого золота, украшенный узорами что был незнаком для Лазурного фонаря, явно не работа давних мастеров Сяньлэ. Сам Цзюнь У все это время сидел, но вот наконец поднялся на ноги, так приветствуя новых прибывших. — Вот и вы. — Громким и в некотором смысле довольным тоном голоса произнес Владыка. — Что они тут делают?! — Выйдя немного из толпы, перед всеми предстал сам Повелитель Воды Ши Уду, сложив свой веер в исходное состояние, и сжимая его почти до хруста. Ци Жун почти никогда в жизни не видел старшего из Ши, однако был уверен, что так не может выглядеть здоровый Бог. Немного худее, да и выглядел примерно, как он, когда его мучал токсикоз, и из еды Фонарь мог лишь репу нюхать. — Повелитель Воды. — Заговорил Хэ Сюань, подходя к Хуа Чену почти на уровень. В его тоне явно была злость — Прошу Повелитель Воды. Господа были вызваны мной, чтобы просить о помощи с наступлением демонов, на данный момент мы не можем больше-… — Ваше Величество, прошу прощение что перебью, однако из всех могущественных существ что существуют во всём мире, вы зовете это?! — Вышел также вперёд Фэн Синь, ставя руки в боки. — Генерал Наньян, прошу Вас не перечить самому Владыке. — Недовольно напомнил Мей Нянцин, смотря за всей этой сценой. Однако больше всех, было весело даже не Лазурному фонарю, а самому Собирателю цветов. Тот за мгновение приблизился к самому Фэн Синю. — Это – возможно защитит твою мелкую и никчёмную тушку, пока ты продолжишь прохлаждаться с неким Подметалой. — Надменность была почти физически ощутима от его слов. Наньяна такая дерзость со стороны Хуа Чена довольно разозлила, и тот без страха подошел еще ближе, сжимая кулаки. Обстановка накалялась и из толпы пытался протолкнуться сам Сяньлэ. — Стойте! Стоит прекратить даже намёки на драку, тут все с благими намерениями! — Наконец Се Лянь смог выйти тоже на середину. Хуа Чен как узрел свое божество, хоть и не с удовольствием, но отступил от лучника. — Думаю, что раз тут не состоится кровавая резня, то может стоить закрыть врата, и дать пройти им тоже на свое место? — Все удивились, когда услышали голос самого наследного принца Юнънаня, что не заснул сразу на собрании. Сам взгляд генерала Тайхуа был прикован лишь к одному демону, что вновь выглядел не особо бодро. — А ты видимо по резни соскучился? — Сказал как раз-таки демон, и от этих слов, само лицо Се Ляня исказилось. Сам же Лан Цянцю по привычке пропустил мимо своих ушей. — Да... Думаю стоит всем успокоиться, и понять, что, если это прекратит постоянное вторжение демонов к обычному народу. Разве не все мы работает тысячелетиями над этим? — Продолжил Лан Цянцю. — Не могу не согласиться. — Прозвучал откуда-то голос Повелителя Ветра. Первым начал оборачиваться Ши Уду, пытаясь найти глазами собственного брата. — Серьёзно?! Вы все головой стукнулись?! Вы думаете, что они будут так просто подчиняться приказам, и ничего не замышлять. — Сам Му Цин впервые встал на сторону с Фэн Синем. — У нас есть тоже условия, однако никто не потрудился заткнуть рот и дать вести впервые беседу без причинений вреда друг другу. — Хэ Сюань тоже искал глазами Ши Цинсюаня, но делал это хотя бы не так заметно, как Ши Уду. — Условия? Ха! И какие же? Дать вам волю уничтожить Небеса? Или сразу во Владыки записать? — Генерал Сюаньчжень продолжил наступление. Многие Боги уже начинали шептаться, а Цзюнь У лишь мог молча за всем следить.  — Больно нам нужны эти Небеса. Группа недоумков что пытаются играть в герой. Нет. Нам нужно, намного интереснее одолжение взамен на помощь вам. — Продолжил тему Хуа Чен. — И что же за милость вам нужна, которую вы сами как Непревзойдённые не можете осуществить? — Спросил Ши Уду. — Я очень рад что вы спросили. — Самодовольно заявил Собиратель цветов, подходя еще ближе к трону Цзюнь У. — Я требую взамен на милость, исчезновения правило с лица мира заклинательства о запрете связывания Богов любыми способами с демонами. Узаконенные браки и дети.  Зал замер после таких слов. Это было самое удивительное что вообще говорилось в зале самого суда. Многие знали про странные отношения между самим наследным принцем Сяньлэ и ним, однако если Хуа Чен просит можно в каком-то смысле сказать “благословении” это означало многое.  После слов Хунхун-эра, все кто даже был на его стороне, тоже замолчали, уставившись то на Владыку, то на Непревзойдённого. Кажется, можно было услышать, как дует ветер, что заставляло еще больше почувствовать себя неуютно. Се Лянь, конечно, как супруг Хуа Чена, подошел ближе, немного не понимая для чего ему это. Они могли делать что хотят не слишком беспокоясь про место “Гэгэ” на Небесах, а вот Лан Цянцю затаил дыхания, молясь звёздам, чтобы Владыка одобрил такое предложение. Он безумно хотел объявить ребенка своим законнорождённым, что имеет право на всё что имел Тайхуа. — Я довольно удивлён таким предложением. — Наконец прервал тишину сам Цзюнь У. — Ведь никому уже давно не секрет, что вы пошли против правил Небес и взяли в мужья Сяньлэ без всякого разрешения. — То есть вы соглашаетесь? — Напряженно спросил Се Лянь. — Нет. Весь зал вновь опешил. Что всё это значило? И к чему это может привести? — То есть как? Значит они имеют право на жизнь как хотят, и им ни слова не говорят, даже если они нарушают путь самосовершенствования, что для нас одно и важнейших правил, а другим запрещено даже думать, и будет караться низвержением?! Разве это не двойные стандарты, для “честного” и “неподкупного” решения Владыки? Если это решит все вопросы, то почему? — Лан Цянцю вышел вперед даже Хуа Чена и Се Ляня, с каждым шагом приближаясь к ступеням трона Небесного Владыки, что стражники, которые стояли у этого трона, начали сжимать оружия, ожидая его применения. — Ваше Величество! — Окликнул его мусорный Бог. — Что “Ваше Величество”? Расскажите всем как вы тайно отбили три поклона с Непревзойдённым демоном, при этом не понеся никакого наказания. Расскажите секрет всем, как это сделать? Когда твои руки связаны правилами, а другой может жить спокойно? Почему вы “достойны” больше, чем другие? — Может злость его была напускной, или обращена не к тому, однако сейчас наследник Юнънаня впервые мог выговорить все что думал уже не одну луну. Слишком многое он терпел и укрывал за стенами своего дворца. — Тебе стоит прикр-...  — Довольно! Я достаточно услышал на сегодня. — Прервал Цзюнь У предложение хунхун-эра. — Правила были созданы за много веков даже до вашего рождения, и соблюдались также. Никому не секрет что дело по браку демона и небожителя, было закрыто из-за наличия доказательств о том, что союз может быть довольно полезен для нас, учитывая, что один из сильнейших демонов будет на нашей стороне. Непревзойдённый что топил корабли, и “демон”, который поедал людей, никак не могут хоть на шанс окупить возможное порождения зла. — То есть факт то, что Хуа Чен фактически убил 33 небожителя, даже не дернув бровью Вас не смущает?! Вас смущает выгода от союза и всё? От его рук пало больше жертв, но он более интересен?  — Вы смеете сомневаться в решениях Владыки? — Запал Лан Цянцю моментально погас, после этих слов. Согласившись, сейчас означало возможную измену, и соглашения что у него есть кто-то на стороне. Оборачиваясь и видя неуверенное лицо Лазурного фонаря, который лишь молча наблюдал за происходящим, заставил подумать не только о себе.  — Ни в коем случае... — Как по команде ответил наследник Юнънаня, осознавая, что возможно в чем-то переборщил. — Я прошу прощения.  При всех небожитель вернулся в толпу, хотя если бы мог, он продолжил бы гнуть свою линию. Краем глаза Тайхуа заметил колебание в лице Се Ляня и хладнокровие его супруга, а все, кто стояли дальше, не смели и звука произнести. Некоторая тишина, и шепот послышался почти со всех уголков зала. Настроение Лан Цянцю падало всё больше, от чувства собственной безысходности. Несправедливость всегда витала пары что как-то прозвали “ХуаЛяни”. Им почти можно было всё. Хотите? Женитесь, хотите вмешаться в дела Небес? Да пожалуйста, и это не могло не бесить. Он знал, что это неправильно, что ему должно быть стыдно за такие резкие эмоции, однако он не мог. Неприятное чувство в груди появлялось почти всегда, когда каштановые глаза Тайхуа замечали наследного принца Сяньлэ или Собирателя цветов.  Мягкая рука что опустилась на его плечо, заставила его дрогнуть, и обернуться. Сзади стоял Повелитель Ветра с довольно сочувственной улыбкой. Он также сжимал свой веер, стараясь не попадать в поле зрения. — Спасибо Вам. — Говорит он как можно тише, чтобы не прерывать тишину в зале. Му Цин с Фен Синем пока что-то спрашивали у Ши Уду. — За что? Я, кажется, лишь все испортил. — Испортили? Вы попытались, и это уже многого стоит. — Я выпустил злость на Владыку, и на будущего дядю своего же ребенка. Куда хуже? — Они отошли назад, где почти их не было слышно. — Можно считать первой семейной ссорой? — С заметной усмешкой спросил Повелитель Ветра, раскрыв веер что прикрыть как раз таки рот. — Это не смешно. — Недовольно произнес Тайхуа, периодически рассматривая Ци Жуна взглядом. — А я смотрю Вас на брак потянуло? — Что?! Нет! — Тогда что вы так переживали за брак его Высочества, и Собирателя цветов? — Это совсем другое! Однако их небольшой спор прервал удар ручки оружия солдат об пол, в знак чтобы все затихли. Цзюнь У вновь поднялся на ноги, хотя его взгляд излучал лишь недовольство. — Я наслушался Ваших недовольств и споров, и желаю наконец разрешить Ваши недомолвки. Правила созданы чтобы их слушаться, и никто не смеет их нарушать. Дело было закрыто, и если вы продолжите настаивать на своих условиях, то и это дело будет закрыто. — Тогда хр- — Есть другое предложение! — Выпалил Лазурный фонарь, поднимая руку. — Хрен с этим правилом, но если... Если мы на полных основаниях сможем прибывать в Вашу херову столицу когда захотим, и чтобы ваши охранники не тыкали своей железякой, тогда мы поможем. — Ты совсем уже? Какое-... — Хуа Чена вновь прервали. Холодная рука самого Хэ Сюаня схватила его запястье, предотвратив приближение к фонарю. — Для чего Вам такая нужда в посещении моей обители? Ваши планы не дейст-... — Да нахер нам сдалась Поднебесная? Во-первых, уничтожение такого наплыва демонов - это явно не один день, даже для такого выпендрёжника как он. Во-вторых, я уверен Ваш ненаглядный Сяньлэ которого вы так опекаете, будет явно более рад прибывать сюда, со своей верной псинкой. — Ци Жун. — Вновь Се Лянь окликнул уже своего кузена, хотя тот и бровью не дрогнул. — Ци Жун уже 800 лет как. И даже не заливай, что это не правда. — Я думаю, что стоит обговорить некоторые подробности на счет этого. — Ответил Хэ Сюань. — Ну сам факт то! Или нашего Владыку и это не устраивает? — Если добавить некоторые условия, то мы сможем прийти к решению. — Кивнул Цзюнь У, на что зал вновь впал в шок. Демоны тем более Бедствия? Будут как дома расхаживать. — С Хуа Ченом это понятно, а тебе зачем? — Спросил Му Цин. — Мне? Люблю ощущения вседозволенности, да и Карасю сожрать еще пару блюд, будет как дар свыше. Подходит ответ? — Звучит так, что в минусе остаемся мы. Учитывая, что среди нас будут ходить столь... Неблагоприятные личности. — Продолжил мысль Му Цина Ши Уду. — А что скажет Владыка? — Цзюнь У явно задумался, не сразу дав ответ. — Небеса принимает Ваше предложение. После предписания некоторых норм вы официально все сможете прибывать в Небесные Чертоги пока действует наступление демонов. ༺ꕥ༻ Собрание прошло в каком-то смысле не плохо. Самое страшное было вначале, и то если бы не Ши Уду, который любил вмешаться в каждый вопрос что как-то связан с демонами. В основном Хэ Сюаня, и Повелителя Ветра это очень напрягало. После главных событий все совещания шло в принципе как обычно. Только с учетом что всем бедствиям даже дали присесть за небольшие столики, что было необычно. Конечно, взгляд Тайхуа чаще всего был на Лазурном фонаре. Он вел себя как обычно, хотя та самая маниакальность, которая была присуща ему в пещере, немного померкла по причине сильной усталости. Решение было принято, и даже составили соглашение, в котором стояли подписи всех демонов. Цянцю соврал бы, если сказал, что не видел, как Се Лянь немного усмехнулся, в момент росписи Хуа Чена. По окончанию собрания, сам Цзюнь У спустился с трона, чтобы встать на уровне с Непревзойдёнными. Ши Цинсюань даже на эту тему смог пошутить. «Не зная Владыку, стоя рядом с ними, я бы принял его за Безликого Бая.» Юнънанец конечно немного отчитал его за такие шутки, но тоже не мог не заметить схожесть. Бред какой-то. Лан Цянцю и не сразу понял, что собрание подошло к концу. Лишь после того, как все трое были у ворот, а охрана встала возле них. Все небожители вернулись в кучку, почти загораживая наследнику Юнънаня и Повелителю Ветра весь просмотр. ༺ꕥ༻ Оказавшись в мире людей, Ци Жун наконец почувствовал легкость. Все-таки само ощущение на Небесах (не учитывая дворец Тайхуа) вызывало дискомфорт. Да и учитывая, что тебя все рассматривают как какой-то древний экспонат, пытаясь найти каждый недочет чтобы после этого создать еще больше слухов. Приятного было мало. Солнце уже потихоньку начало заходить, а демоны вернулись в отправную точку, под громоздкой ивой, на небольшой горе. Собиратель цветов сразу скрылся из виду, как только ноги коснулись земли, оставив Ци Жуна наедине с Хэ Сюанем. Черновод ожидал прибытия своего божества, пока Ци Жун стоял, уперевшись от дерева молча ожидая тоже прибытие Тайхуа. Он и Повелитель ветра вернулись довольно быстро, правда немного «опоздав». Уходить сразу после собрания было довольно подозрительно отчего они не могли это сделать. — Я думаю, что это собрание уже никогда не закончится! Хотя могу сказать, что вы ворвались эффектно... Только не повторяйте так больше! — Ши Цинсюань аккуратно размахивал веером вокруг себя попадая немного на Повелителя Чёрных вод. — Думаю ещё некоторое время мы можем об этом не переживать. Не думаю, что мы будем часто посещать Небеса в этом месяце — произнёс Хэ Сюань. Он равнодушно оглядывался вокруг, ожидая, когда не смогут наконец вернуться домой. — Я очень рад что теперь ты сможешь появляться на Небесах, когда тебе заблагорассудится, могу выразить своё признание Ци Жуну. — Повелитель Ветра повернулся к Лазурному бедствию и одним махом головы выразил свою благодарность ему. Демон лишь недовольно фыркнул, отворачиваясь от него. Даже Тайхуа был без своей обычной улыбки. Встав рядом с демоном, он и не знал, что сказать. Тишина была более угнетающие чем когда-либо и можно сказать, что это дало знак Хэ Сюаню наконец предложить своему божеству отправиться в обитель Чёрных вод, на что шатен довольно быстро согласился. Оставшись вдвоем, небожитель и один из бедствий продолжили просто стоять в тишине. Они в этом знали, что много чего сказали, что не стоило произносить вслух, однако ничего поделать с этим не могли. Казалось, что прошла вечность. Однако Лан Цянцю смог найти в себе силы и первым прервать тишину. — Насчёт того что я говорил на совещание я.... — Даже не пытайся открывать свой поганый рот. Ты хоть понял, что мог сделать?! Ты мог нас блять всех подставить. Тебе жить надоело? А если бы они что-то заподозрили? Что будет если они начнут слежку или проверку?! Ты подставил под удар всех. Своего излюбленного в одно место ветерка, так еще и карася. А сама соль в решении тронуть любимого ученика самого Владыки. Ты вообще страх потерял за это время?! А если этот полудурок вновь решит, что я не достоин вообще спокойной жизни после твоих слов, и сам сдаст нас с потрохами? Ты мне блять не нужен полудохлый и низверженный! Ты мне сука вообще не нужен! Знай, если они начнут проверять все дома и всех небожителей, я уйду. И хрен ты меня найдёшь. Ты даже в пещерах не сможешь меня отрыть, понял?! И не увидишь ты своего "прекрасного" отпрыска! - Это был тот монолог, в котором помимо злости и обиды звучал страх. Реальный страх за будущее, которое могут отнять, когда Жун-эр только стал привыкать к этому. К тому что ранее было бля него утеряно, и казалось глупым. Пока он говорил, голос дрожал. До слез было далеко, хотя если бы Лан Цянцю не заговорил, они могли бы пойти. Тайхуа стоял напротив него выслушивая каждое слово не в силах его прервать. Когда демон замолчал, вновь возникла тишина. Просто тишина, в которой каждый пытался подобрать слова, которые могли бы хоть как-то разъяснить ситуацию. — Я совершил много необдуманных решений, однако я в праве по мере наступления, готов их исправлять. Пока лучше вернемся на Небеса... Тебе достаточно стресса на сег-.... — Да завались ты уже! Стресс не стресс. Ты сам сотворил стресс своими погаными словами. — Да хватит! Я знаю, что поступил неправильно! Но это не даёт тебе права вновь решать всё самому! ты сам после выступил на совещании. — Да, выступил! Но только после моих слов, теперь я, могу пребывать в чертоги когда захочу. А чем можешь похвастаться ты? - на это у Лан Цянцю не было ответа. Он лишь сжал как можно сильнее кулаки, пытаясь справиться с эмоциями. Солнце уже зашло, забрав тот остаток света что согревал в холодную погоду. Ива раскачивала свои ветви, что один раз даже дала по лицу Тайхуа. Ци Жун смог даже усмехнуться. Рано или поздно, но им предстояло вернуться на Чертоги. И попытаться изобразить что все нормально. ༺ꕥ༻ Ци Жун не сильно брал во внимание само прибытия вновь на Небеса, а после в обитель генерала Тайхуа, однако, когда его ноги освободились от обуви, и он вступил на босую ногу по уже привычному паркету, Фонарь осознал, насколько вымотался. Сил не было даже поругаться с кем-то, кто вновь предложит успокаивающий чай. Он наспех снял свою накидку в которой чувствовал себя как варенный рис, и не обратив внимание ни на кого отправился в свою комнату. Обида, конечно, на этого "придурка Цянцю" конечно присутствовала, но усталость в миг затмила её, и дверь громко хлопнула, оставляя за собой небольшое эхо. Дом вновь погрузился в тишину, что было только большим плюсом. Аккуратно присев на кровать, что немного просела от веса, Ци Жун выдохнул. Это был тяжелый день с котором можно сказать, он справился. Даже малый гомункул был с ним согласен, ведь уже кажется 2 час не разу и не пнул его. Странно было ставить эмоции еще чего-то не рождённого на уровень со своими. Можно сказать, что это хороший знак. Положив руку на уже довольно видный живот, а после опустился спиной на мягкую постель. Одежда была может и уличная, но чистая. Хотя, когда его это волновало? Глаза приятно слипались, и организм не долго продержался, и постепенно отключился, заставляя мир померкнуть, а тело расслабится. Обычно в такой приятный момент, обычным людям могли сниться сны. И Лазурный фонарь не исключение. Правда от "приятных" снов там лишь слово. Ему редко они снились, и, в частности, имели один сценарий. Вначале родители, после сама матушка, далее шел кузен, и 800 лет мук. Когда Ци Жун начинал осознавать, что находится в царство Морфея начиная проклиная все и вся за повтор воспоминаний что пытался выкинуть из головы. Только в этот раз, после каждого года жизни что казался вечностью, он очутился где-то на поляне. Солнце ярко светило прямо в глаза заставляя чуть прищуриться. Птицы напевали какую-то мелодию, создавая ощущения умиротворения. Поляна была усеяна цветами разных цветов. Он не мог понять, где находится, ведь место было новое. Пройдя пару шагов, сзади послышались шаги. — «Я тебя потерял! Куда ты ушел?» — Мальчик лет 3, с небольшой корзинкой, полностью наполненной цветами. Его глаза были необычайно красивы, ореховый и знакомый оттенок. Только во взгляде было искреннее тепло, а улыбка была почти до ушей. — Ты кто вообще? И где я? — Ци Жун вновь огляделся вокруг, не замечая ничего что могло бы помочь понять, где он. — Где твои родители? — «Не смешно. Отец уже обыскался тебя.» — Мальчик чуть успокоился, начиная протягивать ему корзинку с цветами. Жун-эр все-таки взял. — «Лучше посмотри, что я собрал!» — И нафига? — «Ну... Они красивые! И я смогу сделать тебе и отцу букетики!» — Серьёзно? — Жун-эр присел на корточки, чтобы быть на уровне с пацаном. — Малыш, ты знаешь кто я? Лучше скажи, как отсюда свалить нах-... — «Папа, не выражайся!» Мальчик своей небольшой ладошкой, прикрыл губы Ци Жуна, чтобы тот не смог договорить. Хотя после такого обращения, Фонарь при всем своём желании не смог бы и пискнуть. «Папа»? Не может же это быть его... Сын? — Как... Как ты меня назвал? — Убрав руку со своих губ, Ци Жун пригляделся к мальчишке. Теперь глаза что вызвали некое дежавю, точно напомнили ему одного хорошо знакомого придурка. — «Папа, у тебя шутки не смешные! Лучше идем. Отец уже заждался. Только корзинку не потеряй.» — Наверное больше от шока, он позволил маленькой ручке ухватиться за свои пальцы, и потянуть его прочь с поляны. Они шли почти молча, если не учитывать, что «малыш» напевал какую-то мелодию, что была вроде бы знакома демону, но он не мог вспомнить какую. Поляна довольно быстро закончилась, становясь густым лесом. Деревья закрывали почти весь обзор, но мальчик, кажется, знал точную дорогу. Жун-эр чувствовал себя будто не в своей тарелке... Слишком много кошмаров, да и обычно они связаны с его прошлым. Хотя он и не понимал, как можно видеть будущее? Может у него вообще девочка родится! Хотя есть одна проверка. — Пацан, пацан подожди. — Ци Жун вырвал руку, оббегая мальчика, что остановился как по команде. — Как тебя зовут? — «Пап, ну хватит! Я не хочу в такое играть.» — Кхм... — Ци Жун никогда не думал, что будет так активно принимать участие в собственном сне, но видимо его никто не спрашивал. — Как твой папка, я хочу услышать твое имя. Или я сейчас как страшный демон поведу тебя в пещеру и съем заживо. — «Ты поведешь меня к фонарикам?» — Глаза мальчика сразу загорелись от радости. — М... Я подумаю! Может просто съем. Ну так что... Ты...? — Фонарь вновь присел на одно колено, когда заметил, что мальчик над чем-то задумался. – «Ладно! Меня зовут...» – Но тут его перебил громкий и звонкий мужской голос. Обернувшись на знакомый тон, Ци Жун обомлел. Лан Цянцю, но в обычной домашней одежде, в которой обычно ходил еще по дворцу в реальной жизни. Хотя даже тогда она выглядела как полу броня, то тут просто тряпье. — «Вот вы где! А я уже думал высылать поисковую бригаду за Вами. Где Вас носило?» – Ци Жун встал на ноги, не в силах шелохнуться. С каждой секундой он поражался все больше и больше. — «Я цветы собирал! А папа мне помогал. Смотри какие мы красивые собрали.» – Мальчик впопыхах выдернул из рук Лазурного бедствия корзинку, поднимая повыше ее, чтобы Тайхуа смог внимательнее рассмотреть. На это Цянцю еще шире улыбнулся и потрепал волосы сына, как-то его нахваливая. Это Жун-эр, к сожалению, не запомнил, хотя только одни действия вызывали у него множество вопросов. — «Молодчина. И отдых, конечно, это хорошо, но сегодня еще позанимаемся, боец. А пока иди домой. Руки мыть и за стол садись. Мы сейчас с папой придем.» — Пацан с радостью закивал, и что-то проговорил про фонарики, после чего побежал сквозь небольшую часть деревьев явно домой. Когда сын убежал, улыбка Цянцю никуда не пропала, а наоборот стала еще шире. Это было так странно... И приятно? — «Что-то случилось что ты так смотришь? Неужто вы там в поле Хуа Чена встретили? Хах.» — Демон чуть дернулся, после того как к нему обратились, однако отрицательно закивал. — Н-Нет... Просто... Ам, неважно. — «Ладно. Я, наверное, пойду стол накрывать. Ты идешь?» — Ци Жун кивнул, и Цянцю ушел следом за мальчиком, оставив так и с вопросом о его имени. Фонарь помотал головой, пытаясь осознать, что увидел, но никак не мог. Мысли путались, но они прервались шуршанием сзади. Еще что-то? Оказалось нет... Из кустов выбежал маленький зайчик. Весь черный с белыми ушками внутри. Они смотрели друг на друга не двигаясь. Тишина и... Ему кролик подмигнул? Чего? Следующий раз открыв глаза, пред демоном была знакомая стена. От инерции он сел, как только проснулся. Дыхание сбилось, а лоб взмок от эмоций. Он оглянулся вокруг, замечая знакомую обстановку. Он пытался осознать, что увидел, хотя это не поддавалось объяснениям. Это что?! Будущее, или его больные фантазии? Или же что-то на уровне перебой гормонов? Он не знал. Поднимаясь с некоторым усилием на ноги. В эту ночь сон ему явно не грозит... Слишком много ощущений. Может стоило пройтись? Укутавшись еще более в довольно теплое ханьфу (на котором конечно же настоял Тайхуа) он аккуратно приоткрыл дверь, чтобы лишний раз не издать скрип. Так и получилось. На удивление все слуги, кажется, спали, и он смог без особых проблем двинуться на кухню. Ци Жун не знал для чего. Точно не чай заварить. Однако оказавшись на ней, демон почувствовал запах дыма, и звук зажжённого огня. Походу зажгли камин. Видимо все-таки кто-то из дам зажгли его. Подходя к гостиной, он пытался краем глаза рассмотреть там присутствующих, и кажется смог... Там сидел Лан Цянцю. Задумчивый и немного печальный вид заставил Фонаря остановиться, и не моментально развернуться, и пойти прочь. Кажется, он и не собирался ложиться спать, ведь его ханьфу было еще уличным. По мнению демона, Тайхуа только доспехи снял. — Хули не спишь? — Ци Жун вошел в гостиную, хотя даже для него показалось что вопрос был слишком резким. — И тебе привет. — Не громко ответил Юнънанец. — Виделись уже. Так че не спишь? — Могу задать аналогичный вопрос. — Твой же паразит решил, что сон мне на еще месяца так 2 не нужен. — Жун-эру было немного тяжелее стоять на ногах, но принцип стоял выше. — Жаль слышать. — Кажется что-то в словах демона задело его, хотя это далеко не первая жалоба в их совместном проживании. — Жалко у пчёлки в попке, а ты мне так на вопрос и не ответил. — Не спалось. Пожалуй, чувство вины это ужаснейшее из всех. — Как же хорошо, что у меня подобная херь атрофировалась еще давно. — Демон прошелся перед Лан Цянцю, подходя ближе к камину, чтобы протянуть обе руки для согревания. — Холодно? — Нормально. Разговор получался какой-то скомканный, будто и не должен был происходить. Однако это были лишь мысли почти "Непревзойденного". Небожитель видимо очень хотел выговориться. — Мне очень жаль... Что я подверг Вашу жизнь в опасность. — Да ладно. Похуй. Переживу как-то если понадобиться. — В том-то и дело... Что я не хочу "как-то". — Выпалил юнънанец, поднимаясь на ноги. — Я понимаю, что закрыл тебя в 4 стенах, не дав шанса на свободу, но просто считаю... — Свобода не всегда есть чем-то хорошим. — Перебил его демон, не желая смотреть на лицо что было почти в пару шагов от него. — Если бы мне что-то не нравилось, ты бы и духу моего бы не увидел. — Но ведь... После всей такой жизни, мир, где можно ходить в определенные места, это должно быть адом... — Ад - это когда всякие уроды могут вломиться в любую минуту, и сломать все твоё жилье, а тебе придется скитаться с роем недовольных детей-демонят по всем захолустьям, где Вас прогонят чуть ли, не заметив край ханьфу. Так что не говори за всех. — Кажется Ци Жун выговорил весь запас слов с цензурой на оставшуюся жизнь. — Но ведь... ТЫ под ивой так злился, и я думал, что... Из-за моих слов ты потеряешь шанс как можно скорее покинуть Небеса. — Ты такой придурок. Чем ты вообще слушаешь? — К Лан Цянцю наконец обернулись пара лазурных глаз. — Я... Хотел просто извиниться. Я хотел как лучше. — По твоим словам ты по-другому и не умеешь. Давно в праведника играешь? — Сколько ты в сапожника. — Позволил себе продолжить подкол Цянцю. — Какие слова. Лучше бы приготовил мне... Чай! — Ты же его ненавидел? — А долго мои желания хранились более 15 секунд? — Сожрать меня? — Ладно, подъебал. А теперь будь хорошим пёсиком — Тайхуа усмехнулся, и Ци Жун невольно тоже, опустившись на диван. Возможно, тот сон был никак не связан с его будущим, но если такое и будет... Будет ли Ци Жун против?