Пером по листу

В отличие от других регионов, в Нод-Крае даже луна сияла как-то ярче и настойчивее, а дни казались приглушёнными, словно тень ночи не желала их отпускать. Это место по своей сути было ночным, священным, полным духовных богатств, но населённым серьёзными, молчаливыми людьми, чьи лица зачастую казались высеченными из тёмного камня. Сам странник всячески избегал лишнего внимания. Когда в городе не было необходимости ни с кем говорить, он растворялся в закоулках, бродил по пустынным дворам, точно боясь, что его запомнят, узнают, привяжут к себе хоть каплей ненужной памяти. Старая привычка, выработанная годами сложной репутации. После напряжённой беседы в «Куратории тайн» всех волновала лишь пропажа Коломбины. Особенно путешественника. А поскольку тот изначально смотрел на странника с нескрываемым скепсисом, Мастер Шляпка предпочитал не сталкиваться с ним без веской причины. Мало ли ещё обвинит в равнодушии к судьбе лунной богины... Путешественник, конечно, мастер был судить других по шкале собственного рвения. Что, впрочем, выглядело скорее забавно, нежели оскорбительно. — Я знал, что найду тебя здесь. Странник внутренне чертыхнулся: его уединение, его тихий созерцательный миг на бирюзовом склоне с видом на море вновь кто-то нарушил. Он нехотя обернулся и нахмурился ещё глубже, увидев приближающегося алхимика. — Ну, чего тебе? — Хотел поинтересоваться дальнейшими планами. Есть новости по разведке? — Альбедо с ним поравнялся, мягко укрывая руки за спиной. Он походил на учёного гораздо больше, чем сам учёный сумерской академии. Это не задевало странника: наоборот, он находил это весьма ироничным. — Я уже всё сказал. Этот подонок ещё проявит себя, и мы должны быть готовы, — он скрестил руки, раздражённо буркнув. — Или такого умника, как ты, забыли в курс дела ввести? — Ввели. — Тогда что ты здесь забыл? — странник фыркнул, щурясь с подозрением. Он явно был не настроен на светские беседы. — Я видел вас на фестивале, — тот усмехнулся, наблюдая, как Мастер Шляпка мгновенно отвёл взгляд. — Поздравляю. — Не с чем, — странник стиснул пальцы на скрещённых руках так, будто хотел впиться в собственную одежду. — Передай ему пару ласковых о половом воспитании. Совсем его не учишь, что ли? — Хм... а что мне ему сказать? В таком возрасте для Дурина нормально любить... — Альбедо проследил за взглядом странника, тоже обратившись к гладкой, тёмной поверхности воды. И правда, хорошо здесь, на возвышенности... Не зря мистер бродячий кот вечно здесь пропадает. Он ждал ответа, но его не последовало. Странник точно и не собирался отвечать, прожигая суровым, затуманенным мыслями взглядом ночной горизонт. «Любить...» — Или ты что-то иное имеешь в виду? — Глупый он ещё... — странник цыкнул сквозь зубы, и его взгляд внезапно смягчился, наполнившись непривычной грустью. Где-то внизу глухо, с равномерным стоном бились волны о пустой берег. — Это не любовь. Скажи ему, что бы он там себе ни напридумывал, у него ещё будет множество друзей, к которым он станет испытывать чувства и покрепче. Пусть лучше бережёт себя... Я-то здесь при чём? Со мной лучше вообще не водиться, и уж тем более не в таком ключе. — Почему ты сам ему не скажешь? Этот вопрос, прозвучавший с несвойственной Альбедо сухой колкостью, на мгновение ошеломил странника. Он обернулся, ожидая увидеть привычную сдержанную маску, но встретил лишь отворачивающиеся плечи. Не дав ему вставить и слова, алхимик резко развернулся и удалился прочь. Ветер тут же подхватил полы его белого плаща, и этот уход, стремительный и безмолвный, был красноречивее слов.