Разрушить стены

Утяжелённый пододеяльник оказался не метафорой. Это был плотный, тяжёлый мешок из тёмно-серого сатина, простеганный квадратами. Леви принёс его в обычном пакете из супермаркета и, не говоря ни слова, поставил на стул у входа в архив. Эрен кивнул в благодарность, но прикасаться к подарку не решался весь вечер. Он работал, сортируя образцы камня 2022 года, и краем глаза следил за пакетом, будто это была не постельная принадлежность, а неразорвавшаяся бомба. Что, если это какой-то тест? Странная проверка на лояльность? Или насмешка? Мысль о том, что его «мешки под глазами» так заметны, заставляла внутренне съёживаться. «Вложение в работоспособность», — пронеслось в голове. Логично. Значит, не подарок, а инструмент. Как молоток или шуруповёрт. К этому можно было относиться без подозрений, если постараться. В восемь, закончив раскладывать сланец, он всё же подошёл к пакету. Засунул руку внутрь. Ткань была прохладной и очень плотной. Он вытащил пододеяльник. Тот оказался ещё тяжелее, чем выглядел. Эрен представил, как эта тяжесть придавливает его к кровати, и почему-то в горле встал комок. Но не от страха, а от чего-то другого. Облегчения? Невозможности сбежать даже во сне? Он резко сунул вещь обратно в пакет. — Что, не понравился цвет? — раздался сзади голос Леви. Он стоял в дверях с пустой кружкой в руке. — Нет! Нет, цвет нормальный, — Эрен чуть не выронил пакет. — Просто… тяжёлый. — Так и задумано, — Леви прошёл к крошечной кухне, чтобы помыть кружку. — Будешь брать? — Да. Спасибо. — Не за что. Кстати, завтра работаешь? — По расписанию — послезавтра. — Теперь завтра. Не в архив. Мне нужно съездить с тобой на склад, выбрать пару вещей для нового проекта. Оплата — как за обычный рабочий день, заеду за тобой к трем часам дня, напиши адрес. Эрен медленно кивнул. Новое нарушение графика. Поездка. Закрытое пространство машины с начальником. Его пальцы похолодели, он сглотнул. — Я… на метро. Встречусь с вами там, если адрес дадите. Леви повернулся, вытирая руки бумажным полотенцем. Смотрел прямо на него, взгляд был таким, словно он смотрит на последствия чего-то бурного вечера с алкоголем. — Склад в промзоне. От метро — сорок минут пешком по убитой дороге. Тебе будет проще со мной. Если боишься, что я маньяк-убийца, можешь скинуть мои данные и марку машины другу. На всякий случай. Эрен почувствовал, как горит лицо. Его раскусили за секунду. Щеки уже пылали, а пальцы левой руки вцепились в запястье правой. Хотелось уйти. — Я не… не боюсь, — выдохнул он, ненавидя свою слабость. — Все боятся, — пожал плечами Леви. — Это адекватно. Решай сам. Адрес я тебе всё равно скину. Придешь пешком — твои проблемы. В три. Он вышел из кухни, оставив Эрена наедине с пакетом и дилеммой. Вечером Эрен лежал под утяжелённым пододеяльником. Ощущение было противоестественным. Как будто его придавили плитой. Первые десять минут он ловил панику, сердце колотилось, тело просилось вырваться из-под этого гнёта. Но делать этого он не стал. Сказал себе: «Это просто вес. Физический объект. Оно меня не убьёт». И постепенно случилось странное. Давление извне как будто скомпенсировало дрожь внутри. Беспорядочный мысленный шум, обычно метавшийся от воспоминаний о Кае до страха перед завтрашней поездкой, начал стихать. Ему просто пришлось сосредоточиться на том, чтобы дышать под этой тяжестью. Вдох — грудная клетка с усилием поднимает ткань. Выдох — она опадает. Это было монотонно, даже утомительно. И через полчаса его вырубило в сон, глухой и без сновидений, первый за многие месяцы. Он проснулся от будильника, на удивление легко, не разбитый, а шокированный непривычным ощущением — он реально, блять, выспался. Поездка оставалась проблемой. Весь день в процессе учёбы Эрен метался. Отправить Леви вежливый отказ? «Извините, не могу». Согласиться и мучиться в машине? Скинуть данные «на всякий случай» было некому — только маме, но это вызвало бы лишние вопросы, которых он и так боялся. В 14:50 он стоял у входа в свою общагу, сжимая в кармане ключи от комнаты. В 14:55 к забору подкатила чистая, но чуть потрёпанная жизнью серая «Тойота». Из окна водителя показалась рука Леви, указывающая емуьподойти. Времени раздумывать больше не было. Эрен глубоко вдохнул, потянул ручку задней двери — она была заблокирована. — Садись спереди, я тебе не таксист. — как отрезал, сказал Леви, не глядя на него. Эрен сел на переднее пассажирское сиденье, стараясь занять как можно меньше места, и от того выглядя ещё более скованным, чем раньше. В салоне пахло кофе, свежей тканью и чем-то ещё — средством для чистки кожи, что ли. Всё было безупречно чисто, ни одной пылинки на приборной панели, ни одного пятнышка на кожаных сиденьях. Словно только что с автосалона. — Пристегнись, — сказал Леви, трогаясь с места. Поездка началась в гробовой тишине. Эрен смотрел в окно, чувствуя, как каждое перестроение Леви в потоке отзывается спазмом в его животе. Он ловил себя на том, что анализирует маршрут: не везёт ли он его в лес, чтобы убить? Абсурд. Но мозг тревожника не знал абсурда. — Так, Йегер, — на третьем красном светофоре Леви нарушил тишину. — Давай договоримся. Ты не обязан со мной разговаривать. Можешь молчать всю дорогу. Но если тебе плохо или нужна остановка — говори сразу. Не терпи. Понятно? — Понятно, — выдавил Эрен. — И ещё. Выглядишь так, как будто тебя везут на расстрел. Это раздражает. Расслабься. Эрен невольно фыркнул. Звук вышел нервный, сдавленный, но это был почти смех. И почему Леви был настолько внимателен? Он будто замечал каждую подвижку мускулов на его лице, каждое нервное моргание. Стоп... Зачем он вообще так наблюдает за ним? Это странно. — Хорошо, — сказал он и попытался расслабить плечи. Не очень получилось. — Музыку хочешь? — Можно. Леви включил радио. Ловилась какая-то блюзовая композиция, тихая, с гитарой. Никакого агрессивного бита. Эрен не знал, было ли это совпадением или продуманным выбором. Через двадцать минут они свернули на пустынную дорогу, ведущую к складам. Паническая мысль снова кольнула: «Вот оно». Но в тот же миг Леви сказал, не отрывая глаз от дороги: — Видишь вон тот жёлтый ангар? Там раньше фабрика по производству мебели была. Обанкротилась. Говорят, там недавно труп нашли. Эрен снова фыркнул. На этот раз чётче. Его взгляд остановился на Леви. Он был ниже ростом, весь такой компактный, но это не мешало ему иметь развитую мускулатуру, да и в плечах он был шире Йегера. Хотя взгляд стальных глаз иногда внушал страх, в целом Леви скорее был похож на угрюмого педанта, чем на маньяка. — И что, дело раскрыли? — Нет, Йегер, не раскрыли. Я постарался. — сказал Аккерман, пряча подобие улыбки, повернув голову к зеркалу заднего вида. — Успокойся. Я шучу. Они приехали. Работа заняла час. Леви выбирал образцы декоративного бетона и металлические сетки, советовался с Эреном насчёт оттенков: «Как думаешь, этот холодный серый или с голубым подтоном?», таскал коробки. Физический труд помогал — Эрен сосредоточился на том, чтобы не уронить тяжёлый образец на ногу, а не на своих мыслях. На обратном пути было легче. Тело, уставшее от физической нагрузки, обмякло в кресле. Тишина в машине уже не была гнетущей. — Как пододеяльник? — неожиданно спросил Леви, когда уже въезжали в город. — Работает, — коротко ответил Эрен. И после паузы добавил: — Спасибо. — Не за что. Мешки под глазами слегка сдулись, посвежее выглядишь. Рад за тебя. Когда «Тойота» остановилась у общаги, Эрен вылез, чувствуя странную и необычную для себя пустоту. Не тревогу, а просто усталость от событий дня. — Послезавтра в шесть, архив, — напомнил Леви. — Не опаздывай. — Не буду. Машина тронулась. Эрен постоял на улице минуту, потом полез в карман за телефоном. Он хотел проверить, не писал ли кто. Но вместо этого просто посмотрел на время, на тёмное небо и пошёл внутрь. В голове было тихо. Слишком тихо, чтобы быть правдой, но пока он решал, верить этому или нет, он уже поднялся на свой этаж.