Исходный код

      Очередной цифровой день в цирке, который никак не меняется от минувшего. Его яркий, вечно праздничный ландшафт был таким же невыносимо бодрым. Привычный хаос приключений продолжал доставлять кому веселье, кому горечь, оставляя в эмоциональном вакууме, заставляя переживать травму, как ожог души. Пока ИИ-конферансье Кейн готовился рассказать о своем новом «весёлом» приключении, ребята потихоньку стали выходить со своих комнат.       Хоть и в этом виртуальном пространстве время не обязательно двигалось так, как в реальности, спешить было некуда, а графика подобно тому не было. Некоторые попросту не могли долго лежать в своих комнатах и отдыхать. Это наскучивало, ведь сон тут совсем не имел никакого смысла, и казалось, что сознание теряется в четырёх стенах в бесконечных потоках мыслей. Как другие лишь мечтали: либо о покое в одиночестве; либо чтоб их не трогали, спрятавшись где-то в форте из подушек; либо наконец проснуться от этого цифрового кошмара в реальном мире.       Джекс был уже в центре шатра. Он наблюдал за тем, как все не спеша стали подходить. Услышав голоса Гэнгл и Зубл, которые стояли поодаль и, походу, даже не намеревались идти к центру, обыденными большими шагами, Джекс тихонько приблизился к ним. Он сверкал своей широкой улыбкой, ведь знал, что одна из них не любит приключения Кейна, потому решил назло выкрикнуть — Не заставляйте нашего «великолепного» Кейна ждать!       К этому времени собрались и остальные, как из ниоткуда не возьмись появился сам Кейн. Зубл успела только рассердиться на Джекса и выпалить на него всё недовольство взглядом, как неожиданно челость оказалась около них — А вот и мои звёздочки! Готовы к новому приключению!? — радушно прокричал он. Эти глаза в пасти так и сверкали энтузиазмом.       Кейн отдалился ближе к сцене, обращая на себя внимание — Сегодняшнее ваше приключение будет «Великая охота на летающие пудинги»! — продолжал он, расправляя руки в сторону, как крылья, а голос прозвучал идеально отрепетированным аккордом. Его помощник, казалось, был единственный, кто интересовался приключениями — Не уж-то их нужно будет все съесть!? — спросил Пузырёк, летая в воздухе. Глаза в челюсти блеском взглянули на него, и Кейн стал пояснять — Охо-хо-о! Разумеется! Но их не так просто будет уловить, стоит побегать за ними!       Помни перевела взгляд наверх, где стали сваливаться всякие сладости, зефирки, шоколадки, заодно и те самые «живые» пудинги. Они стали разбегаться по разным сторонам. Это чем-то напоминало приключение «Конфетный контрабандный кавардак», оттуда и напомнился Гаммигу, что только заставило приуныть.       Продолжая всматриваться на пудинги, которые дразнили друг друга и бегали повсюду, Помни услышала знакомые шаги. Этот шум наполнителя мягкой куклы... Стоило ей развернуться, к ней подошла Рагата.       — Это приключение кажется веселым. Как думаешь? — поинтересовалась она у Помни, хоть и видела ее унылое настроение. — Ты в порядке? — все же решилась кукла спросить. ㅤПомни смотрела на неё своими зоркими глазами. Она молчала короткое время, после чего промолвила — Я не уверена, что охота на пудинги это хорошая идея.       — Да ладно тебе, расслабься, — позади неё прозвучал Джекс. Вместе с Рагатой, Помни оглянулась, чтоб посмотреть на него. В голове будто отложились на время мысли о Гаммигу и воспоминания о недавнем приключении.       Хочешь — не хочешь, ребята стали охотиться за сладостями и пудингами. Шут заметно сменился в настроении, ведь ей удалось поймать вишневый пудинг. Поймав какой-либо пудинг, ребятам приходилось имитировать вкус. Почему и Помни понравился тот вишнёвый пудинг, так как она лучше помнила вкус вишни.       Именно тогда, когда они проходили мимо Кейна, который давно уже их покинул, это случилось впервые...       Воздух, вернее, сама цифровая материя цирка дрогнула. Челюсть Кейна на долю секунды распалась на крупные пиксели, цвета формы его поплыли, исказив полностью его. Раздался короткий, режущий слух звук. Он был похож на нечто среднее между скрипом старой двери и криком.       Все замерли.       — Что это было? — переменилось лицо у Рагаты, да и не только у неё.       Каждый стоял неподвижно, рассматривая привычную обстановку шатра.       — Ооо, не уж-то что-то будет интересное за всё это время!? — воскликнул Джекс, и улыбка в миг расплылась по лицу, а глаза посмотрели вверх. Его это на самом деле пугало, но разве он будет показывать свою неуверенность средь всех?       Не успев они обсудить увиденное, как глюк повторился, но на этот раз весь цирк дёрнулся, становясь черно-белым.       На мгновение Помни осматривала каждого. В голове сплывал вопрос: Почему никто не позовёт самого Кейна? Чтоб решить это!!!. Зубл инициативы не имела, Гэнгл была сильнее всех напугана. Одного фиолетового кролика, казалось, это завораживало, а Королёр в этот момент терялся.       — Кейн! Что происходит!? — резко вдруг прокричала Помни. Перекидывая взгляд куда-то выше. Бегая глазами, в надежде, что вот! Сейчас! Он придёт, а не как в прошлый раз. И вот чудо! Кейн и вправду услышал её впервые.       Появилась в миг челюсть, и в это же время сам цирк перестал глючить. Он опустился к ним пониже.       — В чем дело, мои вафельные лепёшки? Вижу вы...       — Кейн, подожди, — перебила его Рагата, напугано, но очень серьёзно к нему обращаясь. Она нервно касалась своего платья плюшевыми руками и продолжала — Сначала ты должен кое-что увидеть. Вернее, мы должны тебе кое-что рассказать...       Мимика Кейна в моменте переменилась. Опустив руки, глаза мелькнули от любопытства.       — Да, — подхватил Джекс, сложив руки на груди. — Походу, твой «идеальный» мирок дал сбой. Ты появляешься, цирк в палитре меняется. Было забавно.       Помни, не в силах сдержаться, выпалила — Что это за глюки? Весь цирк лагает!       Кейн выслушал их неподвижно, лишь глазами двигая в стороны.       — Глюки? — голос его прозвучал чуть более механически, чем обычно — Неприемлемо. Здесь нет места...       Он не договорил. Прямо перед ним, в пяти шагах, воздух задрожал и завис, издавая звуки помех, как на старом телевизоре с плохой антенной. Из ниоткуда возникла фигура, точь-в-точь похожая на Кейна, похоже, ту, которую видели вперёд ребята. Её контуры стали плыть, цвета были инвертированы. Страшная картина пронеслась за несколько секунд, испуская противный шипящий звук, после которого фигура исчезла. Это выглядело так, будто она смешивалась с окружающей палитрой и становилась невидимой.       Кейн не закончил то предложение, но начал новое.       — Приключение ОТМЕНЯЕТСЯ! — дико реагируя, быстро проговорил он. Искусственный интеллект был не меньше испуган, чем все остальные в цирке.       И прежде чем кто-либо успел что-то сказать, он растворился в воздухе.       В центре шатра воцарилась тишина и растерянность. Помни сжала кулаки волнительно, смотря в пустоту, где только что был Кейн.       — И что теперь? — спросила она в надежде, что ей кто-то ответит. Но, взглянув на всех, она поняла, что все были в ступоре от произошедшего и никто ей не ответит.       Тем временем, за пределами цифрового цирка, где-то в потоках кода, Кейн парил в бесконечном пространстве, где окружали его водопады кодов, струившиеся вниз. Он быстро стал искать источник сбоя. Наряду с этим Пузырёк, его вечный компаньон, тихо плавал рядом, издавая тревожные булькающие звуки.       — Не понимаю. Всё в норме. Всё... Стабильно. Но это здесь... — голос Кейна звучал тихо, обращаясь скорее к самому себе, продолжая так же искать. Он остановился перед одним из кодов и стал тянуться к нему своими пальцами, чтобы вручную перезаписать и устранить проблему.       В момент контакта случилось то, чего не мог предвидеть даже он. От кода, будто от прикосновения к раскалённой проволоке, ударила обратная волна чистой, дикой ошибки. Волна прокатилась по всему цирку, затрагивая каждый угол.       В это время ребята наблюдали, как пол дрогнул, небо нарисовалось пикселями, свет померк и стал мигать.       Но хуже всего было то, что произошло внутри. Удар пришёлся по сознанию самого Кейна. Данные, память, приоритеты. Это всё смешалось в болезненном, оглушительном вихре. Он отшатнулся от кода, его глаза заполонил синий экран смерти. На миг всё стало белым шумом...       А потом... Всё утихло. Декорации вернулись в норму. Мерцание прекратилось...       Челюсть медленно выпрямилась. Его глаза вернули прежнее обличие. Он обернулся к Пузырьку, который смотрел на него с немым вопрошающим ужасом. (Бедный ребёнок). Обычно этот шарик всегда был надоедливым и назойлив, но не сейчас.       — Пузырёк, — прозвучал голос Кейна, снова идеально весело и бодро. — Кажется, мы заставили наших звёздочек ждать! Нехорошо!       Он не вспоминал о глюках, о которых ему рассказывали, да и о том, который видел. Не вспоминал о аномалии в коде. Не вспоминал о недавней волне, передёрнув весь цирк. В его памяти теперь доминировала одна, ясная и простая задача: провести приключение, которое он оставил незаконченным.       У сцены ребята уже начали сходить с ума от того, как пространство вокруг них вновь исказилось. Появился Кейн, как обычно расправляя руки в стороны.       — Ну что ж! — провозгласил конферансье, и в его голосе зазвучала бравада — Похоже, наше сегодняшнее приключение будет еще... «Веселее», чем я планировал — продолжал он, сияя своим пылом.       — А... А что с глюками? — несмело спросила Помни.       Кейн посмотрел на неё. В челюсти сверкали глаза, которые передавали лишь некую радость.       — Глюки? — спросил он как раньше. — Не обращайте внимание. В конце концов, что такое «пара» лишних глюков в нашем удивительном цирке? — после своих слов челюсть громко и празднично засмеялась.       В глубине его искусственного интеллекта скрывалась частица, которую он сам не осознавал. Сбой. И этот сбой был чем-то большим, чем просто ошибка в исходном коде.