Утопия

Раньше я очень любил Рождество, этот теплый семейный праздник, который оставляет неповторимые воспоминания на целый год. Я помню все эти дни, начиная с детства, как я загадывал желание и обязательно оставлял под ёлкой печенье и молоко. Как утром бежал в гостиную в ожидании чуда. Но чем старше мы становимся, тем наши желания становятся взрослее. Я желал только одного, чтобы Джим нашелся. Больше я не писал писем с желаниями, хотя не переставал верить в чудо, и уныло блуждал по праздничным улицам города. Я очень любил наблюдать за прохожими в эти дни. Кто-то спешил домой с ворохом подарков, кто-то беззаботно разгуливал по ярмаркам. Особенно интересно было рассматривать парочки. Держась за руки они смеялись и казались такими счастливыми. Кто-то украдкой дарили друг другу нежные поцелуи, а кто-то весело катался на санках и кидался снегом. Я всегда представлял, что это могли быть мы, и сердце сжималось от досады и чей-то голос внутри твердил: "Перестань ждать, живи, ты ещё так молод". Но я быстро прогонял эти мысли и как всегда по привычке вглядывался в лица прохожих. То кафе, где мы провели с Джимми наше первое свидание, хоть и не очень удачное, всё ещё было на том же месте и я очень часто приходил туда, и заказывал две чашки кофе, и мог сидеть часами, рисуя в планшете портреты Джима по памяти. И когда официантка недовольно начинала греметь стульями поспешно уходил. Это было наше место, и я надеялся, что он обязательно придёт туда, просто ещё не время. Моя любовь не стала слабее, она стала как хорошее вино, красочная, с раскрывающимися нотками, немного горькая и безумно пьянящая. Он должен обязательно появиться и испить эту чашу до дна. Мигающие фонарики в окнах кафе и маленькие елки на столиках добавляли этому месту какой-то торжественный вид и я, не изменяя традиции, устроился на том же месте как всегда. Работники уже хорошо меня знали и две чашки кофе и маффины уже красовались на моем столике. Вокруг сновали люди, кто-то громко смеялся и пел рождественские песни, кто-то просто ужинал в одиночестве, детишки собирали конфеты с витрины и лукаво поглядывали на меня. -Эй, счастливого Рождества. Один из мальчишек протянул мне леденец. -И тебе, малыш, вот держи. Я протянул мальчику тарелку с выпечкой. -Нееееет, спасибо, ты ждёшь кого-то? -Да, ребёнок, жду... очень. Малыш потупив взгляд опустил глаза. -Когда очень очень ждёшь, это случается, особенно сегодня. У меня невольно скатилась слеза по щеке и на мгновение я закрыл глаза. И когда открыл снова, то на столе лежал всё тот же леденец, а мальчишка как будто испарился. Я с удивлением начал озираться по сторонам, в надежде найти своего нового знакомого. Но поиски были напрасны. Допив свой, уже остывший, кофе я засобирался домой к ужину, и мой взгляд упал на заходящего мужчину в длинном пальто с капюшоном. Он хромающей походкой подбирался к барной стойке и мне не видно было его лица. Но его фигура, его движения, я узнаю его из миллионов. Меня как-будто пригвоздили к креслу и в висках отчётливым эхом раздавалось: "Джим, Джим, Джим!" Куда-то подевался мой голос и я не мог произнести ни слова, не мог окликнуть его. Парень сделал заказ и опустив голову, как-будто скрывая лицо, направился к моему столику. Он молча присел снимая капюшон. -Джим, Джим Ланли! Прохрипел я пересохшим горлом. -Привет, бессмертный. Как там наш ген? Он сверкнул искрящимися глазами и его улыбка расплылась по лицу. То, что творилось у меня внутри сложно передать словами. Но это было абсолютное счастье. Дрожащими от волнения руками я коснулся любимого лица и слезы брызнули из глаз. Джим поспешил меня обнять и в его сильных руках я просто плавился как воск. -Жив, жив, я знал, я верил. -Тише, тише, Минни, всё хорошо, не реви. Я тут, малыш. Мы не могли расцепить наши руки и под восторженные взгляды зевак вышли на улицу. Было видно, что любимому сложно идти по заснеженным дорогам, и мы часто останавливались, перебивая друг друга рассказывали как тосковали. Джим целовал мои заплаканные щеки и успокаивал. -Куда мы теперь? А, бесёнок? Надеюсь ты не скоро втянешь нас в историю? Смеялся любимый. В моей руке оказался тот самый леденец, который так любезно мне подарил мальчик. И я вспомнил, что год назад, в это же время на столике в том же кафе чудным образом появился такой же. Я вопросительно поднял глаза на Джима и тот залился смехом, потрепал меня по волосам. -Домой, пошли домой, Джим. Я крепко сжал его ладонь. Его губы едва коснулись моих и это ощущение бесконечного счастья и полета внутри унесли нас в наш дом. Где его так любят и ждут. Какие бы сложности не подстерегали нас на нашем пути, легче всего их проходить когда рядом есть тот, кто даёт почву под ногами, хотя от его присутствия хочется улетать в небеса, кто верит в тебя и конечно ждёт. Любовь-это не только близость тел, это способность жертвовать собой, ради любимого, меняя свою и его жизнь. J&M