Bridges

Этот день был в какой-то мере для Ромы сложным. Он всё обдумывал произошедшее накануне, с ужасом вспоминая ту боль в коленях и пустоту на душе, когда Антон убежал от него. Благо, этой тёплой ночью он хорошо выспался в его объятьях, усталость ушла, и к нему вернулся поток сил. На завтрак Тоша принёс ему круассан, чему Пятифанов был слегка удивлён. Обедали все вместе в какой-то кафешке. Вчетвером они сели за столик: Рома рядом с Полиной, а напротив — Бяша и Антон. — Ну че, все готовы сегодня ночью на мосты смотреть? — сказал Бяша с ухмылкой, глядя на Полину. — Ой, чувствую, для некоторых эта ночка будет незабываемой, — прохихикала девушка и посмотрела на блондина. — Ты, Тош, готов? — Я?.. Ну. Возможно. Антон выглядел смущенным и явно чем-то обеспокоенным. Рома и предположить не мог, что эти трое задумали, но по их лицам было видно, что что-то они затеяли. — Вы собираетесь бросить меня в Неву? — сказал он, как бы намекнув, что хочет знать их планы, но ребята почему-то решили молчать до конца. — Ладно, хрен с вами. Они закончили трапезу. Остаток дня провели как обычно: болтали, гуляли и смеялись, но Рома видел, что что-то было не так. Антон сегодня выглядел взволнованным. Часто, когда их взгляды пересекались, Рома видел, как краснеют его щеки и как стремительно он пытается прервать зрительный контакт. Он был этим обеспокоен. «Неужели он жалеет о той близости? Я что-то сделал не так? Он всё еще в обиде?» Эти мысли терзали его разум, и он не знал, что делать и как заговорить. Ну, в любом случае, если Антон захочет поговорить, то подойдет сам. Не станет навязываться. Весь день Пятифанов замечал Тошу в каком-то взволнованном состоянии, и чаще всего тот его избегал. Сказать что он не был этим обеспокоен — ничего не сказать. Несмотря на всё это, он был в предвкушении вечера, и это позволяло отвлечься. Время было уже под ночь, 23:30. Антон был уже одет и вышел на балкон покурить. Роме показалось, или тот сегодня отнёсся к своему внешнему виду особенно? Духи, поглаженная джинсовка, волосы укладывал минут десять... «Что он удумал? Неужели к какой-то девчонке подкатить хочет?.. Ну нахер такие мысли, не буду себе настроение портить.» Он, последовав примеру, тоже прихорошился — день-то особый. --- 00:30. Они со всей группой стояли на пристани и ждали кораблик, который прокатит по кругу и покажет все мосты. Сквозь толпу Рома мельком кидал взгляды на Антона. Резко он заметил его взгляд на себе — он даже не понял, когда начал пялиться в ответ. Стало очень неловко, но он неосознанно улыбнулся ему. В ответ Антон отвёл взгляд и уставился на дома на побережье, а Рома почувствовал себя идиотом. 00:50. Они зашли на палубу приплывшего корабля. Им безумно повезло — из посторонних никого не было. Ребята кинули вещи в каюту и вышли на палубу. В каюте остались лишь Антон и Бяша. Рома с Полиной облокотились о перила. Ночи были белые, и, несмотря на позднее время, еще виднелся закат. Через некоторое время на палубу вышли Антон с Бяшей. Они стояли всей группой, любуясь пейзажами. Громко болтали, смеялись, курили и наслаждались картиной. Рома изредка бросал взгляды на Антона, который отстранённо стоял и о чём-то думал. Он не стал лезть к нему — не хотел портить настроение. Их взгляды снова пересеклись. Антон просто стоял и пялился на него, так, что у Ромы аж мурашки по коже побежали. «Чем же он так обеспокоен?» Не долго думая, он обратился к Полине. — Полин, послушай, а что сегодня с Тошей?— обеспокоенно попытался хоть с кем-то заговорить Ромка, дабы найти отдушину. — А. Ну. А что именно не устраивает? — Полинка явно не знала, что говорить в подобных ситуациях. Ну не сдавать ведь ей все с потрохами. — Да он один стоит, что ему не свойственно. У него что-то случилось?— Пятифан постарался навести подругу на нужные ему мысли, но ту было не расколоть так просто. — Ну, можно и так сказать, но я полагаю, он сам всё расскажет тебе при желании, — девушка кинула кроткий взгляд на Антона и улыбнулась. — Влюблённость она такая.— все же проговорилась Морозова, поймав на себе неодобрительный взгляд Бяши, сразу же замолчала. — Чего ты сказала? — Рома был в недоумении. — Да. Неважно, — Полина тупо ушла от вопроса и уставилась на мост. — Чекайте, он открывается! «Что она имела в виду? Антон в кого-то влюблён? Почему он ничего не сказал? А сам на меня обижался. Понятно всё с ним..» Рому охватила тоска. Конечно, он не его собственность, но он был так к нему привязан. Он любил его как-никак. «Так, всё, неважно, подумаю об этом позже.» Они проехали этот мост, и за душевными разговорами, нелепыми шутками о том, что корабль сейчас перевернется, подъехали к следующему. Это был мост Петра Великого, а на часах было уже под три ночи. Рома вдруг обратил внимание, что ребята начали перешёптываться и один за одним стали заходить в каюту. «А почему меня не позвали?..Че, сволочи, окончательно добить решили?» Пятифан стоял один, но вдруг что-то заставило его обернуться, и тот был удивлён, увидев за своей спиной мешкающегося Антона. Тот нерешительно сделал к нему несколько шагов, но всеми силами пытался выглядеть уверенным. Он встал рядом и посмотрел на приближающийся мост. — Ром.—на придыхании произнес он заветное имечко. — Ау?— А Рома в свою очередь, совершенно не понимал что происходит. — Красиво здесь. — Ну... да? — Слушай... Я наверное кажусь сейчас полным идиотом, — щёки Антона начали покрываться румянцем. — М? — Я... я хотел тебе кое-что сказать. Рома заметил, как трясутся его руки, как глаза бегают от него к мосту и обратно. Он лишь посмотрел на него. «Кажется, он...» — Ром, я люблю тебя. — Ты шутишь? — Я не стал бы так шутить.— в голосе слышалась горькая обида. Антон резко отошёл от перил и собирался уже уйти, но Рома решил действовать именно сейчас. Он схватил его за плечо и притянул к себе. Заглянул в его небесно-голубые глаза. Тёплый ветер трепал его хорошо уложенные почти белые волосы. Рома погладил его по щеке, внимательно разглядывая его лицо. «Бляха, ну почему ты такой красивый.» Антон смотрел в его глаза нежным взглядом, и по выражению его лица казалось, что он чего-то ждёт. — Тоха, я тоже тебя люблю. Антон не дал ему договорить. Он встал на цыпочки и вплотную подошёл. Они слились в поцелуе. Он был его первым. Это был неопытный поцелуй, но, готов признаться, самый лучший в его жизни. Нежные губы Петрова накрыли чуть более грубые губы Пятифанова, и мир в этот момент будто замер. Это было чем-то ненастоящим, будто происходящее вокруг было лишь приятным сном, и, господи, если это сон, Рома бы никогда не захотел просыпаться. Перед ними виднелся прекрасный, уже разведённый мост. Через время Антон отстранился и крепко к нему прижался. Рома почувствовал его приятный запах духов. Он не хотел его отпускать, хотел в деталях запомнить этот драгоценный момент. Вдруг, тот поднял голову и посмотрел на него. — Ром, ты будешь моим парнем?— в расплывающейся улыбке произнес он заветные слова, о которых оба так долго мечтали. — Спрашиваешь ещё... Господи, я не могу поверить.— глаза у Ромки заблестели и наполнились всеми красками.Он был по истине счастлив. — Хех, я тоже. После этих слов Антон снова его обнял, и Рома резко услышал радостные крики ребят, выходивших из каюты. — Ну что, поздравляем вас, голубки! — весело кричала Полина, обнимая их со спины. — Может, сфоткаемся? Момент такой запоминающийся, всё-таки, — сказал Сережа, взяв в руки фотоаппарат. Дальше всё было будто в самом счастливом сне. Они стояли все вместе, Антон слева от него крепко держал его за руку. Они смеялись, болтали, Антон всё крепче прижимался. — Ром, я же говорил, что эта ночь для тебя будет незабываемой, на, — сказал Бяша, подмигнув Антону. — Хех, Ром, а там в каюте никого нет. Может?.. — сказал Антон, явно давая намёк. — Ни слова больше, — Рома взял его за руку и потянул в каюту. Каюта представляла собой нечто вроде небольшого кафе: несколько столиков, и вдали — вип-столик с диванчиком у окна. Пятифанов с его уже парнем уселись туда. Ранее Рома заприметил мини-бар с напитками и едой без присмотра и одинокую бутылку дешёвого вина. Со стойки он взял два стакана и только потом прошёл к диванчику. Антон лёг на него, а Рома, в своей манере закинул руку ему на плечи. Разлив вино, они начали пить и болтать ни о чём, а Антон лишь прижимался всё крепче. — Тошь, а почему ты решился признаться?— решился начать Ромка, надеясь на искренний ответ. — Ты давно мне нравился, но я и предположить не мог, что ты по мальчикам. И когда ты сказал тогда, что тебе кто-то из наших знакомых нравится, я просто не мог подумать, что это адресовано мне. А потом Бяша мне всё рассказал... — Так вот оно что. Я так переживал за тебя сегодня. Ты выглядел взволнованным. — Сказать честно, я весь день придумывал, как бы тебе признаться. Хех, в итоге я сморозил какую-то херню, в моей голове это выглядело куда красивее. — А скажи сейчас, как планировал. Давай представим, что мы ещё не встречаемся. — Так. М... Ром, я бы хотел тебе кое-что сказать. Я... питаю к тебе что-то уже довольно давно. Мои мысли были заполнены тобой с первого дня знакомства. Я очень хочу быть с тобой... Я люблю тебя. — Я тоже тебя люблю, милый. Антон скинул свою куртку и сел к нему на колени. Он приник своими губами к его губам. Руки Ромы опустились на его талию. — Ром. Ты... ахуенно целуешься.— сказал Антон ему в губы. — Ты кстати тоже. Небось на помидорах тренировался? — Хе-хах, вполне возможно. Ты ведь у меня первый. — Серьёзно? Я думал, у тебя там девушек вагон было. — Ром, я по мальчикам. Девчонки меня не интересуют. Хотя, проще сказать, я по мальчику. По одному высокому, стройному и красивому мальчику. Антон лёг на него и прижался. Рома потрепал его по макушке и вновь нежно поцеловал. Прошло время, и они не заметили, как опустошили всю бутылку. Уже будучи прилично под-шофе, они начали с упоением целоваться, вкладывая в поцелуи все накопленные и скрытые годами чувства. Рома любил его так сильно, что был готов возложить к его прекрасным ногам весь гребаный мир. Без понятия, сколько прошло времени, но к ним в каюту ворвалась Катя и позвала на выход, так как они приехали. Всю дорогу до гостиницы они шли за руки. Рома чувствовал себя самым богатым и счастливым человеком на планете, будто сорвал джекпот или выиграл в покер целую вселенную. — Да. Пожалуй, я не забуду эту ночь. *** Они зашли в номер и скинули вещи на кресло. По одному сходили в душ, почистили зубы и переоделись в пижамы. Легли на кровать, и Рома обнял Антона со спины. Их разум туманил внаглую выпитый алкоголь. Антон посмотрел на него через плечо и улыбнулся. После очередного страстного поцелуя он обратился с просьбой. — Ром. Сними футболку.— проговорил тот буквально себе под нос, отводя глаза от смущения. Рома послушно стянул её, оголив спортивный торс, мгновенно приковавший взгляд Антона. К его удивлению, Антон резко повернул его на спину и сел на него сверху. Его глаза выражали чрезмерную пьяную похоть, накопившуюся с годами. — Рооом...— протянул Тошка — Что?— Рома был в недоумении. Он физически был больше Антона, и действие алкоголя априори сказывалось на нем не так сильно, как на второго, так что тот еще мог совладать с рассудком. — Может.. М.. Ну ты понимаешь же да, к чему я клоню?. — произнес тот не совсем внятно, но не без уверенности и блеска возбуждения в глазах. — Прямо сейчас?.. — Рома опешил. Он был абсолютно не готов к такому. — Я хочу тебя. Прямо сейчас. — Тош..— произнес тот с искренним сожалением в голосе. Безусловно, он хотел, давно хотел на подкорке, но трезвая часть рассудка со всеми руками ногами понимала, что это идея сейчас ни о чем. Антон бухущий, не совсем понимает о чем говорит, проще сказать что думал он членом. Ромка бы ни за что не стал им пользоваться. — А... — Прости, я сейчас не готов, но я обещаю, не оставлю тебя без удовольствия. Просто я не умею, да и тебе может быть больно.— Пятифанов, взяв все желание в узду, проговорил, пытаясь вразумить резкое похотливое желание своего возлюбленного. — Ладно, я понимаю... Возможно, перебрал с алкоголем... Рома взял Антона за талию и притянул к себе ближе. Его руки начали скользить по его телу. Ему было приятно, а Роме не меньше. Он грубо поцеловал его, продолжая двигать ладонями по изгибам его спины и бёдер. После того как его пыл был в какой-то мере удовлетворён, Рома погладил его, уже без страсти, больше с нежностью. — Тош, таких ночей у нас с тобой будет ещё много. — Ром... Я так не хочу домой. — резко, голос Петрова стал тяжелей и грустней. — Я тебя понимаю, но дальше — больше. Я знаю столько мест для нас в нашем городе. Приедем — покажу. Он нежно целовал его в шею и обнимал за плечи. — Ром, я люблю тебя.— в эти слова Антон вложил все чувства, что таил так долго. — Я тебя тоже.— сонно ответил Пятифан, сплетая их ноги и прижимаясь сильнее. Так они и уснули, сплетясь воедино под тусклый отсвет белой Питерской ночи за окном.