Навсегда одиннадцать

Какого же было Данино удивление, когда на утро он проснулся не в своей кровати и напрочь не помнил прошедший вечер. После пробуждения хватило менее десяти секунд, чтобы понять, что он оказался в самом страшном месте, в связи со вчерашними событиями, в котором только можно было оказаться с утра после успокоения нервов алкоголем. Хозяина квартиры в комнате не было, но тот явился моментально после пролетевшей в голове мысли о том, что он вчера мог наговорить в таком состоянии. Дверь с щелчком открылась и в комнату вошел совсем не добрый Руслан. – Как спалось? – непривычно холодно поинтересовался Руслан. – Бывало и лучше. Руслан подошел ближе и приложил губы ко лбу рыжеволосого. От этого жеста у Дани даже сердце заныло, хотелось, чтобы его губы опустились немного ниже и сопрекаснулись с его, но довольствоваться приходилось только этим. На секунду у рыжего даже дыхание перехватило и расширились зрачки, насколько же приятно было чувствовать на себе прикосновение губ шатена. – Ничего не болит? У тебя явно температура. – Честно, мое состояние меня сейчас меньше всего заботит. – Жди здесь, принесу тебе чай ромашковый и чего нибудь перекусить. Таблетки на голодный желудок нельзя пить. – Может, сначала расскажешь, как я у тебя оказался? – Пришел ко мне поздним вечером пьяный, без куртки, наговорил всякого... – Прости, что я тебе говорил? Руслан глубоко вздохнул и сел рядом на кровати. – Это правда, что у трезвого на уме - то у пьяного на языке? Ты так считаешь? – Смотря, к чему это. – Просто ответь. – Ну, наверное. – Тогда так. Ты пол ночи клялся мне в любви. – после этих слов в и так болевшем от простуды горле у Дани образовался ком – Я не знаю, что я к тебе чувствую, правда. Это явно большее, чем дружеская любовь, мне сложно разобраться в себе и я не хочу делать этим хуже тебе. Андрей сильно поторопил события и заставил тебя пойти на это. Если бы не он, ты бы сейчас здесь не сидел. Я говорил ему о том, что к тебе не равнодушен, но боюсь до сих пор признаться даже самому себе, что возможно, люблю тебя и не ошибаюсь в своих догадках. Ты не отказываешься от своих слов, которые говорил мне ночью? – Черт, Руслан, я не знаю даже, что сказать. Я не отказываюсь от своих слов, но я тоже не до конца понимаю, правда ли мои чувства это то - о чем мы оба думаем. – Ты же понимаешь, что мы не сможем после этого всего общаться как раньше? Нам нужно либо прекратить все это, либо... – Понимаю, но нельзя прекращать. – перебил его Даня – Ты мне дорог как минимум в роли друга, а как максимум... В общем, я не смогу так. Давай попробуем? – последнюю фразу сказал чуть тише. – Это как-то неправильно, наверно. – Да плевать. Если ничего не выйдет, останемся друзьями и будем вспоминать об этом в будущем с улыбкой. – Как знаешь. – Руслан встал с кровати и направился в сторону двери. – Стой, так мы теперь вместе? – А ты как хочешь? – Я хочу быть с тобой. – Ну вот, как скажешь - так и будет. Руслан вернулся через несколько минут с подносом, на котором стояла тарелка с горячим супом, два кусочка хлеба, стакан воды, кружка с горячим ромашковым чаем и несколько разных таблеток. Все это он поставил на стол и взглядом оценивал, ничего ли он не забыл. – Приятного аппетита. Суп свежий, мама сегодня утром приготовила перед работой. – После такого я даже уходить от тебя не хочу. – Не уходи, тебя никто не прогоняет. Как минимум часа три тут ты точно просидишь, пока температура не спадет. Точно, температура, подожди, за градусником сбегаю. Через пару мгновений вернулся Руслан уже с градусником и встряхивал его рукой, чтобы ртуть упала до отметки ниже тридцать шесть и шесть. После этого сунул его Дане. Рыжеволосый засунул градусник и рукой показал Руслану сесть рядом. После выполненной безмолвной просьбы, младший облокотился на парня и прикрыл глаза. – Я раньше даже не замечал этого особо. – прошептал Даня. – Ты о чем? – О твоей заботе. Андрей был прав, ты всегда со мной был через чур заботлив. Можно вопрос? – Валяй. – Ты позволишь мне делать чуть больше, чем позволял до этого? – Заметь, я никогда тебе ничего делать со мной не запрещал. – Отлично. – Отлично, давай градусник. – Даня вынул градусник и протянул его в руки Руслану. – тридцать восемь градусов. Ешь, пей таблетки и ложись спать. А я пока твоих друзей обзвоню и спрошу, у кого твоя куртка. Даня коротко кивнул и пододвинулся к столу с завтраком. Руслан не имел контактов друзей парня, поэтому без спросу взял его телефон и начал обзванивать каждого поочередно. – Але, Давид, это Руслан, ты не знаешь, у кого куртка Данина? Он без нее ко мне вчера явился. – Привет, Руслан. Коля у меня сейчас, можешь ему не звонить и куртки у нас нет. Вчера Никита самый трезвый был, позвонил ему, у него больше шансов вспомнить, что вчера было, он всего пару глотков пивка у Славы сделал. – Хорошо, спасибо за помощь. – Да не за что, обращайся. Если не секрет, почему он к тебе вчера пошел, а не домой? – А вот это уже секрет. Еще раз спасибо, пойду позвоню Никите. – Как знаешь. Звонок сброшен. Следующим на очереди подозреваемых был Никита. Он, на удивление, взял трубку со второго гудка. – Але, Даня? – Але, это Руслан, не знаешь, где куртка Данина? – Еще бы мне не знать, у меня она, я ее вчера забрал. Даня убежал так быстро, я даже догнать не успел. С ним все в порядке? Я два часа по району бегал, искал, чтобы его, не дай бог, в какой-нибудь подворотне не зажали, потом домой вернулся и просто стал ждать звонка или сообщения, что с ним все хорошо. – Да, не переживай, с ним все хорошо, он у меня. Я могу к тебе за курткой придти? – Конечно, адрес в смс скину, ладно? – Конечно. Скоро буду. Руслан запомнил адрес, вернул телефон владельцу и вышел на улицу. Последний день зимы был завораживающим. Густой туман и полная тишина. Будничный день, однако было непривычно тихо для довольно крупного города. Лишь редкие машины были слышны с проезжей части, да и свет фар тех быстро терялся из виду. Никита жил на одной улице с Андреем, не пришлось прилагать особых усилий, чтобы запомнить дорогу или прокручивать ее у себя в голове, дабы не забыть. Предоставилась великолепная возможность прочувствовать атмосферу дня, успокавающий и обволакивающий каждый изгиб тела дым, вдохнуть полной грудью прохладный воздух, который освежал легкие, бодрил и заставлял погрузиться в раздумья. Навыдумывать себе золотых гор, представить себя самым счастливым человеком на земле, главным героем в многолюдном мире. Даже качественная музыка была не так важна для дополнения картины, чтобы почувствовать запах умиротворения, спокойствия. Шаг незаметно замедлялся, сердце замирало, отбивало редкие удары, чтобы поддерживать жизнь, будто тоже ощущало эту атмосферу пасмурного и туманного дня, последнего дня февраля. Дорога до Никиты становилась все короче, туман все гуще и таинственнее, вспоминалась сказка «ежик в тумане». Обожаемые советские мультфильмы, которые были сделаны с душой, чтобы детям понравилось, а не ради денег. Каждая деталь тогда была нарисована или сделана своими руками, каждый кадр был отснят с большим трудом, чтобы маленькие человечки могли насладиться просмотром, воодушивиться на что-то творческое. Не было искусственных интеллектов или специальных программ для упрощения работы и рисовки мультика, в каждом кадре ощущалась работа настоящего мастера своего дела. Тепло вспоминались свои детские годы, жаль, время утекает так же быстро, как песчинки из ладоней, остаются только несколько песчинок, коими и являлись воспоминания. Вот уже нужная подъездная дверь приградила путь, в памяти всплыл номер квартиры, который зрительно отобразился в голове, словно фотография, сделанная собственными глазами. Пальцы скользнули по циферблату и набрали нужный номер квартиры. После заветной мелодии, Руслан вошел внутрь и поднялся на этаж. Сразу с лестничной клетки его встречало знакомое лицо, которое тот часто видел в школе. – Никита, я ведь тебя знаю. – Я тебя тоже знаю, Руслан, проходи. – Что ты, я только куртку заберу, да пойду. – Даня ждет? – Да нет, он спит уже скорее всего. Просто, неудобно как-то. – Неудобно срать на потолке, заходи говорю. – Ладно, уговорил – согласился Руслан, растягивая букву «а» в первом слове. Руслан неловко вошел внутрь квартиры. На вешалке висела Данина куртка, которую тот сразу же заприметил. Никита тем временем ставил чайник и приглашал на кухню. – А ты чего в школу не пошел, Никит? – Приболел немного. Сегодня подлечусь, а завтра уже выйду. А ты? – Я бы мог конечно Даню одного у себя дома оставить, но не с температурой. Домой без куртки я его тоже отправить не мог, остались сегодня оба дома. – Как там у вас дела то с ним? – Да все в порядке, поговорили с утра... Выяснили все. – Вы теперь в отношениях? – решая не тянуть, спросил Никита, на что у Руслана глаза округлились. – Боюсь спросить, откуда ты вообще про это знаешь? Даня вам настолько личные секреты рассказывает? – Ситуация так сложилась. Обычно он тебе все свои проблемы вываливал, а резко возможности такой больше не стало, высказался мне и Коле, пока Давид со Славой за выпивкой бегали. – Да уж. Вроде как в отношениях. – Рад за вас. Надеюсь, все хорошо? – Конечно, просто до этого у меня не было отношений от слова совсем и на самом деле, не хотелось бы испытывать первый раз на Дане, не хочу ему делать плохо, он слишком хороший. – Что поделаешь, раз любите, не терять же такую возможность. – Тоже верно. Чайник закипел. Никита достал из шкафчика две чистые кружки и налил в них душистого, свежезаваренного чая. Темы для разговора не находилось, да и казалось, что это будет лишним в созданной между ними обстановке. Оба как загипнотизированные смотрели в окно. С высоты, окутанный туманом город выглядел заброшенным, как в зомби апокалипсисе. Были видны только верхушки деревьев и этажи многоэтажных домов. Когда чая в кружках оставалось меньше половины, Никита прирвал длительную паузу. – Даня хороший парень, правда, повадки у него иногда детские. Маленький шкед с сигаретой в зубах ходит и ноет о том, что у него руки замерзли, мама перчатки куда-то дела. – усмехнулся Никита. – Есть такое, хотя мы всего-то на год его старше. – Он майских жуков боится, с ним в мае гулять выйти невозможно, он даже до школы бегом бежит. – невзначай припомнил Никита один из фактов про Даню. Руслан тихо посмеялся. Чай в кружках стал исчезать гораздо стремительнее. После короткого диалога спал гипноз завораживающего города, что был виден из окна. – Со стороны казалось, что все в вашей компании быдланы похлеще сапожников и гопарей с района. – Быдло из нас только Давид, он в баре работает, там не материться иногда бывает трудно. – Давид совершеннолетний? Как он вообще общий язык с тобой и Даней находит. Он же старше вас на три - четыре года. – Старшие учат жизни младших. Потому я, Даня и Слава мыслим ровно так же, как мыслили несколько лет назад Коля и Давид. Ты разговаривал хоть раз с Даней на глубокие темы? Он может быть гораздо интереснее, чем кажется на первый взгляд. – Как в одном человеке может скрываться несколько личностей? Обычно он ведет себя как дите малое, а в какие-то момента становится философом? – Так и есть. В какой-то момент Даня пропал на месяц, мы гуляли без него, но временами его обсуждали. Знаешь что? Этими разговорами мы пришли к выводу, что общение с Давидом на него неплохо так повлияло. Мыслит он как взрослый Давид, но все еще остается маленьким мальчиком. – Возможно, так и есть. Ладно, я пойду уже. – Пойдем провожу. Руслан возвращался домой в еще более глубоких раздумьях, полностью погруженным в мир Дани. Как бы он не пытался, все не мог начать думать головой рыжеволосого. После слов Никиты, восприятие парня кардинально поменялось. Вот если бы можно было маленькой вошкой пробраться в голову к парню и узнать, о чем он думает, как работает его мозг, почему он принимает одни решения, а не другие, как много он знает на самом деле и какая ситуация должна произойти, чтобы вскрылись все стороны его многогранной личности. Жаль, это нереально, а выпытывать из пацана все поочередно - очень долго, да и вряд ли удастся. Сильно потрепали биологические родители психику рыжего, а затем продолжили компассировать мозг его друзья, превращая чужой разум в кашу. Главной поставленной задачей для Руслана стало сберечь парнишку от будущих травм, которые вскоре смогут окончательно добить его, убить все живое и оставить на месте прежнего живого человека робота, который без памяти будет выполнять типичные людские задачи. По приходе в квартиру было тихо, Даня уже спал. Рыжие пряди падали на лицо и щекотали лоб, из-за чего спящий изредка чесал рукой раздраженное место. Руслан осторожно дотронулся до чужого лба рукой и моментально отдернул руку, не поверил сам себе и дотронулся повторно. Даня горел огнем. Видимо, температура, вместо того, чтобы спадать, только повысилась. Немедленно шатен побежал к аптечке и вынув оттуда жаропонижающие побежал обратно в комнату, чтобы разбудить его. – Дань, вставай – шептал Руслан, слегка потрясывая за плечо. Пытался сохранять спокойствие, но голос предательски дрогнул. – Что такое? – сонно пробормотал Даня. – Выпей – шатен протянул пару таблеток. Рыжий послушно взял таблетки, не удосуживаясь даже спросить, что тот ему дает и выпил их, запивая остатками воды в стакане. – Что болит? – Все тело ломит, горло и насморк. – ответил Даня, все еще находясь в полусне, сел на кровати. – Надо тебя к родителям отправить. – Они на работе сейчас. – Вдруг тебе скорую нужно вызвать, я же не врач, не хочу тебя угробить. – Ну, сейчас, может таблетки подействуют. – А если не подействуют? – Успокойся, все со мной нормально, обычная простуда. В биологической семье никогда не было денег на лекарства, я одну таблетку в мед-пункте в школе выпивал и все. – Ты больной в школу ходил? – А куда мне деваться? Отец не разрешал мне дома оставаться, а мать не смела его ослушаться, сама его боялась. Руслан молчал. Только огорченно смотрел на больного и тяжело вздохнул. – Я боюсь только, что тебя заражу. Может, я все так и дойду до дома как-нибудь? – Нет уж, лежи у меня до вечера. Потом родителям позвонишь, попросишь, чтобы забрали. – Спасибо тебе, Руслан, ты очень хороший. – Не за что. Померь еще раз температуру, как полегчает - содой прополоскаешь горло и где-то у нас лежали капли для носа. Как и обещал, Руслан отправил Даню вечером домой в родительской машине. Приемная мама как только услышала о том, что ее ребенок заболел и весь день пролежал у " друга " с температурой, так сразу же побежала за ключами от машины и отправила отца семейства за сыном. Уже через пять минут Даня ехал домой, хотя и ехать было недалеко, минуты две от силы, рядом же живут все так и. До скорой помощи дело, слава богу не дошло, после тонны таблеток, которые он выпил у Руслана, ему значительно полегчало. На следующее утро, первым днем весны, старший перед уроками зашел ненадолго в гости. Его прихода не ждали, но мысленно этого очень хотели. Данила только проснулся, Руслан часами был готов разглядывать его не в выходной одежде, а в домашней, с заспанными глазами и растрепанными волосами, любил он беззащитность и бескрайнюю открытость младшего, такую детскую и наивную. – Доброе утро, я же болею и в школу не иду, забыл? – Доброе, не забыл конечно, зашел, чтобы с тобой увидеться. – А сколько времени сейчас? – Двадцать минут восьмого, у нас есть еще сорок минут, если ты не против. – Меньше сорока, тебе еще до школы бежать. Не против конечно, проходи, что стоишь. Даня вернулся в исходное горизонтальное положение на кровать, под теплое одеяло и как только Руслан зашел за ним, то рыжий рукой пару раз похлопал по свободному месту ладонью, приглашая в постель. Шатен без колебаний следовал указаниям и как только лег поудобнее, то на него сразу закинули одну ногу и приобняли одной рукой. Руслан умилился этом жесту и обнял парня. – Как ты себя чувствуешь? – Лучше, чем вчера. Температура с утра небольшая была, я ее сбил сразу, сейчас только горло болит и насморк. Ты будешь чего нибудь? Чай, завтрак? – Нет, ничего не буду, лежи. – Как хочешь. Пролежали они в обнимку в полной тишине еще коротких тридцать минут, пришла пора уходить на занятия и пока Даня не заснул окончательно, Руслан попросил закрыть за ним дверь и осторожно, пробуя на вкус и ощупывая рамки дозволенного, на прощание поцеловал парня в щеку. Рыжий моментально залился краской и неловко улыбнулся, это означало, что старшему может быть позволено граздо больше, чем простой жест настоящей ценности, поцелуя в щеку.