Допустимая погрешность

Сын Так проснулся внезапно, будто вынырнул из глубокой воды. Несколько секунд он просто лежал, не открывая глаз, прислушиваясь к собственному дыханию и странному ощущению тепла. Слишком тепло для больничного дивана. Он медленно вдохнул и сразу почувствовал знакомый запах. Чистый, сдержанный, с едва уловимой горечью кофе и медицинских принадлежностей. Сердце болезненно дёрнулось. Открыв глаза, первое, что он увидел — ворот халата профессора Ча прямо перед своим лицом. Второе — рука, лежащая у него на спине. Не сжимающая, не удерживающая. Просто... там. Ён Мин спал. Это осознание накрыло не сразу. Сын Так замер, боясь даже моргнуть. Он не шевелился, словно любое движение могло разрушить эту реальность. Вчерашнее всплыло в памяти обрывками: усталость, плед, его глупые слова, слишком смелое движение... и то, как профессор не отстранился. Доктор Ко осторожно приподнял голову на пару сантиметров. Лицо Ён Мина во сне было другим — спокойным, лишённым той вечной строгости, напряжения и холодного контроля. Ресницы отбрасывали мягкую тень, губы были чуть приоткрыты, дыхание ровное и тёплое. — «Он настоящий», — мелькнула мысль, почти пугающая. Сын Так медленно, почти неосознанно, сжал пальцами край халата профессора, проверяя и убеждаясь. Ён Мин не исчез. От этого внутри всё сжалось. Грудь наполнилась странным, щемящим чувством — смесью счастья и паники. Он вдруг отчётливо понял: если профессор сейчас проснётся, он не будет знать, что сказать. Не будет знать, куда деть руки, глаза, и даже себя. Ординатор начал осторожно выбираться, двигаясь миллиметр за миллиметром, стараясь не разбудить. Но стоило ему чуть отстраниться, как рука на его спине слабо шевельнулась. — Сын Так... — сонно, почти неслышно прошептал Ён Мин. Сын Так замер, как пойманный. Старший не открыл глаз, но его пальцы слегка сжались, будто нащупывая потерянное тепло. — Ты куда?.. — пробормотал он, всё ещё во сне. — Я... я просто... — Сын Так сглотнул, его голос предательски дрогнул. — Вы спите. Я не хотел... Ён Мин медленно открыл глаза. Несколько секунд он просто смотрел на него, будто тоже пытался понять — сон это или реальность. А потом тихо выдохнул и чуть придвинулся ближе, снова оставляя между ними почти нулевое расстояние. — Значит, это было не сном, — негромко сказал он. — П-профессор... — Сын Так почувствовал, как у него горят уши. — Если уйдёшь сейчас, — спокойно продолжил Ён Мин, — Я буду думать, что тебе было неприятно. Это было сказано без давления, без приказа. Просто факт. Сын Так медленно опустился обратно. — Мне... не было, — прошептал он. Ён Мин ничего не ответил. Лишь закрыл глаза снова и, на этот раз уже осознанно, позволил своей руке лечь у него на спине. — Тогда полежи ещё немного, — тихо сказал он. — До начала смены у нас есть пять минут. Ординатор осторожно прижался ближе. Ему было страшно — несомненно. Он почти был уверен, что профессор Ча потом об этом пожалеет. Меньше чем через сутки уже наступит Новый год. И продолжительность этого дня словно должна была показать доктору Ко, что делать дальше — отпустить или остаться. — Вам разве не нужно в палату к пациентке? — спокойно спросил Сын Так, уставившись в потолок, а потом задумался. — Кстати... а почему нас не разбудили? Это странно... Прошло уже больше пятнадцати минут, а Ён Мин так и не пытался встать с дивана. Он знал, что так нельзя, что это нарушение всех правил. Но одновременно понимал: если бы случилось что-то серьёзное, ему бы не дали спокойно лежать. А присутствие ординатора лишь сильнее тянуло его назад, не позволяя отстраниться и стирая последние остатки здравого смысла. Ён Мин вновь почти уснул. Он придвинулся к младшему ещё ближе, почти неосознанно — разум всё ещё был затуманен после сна. — С каких пор вы стали таким нежным? — резко спросил Сын Так, почувствовав, как по всему телу пробежала дрожь от горячего дыхания у своей шеи. — Не каждый такого заслуживает, — бросил Ён Мин и уже через секунду поднял на ординатора строгий взгляд. — Мне вернуться в прежний облик? Сын Так не успел возразить, как в кабинет профессора ворвался доктор Ким вместе с интерном О. Доктор Ко подскочил с дивана от неожиданности, чуть не скинув с него профессора. — Профессор Ча! — привычным тоном воскликнул Чжэ Вон. — Нужно проверить показатели пациентки. Мне кажется, ей становится лучше. — Боже, снова ты... — пробормотал профессор, но всё же собрался и направился в палату. Сын Так двинулся следом, но вскоре остановился. Он проводил профессора взглядом и перевёл его на Су Чжон, которая устроилась рядом на диване. — Тебе хоть понравилось? — улыбнулась девушка и шутливо хлопнула Сын Така по плечу. — Да за что опять... — прошипел доктор Ко, хватаясь за плечо. — О чём ты вообще? — Думаешь просто так вас никто не разбудил? — Су Чжон наклонила голову, прищурившись, и чуть понизила голос. — Никто из вас трубку не брал! Видимо хорошо вам спалось вместе. — Ты вообще видела, как ты врываешься в кабинеты? — буркнул он, отводя взгляд. — Это рабочее место, между прочим. — Ага, — протянула она, усаживаясь поудобнее и закидывая ногу на ногу. — Особенно рабочее, когда профессор Ча лежит на диване, а ты вскакиваешь так, будто тебя застали на преступлении. — Мы просто... — Сын Так покраснел, понимая, что продолжения у фразы нет. — Он просто устал. И я тоже. — Конечно, — слишком уж понимающе кивнула Су Чжон. — Все устают. Просто обычно от усталости люди спят отдельно. Она улыбалась — не ехидно, а скорее тепло, будто видела что-то очевидное, но не собиралась давить. Сын Так сжал пальцы. Он понял, что теперь ему никуда не деться. Су Чжон всё знает, и судя по всему не только она. — Ты невыносима, Кристал, — вздохнул доктор Ко, скрестив руки на груди. — Знаю, — довольно улыбнулась Су Чжон и направилась к выходу. — Кстати... до Нового года меньше суток. Она обернулась в дверях, внимательно наблюдая за Сын Таком и его реакцией. Больше всего на свете интерн О хотела бы видеть своего друга счастливым. — Иногда это хороший момент, чтобы что-то не отпускать. Дверь закрылась. Сын Так остался один. Он медленно сел на диван и машинально коснулся того места, где ещё совсем недавно лежал профессор Ча. Тепло не исчезло, или ему просто хотелось так думать. Он прикрыл глаза. — «Меньше суток…» — повторил он про себя. Сын Так почувствовал давящее жжение в груди. Он понял, что впервые за долгое время боится не ошибки... а того, что этот хрупкий мир, который они выстроили за последние месяцы, рассыпется от одного неверного слова. Он вспомнил, что ему следовало пойти за профессором — не потому, что ему хотелось, а потому, что так полагалось ординатору. Дойдя до палаты, Сын Так замер у двери. Он молча наблюдал за Ён Мином и пациенткой, стараясь не мешать. И вдруг заметил лёгкое движение пальцев. Он тут же бросился к кровати. — Она очнулась?! — радостно воскликнул Сын Так. Врачи мгновенно сгруппировались вокруг кровати, внимательно наблюдая за показателями. Со Ён начала шевелиться, затем медленно открыла глаза и увидела врачей, стоящих рядом. — Приветик, — мягко улыбнулся доктор Ко и помахал рукой в знак приветствия. — Добро пожаловать в реальный мир. — Кивни, если ты нас слышишь, — спокойно сказал Ён Мин, подходя ближе. Девочка едва заметно кивнула. Несколько врачей не сдержали радостных возгласов, но профессор Ча поднял руку, призывая к тишине. — Ты помнишь, как тебя зовут? — вновь спросил старший, на что девочка позитивно отреагировала. В палате повисло облегчённое молчание. Радость врачей была искренней, но даже её было недостаточно, чтобы передать то, что чувствовал Сын Так. Он был счастлив — потому что ребёнок очнулся, потому что был здесь, потому что она жива и не погибла из-за его ошибки. Он тут же выбежал, чтобы позвать мать девочки. Профессор Ча тем временем проверил показатели: давление стабильное, сердечный ритм ровный, насыщение кислородом в норме. Спустя некоторое время в палату вбежала мать Со Ён. Она плакала от радости, обнимая дочь, не в силах сдержать слёзы. — Спасибо вам, доктор... спасибо вам огромное, — женщина низко поклонилась профессору. — Это настоящее чудо... прямо перед Новым годом. Ён Мин медленно выдохнул. Пациентке ещё предстояло провести некоторое время в больнице для дальнейшего наблюдения и восстановления. Но самое главное уже произошло.

***

Когда палата снова погрузилась в относительную тишину, Ён Мин вышел в коридор и остановился у окна. За стеклом медленно падал снег — редкий, почти несвойственный этому городу. Свет фонарей делал его мягким и нереальным. Сын Так вышел следом и остановился в нескольких шагах. Некоторое время они молчали. После всего, что произошло, слова казались лишними. — Ты быстро заметил движение, — наконец произнёс Ён Мин, не оборачиваясь. — Хорошая реакция. — Я просто... смотрел, — Сын Так сжал пальцы в карманах халата. — Боялся пропустить хоть что-то. Ён Мин кивнул, словно этого было достаточно. — Сегодня ты был полезен, — добавил он после паузы. — Не только как ассистент. — Профессор... — Сын Так замялся. Он поднял на него взгляд, но профессор по-прежнему смотрел в окно. — Если бы тогда... если бы я не заметил... — Она бы всё равно была под наблюдением, — перебил Ён Мин спокойно. — Но ты заметил и это важно. Он наконец повернулся к младшему. В его взгляде не было строгости — только усталость, тихое одобрение и кое-что ещё, чего доктор Ко, кажется, не замечал. — Ты слишком часто винишь себя за то, что ещё не успел сделать, — продолжил он. — Но забываешь смотреть на то, что уже сделал правильно. — Мне иногда кажется, что я здесь по ошибке, — Сын Так опустил взгляд. — Если бы это было так, — сказал профессор Ча негромко, делая шаг ближе, — Ты бы не стоял сейчас рядом со мной. Он на мгновение замолчал, словно взвешивая собственные слова. — И я бы не позволял себе... — Ён Мин запнулся и отвёл взгляд. — Такие моменты. Сын Так некоторые время смотрел на старшего, а затем перевёл взгляд в окно куда-то вдаль. Он вспомнил слова Ён Мина, которые он сказал ещё утром, и задумался. Неужели он действительно заслуживает к себе такое отношение?

***

Время близилось к ночи. Профессор всё ещё ходил по палатам, проверяя состояние пациентов, поэтому о празднике не было времени даже подумать. Сын Так помогал ему, но одновременно боялся упустить тот самый момент, когда всё может измениться — к лучшему или к худшему. В конце концов доктор Ко вернулся в кабинет профессора и послушно ждал его там, всё ещё надеясь, что Ён Мин успеет прийти. Когда дверь наконец открылась, на часах было 23:41. Ён Мин заметил младшего, сидящего за его столом и слегка покачивающегося в кресле от усталости. — Профессор Ча... — Сын Так медленно повернулся к нему. — Можете исполнить мою последнюю просьбу в этом году? — Сын Так, хватит уже этих формальностей, — серьёзно сказал Ён Мин, присаживаясь на диван рядом со столом. — Перестань называть меня профессором. Ординатор замялся. Он всё ещё не до конца верил, что перед ним настоящий Ён Мин, а не тот призрак, что был раньше. Он достал стетоскоп и подъехал на кресле ближе к дивану, не отрывая взгляда от старшего. — Тогда... — он нервно сглотнул. — Можешь выслушать моё сердцебиение? Он на мгновение замолчал, нервничая от своих действий и не привычного обращения к профессору. — Оно сейчас... не из-за усталости, Ён Мин. — Что? У тебя проблемы с сердцем?! — Ён Мин резко повернулся к нему и выхватил стетоскоп из его рук. — Почему ты раньше мне ничего не сказал?! Он наклонился ближе и, аккуратно просунув руку под футболку младшего, приложил мембрану к его груди. — Почему такой быстрый ритм?.. — встревоженно произнёс он, прислушиваясь. От этой близости обоих бросило в дрожь. Никогда прежде они не были так рядом. У Сын Така в горле встал ком, и он не смог ответить. Ён Мин снова переместил стетоскоп, нахмурившись. — Ещё быстрее... — тихо сказал он, поднимая взгляд. — Так всегда... когда вы... ты рядом, — едва слышно признался Сын Так. — Кажется, я уже давно болен. И диагноз можешь поставить только ты. Он слабо улыбнулся, наблюдая за реакцией старшего. Ён Мин выглядел растерянным — будто не сразу понял, что именно услышал. — Твой диагноз... — начал он, но Сын Так не дал ему договорить. Он резко наклонился вперёд и едва коснулся губ профессора. Всего на несколько секунд — столько, сколько решался на этот шаг. Затем отстранился, внимательно наблюдая за его реакцией, уже готовый к отвержению. Ён Мин замер. Он не ответил — ни словами, ни поцелуем. Только смотрел на Сын Така... словно не знал, как дышать дальше. — Знаю... — нервно сглотнул Сын Так. — Это странно — прийти ординатором в больницу и почти сразу влюбиться в своего профессора... Ён Мин всё ещё молчал. Ему не послышалось? Влюбиться... в своего профессора? Сердце резко ускорило ритм, и старший инстинктивно положил ладонь себе на грудь, глубоко вдыхая. — Простите... Я, кажется, перешёл черту, — тихо продолжил Сын Так, опустив глаза. Он сделал паузу, собираясь с силами.— Мне, наверное... стоит уйти. Он осторожно поднялся и направился к выходу. Ординатор чувствовал, как слёзы подступают к глазам, но держался — хотя бы до того момента, пока не выйдет из кабинета. У профессора было всего несколько мгновений, чтобы решить. И этого оказалось более чем достаточно. Он не хотел его терять. Не мог. Одним резким движением Ён Мин схватил младшего за талию и потянул к себе. Сын Так не успел даже вдохнуть, как оказался у него на коленях. Старший удерживал его крепко, не оставляя ни единого шанса отстраниться. — Я же сказал — хватит формальностей, — тихо усмехнулся Ён Мин, прикладывая ладонь к его щеке. Сын Так хотел что-то сказать, но не успел. Профессор впился в его губы — уверенно, глубоко, так, словно это был последний день в их жизни. Он прижимал ординатора к себе, будто боялся, что тот исчезнет, целовал так, как будто это был их последний шанс. Слёзы, которые Сын Так так старательно сдерживал, всё-таки вырвались. Воздуха не хватало. И в этот же момент снаружи раздался глухой звук фейерверков. Ён Мин отстранился, сразу же взглянув на телефон. 00:00. Наступил Новый год. Он снова посмотрел на Сын Така с покрасневшими, заплаканными глазами. Ён Мин сторожно коснулся его щёк, вытирая слёзы, а затем крепко обнял. Ординатор всё ещё сидел у него на коленях. Уткнулся лицом в его шею, тихо всхлипывая, но впервые за долгое время чувствовал облегчение. — С этого момента ты мой... — прошептал Ён Мин, чуть отстранив его, чтобы заглянуть в глаза. — Мой любимый, маленький ординатор. — А ты мой всемогущий профессор, — слабо улыбнулся Сын Так, вытирая остатки влаги. — И... я уже не ребёнок. — Считаю, что это лучшее завершение старого года, — усмехнулся Ён Мин. — И лучшее начало нового. Он выглядел по-настоящему счастливым. Слишком долго он боялся позволить себе эту мысль — и вот она стала реальностью. Здесь, в эту ночь. Сын Так кивнул и прижался к нему ближе. А Ён Мин, притянув его за шею, снова заключил в поцелуй — уже спокойный, тёплый, уверенный и полный страсти. Доктор Ко всё ещё не верил, что такое возможно. В жизни Ко Сын Така и Ча Ён Мина начался новый этап — их общее, долгожданное начало. За окном грохотали салюты, возвещая новый год, новую жизнь. Но главное изменение Ён Мин чувствовал не снаружи, а здесь, в своём кабинете. Их новый год начался на полчаса раньше — с тихого удара сердца, которое отныне навсегда будет ассистировать его собственному.