leather and lace

007

опусти пистолет

charlotte's pov

      Джонатан отвозит нас в полицейский участок на машине Джойс. Мы с Нэнси обе немного обеспокоены тем, что оставляем детей в школе одних, но он убедил нас, что мы должны помочь Хопперу и его маме.       Пока они вдвоем пробираются внутрь, чтобы забрать свою коробку с оружием, я стою на страже у входа. Уже поздно, и я на самом деле не жду, что кто-нибудь решит придти сюда в такой час, но Джонатан сказал, что у меня отличные навыки отвлекать внимание и я лучше него умею находить выход из непредвидинной ситуации.       Они выходят через три минуты, запихивая коробку и взятый Нэнси огнетушитель в багажник машины Джонатана.       — Эй, а моя машина все еще тут, — говорю я, когда он захлопывает багажник, и показываю на нее большим пальцем через плечо.       — А я могу взять машину Джойс, — кивает Нэнси, выхватывая ключи из рук Джонатана. — Запутаем следы, понимаешь?       Джонатан смотрит на нас так, словно ему не нравится идея путешествовать всем в одиночку, но думаю, что это неплохой план.       — В худшем случае у нас будет больше вариантов транспорта для побега, — пожимаю плечами я.       — Ха-ха, — невозмутимо произносит он, затем со вздохом открывает дверь автомобиля. — Садитесь. Бегом.       Дороги почти пусты, несмотря на вечер пятницы. Хокинс — тихий город, где практически нет ночной жизни. Это место, где «все друг друга знают», где сплетни распространяются как лесной пожар, потому что больше ничего интересного не происходит.       До дома Байерсов мы добираемся быстро, и я вылезаю из машины, чтобы помочь Нэнси и Джонатану занести все в дом. Мы начинаем с того, что вкручиваем обратно все лампочки, которые, по-видимому, Хоппер выкрутил в поисках «жучков», на что уходит почти полчаса, несмотря на то, что мы втроем работаем так быстро, как только можем. Джойс немного перестаралась с декором, если хотите знать мое мнение.       Джонатан оставляет медвежий капкан на полу прямо перед комнатой Уилла, Нэнси заливает его бензином, а я разбираюсь с оружием. У нас всего два пистолета, а нас трое, поэтому я беру гвозди из маленького ящика с инструментами и начинаю забивать их в бейсбольную биту в качестве дополнительной меры предосторожности. Они заходят ко мне в гостиную, когда заканчивают с капканом, и Нэнси старается не рассмеяться над моей слабой попыткой воткнуть несколько гвоздей в дерево.       — Сама попробуй, если тебе так смешно, — фыркаю я, бросая молоток на стол.       — Ладно, — пожимает она плечами, и мы меняемся местами. Я заряжаю пистолеты пулями, краем глаза наблюдая, как она пытается забить гвозди.       Джонатан заходит ей за спину, видя, как она пытается, осторожно забирает молоток у нее из рук и бормочет: «Я справлюсь».       Я делаю вид, что не замечаю, как краснеют ее щеки, когда она отодвигается, и прикусываю губу, чтобы скрыть улыбку, пока заканчиваю заряжать пистолет. На самом деле, это мило, что он такой нежный и мягкий рядом с ней. Меня это беспокоит не так сильно, как я предполагала.       Как только все готово, Джонатан берет с кухни три ножа и раздает по одному каждому из нас. Очевидно, этого монстра (Демогоргона, как назвал его ранее Дастин) привлекает запах крови, и именно так мы планируем заманить его сюда.       — Помните, — говорит Джонатан, когда мы встаем в круг в гостиной. — Прямо в комнату Уилла и…       — Не угодить в капкан, — киваю я, наконец-то успокаиваясь.       — Дождаться движения йо-йо, — продолжает Нэнси, затем Джонатан достает зажигалку и открывает ее. — И, наконец…       Мы молчим, нервно переглядываясь, и я делаю первый шаг, прислоняя нож к ладони:       — Готовы, ребята?       Джонатан кивает, делая то же самое, и мы все трое поднимаем руки ладонями вверх, будто собираемся совершить какое-то сатанинское жертвоприношение.       — На счет три.       — Раз… — начинает Нэнси, ее голос слегка дрожит.       — Два… — выдыхаю я, переводя взгляд на Джонатана.       — Три, — заканчивает он, и мы втроем разрезаем себе ладони. Я инстинктивно зажмуриваюсь, когда боль пронзает руку, и чувствую тепло, когда моя кровь медленно стекает и капает на ковер.       — Черт, — бормочет Нэнси, и я открываю глаза, чтобы увидеть, как она трясет рукой, повсюду разбрызгивая капли крови. Она смотрит на меня, и, клянусь, я вижу улыбку. — Тебя до сих пор тошнит от вида крови, Шэр?       Шэр.       Я показываю ей язык, когда Джонатан хватает коробку с бинтами с кофейного столика. Однажды, в третьем классе, мы с Нэнси играли со скакалкой, она упала и повредила колено. Рана была не такой уж и глубокой, но кровь, стекавшая по ее ноге к туфлям, заставила меня упасть в обморок.       — Уже нет, я выросла.       — И это говорит мне девушка, которая только что показала мне язык, — парирует Нэнси, прижимая руку к груди и принимая от Джонатана бинт.       — Тебя все еще тошнит, Чарли, — бормочет он, протягивая еще один мне. — Ты чуть сознание не потеряла, когда увидела то фото. Одному богу известно, что произойдет, когда ты столкнешься с этой хренью лицом к лицу.       Нэнси смеется, но тут же кашляет, когда я поворачиваюсь и смотрю на нее:       — Прости, это правда не смешно. Ты можешь упасть в обморок, и тебя просто съедят.       — Не говори этого! — Скулю я, прикрывая окровавленную руку. Джонатан пытается скрыть улыбку, помогая Нэнси с ее бинтом. — Я начинаю думать, что ты просто не хочешь, чтобы я была здесь.       — Ты вроде как сама напросилась, — бормочет Джонатан, подводя Нэнси к дивану, чтобы как следует перевязать ей руку.       — Что… — Начинаю я, но замолкаю. Снаружи доносится слабый скрип, и я оборачиваюсь так быстро, что чуть не падаю. — Вы это слышали?       — Это всего лишь ветер, — пытается успокоить меня Нэнси, ее рука лежит на колене Джонатана, но по интонациям в ее голосе я понимаю, что она пытается успокоить скорее себя.       — Да, мама говорила, что лампочки… Когда эта хрень появляется, — бормочет Джонатан, сосредоточившись исключительно на Нэнси — Они мигают… как сигналы тревоги.       Меня это не совсем убеждает, поэтому я не спускаю глаз с двери, пока они продолжают разговаривать вполголоса. Я даже не пытаюсь вслушиваться в то, что они говорят, каждый волосок на моем теле встает дыбом от предвкушения чего-то.       Тишину нарушают отчаянные стуки в дверь, и я вздрагиваю, делаю шаг назад и чуть не натыкаюсь на кучу хлама. Тяжело представить, чтобы в дверь мог постучать монстр из другого измерения, и моя идея подтверждается, когда чей-то голос кричит: «Джонатан! Ты здесь, мужик?»       — Это… — начинает Нэнси у меня за спиной.       — Это… Это Стив, — теперь уже безошибочно узнаваемый голос Стива Харрингтона продолжает. — Слушай, чувак, я просто хочу поговорить!       Что-то похожее на страх скапливается у меня в животе, и, прежде чем я осознаю это, я пересекаю комнату и приоткрываю входную дверь ровно настолько, чтобы высунуть голову:       — Стив…       — Привет, — выдыхает он, но прищуривается при виде меня. Я замечаю, что делаю то же самое; его лицо все в крови и опухло, вокруг глаза образуется темно-фиолетовый синяк, а на губе запеклась кровь.       Мы говорим одновременно.       — Хендерсон, что ты…       — Срань господня, что с тобой случилось? — Я поднимаю забинтованную руку, как будто хочу дотронуться до его лица, но останавливаю себя. — Не важно… тебе нельзя здесь находиться…       — Нет, нет, нет, мне нужно поговорить с Джонатаном, — перебивает он меня, почти отчаянно хватаясь руками за дверь.       — Мне плевать, Стив, вали! — Протестую я, чувствуя за спиной присутствие Нэнси, и вытягиваю руку вперед, чтобы пихнуть его в грудь.       — Я виноват! — Кричит он, отступая назад, а затем снова приближается к двери. — Виноват, ясно? Мне нужно все исправить, я… Нэнси?       В этот момент я связываю воедино все пазлы. Джонатан, оказавшийся в полицейском участке за драку, перекошенное лицо Стива, его отчаянное желание поговорить — Джонатан сделал это с ним.       При других обстоятельствах я бы посмеялась, но сейчас мне просто нужно, чтобы он ушел.       — Ты должен уйти! — Кричу я ему в ответ, протягивая руку, чтобы снова толкнуть его, но он ловит ее раньше, чем я успеваю что-то сделать. Я вздрагиваю от его крепкой хватки на свежем порезе, и он несколько раз переворачивает мою руку, рассматривая ее.       — Что с твоей рукой? — Спрашивает он, слегка запыхавшись, и, когда забинтованная рука Нэнси хватает меня за плечо, чтобы затащить обратно в дом, он бледнеет. — Это кровь?       — Стив… — пытается начать она, затаскивая меня за собой, но его взгляд мечется между одинаковыми повязками на нас обоих.       — Это он с вами сделал? — Спрашивает Стив, а затем проталкивается внутрь.       Я в панике поднимаю руки, чтобы оттолкнуть его, но уже слишком поздно. Он легко приближается ко мне, хватает за локти и проталкивает дальше в дом, оглядывая развешанные рождественские гирлянды и общий беспорядок в доме.       — Что… — Начинает он, все еще держа меня за локти, и смотрит на биту с гвоздями на кофейном столике, а затем на меня. — Что за хер…       — Тебе нужно убираться отсюда, — восклицает Джонатан, вскакивая с дивана. Он оттаскивает меня от Стива (я уже начинаю уставать от рукоприкладства) и пытается вытолкать парня обратно на улицу. — Слушай, я не прошу, а…       — Что за запах? — В отчаянии спрашивает Стив, отталкивая Джонатана.       — Говорю же, убирайся отсюда! — Продолжает Джонатан, не обращая внимания на пиханье Стива.       — Это бензин? — Теперь он раздражен, паника отражается на его лице, когда он пытается понять, что происходит.       В этой суматохе я хватаю со стола один из пистолетов, снимаю его с предохранителя и направляю прямо в его тупую физиономию:       — Стив! Уходи!       Джонатан немедленно отступает, поднимая руки вверх, как будто я действительно собираюсь его пристрелить, а Стив повышает голос, глядя на меня широко раскрытыми глазами:       — Стой, чего? Что происходит?!       — У тебя пять секунд, чтобы убраться отсюда, — подчеркиваю я, поднимая пистолет повыше для пущей убедительности. На самом деле я не планирую использовать его, но он выбрал самый неподходящий момент для появления.       — Ладно, подожди, стой! — Кричит он, протягивая ко мне руку, но я отступаю назад. — Это что, шутка? Ладно, просто опусти пистолет…       — Чарли, — бормочет Джонатан рядом со мной, но я слишком занята угрозами Стиву, чтобы заметить это. Я начинаю обратный отсчет с пяти, и парень паникует еще больше.       — Шарлотта! — Кричит Нэнси, когда я досчитываю до двух. — Свет!       Я опускаю пистолет, резко оборачиваюсь и вижу, как быстро мигают огоньки. И тут начинается настоящий ад.