Немилость Бога

Отвратительные биты били по ушам, отражаясь от стен. Казалось, что здание шатается от музыки. Билдер сверлил взглядом стены и ждал, когда образуется хотя бы одна трещина, но этого не происходило. Светодиоды слепили. Люди толпились, двигались хаотичной волной, выкрикивали песни, танцевали, отходили к бару, расплёскивали напитки. Некоторые сидели какое-то время внутри, наблюдали, пили, а затем выходили на перекур, позже возвращаясь и повторяя этот замкнутый круг. Билдер чувствовал себя максимально некомфортно. Его знакомые с работы грубо отчитывали его за переработки и настаивали на отдыхе. В итоге, в вечер пятницы после работы, он находится не в своей мастерской, отдавая всю душу гипсовой статуе, над которой пыхтел уже третий месяц, пытаясь довести до идеала, а в шумном душном клубе. Повели его со словами «Такая крутая группа выступает. Тебе должно зайти!». Концерт начался относительно недавно. Билдермен сидел за барной стойкой и своей хмурой аурой отпугивал людей, попивая дешёвую выпивку. Осушив очередной шот, он вздохнул и повернул голову. Коллеги, как тараканы, разбежались кто куда и оставили его одного. Парень не обижался, ведь друзьями они не были. Слегка мутным взглядом он обвёл сцену и замер, сжав барную стойку. Людей перед сценой стало больше. Основной свет был направлен на выступающих. Группа малоизвестная, музыка у них на любителя. Грубый лав-метал. Человека за барабанной установкой видно не было, бас-гитарист бродил по сцене, пьяным взором Билдеру было трудно сконцентрироваться, поэтому его лицо он не разглядел; соло-гитарист привлекал внимание своим пепельным блондом, уходящим практически в белый. На нём была кожаная джинсовка с шипами и цепями. Металлические элементы отражали свет, чем делали фигуру более заметной. Чёрные джинсы клёш были потрёпаны, на них парень тоже налепил цепей. Оставалось только обмотаться. Билдер с презрением оценил его наряд, сославшись на распутную молодёжь. В зубах гитарист зажимал запасной медиатор, потому что руки его творили чудеса. Он притопывал ногой, неосознанно позируя для девушек в первом ряду. Привлекать их ему было чем: под джинсовкой не было ничего. Голый худощавый торс, расписанный тату, манил себя потрогать. Гитарист дразнил. Он периодически переглядывался с вокалистом, который жадно прилипал к микрофону, почти целуя его. Пел парень хорошо. Вокалист был высоким, явно слегка полноватым, в растянутой белой футболке с непонятным рисунком, его каштановые кудри тряслись от резких телодвижений. Он обхватывал микрофон на подставке двумя руками и прижимал себя, словно страстно целовался с кем-то. Парень улыбался, стреляя глазками в сторону соло-гитариста, который явно рычал или фыркал ему в ответ. Но привлекли Билдермена не их взаимоотношения, не музыка, не голый торс гитариста, а внешность вокалиста. Парень на сцене, что отрабатывал свои интимные навыки на микрофоне, был точь в точь, как статуя, что стояла в мастерской Билдера. Нет, они никогда не виделись. Ему ведь всё это приснилось. Это был его дар свыше. Но сейчас ему не могло показаться. Билдер резко поднялся и поплёлся в сторону сцены. Он заплатил за выпитое, поэтому бармен был лишь рад, что угнетённый мыслями клиент перестал распугивать его ходячие чаевые. Билдермен пробивался сквозь толпу, расталкивая людей. Он смотрел только на вокалиста, упустив момент, когда тот тоже заинтересовался таким наглым фанатом. Билдер замер где-то в центре толпы. Следующие песни вокалист исполнял только для него. Душных, активных людей вокруг будто не было. Билдер стоит один на этой службе посреди пустого зала храма. Возвышаясь, придерживаясь за алтарь, на него смотрит то самое божество, которое приходило к нему во сне, которое стоит в виде статуи в его мастерской, которое поёт для него сейчас. Больше ничего не нужно. Он выполнил свой долг. Он поощрён. — Фух. Вы какие-то неубиваемые, ребята! — Смеётся вокалист, запыхавшись. Он переводит дыхание, уже практически налегая на этот микрофон. — К сожалению, наш лимит на сегодня — всё! Но я надеюсь, что вы здорово проведёте ночь и придёте на наш следующий концерт! — Вокалист широко улыбнулся. Его улыбка ослепила Билдера, который отмер, когда все вокруг стали отходить к бару. Парень встрепетнулся и смело двинулся к сцене, не понимая зачем. Когда люди перед ним рассосались, сцена оказалась почти пуста: барабанщик проверял, не оставили ли они чего, а бас-гитарист медленно удалялся. Самые яркие фигуры этого вечера исчезли. — Ну привет! — Громко сказал уже знакомый голос. Тяжесть упала на плечо Билдера. Он повернул голову и встретился глазами с тем самым божеством. Вокалист хитро прищурился, будто знал, будто всё понял, и бесстыдно залил в себя воду, пытаясь перевести дух после проделанной работы. — Ты как маньяк на меня пялил. У тебя всё хорошо? Я, конечно, знаю, что на меня тяжело не смотреть, но не так же! Билдер проглотил язык. Сердце колотилось. Руки дрожали. Что сказать? Пьяные извилины не работают совсем. Беда. Вокалист продолжает улыбаться, немного приподняв бровь в недоумении. Он был мокрым от пота. — Да ты налакался или угашен чем-то. — Удивился парень, раскрыв глаза. Он резко взвизгнул и налетел на Билдера. Тот как-то удачно поймал его, не дав им упасть. — Отвали от чела. Нам ехать пора. — Это был тот самый соло-гитарист. Он враждебно смотрел на соучастника группы, сложив руки на груди. Свою джинсовку тот успел сменить на худи с капюшоном, который сейчас скрывал его белые волосы. Вблизи Билдер сумел разглядеть их цвет. — Я считаю до трёх. — Его рука уже потянулась, чтобы схватить знакомого за шиворот и повести на выход. Вокалист оживился и отбил ладонь, скривившись. — Я сам доберусь. У меня сегодня выходной. Я вообще с фанатами тут разговариваю! — Затараторил парень, выскользнув их объятий Билдермена. Тот поглядел на свои руки и озадаченно повис, смотря в чужой затылок. — Ищи, где будешь ночевать, Шед. Я оставлю ключ в двери. — Махнул рукой гитарист и развернулся, покидая клуб. Билдер рассматривал спину незнакомца, молча осмысливая произошедшее. Его тяжёлая мазолистая ладонь упала на плечо парня и развернула к себе. Тот резко оборвал своё ругательство в сторону приятеля, изменившись в лице. — Этот гад, Икс. — Фыркнул он и поправил кудри, упавшие на лоб. — О чём мы болтали? А, точно! Сколько ты вы- — Зачем вы вернулись?.. — Негромко спросил Билдермен, ожидая ответов. Он ведь был примерным послушником. Это его благословение или наказание? — Я скучал… М-мне не хватало… — Их встречи были очень редкими и практически никогда не в реальности. Билдеру нравилась похвала, нравились поглаживания и тот поцелуй, который он заслужил, но после того случая они больше не виделись. Его глаза намокли. Рука стиснула чужое плечо. Парень не в божественном обличии вывернулся и схватил сильную руку, немного испуганно рассматривая собеседника. — Так у кого-то случилось неудачное расставание. — Предположил вокалист, безумно улыбнувшись. — Раз я так похож на объект обожания, то тот бро был чертовски красив. Пойдём, полечим твою больную голову. — Он вздохнул и нырнул в толпу, утягивая Билдера с собой. Ватные ноги еле волочились за активным парнем. Куда его вели, стало понятно лишь, когда за ними закрылась довольно широкая дверь с табличкой означающей «для людей с ограниченными способностями». Защёлка громко упала. Билдермен стукнулся затылком о плитку, вжавшись в стену спиной. Перед лицом замаячил озорной образ. Он не такой серьёзный и злой, как это бывало обычно. Этот улыбается, хихикает, крутится, лапает. Билдер смутился и покраснел, когда понял, что его грудь, спрятанную под майкой безжалостно сжимали в ладонях и напористо тёрли. Дыхание спёрло. Соски защекотало. Парень облизал пухлые губы и припал к шее Билдера, царапая и терзая кожу зубами. Его ладони примагнитились к груди сегодняшнего партнёра. Шед всосал кожу под губами и звонко отлип от неё. Он плавно повёл руками вниз. От каждого прикосновения у Билдермена сводило всё внутри, что-то щекоталось, сворачивалось, а внизу наливалось. Кисть, что переминала грудь и крутила пальцами проступивший через ткань сосок, резко накрыла самую ноющую часть, которая уступила место по званию лишь душе парня, до которой никак нельзя было добраться. Билдер взвыл и заёрзал на месте, придерживаясь за плечо Шеда. Его хитрый взгляд никак не покидал лицо незнакомого фаната, которого он принял за больного любовью. Ладонь успела помять нежные территории, изучая ту местность, а также разобралась с пуговицей на джинсах, уже опуская собачку на молнии. — И как? — Поинтересовался Шед, юркнув пальцами под резинку. Он высвободил возбуждённый член, обвёл большим пальцем сочащуюся головку и накрыл её подушечкой, потирая щель. Другие пальцы обвили горячую плоть, медленно двигаясь вниз и вверх. Билдермен не ответил: подавился стонами, на которые под воздействием алкоголя был очень щедр. — Он делал тебе так? — Вопрос задали прямо в приоткрытые губы, прежде чем накрыть их своими. Шед довольно быстро обошёл ряды зубов своим языком и сплёлся с чужим, мельтеша слюну. Билдер сжал его плечо и попытался оторвать от себя, но парень будто приклеился. Целовал так, будто больше никогда не сможет повторить. Он наконец-то добрался до чего-то посерьёзнее микрофона, который, скорее всего, взял в аренду у клуба. Его рука внизу стала влажной. Шед отстранился, только чтобы взглянуть на ладонь. — Воу. Билдермен взвыл, прикрыв глаза и приподняв кружащуюся голову. Он ещё держался в вертикальном положении только благодаря стене сзади. Ему показалось, что он упадёт, когда плечо-поддержка опустилось вниз, а его ноги слегка развели в стороны. Билдермен осторожно понурил голову и точно решил умереть от образовавшейся картины. Его спаситель стоял перед ним на коленях, открыв рот и опаляя мокрую головку дыханием. Он сосредоточенно смотрел на член перед собой, плавно высовывая язык. Билдер уронил руку ему на голову, сжал кудри, а затем, испугавшись немилости Бога, отпрянул рукой и вжал её в холодную плитку, чем развеселил Шеда. Через секунду чужой рот попытался отправить Билдера в рай. Кудрявый вокалист умело управлял ртом, смело насаживаясь на увесистый орган. Он закручивал язык и помогал себе ладонью, пока другой стягивал чужие джинсы с боксерами. Когда те повисли над коленями, Шед притих, медленно отсасывая Билдеру. Что-то внизу зашуршало. По животу Билдермена ударила ладонь, прижавшись к нему. Между ней и тканью майки ощущался ещё один предмет. Билдер приподнял бровь и неловко накрыл чужую ладонь своей, но другая быстро ретировалась вниз, оставив в его руке презерватив. — Ч-что?.. Шед съехал с горячего полностью затвердевшего члена, облизав его головку напоследок. Он поднял глаза наверх, продолжая ласку ладонью. — Открой и дай сюда. Или ты против прониковения? — Билдермен раскраснелся сильнее, прикусив губу. Он быстро справился с обёрткой, стараясь не обращать внимание на вернувшийся на член рот. Шед был довольно активным и смелым, поэтому его нос часто утыкался в лобок Билдера, потираясь об него, пока головка члена тёрла заднюю стенку его горла. Презерватив Шед забрал из чужих вялых рук, раскатав по двум своим пальцам. Те сколькнули вдоль бедра Билдера, завернули и прижались к сжатому сфинктеру, потираясь об него. Шед был скуп на какие-либо прелюдии, уверенно проталкивая сразу два пальца в напряжённого Билдера. Действия спереди, которые постепенно ускоряли темп, должны были его отвлекать, но справлялись слабо. Точнее, Билдермену было тяжело сконцентрироваться. Пальцы толкались, тёрли стенки, пытались разойтись, двигались довольно плавно. Задумавшись, Шед внезапно подавился, обрушив кашель на мокрую головку. Билдермен аккуратно протянул ладонь и погладил того по голове, успокаивая больше себя. Парень улыбнулся и вернулся к развлечению, поглядывая наверх. Смазки было прилично на куске латекса. Пальцы входили и выходили с чвякающими и хлюпающими звуками. Вскоре к ним прибился ещё один, пытаясь ускорить приближение желанимого результата. Билдермен резко напрягся и случайно сжал руку на кучерявых локонах, стиснув их. Шед скривился, пробуя отстраниться, пока во рту растекался мускусный вкус. Он добился своего, злобно зыркнув наверх. Билдер пребывал в удовольствии, поэтому эмоций Шеда не заметил. Зато заметил, что пальцы из него поспешно выскользнули. Парень, стоящий на коленях, сплёвывал густое семя на презерватив, хмурясь. Шед довольно спокойно поднялся с пола, встряхнув затёкшие ноги. Он схватил свободной рукой майку Билдера на груди и резко дёрнул, отдирая того от стены. Билдермен не успел прийти в себя, пьяно зашатавшись, благо под руки попался металлический поручень, которыми было облеплено практически всё помещение, оправдывая табличку на двери. Как только он не заметил их? Ему показалось довольно странным делать в таком заведении подобную комнату, хотя спорить было не с кем. Билдер зашипел себе под нос и прошёлся ногтями по поручню. Шед времени не терял. Он быстро натянул всё тот же презерватив на свой член и нагло, без предупреждений, вошёл. Тело под ним ужасно напряглось и поставило его в затруднительную ситуацию, неприлично сильно сжав твёрдый орган внутри. — Блять, расслабься… — Выдохнул Шед, придерживая Билдера за бёдра. Он смог протолкнуться глубже через пару минут. Тепло на половину не устроило его. Парень долго не думал, грубо и быстро протиснувшись до конца. Билдер закряхтел и съёжился, протяжно мыча куда-то вниз, в раковину, в её слив, надеясь, что этот опыт уплывёт достаточно далеко. Тишину комнаты нарушали не то всхлипы, не то стоны пьяного парня. Шед особо не обращал на это внимание, концентрируясь на своих попытках задать темп. Вскоре у него получилось. Член входил и выходил, хлюпая. Бёдра сталкивались с ягодицами, издавая негромкие шлепки. Парень озабоченно гладил поясницу нижнего, давил на неё пальцами, скользил дальше по позвоночнику. В моменте ладонь прижалась к крепкому плечу и дёрнула за него вниз, навстречу толчку. Удалось погрузить головку глубже. Билдер взвыл и внезапно разглядел своё красное, мокрое от пота и слюны лицо в зеркале. Его волосы образовали гнездо на голове. Парня сзади не было видно, точнее, Билдер не разглядел. Такой вид смущал, стыдил и одновременно возбуждал. Снова налившийся член покачивался в такт движениям, пуская влагу. Закончилось всё довольно скоро. Шед натянул Билдера и негромко излился в презерватив, слегка замерев на месте. Билдермен тоже успел выпустить накопленное возбуждение на плитку под собой. Он выворачивал руки, царапая металл. Они тяжело дышали. В холодном туалете стало душно и жарковато. Шед заставил Билдера вытянуться вперёд и вновь взвыть, закрыв лицо рукой, когда выходил из него. Он громко вздохнул, разобравшись с использованным латексом. Его ладонь шумно упала на мягкую ягодицу, оставив на ней красное пятно. — Считай, что твой дражайший партнёр попользовался тобой и кинул. Так, может легче примешь расставание. — Пожал плечами Шед, быстро натянув на чужие бёдра боксеры и джинсы. Он разобрался со своей одеждой и поспешно удалился. Дверь хлопнула. Билдермена тошнило и мутило. Ему показалось, что он протрезвел. Он вздрогнул всем телом и оторвался от раковины, подскочив к выходу. Божества за дверью не оказалось. В клубе он тоже его не нашёл. *** Спустя полгода поисков Билдермен наткнулся на афишу концерта той самой группы. Вокалист на постере заметно возмужал, хотя в глазах осталось озорство. Гитарист — похититель сердец — набил непонятную, но красивую тату прямо на шее. Она линиями стекала вниз, под его одежду. В клубе людей стало куда больше. Попасть близко к сцене не представлялось возможным. Обиженно, Билдер выскочил на улицу и довольно удачно наткнулся на чёрный вход, через который ходил персонал и, скорее всего, приезжие музыканты. Усевшись под кирпичной стеной, Билдермен принялся ждать, надеясь на то, что госпожа фортуна улыбнётся ему. К счастью, сегодня она была благосклонна к нему. Прошёл час, может полтора, когда дверь сбоку распахнулась из-за того, что её открыли ногой, и из неё вышли хохочущие ребята. Концерт удался. Они все были в приподнятом настроении. Первым был бас-гитарист, который заливал что-то своим друзьям; за ним шёл барабанщик, улыбаясь в ответ; после тот самый соло-гитарист с кислой миной (может, он не способен на другие эмоции?), а за ним вокалист. Каштановые кудри позолотели под тёплыми лучами лампы над дверью. Он звонко смеялся, опираясь рукой на плечо гитариста. Парень даже слёзы с глаз смахнул. Настолько ему было весело. Билдермен быстро вылетел из мыслей и вскочил, явно сбив с толку музыкантов. Они слегка отшатнулись и недоверчиво на него покосились. Выглядит парень странно и не очень приятно: грязные после работы джинсы и кофта, растянутая футболка под ней, собранные в пучок пепельные локоны и красноватые очки. Под его глазами, полными надежды, улеглись мешки. Губы были растянуты в максимально странной улыбке. — И-извините! Я мог бы поговорить с вами?.. — Билдер был резок и скор на вырвавшиеся фразы. Его пугала мысль того, что божество бросит своего послушника вновь. Шед приподнял бровь в недоумении, стянув губы в полоску. Его друзья покосились на него. Соло-гитарист махнул рукой и побрёл к машине, оставив их. — Мы знакомы? — Произнёс Шед, настороженно отступив на шаг. Да! Нет. Наверное? А ведь они возможно не знакомы. Возможно, Билдермен просто спутал его со своей фантазией. Любой придуманный персонаж скорее всего имеет свою версию в реальном мире. Билдеру просто повезло. Он завис над ответом, разглядывая чужое лицо. Волосы отросли. Наверное, тот слегка похудел. — Прости, меня ждут. — Не дождавшись ответа, Шед поспешил к машине, быстро запрыгнув на заднее сидение. Дверь хлопнула.