Партнеры

      Главная больница Вашингтона, обычно оплот порядка и тишины, в этот день казалась осажденной крепостью. Коридоры гудели от приглушенного стона больных, шепота медицинского персонала и раздраженного бормотания посетителей. Некоторые пациенты, утомленные болезнью, безмятежно спали, в то время как другие нетерпеливо ворчали, требуя внимания, словно время в больнице текло с невыносимой медлительностью.       В одной из палат, завешенной блеклыми занавесками, лежал Леон, подключенный к капельнице, словно к источнику жизненной силы. На его груди виднелась аккуратная полоса швов — безмолвное свидетельство пережитой опасности. Время в больничной палате тянулось мучительно медленно, каждый час казался днем, а каждый день — вечностью. Одиночество и вынужденное бездействие терзали его душу. За два дня, проведенных в больничной постели, он успел соскучиться по своей работе, по адреналину, бушующему в венах, и, конечно, по её присутствию.       В его голове настойчиво возникал образ Фелисити. Он мечтал увидеть её, вдохнуть аромат её волос, почувствовать тепло её объятий, осыпать комплиментами, которые бережно хранил в своем сердце. Его мысли, казалось, материализовались в реальность. Дверь палаты тихонько приоткрылась, и на пороге появилась она — Фелисити Стилтон Крейн. Её улыбка, словно луч солнца, пробивающийся сквозь облака, заставила Леона зардеться и в ответ улыбнуться.       В её руках была небольшая сумка. Она осторожно поставила её на прикроватную тумбочку, а сама присела на край кровати, нежно смотря на своего любимого. Фелисити внимательно изучала его лицо, стараясь увидеть признаки боли или усталости. Он был цел и, кажется, невредим, хотя и выглядел немного измученным из-за долгого сна и, конечно, из-за глубокой раны, которая, к счастью, заживала.       — Как ты себя чувствуешь? — тихо спросила она, нежно коснувшись его ладони.       — Намного лучше, — ответил Леон, переплетая её пальцы со своими и нежно целуя её руку. — А сейчас, когда ты здесь, мне стало еще легче.       Фелисити с пониманием кивнула, её глаза наполнились нежностью. Она указала на сумку, стоящую на тумбочке.       — Я принесла тебе немного угощений, чтобы ты не голодал, — проговорила она с легкой улыбкой. — Я боялась, что тебя здесь плохо кормят. Эти больничные обеды такие безвкусные.       — Даже за мой голод переживаешь? — с усмешкой спросил он, чувствуя, как тепло разливается по его телу от её заботы.       Фелисити в ответ усмехнулась, с любовью глядя на него. Она чувствовала его преданность и любовь, ощущала его страстную ауру, которая всегда заставляла её сердце биться быстрее. Когда Леон потянулся к ней, чтобы коснуться её губ, она слегка наклонилась вперед, коснувшись его губ своими. Их поцелуй длился долго — целая минута, наполненная нежностью и обещанием. Затем Леон притянул её ближе к себе, углубляя поцелуй, его губы скользнули к её шее, оставляя легкие, дразнящие поцелуи. Фелисити принимала его ласки, утопая в океане его любви, но ее разум оставался настороже. Она понимала, что в любой момент в палату может кто-нибудь войти для проверки.       Она попыталась отстраниться, но Леон держал её крепко, словно боялся, что она исчезнет, как мираж.       — Леон… — прошептала она, задыхаясь от нахлынувших чувств. — Сюда могут зайти… Пожалуйста, прекрати…       Но Леон, казалось, не слышал её. Он не хотел её отпускать, не хотел прерывать этот момент близости. Ему было все равно, если их застукают. Он прервал поцелуй, прижавшись к её шее щетинистой щекой, щекоча нежную кожу. Он вдыхал её аромат, наслаждаясь каждым мгновением их близости.       — Давай сбежим… — прошептал Леон, его голос звучал приглушенно, почти отчаянно. — Уедем отсюда, найдем новый дом, где-нибудь подальше от городов, от всей этой суеты… Будем жить вместе, забудем об этой бесконечной войне с вирусом…       Фелисити услышала в его словах не только усталость, но и глубокое желание вырваться из замкнутого круга насилия и опасности. Он мечтал о жизни обычного человека: о доме, о семье, о тишине, не нарушаемой ни внезапными вызовами от Ханниган, ни строгими приказами королевы. В ней боролись два чувства. С одной стороны, Фелисити не представляла своей жизни без миссий и борьбы за справедливость. С другой — сердцем тянулась к Леону, к его мечте о тихом семейном счастье. И еще был долг перед королевой — долг, скрепленный не только служебными обязанностями, но и крепкой, искренней дружбой. Она не хотела разочаровывать её, подводить тех, кто верил в нее.       — Я очень хочу быть с тобой, — проговорила она, слегка отстраняясь, чтобы заглянуть ему в глаза. — Но я не хочу, чтобы королева разочаровалась во мне. Я не могу просто так сбежать, без её разрешения. Но я обещаю тебе, как только ты полностью поправишься, мы обязательно поедем в путешествие в горы. Снимем уютную хижину и будем отдыхать, наслаждаться тишиной, вдалеке от вызовов и звонков…       Леон улыбнулся. Ему нравилась эта идея. Он уже представлял себя в окружении заснеженных вершин, в тепле у камина, рядом с любимой женщиной. Тишина гор, нарушаемая лишь потрескиванием дров и их тихими разговорами, казалась ему настоящим раем. Он снова прильнул к ее шее, осыпая кожу нежными поцелуями, дразня ее языком.       — Заманчивое предложение… — прошептал он, чувствуя, как ее тело вздрагивает в ответ на его прикосновения.       Он притянул Фелисити ближе, усаживая её на свои колени так, словно она была самым драгоценным сокровищем. Девушка подалась вперёд, опираясь руками на его сильные плечи. Их поцелуй возобновился — страстный, требовательный, утоляющий жажду, накопившуюся за время разлуки. Это был танец губ и языков, полный невысказанных обещаний и трепетной нежности. Руки Леона скользнули к её талии, робко прячась под краем мягкой футболки, лаская её кожу невесомыми прикосновениями.       От этих невинных ласк по телу Фелисити пробежала волна мурашек. Она невольно прижала ушки к голове, а её пушистый хвост, обычно гордо торчащий вверх, предательски завилял, выдавая охватившее её возбуждение. Под тонким одеялом она почувствовала отчетливый бугорок — Леон был готов к большему, и она знала, как трудно ему сдерживать свои желания. В этот момент Фелисити больше не боялась, что кто-то может войти в палату и застать их в столь компрометирующей ситуации. Она утонула в омуте его взгляда, жадно ловя каждое проявление его чувств. Она тоже жаждала его прикосновений, жаждала близости, которая затмевала все вокруг, стирая границы реальности.       Как только Фелисити, опьяненная желанием, прижалась к нему плотнее, Леон резко прервал поцелуй, вздрогнув от острой боли в груди. Вся магия момента рассеялась вмиг. Девушка сразу отпрянула, с ужасом вспоминая, что у Леона еще не зажила рана, глубокая рана на его мускулистой груди.       — Прости, дорогой, я совсем забыла, — прошептала Крейн, в её голосе звучало искреннее раскаяние.       Леон, сквозь пелену не приятной боли, попытался ободряюще усмехнуться и, словно не замечая её волнения, потянулся к её нежной шее, зарываясь лицом в мягкие красно-каштановые волосы. Лёгкий укус, скорее дразнящий, чем болезненный, заставил девушку издать тихий скулеж, похожий на жалобный писк лисы, пойманной в капкан.       — Я давно уже не чувствую сильной боли, — прошептал он ей на ухо, его дыхание опаляло её кожу. — Просто хотел немного тебя напугать.       Фелисити недовольно фыркнула, но в её глазах плясали озорные искорки, а на губах играла едва заметная улыбка.       — Ты старый развратник, — промурлыкала она, поддразнивая его. — Решил лису перехитрить?       Мужчина снова усмехнулся, и в его смехе послышалась игривая нотка, словно у злодея из старого фильма. Крейн, не в силах сдержать нахлынувшие чувства, слегка прикоснулась короткими когтями к его спине, стараясь не порвать тонкую медицинскую рубашку и не оставить следов, которые могли бы вызвать подозрения у врачей.       Забыв обо всем на свете, они поддались охватившей их страсти, утопая в собственных чувствах, пока их не прервал настойчивый, раздражающий стук в дверь. Каким-то чудом, усилием воли, им удалось удержаться от необдуманных поступков, и они благополучно избежали разоблачения.       Через пару месяцев в штаб поступили тревожные новости, наполненные мрачными предзнаменованиями. По глухим, заброшенным деревням, словно зловещий шепот, поползли слухи о живых мертвецах. Жители отдаленных поселений, охваченные первобытным ужасом, шептались о неких жутких тварях, восставших из могил, чтобы сеять смерть и разрушение. Эти жуткие слухи дошли до Альберта Вескера, пребывавшего в очередной командировке, посвященной изучению новых угроз. Заинтригованный и, как всегда, движимый жаждой знаний и власти, он решил лично разобраться в происходящем, почувствовав в этих событиях потенциал для дальнейших исследований.       Альберт вновь обратился к Фелисити, своему бывшему объекту и давней знакомой, убеждая её помочь в расследовании, используя все свое красноречие и умение манипулировать. Несмотря на все прошлые разногласия, обиды и предательства, он смог найти нужные слова, чтобы убедить её в необходимости сотрудничества, апеллируя к её чувству долга и желанию защитить мир от надвигающейся угрозы. Фелисити, несмотря на все свои сомнения и опасения, понимала, что только объединив усилия, они смогут предотвратить возможную катастрофу, масштаб которой невозможно было даже представить. Она знала, что Вескер давно пытается заполучить её кровь, содержащую уникальные генетические особенности, для создания нового, еще более смертоносного вируса. Но теперь они были вынуждены работать вместе, плечом к плечу, ради общей цели, ради спасения человечества.       Вскоре после этого произошла знаменательная встреча, судьбоносное собрание, которое должно было определить дальнейший ход событий. Леон и Фелисити, Альберт и Крис — столкнулись лицом к лицу, в напряженной атмосфере, чтобы обсудить сложившуюся ситуацию и разработать совместный план действий. Встреча, к всеобщему удивлению, прошла относительно спокойно, без взаимных обвинений и вспышек гнева. Фелисити и Альберт, несмотря на былую вражду и личную неприязнь, пересилили себя и смогли найти общий язык, объединившись перед лицом общей опасности. Крис и Леон, в свою очередь, сумели отбросить в сторону старые обиды и договориться о совместной работе, осознавая, что от их сотрудничества зависит судьба многих людей.       С тех пор прошло еще несколько месяцев, наполненных напряженной работой и подготовкой. Команда, наконец, обнаружила ту самую зловещую деревню, ставшую источником ужасных слухов о живых мертвецах. Собравшись вместе, вооружившись до зубов и полные решимости, они отправились на опасную, почти самоубийственную миссию: найти выживших, если таковые еще остались, установить источник распространения вируса и, самое главное, уничтожить восставших мертвецов, остановить эту чудовищную эпидемию, грозящую охватить весь мир. Эта миссия обещала быть захватывающей, полной адреналина и смертельной опасности, но в то же время невероятно важной и необходимой для спасения человечества. Их ждали приключения, которые навсегда изменят их жизни.