О вреде курения

— Дай попробовать. Готье никогда не курил. Да и не задумывался об этом, пока со временем не начал залипать на кольца дыма, которые так любил выпускать Скэриэл. Его не столько интересовал сам эффект от курения, сколько эстетичная составляющая действия. Казалось, что сигарета в руке придает человеку особенный шарм пафосных мужчин из чёрно-белых фильмов, которые так не любила Габи. — Ого, неужели наш правильный Готи решил пуститься во все тяжкие? Парни сидели на грязной лестнице какого-то заброшенного здания в Запретных Землях. Скэриэл позвал Готье на прогулку, но не упомянул, где именно они собираются гулять. Слово за словом и Лоу смог убедить Хитклифа посетить его любимое место для посиделок, по пути взяв несколько банок пива. Сначала чистокровный активно отказывался, но позже, когда солнце начало садиться, захотелось не отставать от Скэриэла. Тем более он уже не маленький и может себе позволить расслабиться с лучшим другом. — Смотри не блевани. Не обещаю, что это будет вкусно, — язвительно пошутил полукровка и передал тлеющую сигарету. — Не разговаривай со мной как с ребёнком, — чуть обижено ответил Готье, но курево принял. Он долго рассматривал вещицу в своих руках, изучал пальцами и следил за осыпающимся пеплом. Лоу прожигал его насмехающимся взглядом, как бы говорящим: "Либо кури, либо отдавай обратно". Наконец Готье аккуратно приложил сигарету к губам, будто боясь, что та его может обжечь, и сделал первую затяжку. Лёгкие заполнились чем-то густым и неприятным, Хитклиф тут же закашлялся и в уголках глаз собрались мелкие слезы. Скэриэл прыснул со смеху. — Она слишком крепкая для тебя, попробуешь в другой раз что-то более лёгкое. — Нет, я хочу сейчас. Несерьёзное отношение парня только раззадорило желание Готье распробовать суть сигарет. Плевать, что горло горит, а на языке остался гадкий осадок, сейчас он не должен упасть в грязь лицом и ещё раз показать свою неопытность. Хитклиф вновь обхватил сигарету губами и попробовал снова — теперь вдыхая медленнее и глубже, без страха. На кончике свёртка послышалось характерное шипение, красный огонек чуть осветил пространство. Хитклиф выпустил дым тонкой струйкой. Голова пошла кругом, а напряжённые мышцы наконец расслабились. Если бы он не сидел на ступеньках, то наверняка бы свалился без сил прямо на бетон. Готье прикрыл глаза и откинулся назад, наслаждаясь ватными конечностями. — Ну что, как ощущения? — Скэриэл с кошачьей улыбкой рассматривал лицо Хитклифа, забирая сигарету из ослабших рук. — Приятно. Можно ещё? Готье лениво потянулся рукой в сторону полукровки, но тот лишь увернулся и сам сделал глубокую затяжку, через несколько секунд выдыхая прямо в белоснежные волосы и зарываясь в них длинными пальцами. — Нет, для первого раза хватит. Тебе ещё домой идти, помнишь? — Помню, — недовольно промычал Хитклиф, Но возражать не стал. За несколько следующих часов Лоу всё же расщедрился и поделился ещё одной сигаретой, но теперь целой. Готье готов был целовать ему руки, он с наслаждением потягивал курево и пытался делать колечки, но дым все никак не мог обрести нужную форму. В голову пришло дурацкое сравнение с темной материей, которую он так же способен извлечь из своего тела, но не в состоянии придать нужную форму. Когда над городом взошла луна парни вспомнили, что Хитклифу вообще-то нужно домой. Ехать чёрт знает сколько, а он ещё и в подозрительно приподнятом настроении. Лоу долго пытался убедить Готье чтобы тот написал полукровке как доберется до дома, но Хитклиф все пропускал мимо ушей. Смирившись с его состоянием, Скэриэл сунул ему последнюю "подарочную" сигарету в карман и усадил в такси.

***

— Где ты, мать твою, был. Гедеон встретил парня с самого порога. Сказать, что он был разъяренным, это всё равно что ничего не сказать. Во время поездки Готье, под влиянием теплого обдува убаюкивающих покачиваний машины, уснул. Около сотни пропущенных звонков от старшего брата Хитклиф увидел лишь тогда, когда водитель вежливо разбудил и попросил покинуть салон. В голове проносились тысяча мыслей, разворачивались разные картины предстоящей смерти от рук Гедеона, но туго соображающий мозг будто подавил подступающие эмоции. — Гулял. — Позволь поинтересоваться, с кем же ты в ночи, как ты выразился, гулял? — Гедеон сжал кулаки, не в силах сдерживать свою агрессию, — И с какой радости ты решил, что если Отец не ночует дома, то тебе позволено шляться по темноте чёрт пойми где и чёрт пойми с кем? Громкий голос ударял по ушам, голова потихоньку начинала болеть. Сил на очередную ссору у Готье не было. — Я был со Скэриэлом. Только спустя несколько секунд до Хитклифа младшего дошло, что именно он ляпнул. Судя по всему, одним лишь упоминанием своего друга он приблизил свою кончину. Даже не приблизил, а подошёл к ней в плотную, с вызовом всматриваясь в худощавое костлявое лицо. Гедеон больше не мог себя сдерживать, за несколько шагов он преодолел расстояние между ними и вжал Хитклифа во входную дверь. Готье больно ударился головой и зашипел, но сопротивляться не смел. Прямо над ним нависало лицо старшего, злое, с морщинкой между бровей. Готье на секунду пришла мысль докоснуться и разгладить ее, но он вовремя опомнился и стыдливо отвел взгляд. — Готье Хитклиф, чем от тебя пахнет? — чуть ли не по слогам выплюнул Гедеон. Расслабленность мигом сменилась паникой. Твою мать, неужели запах не успел выветриться? — Ничем, — глупая попытка оправдаться не увенчалась успехом, голос предательски дрогнул. — Это он дал тебе сигареты? — Гедеон больно потянул за волосы, заставляя поднять голову выше, — Смотри мне в глаза и не смей врать. Готье тихо пискнул от неприятных ощущений. Хватка только усилилась, а других оправданий в голову не лезло. Хотя и они были бы бессмысленными, старший давно всё понял и теперь лишь жаждал услышать честный ответ. — Это был единственный раз. Гедеон, отпусти, мне больно. — А курить тебе было не больно? Ещё и из рук полукровки, блять. Гедеон выругался и наконец отпустил чужие пропахшие волосы. Голова Готье упала вниз, теперь он смотрел себе под ноги, боясь вновь увидеть разъяеренного брата. Повезло, что отца нету дома, иначе скандал мог бы выйти на новый, международный уровень. Не сказав ни слова Хитклиф старший схватил парня за руку и потащил за собой как безжизненную куклу. Они поднялись в его комнату, Готье несколько раз чуть не навернулся на лестнице, но если бы понадобилось, то Гедеон тащил бы его и так. Отшвырнув младшего к окну, Хитклиф захлопнул дверь и распахнул ящик тумбочки, доставая оттуда целую пачку сигарет. Готье в них не разбирался, но они выглядели дорогими. Конечно, не гоже благородному чистокровному курить невесть что. Пачка полетела Готье в лицо. — Кури. До парня не сразу дошло то, о чем его только что попросили. (Просьбой это было назвать сложно, скорее приказ без возможности отказа). — Что? — Тупо уставившись переспросил младший. — Я сказал кури. До последней сигареты. Чтобы запомнился вкус и запретный плод больше не был таким сладким, — Гедеон любезно открыл окно и прислонился к стене, сложив руки на груди, — Вперёд. Я жду. Готье дрожащими пальцами открыл пачку и достал сигарету. Она была толстой, с золотой надписью и пахла чем-то шоколадным. Рядом с ним на столе лежала зажигалка с черным кожаным ремешком, не с первой попытки он подцепил ее со стола и, щёлкнув колёсиком, поджёг курево. Делать это под пристальным взглядом Гедеона было тяжело, но выбора не оставалось. Обхватив сигарету губами, Готье сделал первую затяжку и тут же закашлялся, согнувшись пополам. Краем глаза он заметил какое-то движение справа от себя. Ему показалось, или Гедеон дёрнулся? Наконец, смахнув слезы с покрасневших глаз, Хитклиф продолжил курить. Голова вновь закружилась, но ни о каком удовольствии и речи идти не могло. Так в окне исчез сначала первый окурок, потом второй и третий. С каждой выкуренной сигаретой становилось все хуже: ноги подкашивались, а ватные конечности казались самой настоящей мукой. Четвертая, пятая, шестая. В какой-то момент считать стало бессмысленно и Готье лишь медленно наблюдал пустеющую пачку, которая ещё совсем недавно была набита куревом. — Гедеон, я больше не могу. В чужом грозном взгляде на мгновение проявилась капля сочувствия. Гедеон видел, что Готье еле стоит, но мысли о полукровке не выходили из его головы. Как он вообще посмел.. Ладно, неважно. — Пачка ещё полная, — сочувствие быстро сменилось на привычное безразличие. — Пожалуйста, Гедеон.. — Готье уже был готов хныкать. В груди старшего что-то болезненно сжалось. — Кури. Будет уроком, — он оттолкнулся от стены и подошёл ближе, ловко достав ещё не скуренную сигарету и сунув себе в рот, — Может думать научишься. Теперь они курили вместе. Вдвоем, стоя перед окном в комнате Гедеона. Прохладный ветер иногда трепал их волосы и проходил по телу мурашками, оставляя призрачные поцелуи на открытых участках кожи. Готье начал кашлять все чаще. Пачка была пустой наполовину, от младшего розило шоколадом и табаком. Неожиданно для обоих Готье уронил голову на подоконник и начал шумно глубоко дышать, хватая воздух ртом. Морщинка между бровей Гедеона вернулась на свое привычное место, он положил руку на спину парня и попытался поднять, но тот не давался. — Меня сейчас стошнит, — еле слышно пробурчал себе под нос Готье, оседая на корточки. Сигарета так и осталась тлеть в его руках, но Гедеон тут же схватил ее и выбросил на улицу, даже предварительно не потушив об стену. — До туалета дойдешь? — в стальном голосе пробивалась нотка волнения, которую уже теперь не удалось скрыть. — Не уверен. Больше слов ему не требовалось. Хитклиф старший развернул Готье так, чтобы его удобнее было взять и заботливо поднял на руки, подхватывая того под ногами и усаживая поудобнее на себя. Готье смиренно прижался и опустил голову на чужое широкое плечо, стараясь не думать о том, что сегодняшний ужин вот вот готов выйти обратно. Гедеон ласково гладил младшего по спине и нес его в свою просторную ванную. Признаться честно, младшего брата никогда сюда не пускали и он впервые видел уборную Гедеона. Идеальный порядок, совмещённая с душем ванная и огромное зеркало во всю стену. Когда-нибудь потом Готье подумает о том, зачем его брату оно понадобилось в таком размере. Старший опустил Готье на холодную плитку перед унитазом и помог тому опуститься на колени. Парень весь дрожал, сил не хватало даже на то, чтобы держать спину ровной: он положил локти на чистый стульчак и начал придерживать свою голову, чтобы не упасть лицом вниз. — Засунь два пальца в рот, — Строго проинструктировал Гедеон, аккуратно собирая отросшие пряди младшего в аккуратный хвостик. — Нет, — Готье прикрыл глаза, сосредотачиваясь на прикосновениях к его затылку, — Это противно. — Не вынуждай меня, — Гедеон специально больно потянул за прядь но тут же прекратил, не желая превращать и так плохое состояние брата в пытку. Готье молчал, но с места не сдвинулся. От его лица отлила кровь, он выглядел болезненно бледным и истощенным. Хитклиф не мог больше на это осмотреть. Тихо выругавшись, он сел на корточки, резко убрал чужую опору в виде рук и засунул пальцы в рот сопротивляющегося брата. Из его глаз потекли слезы, он пытался отстраниться, но Гедеон лишь глубже просовывал пальцы в глотку и придавливал на основание языка. Наконец из горла младшего послышались характерные звуки, и за секунду до появления рвоты старший убрал свою руку, позволил Хитклифу беспрепятственно наклониться над унитазом.

***

Гедеон перенес обессиленного Готье на свою кровать, предварительно умыв того в раковине как сонного котенка. Младший стал выглядеть лучше, если не брать в расчет его красное зареванное лицо. Он злился, но не мог ничего сделать. По щекам вновь начали стекать слёзы то ли от усталости, то ли от несправедливости. Гедеон присел рядом и положил руку на чужую ладонь, слегка поглаживая ее большим пальцем. Жгучий укол стыда вонзился куда-то в грудь, а ведь именно он довёл брата до такого состояния. — Готье, ты в порядке? — Мягко постарался поинтересоваться Гедеон, но Готье лишь отвернул голову в противоположную сторону. Он молчал. — Не игнорируй меня. Старший потянулся к лицу Готье и костяшками провел по мокрой щеке. Надо бы извиниться, но он просто не мог достать из себя это ненавистные ему слова. Младший наконец отреагировал и повернулся обратно, щенячьими глазами впиваясь в лицо Гедеона, в то время как сам Гедеон не понимал, как же к парню подступиться. — Я был не прав. С моей стороны это было.. слишком грубо. — В какой-то момент я подумал, что упаду в обморок. Между ними повисла тишина. Гедеон тяжело вздохнул и подобрался ближе, укладываясь почти вплотную к брату. Ещё немного, и их носы бы соприкоснулись. Одной рукой старший продолжал держать щеку Готье, чтобы тот не решил вновь отвернуться. — Я разозлился. Ты не представляешь какого для меня слышать, что ты в тайне от меня куришь с каким-то.. — Гедеон хотел сказать привычное и одновременно с тем ненавистное "полукровкой", но остановил себя, — С плохо знакомым мне человеком. Вдруг тебе дали бы не сигарету, а что-то опаснее? — Скэриэл бы не сделал такого. Опять это блядское имя. Хотелось никогда больше не слышать его из уст Готье, а если надо, то вырвать насильно из лексикона. Но сейчас он лишь недовольно прищурился и чуть сильнее надавил на чужое лицо подушечками пальцев. — Готье, я волнуюсь за тебя. Казалось, все звуки в мире на мгновение замолкли. Это было настоящим откровением, которое не часто можно было услышать от Гедеона. Он был искренним, это видно по его глазам и заботливым прикосневниям, на которые он обычно ужасно скуп. — Извини, Гедеон, — почти шепотом произнес младший, после чего глаза вновь заблестели и соленые капли медленно потекли вниз. — Ну всё, тише. Гедеон приблизился и провел губами по мокрому следу. Мелкие поцелуи посыпались градом, Хитклиф пробовал на вкус чужие слезы, коротко, но нежно прикасался губами и иногда языком. Готье улыбнулся и постарался отпихнуть брата, но тот лишь сильнее прижался и завалился на младшего сверху, зарываясь пальцами в его влажные волосы. Дыхание Хитклифа под ним перестало быть таким ровным. — Ну всё, прекращай, — шутливо отмахивался он, положив руки на чужую грудь и как бы отталкивая Гедеона от себя. — Тогда прекращай реветь, — с лёгкой, несвойственной ему улыбкой произнес Гедеон, — Ты уже взрослый мальчик. — Вроде взрослый, а сигареты курить мне не разрешаешь. Взгляд Гедеона резко помрачнел. Пропала та лёгкость, на смену ему пришло обыденное недовольство. — Не начинай, Готье. — А не то что? — Хитклиф младший больше не смотрел взглядом жертвы, теперь он больше походил на хитрого лиса, — Заставишь выкурить оставшуюся пачку? Он знал, что не заставит. Знал и всё равно провоцировал, словно пытался проверить выдержку Гедеона. И Гедеон мог бы быть терпеливым, но не когда на него смотрят таким взглядом. От Готье все ещё пахло шоколадными сигаретами, Хитклифу пришлось подавить в себе желание прижаться и вдыхать запах с кожи брата. — А не то выпорю тебя и ни на секунду не пожалею. В глазах напротив заиграли огоньки. Маленькие черти с факелами прямиком из ада. — А может я этого хочу? — Готье теперь сам приблизился к чужим губам и томно выдохнул прямо в них, — Или у тебя кишка тонка? — Играть со мной вздумал, Готье Хитклиф? — Его имя Гедеон произнес особенно четко, — Тогда игра будет по моим правилам. Гедеон резко впился в губы мальчика, проникая языком настолько глубоко, насколько он был способен. Он кусал его губы, проводил языком по зубам и вновь сплетался с чужим языком, выбивая из младшего тихие стоны. Это была лучшая мелодия для его ушей, от одних лишь звуков жар завязался внизу тугим узлом. Когда воздух закончился, Гедеон так же резко отстранился и пальцами приподнял голову Готье, открывая доступ к белоснежной тонкой шее. Хитклиф горячо провел по ней языком, после чего больно укусил. Готье от неожиданности вскрикнул, но тут же зажал себе рот рукой. В качестве извинения Гедеон поцеловал сверху место укуса, постепенно спускаясь ниже. Растянутая домашняя футболка задралась, но старший решил, что его брату она вовсе не обязательна. Пришлось отстраниться чтобы снять ее. Готье хотел помочь, но Гедеон лишь ударил того по рукам. — Не трогай, я сам. Хитклифу младшему оставалось лишь приподнятся. Одежда быстро оказалась скомканной на полу, взору Гедеона предстало абсолютно прекрасное тело. Он видел его и раньше, но сейчас разглядывать его было особенно приятно. Почувствовав на себе голодный взгляд Готье сильно покраснел и уткнулся носом в подушку. — Нет, Готье. Так не пойдёт, — Гедеон опустился к разгоряченному телу и обхватил губами твердой сосок младшего, из-за чего тот опять обронил стон. Пришлось отстраниться чтобы договорить фразу, — Я хочу, чтобы ты смотрел на меня. Готье послушно вернул голову на место, и, о боги. От увиденного закружилась голова. Наблюдать Гедеона где-то снизу своего живота было просто восхитительно. Член младшего стремительно твердел. Даже от сигарет так не вставляло. Тем временем Гедеон целовал чужой живот, который Готье неосознанно втягивал от горячих прикосновений. Каждый раз, когда Гедеон задевал своим телом истекающий смазкой член, младший нетерпеливо ерзал и втягивал воздух через зубы. Конечно же Хитклиф заметил такую бурную реакцию, но ему было мало. — Не сдерживайся, Готье. Мы в доме одни, я хочу тебя слышать. И в этот же момент опустился ниже, прямо к бугорку, выпирающему из штанов. Последние, к слову, тоже только мешали, поэтому Гедеон медленно спустил их вниз. Убедившись, что Готье все ещё не отвёл взгляд, Гедеон обхватил головку прямо через тонкую ткань трусов. Младший выгнулся навстречу рту и, уже не сдерживаясь, издал громкий стон. Гедеон удовлетворённо ухмыльнулся и поднял голову, оставляя орган без внимания. — Такой отзывчивый. Только для меня, так ведь? Готье смотрел затуманенными глазами и несколько раз кивнул, давая положительный ответ. — Словами, Готье. Было стыдно, очень жарко и невыносимо мало прикосновений, поэтому Хитклиф пошел на поводу чужих желаний. — Да.. Да, Гедеон, только для тебя. — Хороший мальчик. Поощеряя покорность младшего, Гедеон поцеловал внутреннюю часть его бедра. Его самого уже вело от этого зрелища и изнывающего Готье, собственный член давно стоял и так же требовал внимания, но с этим можно подождать. Неожиданно Гедеон полностью отстранился, оставляя тело под собой недовольно ёрзать. Снизу послышалось недовольное мычание, но старший был намерен осуществить то, что изначально и задумал. Гедеон направился к шкафу и открыл нижний ящик. В нем, аккуратно сложенные, лежали его ремни. Готье поднялся на руках, наблюдая за действиями старшего и ожидая его возвращения. Вскоре Хитклиф действительно вернулся, с тонким коричневом ремнем, который тот обычно надевал к официальным костюмам. — Что ты.. — Я не шутил, Готье Дополняя свою угрозу, Гедеон приложил силу и ударил ремнем себе по руке, из-за чего по комнате разлетелся тяжёлый хлопающий звук. Услышав его Готье весь сжался, но все ещё не мог отвести взгляд от своего брата с чуть растрёпанными волосами и прожигающим взглядом. Обычно он стремился к идеалу, выглядел идеально и вел себя соответственно, но сейчас.. — Переворачивайся, — потребовал Гедеон приближаясь медленно, словно хищник, который выслеживает свою добычу, — Или я переверну тебя сам. Лицо Готье ещё больше залилось алым румянцем, но он послушался и сконфуженно лёг на живот. Ему ужасно хотелось прикоснуться к себе, но парень понимал, что без разрешения ему никто не позволит это сделать. Гедеон лишь фыркнул и залез на кровать пристроившись сзади. Он схватил младшего за ноги и поставил того в коленно локтевую позу, надавливая на поясницу чтобы тот прогнулся. На какое-то время Гедеон залип. Чужая задница выглядела слишком привлекательной, чтобы постараться отвести от нее взгляд. Он вновь и вновь любовался ей, пока в какой-то момент не потянул вниз чужие боксёры. Блядство. — Считай каждый удар вслух. Если собьешься, мы начнем заново. — Понял. — Умница. Начинай. Первый удар пришелся по правой ягодице. Пошлый звук шлепка одновременно со стоном Хитклифа разлетелись по спальне, а на нежной коже краснел длинный красивый след. — Раз. Гедеон провел пальцами по алой полосе, после чего сразу же ударил поперек неё. — Два. — Отлично справляешься, Готье. В качестве похвалы старший поцеловал пострадавшую кожу и провел языком прямо по линии удара, заставляя Хиткифа дрожать под собой. Так они дошли до седьмого удара, когда Готье сбился и начал тяжело дышать. Вся задница наливалась алым цветом, возможно потом останутся синяки, которые Гедеон будет залечивать своими поцелуями. — Гедеон, — жалобно проскулил Готье, стараясь посмотреть брату в глаза, — Пожалуйста.. — "Пожалуйста" что, Готье? Гедеон откровенно издевался, оглаживая ягодицы и иногда надавливая на колечко мышц, не позволяя себе проникнуть внутрь. — Убери ремень. — Ты провинился и должен получить наказание. Сам же меня попросил, — Гедеон навалился сверху и поцеловал между лопаток, чуть прикусывая кожу. — Я уже всё понял, просто дай мне кончить! Улыбка сама расползалась по нахальному лицу старшего Хитклифа, он выкинул ремень куда-то вниз и перевернул Готье лицом к себе. Он влажно поцеловал младшего в подбородок и обхватил рукой чужой стояк. Готье постарался толкнуться в руку, но Гедеон прижал его к кровати. Размашистые движения доводили Готье до безумия, он стонал и бесконечно повторял имя брата, пока наконец не излился ему в руку. По лбу стекали капельки пота, он откинул голову и зажмурил глаза, стараясь отдышаться. Гедеон лег рядом, вытирая руку об белую простыню. Вскоре Готье пришел в себя и вопросительно посмотрел на брата. — А что насчёт?.. — Взгляд многозначительно упал на чужой бугорок, все ещё выпирающий из под штанов. — Сам справлюсь. С тебя сегодня хватит, — Гедеон говорил ровным голосом, но лёгкая дрожь не могла ускользнуть от внимания Готье. — Нет, Гедеон. Позволь мне извиниться за сегодняшнее. Готье перебрался на колени старшего и подвигал бедрами, наблюдая, как Гедеон закусывает губу. Хитклиф спустился ниже и устроился между чужих ног, стягивая ненужные элементы одежды. Член Гедеона выскочил из трусов и прижался к его животу, пачкая смазкой. — Что ты.. Гедеон не смог договорить. Готье подул на головку и надавил на нее языком, прошёлся им по выступающей венке и взял в рот. Всего наполовину, полностью принять в себя Гедеона было сложно, но даже этого хватило чтобы старший хрипло простонал. Готье начал двигаться и брать все больше, из уголков губ на подбородок потекла его слюна, но он продолжал насаживаться ртом. Правило Гедеона о том, что взгляд должен быть всегда направлен на него, теперь сыграл против него же. Готье не отрывал глаза от расширенных зрачков Гедеона, в то время как второй запустил руку в чужие волосы и начал опускать глубже. Когда Гедеон понял, что близок к разрядке, он попытался оттянуть брата но тот лишь издал недовольный стон и взял почти полностью. Оргазм выбил Гедеона из жизни, он обильно кончил прямо Готье в рот, а тот как послушный мальчик принял каждую каплю и шумно проглотил. Невыносимый.. — Надеюсь ты больше не злишься за ту сигарету, — Готье вытер рот ладонью и лег на грудь тяжело дышащего брата. Гедеон лишь усмехнулся и прижал того ближе. — Спи, Готье.