Сон.

Понедельник. Я проснулась в 10 утра по Москве, чтобы успеть на онлайн-лекции, законспектировать и отправить домашку. После этого с облегчением снова нырнула в постель, поставив будильник уже на 8 утра по местному времени. Будильник прозвенел, и я отправилась в зал на часовой сеанс — нужно было сбросить остатки вчерашнего напряжения. После завтрака, вернувшись в номер, я увидела сообщение от «Mabel...»: Привет, у меня новости. Когда ты убежала, я подружилась с той коротковолосой девушкой — её зовут Зои. Так вот, она позвала нас на чай, чтобы отблагодарить. Доброе утро! Мне вчера хватило веселья на месяц вперёд, так что я откажусь. Ну давай, пошли 🥺 Нет. Ты, кстати, потеряла кольцо, — написала Мейбл. Я оторвалась от экрана и взглянула на тумбочку, где аккуратно лежали мои кольца. Блин. Их должно быть семь — одного действительно не хватало. Оно у тебя? Нет, оно у Зои) Я вздохнула. Ладно, придётся пойти 😤 Перед встречей с Мейбл я решила позаниматься своими делами: доделала домашку, а потом достала блокнот. Обложка у него была чёрная, но вся в наклейках из разных фандомов, с персонажами фильмов и игр. По центру крупно было написано по-русски: «САРКАЗМ». Я погрузилась в придумывание новых идей, рисуя наброски и записывая мысли. Пора было выходить. Я оделась практически так же, как на ту злополучную вечеринку, но на этот раз надела тёмно-синюю рубашку в белую тонкую полоску — фирменную, BOSS, которую когда-то «стащила» у папы. Расстегнув три пуговицы с верху и одну снизу. Она сидела плотно и солидно. Взяла свою вместительную сумку, положила внутрь камеру-мыльницу — на всякий случай — и вышла. Около отеля ждал белый Ford — за мной приехала Мейбл. Я села на переднее сиденье, пристегнулась, и мы поехали. В машине играл альбом Билли Айлиш, и почти вся дорога прошла в тишине под его звуки. Когда последний трек закончился, мы как раз подъехали к месту. Я повернулась к Мейбл: — А ты уверена, что они не серийные убийцы? — спросила я полушутя. — Перестань быть параноиком, — фыркнула она, но в её глазах мелькнула искорка. Она внимательно посмотрела на меня. — Ты вообще нормально спала? — Мейбл легонько ткнула пальцем в воздух в направлении моих глаз. — Да, нормально. Ты же знаешь, у меня почти всегда такие тени, — пожала я плечами. — М-м-м… Ну, пошли, — не стала спорить брюнетка. Я глубоко выдохнула и вышла из машины. Двери ворот были открыты, и мы прошли во двор. У самой двери я заколебалась на секунду, но затем всё же нажала на звонок. Через пару минут дверь открыла Зои. На ней был просторный свитшот, а взгляд был одновременно благодарным и немного смущённым. — Привет, заходите, — мягко улыбнулась она, отступая в сторону. — Рада, что вы пришли. Мы зашли в дом, и Мейбл тут же прошептала мне на ухо: — Ну что, видишь? Не серийные убийцы, — она лукаво подмигнула и пошла за Зои. Я лишь закатила глаза, но внутри немного расслабилась. Просторная гостиная встретила нас мягким светом. Посередине стоял большой Г-образный диван коричневого цвета, на котором сидели девушка и парень. Они отвлеклись от разговора, когда мы вошли. — Знакомьтесь, это Алекс, мой парень, а это Кла́удия, — представила их Зои легким движением руки. — Привет, — прозвучало почти одновременно. — Присаживайтесь, — пригласил Алекс, жестом указывая на свободные места. Мы устроились на диване, и Алекс тут же спросил: — Что будете? Пиво, джин, может, вино? — Мы, вообще-то, пришли на чай, — вежливо, но твердо напомнила я и посмотрела на Мейбл, как бы ища подтверждения. — Хорошо, — Алекс усмехнулся, поднимаясь. — Чай так чай. Напротив нас сидела Клаудия. Нас разделял только низкий кофейный столик. Девушка слегка наклонилась вперёд и начала: — Так это ты спасла... Не дав ей договорить, я быстро кивнула: — Да. Она уже открыла рот, чтобы задать следующий вопрос, но в комнату с шумом вошёл парень с огненно-рыжими волосами, неся ящик с бутылками. Клаудия моментально вскочила и бросилась обнимать его. И тут до меня наконец дошло. Рыжие волосы, это лицо... Финнеас О’Коннелл. Если здесь Финнеас, значит, та девушка в бассейне... — Билли, ты где? — крикнул он через плечо. — Чего ты орёшь? Я за тобой вообще-то шла, — раздался сварливый, но до боли знакомый голос из коридора. И в комнату вошла она сама — Билли Айлиш. Внутри у меня всё оборвалось и замерло, но лицо я сохранила абсолютно спокойным, даже слегка отстранённым. Просто ещё один человек в комнате. Вот только этот «просто человек» была одной из самых знаменитых певиц на планете, которую я вчера вытащила из бассейна. Билли вошла в комнату и, перекинувшись парой слов с Финнеасом и Зои, направилась к дивану. Она устроилась напротив нас, и Мейбл тут же не выдержала. — Привет! Я Мейбл, а это каменное лицо — Ви, — с улыбкой объявила она, кивая в мою сторону. Я едва заметно закатила глаза и поднялась, чтобы пожать Билли руку. — Привет, — спокойно сказала я, протягивая ладонь. — Приветик, рада знакомству, — она, оставаясь сидеть, пожала мою руку. Я заметила, как она слегка прикусила губу, её взгляд был пристальным и чуть оценивающим. — Жмёшь руку , — заметила Билли, не отпуская мою руку сразу. — Это интересно. — Да, я в целом интересный человек, — парировала я с лёгкой усмешкой. Уголок её губ дрогнул в намёке на улыбку, и только тогда я почувствовала, как её пальцы разжимаются, выпуская мою ладонь. В воздухе повисла короткая, но ощутимая пауза. Все расселись на диване, расставив напитки на кофейном столике. Общий разговор покатился своим чередом — смех, пересекающиеся реплики, шутки. Я сидела немного в стороне, медленно потягивая чай, погрузившись в свои мысли, но отчётливо чувствуя чей-то пристальный взгляд на себе. Я знала, чей он — тёплый и неотрывный, будто пытающийся что-то прочитать. И тут Алекс, перехватив минутную паузу, обратился ко мне: — А ты в Америку на отдых прилетела? Взгляды всех присутствующих разом повернулись в мою сторону. — Нет, — спокойно ответила я, — можно сказать, по работе. Не успела я закончить фразу, как Мейбл, не в силах сдержать восторг, выпалила: — Её номинировали на «Оскар»! В комнате на секунду воцарилась тишина. Даже музыка из колонок будто приглушилась. А взгляд Билли, который и прежде не отрывался, стал ещё более заинтересованным и проницательным. — Да, мой мультфильм номинировали на «Оскар», — подтвердила я, ставя кружку на стол. — Боже, меня сейчас осенило! — воскликнула Зои, хлопнув себя по лбу. — Это же твой мультфильм «Novitiates»! — Да, — кивнула я. — Он просто нереальный! — подключился Алекс, его глаза загорелись. — Рисовка — что-то на уровне «Аркейна». Такая же атмосферная и живая. — Да уж, — тихо добавила Зои, глядя куда-то вдаль. — Помню, как ревела в той сцене в школе...  Повисла тишина  Может, поиграем во что-нибудь? — предложила Клаудия, оглядывая всех. Да, давайте! — раздались одобрительные голоса. А какие правила? — уточнила Мейбл, уже потирая руки в предвкушении. Всё просто, — объяснила Клаудия. — Каждый пишет на листочке любой вопрос — смешной, личный, странный — и кладёт его в мешок. Потом будем по кругу вытаскивать. Кто отказывается отвечать, тот выполняет действие — его придумывает тот, кто задал вопрос. Все принялись что-то строчить на розданных бумажках. Через пару минут, когда все листочки оказались в небольшом тканевом мешочке, его хорошенько встряхнули. Игра началась. Шёл смех, откровения, а порой и неловкие паузы, которые тут же разряжались шутками. Очередь двигалась по часовой стрелке, пока, наконец, не дошла до меня. Я запустила руку в мешок, нащупала смятый клочок бумаги и развернула его. Прочитав про себя, я медленно подняла глаза на круг ожидающих лиц, а затем произнесла вслух то, что было написано: — «Какая у тебя мечта?» — прочла я вопрос с листочка. В комнате на мгновение притихли. Я сделала небольшую паузу, собираясь с мыслями. — У меня уже исполнилась одна детская мечта, — начала я, глядя на кружку в своих руках. — Вот мой мультфильм номинировали на «Оскар». Его увидел почти весь мир. — А почему именно такая мечта? — спросил Финнеас, подперев голову рукой. — Что бы заработать много денег? — предположил Алекс с ухмылкой. Я покачала головой, но слабая улыбка тронула мои губы. — Ну, это тоже, конечно, — признала я. — Но главное было другое. Я всегда хотела, чтобы после меня осталось что-то... материальное. Что-то настоящее, что не исчезнет вместе со мной. Чтобы оставить хотя бы маленький, но свой след в истории. В тишине, последовавшей за этими словами, был слышен только тихий треск дров в камине. А взгляд Билли, казалось, стал глубже и серьёзнее, будто она услышала в моём ответе что-то очень знакомое. — У тебя есть акцент, — вдруг заметила Билли, присматриваясь ко мне. — О нет, Мейбл, меня рассекретили, — вздохнула я с преувеличенным ужасом, бросая подруге обвинительный взгляд. Все засмеялись. — А я-то думала, у меня идеальный английский, — с пафосом сказала я, прикладывая руку к сердцу. — Давай, скажи уже всем, — подтолкнула меня Мейбл, сияя от удовольствия. — Ну ладно, ладно... Я прилетела из самой большой страны в мире, — начала я с нарочитой таинственностью, но Мейбл тут же подтолкнула меня локтем. — Хорошо, хорошо! Я из России. И, Алекс, не смей меня спрашивать, «там наверное очень холодно». Я посмотрела на него и увидела его разочарование — он явно собирался задать именно этот вопрос. Но тут раздался голос Билли: — Там наверное очень холодно, — произнесла она с невозмутимым видом, лишь чуть-чуть дрожащими уголками губ выдав попытку сдержать смех. Я рассмеялась первой, а за мной — и она, и в её смехе было что-то лёгкое и счастливое. — У нас страна большая, — пояснила я, прикрыв улыбку ладонью и всё ещё глядя на Билли. — Где-то действительно очень холодно, а где-то — вполне себе тепло. Разговор текла неспешно, но незаметно прошёл уже час. Вдруг Финнеас потянулся и, глянув в окно, произнёс: — Темнеет уже, наверное, пора потихоньку закругляться. Я уже собралась подняться, как Мейбл вдруг всплеснула руками: — Так мы же чай-то ещё и не пили! Я тихонько фыркнула и посмотрела на неё. — Ах, да, точно! — воскликнула Зои, торопливо вставая. — Я же обещала. — Сиди, — мягко остановила я её, взяв в руки свою пустую кружку. — Я сама заварю. Зои замерла на полпути, поняв, что спорить бесполезно, и лишь благодарно кивнула. На кухне я быстро нашла заварочный чайник, насыпала внутрь листьев и поставила греться воду. Вдруг почувствовала чьё-то присутствие. Обернулась — в дверном проёме стояла Билли. — Пришла помочь, — сказала она, потирая ладони, будто от холода, хотя в доме было тепло. Она подошла и облокотилась о столешницу рядом со мной. Я сделала то же самое, повернувшись к ней. — Мейбл говорила, что ты не хотела приезжать, — начала Билли, её голос был тихим и доверительным. — Что-то про серийных убийц. Я усмехнулась. — Да, я на полном серьёзе предположила, что это может быть коварный план, а мы — ничего не подозревающие жертвы. Билли вопросительно наклонила голову. — А почему? — Ну, во-первых, кто вообще приглашает малознакомых людей к себе в дом? — начала я перечислять на пальцах. — А во-вторых, дом-то арендованный. Билли приподняла брови, явно удивлённая. — А как ты это вообще узнала? — C'est un secret, — ответила я с нарочитым французским акцентом, приложив палец к губам. На её лице расплылась улыбка. — Так ты и по-французски знаешь? — спросила она с новым интересом. — Oui, c'est vrai, — кивнула я и отвернулась, чтобы налить кипяток в чайник. — Спасибо, — вдруг очень тихо произнесла она за моей спиной. Я медленно повернулась и встретилась с её взглядом. Боже, её глаза были полны такой искренней, немой благодарности, что у меня на мгновение перехватило дыхание. — М-м-м? — промычала я, не в силах подобрать слов. — Спасибо, что спасла мне жизнь, — повторила она, не отводя взгляда. — Если честно… я даже не знаю, что ответить, — призналась я, отводя глаза в сторону и смотря куда-то вдаль, за окно. — Потому что я до сих пор в полном шоке. Тишина на кухне стала густой, насыщенной невысказанным. Я медленно перевела взгляд с ночного окна обратно на неё. Её благодарность висела в воздухе, тёплая и неудобная, как слишком большое одеяло. — Я… я просто оказалась рядом, — наконец сказала я, слова казались неуклюжими и неадекватными. — Любой бы так поступил. — Нет, — её ответ был мягким, но категоричным. Она покачала головой, и свет от люстры поймал рыжие пряди в её тёмных волосах. — Не любой. Многие бы застыли. Снимали на телефон. Ждали, что сделает кто-то другой. Ты — действовала. Она оторвалась от столешницы и сделала небольшой шаг ближе. Теперь я чувствовала лёгкий аромат её духов — что-то древесное, с оттенком дыма. — Это меняет… перспективу, — продолжила она, изучая моё лицо. — Когда кто-то вытаскивает тебя буквально из-под воды. Я подавила нервный смешок. — Звучит как суперсила. «Спасает тонущих знаменитостей». Не самый практичный навык для повседневной жизни. Уголки её губ дрогнули. — Может, и практичный. Мир, знаешь ли, довольно глубокий бассейн. Чайник на плите тихо зашипел, сообщая, что вода готова. Звук вернул нас в реальность кухни, в ту самую секунду. Я отвернулась, чтобы выключить огонь. Действие дало передышку. — Мейбл права насчёт тебя, — снова заговорила Билли, теперь её голос звучал задумчиво. — Ты действительно… спокойная. Даже сейчас. Большинство людей после такого были бы на седьмом небе от знакомства или до сих пор тряслись. Я налила кипяток в заварочный чайник, наблюдая, как тёмные листья начинают кружиться в воде. — Возможно, шок ещё не прошёл до конца, — сказала я честно. — Или, может, это просто мой способ справляться. Держать всё внутри, пока мир не перестанет вращаться с безумной скоростью. — А он перестаёт? — спросила она просто. Я взглянула на неё, встретив её пристальный, понимающий взгляд. В её глазах не было праздного любопытства. Там было признание. Узнавание в другом человеке того же внутреннего механизма, той же сложной системы выживания в ярком, но безжалостном свете. — Нет, — тихо ответила я. — Не перестаёт. Просто иногда… появляются точки опоры. Мы смотрели друг на друга через пар, поднимающийся от чайника. В гостиной снова раздался смех — Алекс что-то рассказывал. Но здесь, на кухне, существовал отдельный, тихий мирок. — Пойдём? — наконец нарушила молчание Билли, кивнув в сторону двери. — А то наш чай остынет, а они там, наверное, уже гадают, не упала ли я во второй раз. Я улыбнулась, настоящей, неуверенной улыбкой, впервые за этот вечер. — Давай. Но предупреждаю, я завариваю крепко. — Мне кажется, после всего сегодняшнего, мне именно это и нужно, — сказала она, и в её глазах мелькнула та самая знакомая по клипам озорная искорка, смешанная с чем-то новым, тёплым и личным. Я взяла чайник, она подхватила чашки, и мы пошли обратно в свет и шум гостиной, унося с собой только что рождённую между нами тихую, новую договорённость. Дальше было так. Мы вернулись в гостиную с дымящимся чайником, и наша короткая отлучку заметили. Мейбл подняла бровь с немым вопросом, на который я лишь покачала головой. Зои благодарно улыбнулась, увидев полные чашки. Алекс что-то шепнул Финнеасу, и оба тихо фыркнули. Но главное — тишина между мной и Билли больше не была напряжённой. Она была спокойной, почти комфортной. Мы сидели рядом на том огромном диване, пили крепкий, почти горьковатый чай, и я чувствовала, как дрожь внутри постепенно стихает, сменяясь новой, странной теплотой. Чай помог. Разговор снова потекла — теперь уже без острых углов и неловких пауз. Говорили о музыке, о том, как создаются миры в анимации и в песнях. О странностях жизни в постоянном свете софитов и о тишине пустой студии в три часа ночи. Когда мы наконец собрались уходить, Билли незаметно сунула мне в руку моё кольцо и смятый бумажный стикер от блокнота. На нём был написан номер телефона и одно слово: «Для точек опоры». Финнеас отвёз нас обратно в отель. В машине Мейбл без умолку болтала, всё ещё на взводе от вечера, а я молча смотрела в тёмное окно, сжимая в кармане тот самый бумажный клочок. Он казался нереально горячим. В номере я положила его на тумбочку, рядом с кольцами. Потом долго стояла на балконе, вдыхая прохладный ночной воздух Лос-Анджелеса и глядя на море огней. Мысль о том, что где-то там, в одном из этих огней, сидит она, и, возможно, тоже о чём-то думает, не казалась уже такой невероятной. Зазвонил телефон. Сообщение от Мейбл: «Я ТЕБЕ ГОВОРИЛА, ЧТО ОНИ НЕ СЕРИЙНЫЕ УБИЙЦЫ!!!!!» Потом, через секунду: «Но у меня до сих пор мурашки. Блииин, Ви». Я улыбнулась и ответила: «У меня тоже». И где-то глубоко внутри, под слоем усталости и остаточного шока, что-то щёлкнуло. Как будто в сложном, красивом механизме моей одинокой вселенной нашлась новая, незнакомая шестерёнка. И она идеально подошла.