Быстрое поражение

После корпоратива было тяжело всем. Стефану было стыдно смотреть Дилли в глаза. И как бы Мальди ни злился, он понимал, что это была случайность. — Да ладно, Стеф, оплатишь химчистку. Это не самое страшное, — подбодрил Дилли. А ещё, походу, с приходом Дилли в коллективе стало принято, чтобы кто-то регулярно приходил побитым. В любом случае обстановка была спокойной. — Кстати, ребята. Мы можем завтра поехать и посмотреть, как Ромео будет тестить машину. Есть желающие? — вдруг спросил старший. Конечно же, желали все: это была возможность увидеть свой труд в деле. — А ещё, заодно посмотрим, что команда того полудурка, Михаеля, сделала. Хотя, конечно, Макс и трактор вывезет. Никто уже даже не реагировал на такие колкие замечания. Пока была идея попробовать вывезти на паддок «Франкенштейна». Но все водители были заняты тестами. — Я могу попробовать, — предложил Дилли. Он не был гонщиком. Но на медленных скоростях мог бы справиться. Идея была сомнительной. — Ты же понимаешь, что можешь покалечиться? — неуверенно спросил Стефан. Но решение уже было принято. Когда вывезли машину, Дилли надел экипировку. Мотор быстро завёлся. Машина ехала плавно, сцепление переключалось чётко. Единственное — когда Дилли разгонялся до 200 км/ч по прямой, в кузове становилось безумно холодно, до ломоты в костях. Тормоза работали плавно и сбрасывали скорость медленно. Это было одновременно плюсом и минусом: на поворотах — преимущество, в экстренной ситуации — отсутствие резкой остановки. Когда Дилли вышел из машины, у него закружилась голова. Его тело дрожало, как осиновый лист. Клинт подбежал и поддержал его. Дилли заметил, что на средних рядах сидел Макс. Он был сосредоточен. Потом просто встал и ушёл. — Отличная работа, — радостно молвил Стефан. Дилли был абсолютно уверен: больше он тестить болид не будет. Это точно не его. Он хотел поделиться впечатлениями с Максом, но никак не мог собраться с мыслями. Придя в себя в душевой, он всё же набрал сообщение: «Кажется, теперь я понимаю, почему гонщики Формулы-1 так много зарабатывают. P.S. Ты какие тормоза хочешь: чтобы плавно или резко тормозили?» Он отправил текст и встал под тёплые струи воды, которые смывали усталость и адреналин — при том, что он даже не ехал на максимальных скоростях. Теперь он понимал, что ещё можно усовершенствовать. Но, с другой стороны, ему нужен был профессионал, который сможет оценить возможности машины. Ответ пришёл быстро: «Ну не только одной харизмой, дорогой. Ты ужасный водитель, я бы тебе ни копейки не заплатил. Приходи на мои заезды — я покажу, как выглядит высший пилотаж. А тормоза — плавные, но чувствительные.» Макс точно не был скромным. Но эта самоуверенность так подходила гонщику. «Да-да, я знаю. Главное, что мне нравятся машины.» ⸻ Они больше не пересекались с Максом близко. Даже когда вся команда поехала смотреть, как уже профессиональные гонщики — Ромео и Макс — опробовали машины перед чемпионатом, у Дилли не было ни единой возможности с ним поговорить. Стефан и Михаель были как разведённая парочка: из их взглядов сыпались искры. Дилли так и не узнал, почему они настолько не выносят друг друга. Это было больше, чем соперничество. Машины работали хорошо. Остальные замечания и пожелания, конечно, передадут стратеги. Механику хотелось поговорить с Максом. Тот манил, словно магнит. — Эй, Стефи, ты как? — вдруг крикнул Михаель. Это было неожиданно — как раз тогда, когда ребята начали собираться уходить. Стефану безумно не нравилось, когда его так называли. — Отлично. Не видишь, что болид просто охуенный? — гордо ответил старший. Но у соперника, видимо, были припасены ещё колкие слова. — О да, спору нет. Только надеюсь, что ты не кончаешь так же быстро, как мотор сбрасывает скорость при торможении, — поддел Михаель. Стефан не сразу понял, что тот имеет в виду. — Слушай, я тебе случайно тогда на корпоративе мозги не отбил? — нервно спросил он, подходя ближе. — Ты что, не знаешь, что сброс скорости нужен, чтобы гонщик не врезался в ограждение? Дилли подошёл ближе — мало ли. — О да, но если это на короткое время.А у тебя — сбросил и потом снова долгий разгон, — не унимался Михаель. Вот тут он попал в точку. В болиду Макса такого резкого перепада не было. — Да что ты знаешь, Михаель. Это тестовый болид. У нас есть отличный рабочий проект. Так что не переживай, — ответил Стефан. Какой именно проект он имел в виду, не понял никто. Разве что… «Франкенштейн». Осознав это, у Дилли едва не остановилось сердце. — Ты в курсе, что дедлайн — до конца недели, — напомнил Михаель. Он точно разбудил монстра. С той встречи Стефан стал тираном. Идея прошлого болида была отброшена. Всё внимание ушло «Франкенштейну». Команда работала круглосуточно. Дилли отдельно дорабатывал кратковременное резкое торможение: чтобы при необходимости можно было резко сбросить скорость, сохранив мягкость в обычных режимах. Ами буквально сотворила чудо — спаяла корпус из старых деталей. Новые заказывать не было времени. Вся команда красила болид, добавляла эмблемы. Стефан общался со стратегами, договаривался о дополнительном тесте, параллельно просматривая пожелания. Когда работа закончилась, казалось, что у всех забрали последние силы. Кто бы мог подумать, что болид, на котором когда-то разбился Макс, снова пойдёт в дело.На этот раз Ромео был один. Макса не было. Гонщик осмотрел машину, и что-то показалось ему странным. — Слушайте, а почему мы заменили болид? — полюбопытствовал он. Обычно такое почти не практиковали прямо перед чемпионатом. Стефан уверенно убеждал команду Ромео, что изменения необходимы. Да и если на тестах что-то не понравится, всегда можно будет вернуться к старому болиду. Ромео, несмотря на всю свою доброжелательность, не горел желанием резко что-то менять. Но с другой стороны — что он теряет? Когда гонщик сел в болид и сделал несколько кругов — даже больше заявленных, — время будто остановилось. Машина рассекала трассу так, словно для неё не существовало аэродинамики. На поворотах — мягкий сброс скорости. Ромео не сразу это распробовал, по привычке пытаясь тормозить резко. Когда болид остановился, Ромео вышел из машины безумно счастливым и буквально подлетел к команде. — Парни! Это просто охуеть какая машина! Бля, только Максу не говорите! — на эмоциях говорил он, обнимая своего инженера. Результаты были выше ожиданий. Дилли подпрыгивал так, словно его команда только что выиграла чемпионат мира по футболу. Он обнял Клинта. Стефан тоже обнял Дилли. К ним подлетел и сам Ромео. — Я даже не знаю, что сказать! Стефан, это же овал башки! Правда, немного холодно в плечах и жарко в ногах, но в целом терпимо. Я охренел, как машина плавно входит в повороты, — делился он впечатлениями. Дилли было приятно слышать эти слова, даже если они были адресованы не ему напрямую. — Это, кстати, разработка нашего нового механика — Дилана, — представил Стефан. Ромео тут же обнял парня и поцеловал его в щёку. — Ну что, утверждаем этот болид? — поинтересовался Стефан. Ответ был очевиден. ⸻ Добравшись домой, Дилли казалось, что лучше быть уже не может. Но так просто хорошо, видимо, не бывает. Дверь в квартиру была приоткрыта. Были слышны крики. К счастью, ничего непоправимого не случилось: Диана сидела возле дивана и рыдала. Рядом был её бывший парень и какой-то незнакомец, который избивал его. Дилли сразу же вызвал полицию. — Что здесь происходит?! — крикнул он. — Дилли, он ворвался сюда и пытался меня избить, а потом влетел этот незнакомец — и вот… — оправдывалась девушка. Она подбежала к Дилли и обняла его. — Слушай сюда, урод. Если я ещё раз увижу тебя здесь — следующего раза не будет, — сквозь зубы сказал незнакомец. Полиция снова забрала бывшего Дианы. Заявление решили писать на следующий день. — Меня зовут Матео, я ваш сосед, — представился мужчина. Он был крупным, со светло-карими глазами. Не красавец, но его голос — от него по коже бежали мурашки. — Вот это да… у меня, видимо, быстро меняются соседи, — усмехнулся Дилли. Они втроём сели пить коньяк, который принёс Матео. Диана сидела молча — её трясло от пережитого ужаса. Самым удивительным оказалось то, что Матео был адвокатом. Дилли не мог понять, почему Диана — успешный архитектор, и Матео — адвокат, живут в таком относительно недорогом доме. Но это была тема не для этого вечера. Матео быстро попрощался, оставив визитку. ⸻ Пришло сообщение. «Милая, почему Ромео такой счастлив? Мне обидно. Моя машина меня так не восхищает.» Диана посмотрела в телефон. — Оу, у тебя появился парень? — поинтересовалась она. Дилли до сих пор не подписал номер. — Да нет, это один парень из спортзала пишет, — слегка соврал он. — Ты как, Диана? Девушка села к нему на колени и обняла, как маленький ребёнок. Это было очень интимно. — Дилли… у меня когда-нибудь закончится этот кошмар? — тихо спросила она. Он только погладил её по спине. Страшно, когда человек настолько одержим другим, что хочет сломать его, как игрушку. — Закончится. В любом смутном времени всегда наступает рассвет. И, кстати… — он взглянул на визитку. — Мне кажется, этот Матео Уайетт, адвокат из «K&L Law», неплохой парень. Сейчас для неё все были плохими, кроме Дилли. — Спасибо тебе, — прошептала Диана. ⸻ Только когда она немного успокоилась, Дилли ответил Максу. «Дорогой. Тебе не кажется, что у тебя слишком много требований?И ты меня игнорировал столько времени — как мне знать, как тебя удовлетворить. Пиши чётче.» Сообщения были забавными. — Знаешь, Диана, кажется, я тоже ввязываюсь в токсичные отношения, — вдруг сказал Дилли. — Так себе опыт, друг мой. Лучше сразу бросай, — посоветовала она.Когда началась серия чемпионатов, казалось, что началась новая эпоха. Дилли не сразу осознал, насколько всё это масштабно, пока Стефан между делом не сказал, что они тоже летят на этап. — В случае любой поломки или неисправности мы должны быть на месте, — сухо пояснил он. Австралия встретила влажным воздухом и ярким, почти агрессивным солнцем. Радости не было ни у кого — разве что у Лео. Джетлаг бил по голове так, будто кто-то забыл выключить гравитацию. Но для Дилли это путешествие казалось невероятным. Он снова влюблялся в свою работу. Здесь он увидит Тео. И, возможно, Макса. Они переписывались — о всякой ерунде, иногда о технике, иногда ни о чём. Макс писал редко, резко, с паузами, будто исчезал и возвращался, когда ему самому было удобно. Первая свободная практика прошла неплохо. Ромео — четвёртый. Макс — второй. Во внутреннем чате команды сообщения сыпались одно за другим: скриншоты, графики, замеры, комментарии стратегов. В медиа всё выглядело ещё громче. «Линье снова в форме» «Макс бросает вызов Макларену» «Готов ли Линье к титулу?» Дилли смотрел на это краем глаза и впервые подумал, что для гонщика нет тишины вообще. Даже когда он молчит — за него говорят. В тот вечер Дилли удалось встретиться с Тео. — Привет, друг, — радостно сказал тот и крепко обнял его. — Привет. Как Кьяра? — Отлично. Мы помолвлены. Осенью свадьба, где-нибудь в Тоскане. Так что жди приглашение. Это было ожидаемо. Они были идеальной парой. — Поздравляю. У тебя невероятная девушка. Тео заказал два пива. — Как тебе работа? Дилли мог бы говорить долго. Но он сказал просто: — Я благодарен тебе. У меня отличная команда. Это не промышленное производство, но здесь есть пространство для идей. — Это и главное. Вечер прошёл спокойно. Диана писала сообщения — к счастью, ничего плохого. Из-за разницы во времени общаться было тяжело, но одна новость всё же порадовала: с помощью Матео она подала в суд на бывшего. Суд уже вынес постановление — запрет приближаться ближе чем на 150 метров. Это было не победой. Но началом. Макс молчал. ⸻ Вторая свободная практика была кошмарной. Многие не доехали. Макс — десятый. Ромео — первый. Это был прорыв. Макс был в ярости. Радио трещало от злости: — Какого чёрта меня заносит?! — Какого хуя Терри не дали штраф за вылет?! PJ пытался его остановить: — Макс, ФИА запретила нецензурную лексику… Но Макс уже не слышал. В медиа всё вспыхнуло мгновенно. «Линье теряет контроль?» «Проблемы с болиду или с гонщиком?» «Агрессия Макса — путь к провалу?» После заезда интервью было ещё хуже. — Макс, кажется, сезон начинается для вас не совсем удачно? — спросил журналист, уже знакомый своим тоном. Макс был спокоен. Пугающе спокоен. Дилли смотрел трансляцию и не понимал, как человек с таким внутренним взрывом может выглядеть настолько собранным. — Думаю, с моим сезоном всё в порядке. Это только начало, — холодно ответил Макс. Журналисту было нечего добавить. Камеры тут же переключились на лидеров: Ромео — первый. Оскар — второй. Жан — третий. Дилли ничего не писал Максу. Жалость была последним, что тому сейчас было нужно. Но он хотел с ним поговорить. Сообщение пришло внезапно: «И что не так?» Макс явно ошибся адресатом. Но Дилли ответил. «Ничего. Это же только начало?» ⸻ В гостинице Дилли увидел Макса у лифта, но не успел. Тот уехал на десятый этаж. Дилли поднялся на свой — параллельно. Макс его не заметил. У двери номера 1025 Дилли остановился. Он хотел просто поздороваться. Подбодрить. Дверь была приоткрыта. Изнутри доносились глухие хлопки. Дилли стало неловко. Может, Макс был не один. Но голосов не было. Он осторожно вошёл — и замер. Макс бил себя кожаным ремнём по ногам. Методично. Холодно. Бёдра были в красно-синих отметинах. Он не плакал. Не кричал. Просто наказывал себя. Дилли закрыл дверь и подлетел к нему, перехватив руку. Макс вздрогнул. В глазах — чистый ужас. — Что ты здесь делаешь? — глухо сказал он. — Уходи. Он резко оттолкнул Дилли. Удар был сильный — до крови. И тогда Макса накрыло. Он схватился за голову, закрыл глаза, дыхание сбилось.Паника накрыла его целиком. Дилли пытался говорить — безрезультатно. Тогда он схватил Макса за лицо и заставил посмотреть на себя. В тёмно-синих глазах было отчаяние. То, что Макс никогда не позволял видеть никому. Он вцепился пальцами в собственные бёдра, усиливая боль. — Я ничтожество, — прошептал он. — Нет, — резко сказал Дилли. — Ты, мать твою, лучший. Макс отвернулся, сжал себя ещё сильнее. Дилли не думал. Он перехватил запястья Макса, сел на его бёдра, чтобы тот не мог причинить себе вред. Макс прикусил губу. Дилли наклонился и поцеловал его. Это был не жест желания. Это был импульс. Попытка остановить панику. Макс замер. Когда он осознал происходящее, его глаза стали огромными. — Успокоился? — тихо спросил Дилли. И только тогда до него дошло, что он сделал. Он резко отстранился, вскочил и вылетел из номера. Сердце колотилось так, будто сейчас вырвется. Что ты наделал, идиот. Дилли ещё не знал, насколько сильно этот момент изменит его жизнь.