Утопия

Лилит прекрасно понимала почему я так себя веду и без тени смущения просто последовала за мной. -Мани, любимый, мы принесли столько добычи, я... -Хватит! Не знаю откуда у меня взялась эта уверенность, но здесь явно было что-то не так. -Так, теперь давай подробно, охотница, зачем ты это сделала? Почему ты так яро пытаешься убить этого человека, что он сделал тебе? Я устремил свой взгляд на девушку. -Мааани,- протянула Лилит-Милый мой, я знаю его, он был одним из тех темных рыцарей и отдавал команды истязать неверных, только небольшая кучка людей смогла сбежать, тех кого они замучали до смерти они жгли на костре, я до сих пор вижу это пламя до самого неба. И очень хорошо помню его лицо со зловещими отблесками этого кострища. Мои попытки спасти нескольких людей всегда были рискованны. Я спасла многих кого ты видишь здесь, вылечила их, в том числе и тебя, мой ангел. Девушка опять убаюкивала меня своим голосом и её руки проникли в мои волосы, нежно гладили кожу плавно опускаясь к шее. Да, от этого голоса у меня уходила земля из под ног и я на какое-то время терял контроль. Но какая-то сила пробуждала меня как только я чувствовал возбуждение в паху. -Стой, остановись, Лилит. То есть ты хочешь сказать, что все они знают Ланли? -Конечно! Ты можешь позвать их всех и спросить сам. Лилит щёлкнула пальцами в темный проём и по очереди жители пещеры зашли в комнату. -Мне нужно от вас только одно. Вы все знаете этого пленника и сами видели что он творил в поселении? В комнате повисла тишина и только шарканье ног разбавляли её. Наконец один из обитателей начал говорить. -Мани, он правая рука Дагдариона, он даже жил отдельно от остальных и к нему часто приводили и женщин и мужчин, которых потом никто не видел. Когда был захват поселка его не было с рыцарями, но вскоре он появился и поселился на окраине, он приезжал часто и задерживался, потом он увидел тебя и после ночи крещения ты исчез. Вскоре мы видели как тебя хоронили и Лилит приказала забрать тело, потому что чувствовала биение твоего сердца, бог Яхве не дал тебе перейти в другой мир, потому что ты суженный и вместе вы должны занять владение Декаяна. Бубнение других прихожан подтверждали слова мужчины и я с горьким угрызением совести смотрел на гордый профиль Лилит. Как я мог усомниться в ней, ведь она просто хочет уберечь меня? Жестом я прогнал всех и остался с Лилит. Она покорно сидела у моих ног и гладила колени. Ее длинные блестящие волосы спадали на пол и касались моих ступней. -Лилит, послушай, почему мы не идём в поселение, ведь воины хорошо обучены и думаю люди сами восстанут и перейдут на нашу сторону. -Мой Мани, нам нужно провести ритуал и двинуться в путь. -Какой ритуал? Лилит? -Этот человек должен умереть в муках чтобы умершие души могли вернутся. Тогда Яхве благословит нас на поход. Она подняла свою голову и её огромные глаза смотрели на меня играя огоньками пламени от костра. -Хорошо, что нужно делать? Лилит рассказала что люди готовы провести обряд и душа Ланли навсегда уйдет в бездну и больше не будет мучить нас. До самого утра я так не смог уснуть и Лилит ластилась ко мне нежным зверьком, нашептывая слова любви. Но я как будто не слышал её и в голове звучали странные обрывки фраз прихожан, всплывали образы узника и его страданий. -Скажи, мне обязательно быть на ритуале? -О нет, тебе просто нужно дать согласие. Одно твое слово. -Я хочу подумать ещё, Лилит. Она повисла на моей шее и едва коснулась губами моих губ. Меня пронзил как будто электрический разряд тока и я поспешил освободиться от объятий. -Не сейчас, ступай. Она медленно удалилась проронив только одну фразу. -У тебя есть время до полуночи будущей ночи, мой Мани. Судорожно я тёр виски и пытался вспомнить хоть что то из детства, кто мои родители и как рыцари захватчики появились у нас в поселении. Но только строгое и красивое лицо мужчины как будто витало в моей конуре. Я отказался от еды до самого вечера и несколько раз выгонял Лилит, которая приносила еду и целовала подол моей рубахи. Ну почему же при мысли что Ланли должен умереть у меня холодело всё внутри?Почему я не могу принять его как врага и мне нестерпимо больно в душе от его страданий. Я должен быть на ритуале.