Собачий переполох. Избранное

Вздыхая, Блейз спрятал телефон под подушку и поднял взгляд на Джинни, которая уже подходила к нему с небольшим стаканом, в котором что-то странно пузырилось. – Доброе утро, –сказала она мягко, с лёгкой улыбкой на губах, и протянула стакан. Он медленно сел на краешек дивана, ощущая, как голова гудит после ночных приключений. Когда Блейз взял стакан, он закрыл глаза, чтобы облегчить лёгкое головокружение. – Я, конечно, вел себя как истеричный мудак прошлой ночью… но неужели я заслужил яд? – с напускной трагичностью пробормотал он. – Пей, шутник, – Джинни села рядом, слегка коснувшись его плечом, и, махнув рукой в сторону кухни, добавила: – Я не нашла у тебя антипохмельное зелье, но Гермиона дала мне пару маггловских таблеток какой-то «Антипохмелин». Они, конечно, не такие эффективные, как зелье, но, по словам Герм, довольно действенные. На вкус с апельсинкой. Блейз слегка наклонил стакан из стороны в сторону, наблюдая за оставшимися пузырьками. Джинни немного раздраженно, но аккуратно подтолкнула его руку: – Пей уже, Мерлин… Блейз сделал несколько глотков и слегка сморщился от концентрированного апельсина. – Слишком… апельсиновое, – пробормотал он, делая последний глоток. – Спасибо, Джинни… Ты не подумай, я очень редко пью, поэтому и зелья у меня нет. Просто… Джини нежно прикоснулась указательным пальцем к губам парня, заставив того нервно сглотнуть и замолчать. Глаза её сияли мягким, успокаивающим светом, и Блейз ощутил, как сердце чуть сбилось с ритма. – Тебе не нужно передо мной оправдываться, – сказала она тихо, почти шепотом, – я всё понимаю. Эгоистично предполагаю, что это связано со мной. Я хочу кое-что сказать, чтобы ты понял, почему я не стала вдаваться в подробности встречи с Гарри… и не хочу, чтобы ты перебивал. Хорошо? Блейз кивнул и осторожно взял её ладони в свои. Его пальцы медленно скользили по тыльной стороне её рук, ощущая мягкость кожи и лёгкое дрожание под пальцами. В груди разлилось тепло, а дыхание постепенно замедлялось. Сквозь окно пробивался мягкий утренний свет, обволакивая комнату расплывчатыми контурами и оставляя на диване тёплые блики, которые прыгали, когда Джинни слегка подалась вперед. Лёгкий ветер с улицы доносил запах влажной листвы и шелест прохожих, но для них эти звуки казались приглушёнными, едва слышными, словно весь мир приготовился слушать, что скажет девушка. – Все знают, как я была влюблена в Гарри с детства… – Джинни тихо вздохнула, взгляд её скользнул по комнате, будто ища опору. – Я была так счастлива, когда мы начали встречаться. Я чуть ли не боготворила его, считала идеальным… он же избранный. Её плечи чуть поникли, и она грустно хмыкнула: – А после выпуска, когда мы начали жить вместе, начались проблемы. Бытовые и не только. Я всегда отменяла свои планы, чтобы мы проводили больше времени вместе. Все знают, какая у авроров нагрузка… Его дела всегда были важнее моих. И я всегда была просто подружкой великого Гарри Поттера. Со временем мне это надоело, и начались ссоры. Он не понимал, что меня не устраивает, хотя я прямо говорила… Блейз молча кивнул, сжимая её руки, ощущая лёгкое дрожание под пальцами. – В одну из ссор он предложил расстаться… – Джинни замялась, затем её взгляд будто заискрил, отражая солнечные лучи, проникающие сквозь окно. – И в тот момент во мне как второе дыхание открылось. Я не чувствовала себя разбитой. Да, было грустно, что мечта выйти замуж за Гарри Поттера не сбылась, но сама мечта уже давно умерла, осталась лишь привычка считать, что я всё ещё этого хочу. Я наконец могла позволить себе больше командировок — а ты знаешь, как это важно для спортивного обозревателя. За те полгода, что мы не были вместе, я очень выросла. Она сделала паузу, глубоко вдохнула, и Блейз заметил, как грудь её слегка поднимается и опускается, как руки слегка дрожат в его ладонях: – Гарри понял, какое влияние я на него оказывала… – её голос сначала тихий, чуть срывающийся. – Ведь, насколько я слышала краем уха от Рона, дела в Аврорате у него шли уже не так успешно, он стал рассеянным и нервным. Он понял, что именно я вдохновляла и направляла его, и захотел всё вернуть… Она слегка сжала его руки, выдавая тем самым, что её монолог даётся ей не так уж легко. – А я категорически этого не хотела. Я боюсь снова раствориться в человеке и потерять себя. Но я… – она сделала паузу, задержав взгляд на его глазах, – я чувствую, что влюбляюсь в тебя. Блейз моргнул, ошарашенно встречая её взгляд. Сердце сжалось и разжалось одновременно, дыхание снова замедлилось. – Да, это правда, – сказала она, мягко улыбаясь, словно обнажая своё сердце. – Но я так боюсь повторения той истории… ведь я не знаю, как строить здоровые отношения. Он тихо рассмеялся, лёгкая дрожь пробежала по телу, заставляя сердце биться чуть быстрее: – Теперь я не сожалею, что ушёл в запой… если он привёл к этому разговору, – сказал он, разворачиваясь к ней лицом, полностью. Поджав одну ногу под другую, он чуть наклонился ближе. Его пальцы всё ещё медленно скользили по её рукам, словно проверяя каждое движение, каждую реакцию. Было непонятно, кого он успокаивал этим жестом — себя или её. В груди разлилось тепло, смешанное с лёгкой тревогой и предвкушением – Джинни, у нас всё иначе… – его голос слегка дрогнул. – Хочешь, теперь я буду тонуть в тебе? Она фыркнула и отвернулась, пытаясь скрыть улыбку. – Шучу-шучу! – он рассмеялся, и лёгкая нервозность скользнула в голосе, придавая словам оттенок искренности. – Я хочу сказать, что Поттер идиот, если не замечал, как много ты ему даёшь… в первую очередь своё время. Но я благодарен ему, что он такой олух и отпустил тебя. Он опустил взгляд на их переплетённые руки. Пальцы чуть сильнее сжали её ладони, сердце колотилось, дыхание стало чуть прерывистым от волнения и предвкушения того, что он собирался сказать наконец вслух, а не держать это в голове вот уже несколько недель. – Я уверен, что мы можем хотя бы попробовать… – сказал он наконец, делая лёгкую паузу, чтобы дать ей время переварить слова. – А там уже посмотрим, подходим мы друг другу или нет. Если ты не готова — я пойму. Но знай, что ты всегда сможешь на меня рассчитывать, что бы ни случилось. Он замолчал и опустил взгляд на их переплетённые руки. Сердце билось всё сильнее, каждый удар отдавался внутри грудной клетки эхом, предвкушая её ответ. Внутри всё противоречиво бурлило — он не знал, что ещё сказать, чтобы склонить чашу весов в свою сторону. Решив терпеливо ждать, он ощутил, как с каждой секундой тишины напряжение становится почти невыносимым, будто сердце вот-вот взорвётся от ожидания. Джинни плавно освободила одну руку из его ладони, её пальцы нежно скользнули по его коже, задержавшись на щеке, словно проверяя, как он отреагирует. Лёгкое прикосновение было почти электрическим, маленький жест, который заставил парня замереть и ощутить тепло, разливавшееся по всему телу. – Блейз, – мягко произнесла она, поймав его взгляд, – после всех тех милых фактов, что ты обо мне пьяный рассказывал ночью… ты правда думаешь, что я могу не дать нам шанс? Её улыбка — с ямочками, обрамлёнными россыпью веснушек — мгновенно сорвала последние оковы в голове Забини. Он не смог ждать ни секунды дольше: притянул Джинни к себе, усадил на колени и впился в её губы — те самые, что манили его ещё со школьных времён. Теперь он имел полное право ворваться в их тепло — глубоко, жадно, с едва слышным предыханием. Пальцы скользнули в шелковистые пряди у затылка, переливавшиеся золотом в лучах осеннего утра, притягивая её всё ближе — будто не желая оставлять ни миллиметра воздуха между ними. – Мой золотой дракончик… – выдохнул он, едва отрываясь от её губ. Прозвище вызвало у Джинни новую улыбку — тёплую, сияющую, будто в ней отражалось всё то счастье, что наконец обрело форму. – Мне нравится, когда ты так меня называешь и так смотришь на меня, – прошептала она, ладонями скользя по его груди вверх, затем обвила шею с обеих сторон и снова потянула его к себе для поцелуя. Их улыбки сквозь поцелуи делали каждое соприкосновение невинным и чистым, мягкая кожа касалась кожи, и в этом моменте не существовало ничего, кроме них. – Вообще, я завтрак приготовила. Но он, наверное, уже остыл, – сказала Джинни, слегка отстранившись. – Mia Bella, – удивлённо и с улыбкой сказал Блейз, – ты ещё и готовить умеешь? – Конечно! – рассмеялась она. – Ты что, не знаешь, кто моя мама? У меня не было выбора, кроме как научиться готовить. – Я готов носить тебя на руках после каждого приготовленного тобой блюда, – добавил он с игривой серьёзностью, кончиком пальца легко проведя по её плечу. – Не зря руки качал, да? – усмехнулась Джинни, обвивая его шею. – Именно, – подхватил он с улыбкой. – Пошли позавтракаем. Твою еду я готов есть даже остывшую — и всё равно восхищаться ею. Джинни рассмеялась и вскрикнула, когда Блейз внезапно поднял её на руки. – Не забывай, что мы волшебники, – подмигнула она, – можно просто подогреть еду палочкой. – Ведьма! – воскликнул он, смеясь, – не порть мой романтический жест! Комната наполнилась их смехом, лёгким и искренним. Наконец-то все волнующие моменты были позади, и они могли наслаждаться тёплой, уютной атмосферой, ощущая радость и спокойствие, которое приносит осеннее утро рядом с любимым.