Иллюзия

Способ, как спустить пар все же нашелся. Не дожидаясь завтра, парень сбегал за мантией-невидимкой, потом направился в лес, несмотря на поздний час и решил снова испытать маховик. Ему нужно как-то выбросить Драко из головы! А единственный надежный способ — убедиться, что тот козел! Это все исправит! Вот вообще все! Он сможет выспаться, перестанет заглядываться, и снова возненавидит его волосы, которые теперь почему-то примагничивали руки. Гарри боялся своей реакции на парня. Быть геем не проблема, быть геем, который хочет лапать волосы Драко Малфоя — проблема размером с дом! На этот раз в планах третий курс. Там произошло много мерзкого связанного с Драко. Но кое-что запомнилось сильнее остального. Гарри даже улыбнулся уверенный, что теперь-то точно все пойдет по предсказуемому сценарию. Первые два раза наверняка совпали. Не могло быть так, чтобы Малфой реально парился за кого-то кроме своей напыщенной задницы. А третий курс стал в этом показательным. Один гиппогриф чего стоил! Кстати о гиппогрифах… Он пришел на свое место в лесу, сделал несколько оборотов маховика и перенесся в тот же лес, но несколькими годами ранее. Благо заранее не забыл надеть мантию-невидимку, потому что в тот год Хагрид нередко водил их в лес по поводу и без. Новый учитель по магическим животным не унимался проводя довольно опасные уроки. Гарри выступал на его стороне, но все же понимал и причину обеспокоенности многих родителей. Услышав смех где-то недалеко от места «приземления» он пошел на звук и вышел на опушку как раз в тот момент, когда несколько учеников Слизерина смеялись над ним изображая дементоров. Кто-то сомневался, что Малфой лидер среди них? Привычная картина. Драко ублюдок, вся школа это знает, а он и его друзья ненавидят. Но если раньше интересовала собственная персона, сейчас он решил обратить внимание на то, что произошло после сцены с «дементором», когда Драко во время урока забрали в больничку. «Хороший гиппогриф» улыбнулся Гарри сам себе видя, как Малфоя поднимает Хагрид после неудачных объятий с животинкой и пошел следом за ними в замок. Его не интересовало это в прошлый раз. Но маховик не обмануть. Этот момент прошлого завязан на них двоих. А значит что-то еще произойдет. Не может быть, чтобы все ограничилось шуткой с дементорами. Слишком пресно для столь сильной магии. Предсказуемо и довольно пискляво, парень кричал первые несколько метров пока Хагрид его нес в медпункт, уже будучи в койке поныл еще немного и перестал. Мадам Помфри быстро его подлечила и он лежал на кровати тихо смотря в пустоту. Почему-то такой пустой, расслабленный… Гарри уже начал закипать, потому что в тот год Драко начал походить на себя современного. В тот год за ним вся школа увивалась. И Гарри на свою голову заметил причину. Драко завораживал. Особенно, если наблюдать все время, как он сейчас, еще и в разных временных рамках. Тихий — громкий, яркий — невидимый, сильный — слабый. Он менялся от минуса к плюсу за секунды не позволяя приспособиться даже тем, кто знал его с детства. Гарри восхищался этим, хоть и не признавался даже себе. Но часть него уже понимала, что такого Драко хочется забрать, присвоить, не показывать никому, потому что слишком легко влюбиться. Эти противоречия ломали мозг, вырывали чувства с мясом заставляя ощущать по-новому. Видимо удача на стороне Гарри, потому что тишина быстро нарушилась, когда в комнату забежал Блейз. — Зачем ты делаешь это? — с порога крикнул он на больного. Да уж. Гарри больше повезло с друзьями. Они не причитают на него хотя бы, когда он ранен. — Какое твое дело? — приподнялся Драко на кровати, чтобы ответить с той же долей агрессии. — Разве планом было не дружить? Помогать? «Опять вы за свое…» — Планом было заставить его жить. Если дементоры так действуют на него, он должен научиться вызывать патронус. Помнишь поезд? А сейчас? Они пугают его. — И ты решил его добить? — Да! «Охренеть какой заботливый! Лучше бы я сам как-нибудь» — Он должен разозлиться и заставить учителя научить его. Если я не подтолкну, он не станет ничего делать. — Думаешь? Он и сам знает, что если не учить патронус… — Ему нужен стимул. Он должен бояться достаточно, чтобы уломать Люпина. Чертов оборотень слишком упрям. Гарри нахмурился. Вообще логично, что Драко знал об этом. В конце концов Люциус мог рассказать ему, а он наверняка знал. Люциус много чего знал. Странно, что не выдал в начале года, хотя Дамблдор мог надавить на какое-то больное место и тот молчал из страха. А под конец года руки связали уже Дамблдору из-за случившегося. — О себе лучше подумай хоть раз! Тебе не нужно учиться вызывать патронуса? В школе опасно… — Я научился летом, — жестко перебил Малфой с какой-то слишком очевидной болью в глазах, Гарри даже сделал пару шагов в его направлении, — Отец… Блейз поменялся в лице, Гарри удивился еще сильнее. Для начала шоком являлось уже то, что Драко умеет вызывать патронуса. Походу. Может не телесного, но даже легкое облако требует усилий. А кроме того, реакция Забини поражала. Он побледнел, потом скривился и сел на край кровати кладя руку на ладонь Малфоя. Гарри и это не понравилось. Последнее. И он бы даже под пыткой не объяснил причину. — Мне жаль… — Забей, зато теперь я знаю, как его звать. Вышел Гарри из больнички более расстроенным, чем заходил. Разговор ничего не дал. Ничего, что могло вытравить Драко из его мозгов. Еще и пара новых вопросов подкатила. Не раздумывая, он сбежал в лес и крутанул маховик. Конечно проще в школе, но там многолюдно бывает, а «приземлиться» на голову ученику как-то стремно. Поэтому снова пришлось бежать в лес. Эти приготовления, мантия, опасения — все сильно выматывало. Но Гарри не забывал про то, что рискует и чем рискует. Он конечно хотел знать правду, но не воскресить Волдеморта. А любая оплошность могла стоить многих жизней, включая ебучего Драко, так что хотел он или нет, но приходилось топать назад в лес и только там запускать маховик. Вернувшись в свое время он долго раздумывал, как лучше узнать правду про патронус. Реакция Забини все еще прокручивалась в голове. И хоть все он не узнает, но может хоть капля в море успокоит и без того расшатанные нервы. Библиотека сейчас вообще не вариант и по времени, и по воспоминаниям. Он не хотел туда и вообще желание появилось зарыться в комнате и не выходить. Так он и сделал, просто попросив Рона найти Гермиону. Зачем ему книги и библиотека? Она же лучше. Она вообще все знает! — Гарри, куда ты пропал? Прости за то, что… — пролепетала с порога подруга, пытаясь оправдаться за недавнее поведение. Гарри исчез после того и она решила, что причина может быть в ее поступке. — Не парься. Все в порядке, просто голову решил проветрить, — быстро сказал парень и пригласил сесть ее на кровать. Рон расположился на своей, внимательно вслушиваясь. — У меня довольно странный вопрос. Герми, есть другие способы научиться вызывать патронуса? — Ты о чем? — Люпин учил меня на богартах. Он выпускал одного и заставлял делать щит. Это долго, но эффективно. А недавно я подслушал разговор двух слизеринцев. Они почему-то сочувствовали друг другу, что их учили родители вызывать патронуса. Что это значит? Это конечно неприятно, но я бы не сказал, что настолько. Гермиона скривилась. Видимо не просто так Забини сочувствовал Малфою. — В средние века чистокровные учили детей вызывать патронуса через страх. Сейчас отголоски остались. Многие чистокровные семьи продолжают эту традицию не столько ради эффективности, сколько в дань традициям. «Кровь… ну да, в стиле Люциуса» — Но ведь, дементоры и есть по сути страх. Они его вызывают. Тогда как это происходило? — Они мучили психологически. Как правило использовались не богарты для обучения, а именно дементоры. Дети смотрели, как они вытягивают воспоминания, иногда даже душу, все зависело от ситуации. Родители могли привести ребенка на публичную казнь, чтобы тот видел, что будет, если он не научится. А потом шла практика. Они не давали даже попытки отбиться, чтобы повысить стимул. Вовремя останавливая дементора да, чтобы тот не перешел черту, родители давали понять, что значит быть пойманным дементором. Как ты, когда в поезде ощутил его впервые. Этот страх не забывается. — Но это ужасно! — прошептал Рон со своей кровати. — Чистокровные должны уметь больше, — пожала плечами Гермиона, — они сильнее по праву крови, но часто их сила основана на том, как именно они учатся. После такой пытки, больше стимула вызвать телесного патронуса. Они знают чего боятся, от чего защищаются, потому и вызывают патронуса практически всегда без проблем. Гарри стало тошно. Он помнил поезд, лес, квидич, помнил практически каждое свое «свидание» с дементорами. Мысль, что родители могут обречь ребенка на это специально, скручивала желудок в тугой ком. И Драко тоже через это прошел, если учесть реакцию Блейза. Перед глазами возникла картинка Драко на коленях перед этим ужасом в чистом виде. Беззащитного, без палочки, ощущающего как все хорошее выходит из тела, пожирается мерзкой тварью напротив. Тело дернулось, спина вспотела, волоски на затылке приподнялись. Гарри отошел от видения, помотал головой, чтобы прийти в себя и ощутил теплую руку на своей ладони. Гермиона возвращала лучше… — Не забывайте, что речь про чистокровных. Там редко адекватные маги водятся. — Эй! — взревел Рон со своей кровати и Гарри с Гермионой заливисто рассмеялись. — Я же сказала редко! Вы исключение, — добавила Гермиона продолжая смеяться.