🥀«Я положу трупы к твоим ногам.» [Книга 1.]

Глава 17. Ривер

На следующее утро в семь часов зазвонил будильник. Я выключил его и перевернулся, чтобы поцеловать и разбудить Тео. Мне хотелось остаться с ним в постели на весь день. Было найдено только одно тело, и оно было из округа, где не было соответствующих служб, а это означало, что он, вероятно, был неизвестным. Не имело значения, подготовлю ли я его к кремации сегодня, завтра или на следующей неделе, главное, чтобы нас не завалили телами.  Если я скажу папе, что заболел, он начнет читать мне нотации об ответственности и важности дисциплины. Через час он уже будет у моей двери, требуя, чтобы я вышел на работу. Он прав, ведь это действительно имело большое значение для меня. Однако Тео тоже был важен для меня. Я прижался к его ноге, наслаждаясь его запахом и ощущая ответную твердость его члена. – Зачем был будильник? – спросил он сонно между поцелуями. – Мне нужно идти на работу, – ответил я и снова поцеловал его. – Во сколько тебе нужно идти на работу? – Скоро, – я просунул руку между нами и соединил наши члены в своей ладони. – Но это не конец света, если я опоздаю в этот раз. Он тихо захрипел, когда я стал настойчивее двигаться. – Тебя не беспокоит, что мы говорим о трупах, пока занимаемся этим? – А должно беспокоить? – я лизнул засос, который оставил накануне вечером. – Почему? Тео повернулся, чтобы посмотреть на меня. – Не знаю. Тела и похороны — не совсем обычная тема для разговоров в постели. – Может, ты и прав. Однако ничто так не напоминает о том, что ты жив, как смерть. Секс и похороны идут рука об руку, как мухи и фрукты. На самом деле, это одно из самых распространенных мест — после баров — где люди знакомятся. – Интересно, почему так, – мечтательно сказал Тео, его голос стал гуще. – Понятия не имею. Шепард — психиатр, а не я. – Интересно, а если... Я прижал ладонь к губам Тео, заглушая его следующие слова. – Я не хочу разговаривать, – сказал я и впился зубами в его плечо. Я хотел укусить его за шею, но он просил меня этого не делать, и я уважал его просьбу, по крайней мере, до тех пор, пока не заставил его передумать. Приглушенный стон Тео вибрировал в моей ладони. Когда он открыл рот, я засунул в него пальцы. Он охотно сомкнул губы, начав сильно сосать их, и закрыл глаза, с безмятежным выражением лица. Черт возьми, он был прекрасен и чертовски совершенен. Несправедливо, что я не нашел его раньше. Я медленно провел кулаком вверх и вниз, работая с нами одновременно. Чтобы он кончил, понадобилось бы некоторое время, возможно, даже больше, потому что он уже три раза это сделал прошлой ночью. Но мне было все равно. Я наслаждался каждой секундой, проведенной с ним, каждым горячим вздохом, каждым тихим стоном. Эти звуки принадлежали мне, и он больше никогда не будет издавать их для кого-то другого. Мир мог подождать. Тео был единственным, кто имел значение. Однако постепенно его дыхание участилось, и он начал дрожать. Я вытащил пальцы из его рта, чтобы он мог полноценно дышать. Он сразу же глубоко вдохнул и начал кончать, сильно дрожа, как в судорогах, с открытым ртом в беззвучном крике, когда он изливался в мой кулак. Через секунду я последовал за ним в блаженство, а затем рухнул на него, тяжело дыша. – Думаю, нам нужно еще раз принять душ, – рассеянно сказал Тео. Я в знак согласия хмыкнул. – А потом заедем к маме на завтрак. После душа мы сели в машину, и поехали к маме. Тео не был в восторге от моего плана провести с ней утро, но я пообещал отвезти его на обед и компенсировать ему это во второй половине дня. Шепард предположил, что домашние дела пойдут Тео на пользу, а это была сфера деятельности мамы. Она заставит его подметать полы, печь печенье и мыть посуду, пока он не будет слишком уставшим, чтобы думать о том, что с ним произошло. Так она поступала со всеми нами в начале. Ну, со всеми, кроме Уора, но его ОКР делал уборку невероятно сложной задачей. Я понял свою ошибку, как только мы вошли в кухню и обнаружили, что Ксандер уже был там. Глаза Ксандера расширились, и он сразу же заметил след на груди Тео, который был хорошо виден благодаря тому, что Тео надел футболку с V-образным вырезом. – Брат. Это засос? Я рыкнул на него: – Как будто у тебя их не полно. Ксандер согласился с этим, пожав плечами, и вытащил свой поп-тарт из тостера раньше времени. Он плюхнулся за стол и остановился на полпути, когда входная дверь с грохотом открылась, и в прихожую вошел очень потный Уор, прижав телефон к уху. Его глаза были опухшими, как будто он не спал, что было странно для него. Уор ценил свой сон. – Дело не в деньгах, – говорил он. – Кен, мы договорились, что ты будешь ждать. Это была твоя чертова идея! Не повышай на меня голос! – он вздохнул и сжал переносицу. – Слушай, если ты подпишешь этот контракт, у тебя не будет времени, чтобы… – он опустил руку, успокоившись. Когда он продолжил, его голос был совершенно ровным. – Нет, я понимаю. Конечно. Да. Поговорим позже, – он повесил трубку и уставился на телефон, лежащий в его ладони. Я скрестил руки. – Могу я теперь убить твоего парня-инструмента с аскотом? Он вздохнул и прикрепил телефон к бедру, не глядя на меня. – Он не мой парень. Уже нет, – Уор вставил наушники обратно в уши и побежал по лестнице. Я нахмурился. Это было совсем не похоже на него, по крайней мере, полное отсутствие эмоциональной реакции. Расставание с Кеном было довольно обычным делом. За последние три года они расставались и снова сходились полдюжины раз. Я оглянулся на Ксандера. – Не смотри на меня, – сказал Ксандер, с полным ртом поп-тарта. Я подошел, чтобы поцеловать Тео в щеку. – Позавтракай. Я скоро вернусь, – сказал я ему и побежал вслед за Уором по лестнице. У двери комнаты Уора я остановился. Дверь была приоткрыта, и он так громко включил музыку в наушниках, что я смог узнать песню. Я открыл дверь и остановился в дверном проеме, очевидно прервав его энергичные упражнения. Он сделал паузу, чтобы хмуро посмотреть на меня, вытащив один из наушников. – Что тебе нужно? Я скрестил руки. – Тейлор Свифт? Уор, если хочешь помучить себя, есть способы получше. – Иди на хрен, – он снова прижался спиной к полу. – Закрой дверь, когда будешь уходить. Я вздохнул, вошел и закрыл за собой дверь. – Да ладно, Уор. Мы с тобой оба знаем, что Кен примет тебя обратно, как всегда. Не драматизируй. – Он мне изменяет, – сказал Уор, оставаясь лежать на полу. – На этот раз, по-моему, со своим менеджером. – И он все еще дышит? Уор сел и бросил на меня предупреждающий взгляд. – Тебе нельзя убивать Кена, Ривер. – Не говори мне, что он тебе действительно нравился? – я поднял бровь. Мы все знали, что Уор и Кен были вместе только потому, что Уор хотел детей и по какой-то причине считал Кена идеальным отцом. У них был пятилетний план: жениться и усыновить пару сирот из какой-нибудь раздираемой войной страны или что-то в этом роде. Мне было все равно. Меня волновало только то, что Кен был придурком, который издевался над моим братом. Уор смотрел мимо меня в пустоту. – Я купил кольцо, Ривер. Я думал... Я опустился на пол, сев напротив него, скрестив руки. – Ты найдешь кого-нибудь другого, Уор. Он медленно покачал головой. – Тебе легко говорить. Ты хоть представляешь, как мало людей готовы мириться со всеми моими глупыми тиками и навязчивыми идеями? Кен был идеален. Ему было все равно, пока я не позорил его на публике. Конечно, секс был ужасным, но у нас были одинаковые цели, мы были из одного социально-экономического слоя... Мне было все равно, когда он изменял мне первые три раза. Не знаю, почему в этот раз меня это так беспокоит. – Он не тот человек кто тебе нужен, и ты это знаешь, – сказал я ровным тоном. Уор на мгновение встретил мой взгляд, а потом отвернулся. Я вздохнул и снова встал. – Знаешь, что тебе нужно? Что-то, что отвлечет тебя. Теперь, когда ты не летишь обратно в Майами, у тебя есть много времени, чтобы помочь мне и Тео. – Может быть, – пробормотал он. Мои часы пискнули. – Черт возьми. Я опоздаю на работу. Просто подумай об этом, ладно? Это лучше, чем тренироваться до изнеможения, Уор. Не наказывай себя за глупость этого придурка. Это он заслуживает быть несчастным, а не ты. Я вышел из комнаты Уора и чуть не столкнулся с Ксавьером, который хмуро смотрел на свой телефон. – Черт возьми, – сказал он, побледнев при виде меня и прижимая телефон к груди, как будто пытаясь скрыть экран. – Когда ты пришел? – Я как раз уходил, – я оглядел его с ног до головы. – Не позволяй Ксандеру сегодня вести себя как идиот с Тео. Ксавьер закатил глаза. – Как будто я могу контролировать поступки Ксандера. – Просто сделай это, – сказал я ему и поспешил вниз по лестнице. Я взял у мамы термос с кофе, убедился, что у Тео есть все необходимое, поцеловал его на прощание и двинулся через двор к похоронному бюро. На этот раз я пришел пораньше, судя по отсутствию папиной машины, но я так и хотел. Как только наверху заиграет орган, мне будет трудно работать, особенно если они будут играть «Amazing Grace», что они почти всегда делали. Как будто никто не мог проявить оригинальность в подборе музыки для похорон. Когда я, наконец, умру, я надеюсь, что они сыграют что-нибудь более интересное, например, дабстеп на волынке. Что-нибудь неожиданное. Мои ключи звенели в руке, готовые открыть двери транспортного отсека, но я остановился на полпути к рампе, увидев, что дверь уже приоткрыта. Я оглянулся на парковку и убедился, что грузовика отца там нет. Он жил слишком далеко, чтобы дойти пешком, особенно с его больным коленом. Мог ли он забыть закрыть дверь вчера? Нет. Папа никогда не был таким небрежным. Я сжал ключи в руке, внимательно осмотрел дверь и резко ее открыл. В офисе ничего не выглядело подозрительным. Компьютеры были заперты, а картотеки стояли на своих местах. Я поднялся наверх, чтобы проверить экспонаты и цветы для церемонии, которая должна была начаться через несколько часов. Все было на своих местах. Я все еще нервничал, когда одевался и готовился к своей первой и единственной работе в этот день. Зачем кому-то врываться в похоронное бюро и ничего не брать? И тогда я замер. Тела. Все еще полуодетый, я толкнул двойные двери и вошел в рабочую комнату, где замер на месте. На столе лежало тело. Тело, которого там не должно было быть. Это был молодой человек, лет двадцати. Привлекательный, хотя и немного худощавый, с растрепанными светлыми волосами и бледной кожей, неестественно бледной даже для трупа. Он лежал на моем рабочем столе, полностью одетый. На нем была белая футболка из тех, что продают в универмагах в больших наборах. На ткани виднелось пятно от рвоты. Этого не должно было случиться. Одетые тела говорили о загрязнении рабочего пространства. Теперь все было испорчено, и мне предстояло вымыть комнату от пола до потолка. – Ривер? – голос Тео эхом разнесся по коридору. Черт возьми, что он здесь делает? Я же просил его остаться с мамой. – Ривер, ты забыл свой завтрак. Энни послала меня... – он замолчал, открыв дверь и войдя в лабораторию. Я вздохнул и повернулся. Теперь все было загрязнено вдвойне. К счастью, мне пришлось бы убирать и дезинфицировать только один раз. Мои заботы о чистке и загрязнении исчезли, когда я увидел, как Тео смотрит на тело, его лицо было бледнее, чем обычно. Бумажный пакет с моим завтраком дрожал в его кулаке. – О боже. – Впервые вижу тело, которое оказалось здесь без моего участия, – отметил я. – Нет, – сказал Тео, качая головой, с испуганным выражением лица. – Ривер, я его знаю!