Собачий переполох. Избранное

— Ты помнишь, как Драко делал мне предложение? — мягко улыбнулась девушка, покачивая на руках маленькую копию своего мужа. — Так что то, что Блейз уронил кольцо в песок, вовсе не трагедия. У нас и похуже случалось. Они сидели в солнечной гостиной поместья Малфоев — того самого, что стало для Гермионы настоящим домом после свадьбы. Да, у них всё ещё была просторная городская квартира Драко, но она давно превратилась в убежище для примирений. Гермиона всегда была эмоциональной, а уж во время беременности чувствительность и вовсе стала настоящей бурей. И в моменты, когда она начинала волноваться, злиться или плакать без причины — а причины действительно были не важны — она предпочитала не тревожить Нарциссу, самую тактичную и заботливую свекровь на свете, и уезжала в ту самую квартиру. Как правило, ненадолго. Потому что Малфой появлялся там быстрее, чем девушка успевала себя накрутить. И тут же принимался вымаливать прощение, даже если понятия не имел, за что именно. Со временем он понял, что Гермиона совершенно не может устоять, когда он стоит перед ней на коленях. И Драко, будучи прагматиком, без тени смущения использовал этот факт, чтобы вернуть жену домой… каждый раз. — Ох, какое из них? — неловко усмехнулась Пэнси, пригубив чай. На её коленях уютно устроилась малышка Лира, которая, похоже, и не собиралась отпускать крестную. Да, она обожала свою новую маму больше всего на свете, но, словно чувствуя оставшиеся в душе Паркинсон старые раны, девочка неотступно грелась рядом — и вместе с Гарри потихоньку вытягивала Пэнси обратно в жизнь. Паркинсон явно расцветала: перестала прятать лицо под темными прядями, чаще улыбалась и всё активнее участвовала в дружеских посиделках. — Да любое, кроме последнего, — тихо хихикнула Гермиона. Она осторожно положила малыша в кроватку, и, устроившись в кресле напротив подруг, продолжила покачивать сына — надеясь выпросить у Вселенной хотя бы полчаса тишины. — Сколько у него вообще было попыток? Три? Четыре? — уточнила Пэнси, приподняв бровь. — Пять не хочешь? — встряла Джинни, лениво покручивая шампанское в бокале. Она была единственной, кто пил алкоголь в этой компании, и явно наслаждалась этим преимуществом. — Ну… если учитывать самую первую, когда доктор Теллбот сообщил нам о беременности,— то уже шесть, — призналась Гермиона, пытаясь не слишком широко улыбаться. Но не вышло. Одно воспоминание о тех сценах заставляло её лучиться теплом. Драко Малфой был перфекционистом во всём. И если в работе у него всё получалось с первого раза — словно по мановению волшебной палочки, то, что касалось отношений… будто кто-то сверху решил устроить ему проверку на прочность. Иногда, в моменты отчаянного гормонального перепада, Гермиона всерьёз заявляла, что сама Вселенная против их союза. Иначе чем объяснить столько неудачных попыток? И, возможно, это был знак — тот самый, о котором она вспоминала только в приступах отчаяния: что соглашаться не стоило. — Как я могла забыть, — улыбнулась Джинни, склонив голову к Гермионе. Затем она повернулась к Пэнси, лукаво поблескивая глазами: — Может, всё-таки выпьешь? Оно почти безалкогольное. Или ты поддерживаешь Гермиону, которой нельзя? Пэнси мягко покачала головой, прижимая ладонь к маленькой Лире на коленях. — Ох, нет, спасибо. Ты ведь знаешь моё отношение к алкоголю. — Ну да, ну да… — протянула Джинни, многозначительно поднимая бокал. — Разум всегда должен быть кристально чистым. Извини, дорогая, забылась. — Всё хорошо, — с лёгкой улыбкой ответила Пэнси. Её голос звучал удивительно спокойно, будто убаюкивая и Лиру, и саму атмосферу комнаты. — Так… вернёмся к предложению Блейза? — О нет, подожди, — мгновенно оживилась Джинни, подалась вперёд и почти радостно заискрилась. — Я хочу услышать ещё немного о провалах Малфоя. Так прекрасно знать, что и он не идеален. Она тихо хихикнула, едва не пролив шампанское, а Гермиона закатила глаза, но её улыбка лишь стала мягче — теплее и счастливее, чем когда-либо, вспоминая каждый провал её горячо любимого мужа. — Самое смешное в том, — Гермиона слегка прикрыла глаза и хихикнула, — что я каждый раз соглашалась. Каждый раз! А он всё равно говорил: «Нет, недостаточно идеально». Девочки, вы представляете? За месяц пять провалов! Настоящий удар по его самолюбию… — И что же ему было не так? — Пэнси заговорила с любопытством, которое едва скрывало удивление. До этого момента она слышала только о первой попытке и о той последней, которая попала в газеты. — Ох, — улыбнулась Гермиона, глядя на Пэнси и Джинни, — каждое из них было особенно по-своему… Джинни, не скрывая улыбки, потянулась за бокалом: пересказ Гермионы был для неё одним из маленьких удовольствий жизни, каждый раз вызывая вспышки смеха и лёгкое трепетание сердца. — Ох, второй раз был буквально сразу после того, как мы вернулись от Нарциссы, — Гермиона невольно улыбнулась и поиграла бровями, — и он как следует отблагодарил меня за наследника, если вы понимаете, о чём я. Джинни хихикнула, а Пэнси сжалась в лёгком смехе, слегка скривив лицо от неожиданного поворота разговора. — И тут у него вырвалось… признание в любви. Настолько трогательное, что я, честно говоря, не буду пересказывать — а то расплачусь опять, — Гермиона прикрыла глаза рукой. — И закончил он всё самым драматическим образом, задав вопрос, выйду ли я за него. Она вздохнула: вспоминая, что после трёх оргазмов была готова согласиться на всё, что он предложит. И с улыбкой добавила: — Сказала ему только, что Нарцисса такое предложение тоже не оценит, а у него скоро появится шишка на затылке. Джинни захохотала, слегка взболтав бокал шампанского, и парочка капелек упала на диван. — Ой, извини! — взмахнула палочкой рыжая, мгновенно убрав следы. — Не останавливайся, рассказывай, дальше — моё любимое! — На следующие выходные мы с ним полетели во Францию, — начала Гермиона, глаза её блестели от воспоминаний, — и обедали в крошечном ресторанчике прямо внутри Эйфелевой башни. Всё было как в фильме: музыканты начали играть, он опустился на одно колено, а я вместе со всеми гостями замерла, почти перестав дышать. Она не смогла сдержаться и прикрыла рот рукой, смеясь. — И тут, — Гермиона чуть согнулась от смеха, — из ниоткуда налетела стая голубей. Не знаю, почему, но им очень понравился Драко, и они решили «одарить» его своими… богатствами, если понимаете, о чём я. Джинни рассмеялась, а Пэнси чуть не выронила чашку. — Драко был в гневе, — продолжила Гермиона, продолжила, цитируя его: «Чертовы птицы испортили самый тёплый день ноября, идеально подходящий для предложения». — Конечно, мы провели чудесные выходные, — тихо добавила она, — но после этого Драко больше не пытался. Решил, что раз Париж не хочет его идеальных планов, он не подарит этому городу наше воспоминание. Гермиона отхлебнула чай и мягко поставила чашку на стол, взгляд её блуждал куда-то вдаль, вспоминая тот день. — Малфой всегда был холодным и сдержанным, — вздохнула Пэнси, слегка грустно улыбаясь, — но я всегда верила, что найдётся кто-то, кто растопит его сердце. Не думала только, что «той самой» окажется Гермиона Грейнджер. В какой-то момент я действительно отстала от жизни. — Так, не отвлекаемся, — подхватила Джинни, уводя Пэнс от грустных мыслей. — Что было дальше? Гермиона снова улыбнулась, сдерживая смех и лёгкую грусть одновременно — воздух в комнате наполнялся уютом, теплом и ожиданием новых историй. — Ох, я совсем забыла, — Гермиона слегка прикрыла глаза, будто хотела собраться с воспоминаниями, — после второй попытки я рассказала Драко о своём желании удочерить или усыновить ребёнка. Он согласился… но попросил немного прожить с этой мыслью. — Так вот, — продолжила она, глаза снова заблестели, — после Франции мы отправились в детдом, как вы знаете. Но вы ещё не слышали самое важное… Я впервые видела там слёзы Малфоя. Представьте себе: Лира обнимает его за ногу и тихо спрашивает: «Ты мой папочка, да?» Пауза. Гермиона улыбнулась сквозь лёгкие слёзы воспоминаний. — Ох, тут, — мягко вздохнула Джинни, смахивая блестящую слезинку, — только сухарь не расплакался бы. Пэнси же молча смотрела на мирно спящую кроху, стараясь впитать каждый момент, словно маленькое чудо перед ней. — Нам дали список документов для оформления опекунства, — начала Гермиона, мягко улыбаясь, — но сказали, что важно, чтобы мы были в браке. И вот Драко решил, что пора ускориться и сделать самое идеальное предложение за все времена. И знаете, что этот умник придумал? — Что же? — с интересом приподняла бровь Пэнси. — Он заказал нам полёт на воздушном шаре, — Гермиона едва сдержала смешок, — девушке, которая боится высоты, и парню, не доверяющему ни самолётам, ни тем более корзинам без страховки, без окон и с костром над головой, как выразился Драко. Она на мгновение сделала паузу, с улыбкой вспомнив, как это выглядело. — В общем, — продолжила она, хихикая, — я даже не дала ему договорить свою нервную речь и сказала: «Согласна, только давайте спустимся поскорее!» — Ой, а мне бы такое предложение точно понравилось, — улыбнулась Джинни, представляя картину. — Ты у нас дама экстремальная и любишь высоту, — ответила Гермиона с игривой улыбкой, — так что тебе, конечно, бы понравилось. — Про ещё одно я вам не буду говорить, — Гермиона нервно улыбнулась, стараясь скрыть смешок. — Эй, почему?! — возмутилась Джинни, подтолкнув Пэнси в бок, ища поддержки. — Гермиона, нам очень интересно, что ещё вычудил Драко. Колись! Гермиона замялась, немного покраснев: — Ну… — начала она тихо, — там, скорее, я сама всё испортила. Мы приехали в поместье с Малфи и Гррейнджи навестить Нарциссу, и после обеда Драко увел меня на прогулку по саду. Мы остановились возле небольшого озера, в котором плавали радужные лебеди… таких я видела впервые, если честно. Она глубоко вздохнула, пытаясь собрать мысли: — Я уже не ждала сюрпризов и думала, что наши приключения с воздушным шаром закончились. Я очень просила Драко успокоиться и думала, что убедила его: неважно, как будет сделано предложение, главное — кто его делает. Гермиона на мгновение умолкла, слегка прикрыв лицо рукой, чтобы скрыть румянец и лёгкую улыбку. — Ну… а дальше, — она глотнула воздуха, — вы уже знаете, что у меня был ранний токсикоз со Скорпом, и… ну… — Ты блеванула на Малфоя! — Джинни уже не могла сдержаться, хохот прорывался сквозь слова. — Что?! — Пэнси подавилась от удивления. — Джинни! — шепотом прикрикнула Гермиона на подругу. — Просто во время его речи пробежала Гррейнджи и запрыгнула прямо в озеро. Лебеди перепугались, начали махать крыльями… видимо, самец пытался защитить свою даму от наглой гостьи. А я, — Гермиона смущённо прикрыла лицо рукой, — наелась печенья Нарциссы, испугалась всей этой суматохи… и, в общем… меня вырвало на туфли Драко. Её щеки пылали румянцем, а глаза блестели от смеха и лёгкой неловкости. — Мерлин, — с улыбкой до ушей выдохнула Джинни, — седьмой раз слушаю эту историю, и каждый раз она не менее смешная! Пэнси тихо усмехнулась, глядя на Гермиону с удивлением и восхищением: даже из самых неловких ситуаций умудрялась рождаться настоящая комедия. — Слава Мерлину, последнее предложение было великолепным! — с улыбкой сказала шатенка, глядя на Джинни. — Помнишь нашу командировку с Драко в Амстердам? — О да… — тихо протянула Джинни, уже предвкушая историю. — Я уже тогда поняла, — продолжила Гермиона, глаза её блестели, — что не смогу долго убегать от Малфоя. Слишком сильно его люблю, и могу спокойно засыпать только в его объятиях. В общем… да. Из-за вечного токсикоза, честно говоря, я уже и забыла про эту «идею фикс» Драко с предложением, — она перевела дыхание, вспоминая ту атмосферу. — Мы шли по набережной, выпал первый снег, а воздух был приятным и слегка морозным. Малфи и Гррейнджи побежали вперёд, а мы с Драко остановились. Мне и в первый раз там понравилось, а во второй было особенно чарующе со снегом. Мы обнимались, целовались, а Драко шептал мне на ухо, как сильно любит. И вдруг к нам подбежал Малфи… с каким-то клочком бумаги во рту. Я наклонилась, взяла его, посмотрела на Драко. Он лишь пожал плечами и попросил развернуть послание. — И что там было написано? — нетерпеливо спросила Пэнси, глаза её блестели от любопытства. — Он написал, что убил своего внутреннего перфекциониста и понял: не существует идеального предложения для такой девушки, как я. — Гермиона чуть прикрыла глаза, слёзы уже подступали. — Но он обещает, что постарается сделать мою жизнь идеальной, если я соглашусь провести её с ним. А внизу был вопрос: «Ты выйдешь за меня?» Её голос дрогнул, когда она продолжила: — А потом… подбежала Гррейнджи, у неё на спинке была прикреплена маленькая коробочка. Драко взял её, опустился на одно колено и уже сам спросил меня, согласна ли я. Гермиона прикрыла лицо руками, пытаясь сдержать эмоции. — Чертов романтик… — всхлипнула Джинни, с трудом сдерживая улыбку и слёзы. — Все эти попытки стоили финального предложения, — тихо улыбнулась Гермиона, — без размаха, без пафоса, значимого только для нас двоих. — Я просто разогревался, дорогая, — уверенный, мягкий голос прозвучал из дверей гостиной. В комнату вошёл блондин, чьё обаяние и спокойная уверенность совершенно контрастировали со всеми его нелепыми попытками предложений руки и сердца. Следом за ним вошли Блейз и Гарри. Маленькая Лира проснулась от шороха шагов, широко распахнула глаза и радостно бросилась к Драко, запрыгивая ему на руки. Его лицо расцвело мягкой улыбкой. — Папочка! — радостно воскликнула Лира, обвивая шею Драко и прижимаясь щекой к его груди. — Привет, солнышко, — шепнул он ей на ушко, не отрывая взгляд от Гермионы. — Мама с подружками хорошо себя вела? Блейз и Гарри устроились рядом со своими дамами, наблюдая за трогательной сценой. — А где Хиро? — встревоженно спросила Пэнси, взгляд её бегал по комнате. — И Забик с Апельсинкой? — добавила Джинни, повернувшись к жениху. — Разносят сад Нарциссы вместе с Малфи и Гррейнджи, — усмехнулся Драко, заметив их удивлённые лица. — Она будет не рада, когда вернётся из отпуска с Молли, — предостерегла Гермиона, качнув головой. — Это точно, — усмехнулся Драко, — но я уже присмотрел для неё новые виды роз, думаю, смогу задобрить. — Он присел рядом на подлокотник кресла и мягко поцеловал Гермиону в макушку. — Как там наш Орион? Не пинался без меня? — его рука легко скользнула на уже заметно округлившийся живот. — Может, это Андромеда такая послушная, — улыбнулась Гермиона, — не поверю, что мальчик может быть таким спокойным после опыта со Скорпом. Гарри тихо что-то прошептал Пэнси на ухо и погладил её стройный живот, а она невзначай повела головой, словно откликнулась на прикосновение. Эти краткие движения не остались незамеченными для Гермионы, которая наблюдала за ними. — Пэнс, ты ничего нам не хочешь сказать? — спросила Гермиона с теплой улыбкой, слегка наклонив голову, и Пэнси почувствовала, как у неё выступил лёгкий румянец. — Ох, да, я совсем забыла… — тихо проговорила она, смущённо улыбаясь. — Тетя Пэнси, ты наконец хасскажешь им свой секъет? — белокурая Лира спрыгнула с коленей отца и радостно подбежала к крестной. — Я чесно сохъаняла его! — прошептала девочка, заглядывая Пэнси в глаза. Пэнси глубоко вздохнула, улыбка расплылась по лицу, и Гарри, заметив момент, гордо обнял жену за плечи. — Мы ждём ребёнка! — торжественно и с сияющими глазами произнёс он, и радость в комнате мгновенно стала ощутимой для всех. — Ого! — удивлённо выдохнул Блейз, не скрывая радости. — Вау… — протянула Джинни, осознавая, что явно проигрывает в негласном «соревновании» по количеству детей в компании друзей, но это не мешало ей порадоваться за подругу. — Я так рада! Поздравляю! — улыбнулась Гермиона, искренне разделяя эмоции. — Детка, как ты могла не рассказать секретик своему папочке?! — возмутился Драко, слегка гримасничая. Лира моментально подбежала к отцу и чмокнула его в щёку, извиняясь. — Папочка, это же девичьи секъетики! — Лира аккуратно прикоснулась указательным пальчиком кончика носа Драко, а он театрально выдохнул, принимая её оправдание — Так уж и быть, прощаю. Поздравляю, Поттеры, — с лёгкой улыбкой сказал Драко, приобнимая жену. Блейз тихо что-то прошептал Джинни, и они встали, прощаясь с друзьями. — Эй, вы куда? А как же ужин?! — удивлённо воскликнула Гермиона. — Мы пошли уравнивать счёт по количеству детей! Встретимся в следующем месяце, всех целую! — смеясь, ответила Джинни, взяв Блейза за руку, и они весело выбежали из гостиной, оставив за собой лёгкий шлейф смеха и веселья. Следом за ними дом покинули и Поттеры. Гарри не отрывал нежного взгляда от Пэнси, слегка улыбаясь, и эта тихая, трогательная сцена невольно довела Гермиону до слёз. — Как провели время? — мягко спросил Драко, притягивая её к себе со спины, обнимая и укладывая ладони на любимый животик. — Чудесно… — улыбнулась Гермиона, глаза её светились теплом и радостью. — Я рассказывала, как ты делал мне предложение… все шесть раз… В ту же секунду родители почувствовали лёгкий толчок — первый уверенный привет от Андромеды. Будто она решила поприветствовать папу… или дать понять, что его прошлые «провалы» повеселили и её тоже. Гермиона тихонько рассмеялась, Драко склонился к её плечу, а их руки переплелись на животе — в простом, тёплом моменте, который стал идеальным для них.