были отрезаны крылья

гулять больше не мог. не ползать, не видеть, не искупление. отражение стало абстрактным, с безмятежностью смотря дальше, чем мог видеть. я снял розовые очки вместе с глазами, они сопротивлялись, держались за крепкие нити. может это и есть реальный мир, какой смысл быть привязанным ко всему вокруг? но окончательно закончена жизнь? может ли быть ад, где рая нет? люди не видели во мне приближающую смерть — только страшную пьяницу, разлегся такой, прям живое чучело. остатки жителей, не помершие, все еще видели следующий этап жизни, суетились. хотя я все еще чувствую мягкий пар блюд из домов. скоро праздник не для бога, и в который верят многие люди, даже уверовавшие. ничего не стояло на месте, но дыхание становилось пыткой. такое чувство, будто я сейчас задохнусь из-за своего же языка. время потерялось, даже если считать секунды — все равно собьешься. луна падала, и приходила солнце, ослепляя, дни меняли свою длину, как будто скоро будет ночной суд. люди не прятались, наоборот, выходили на улицу. дома стали ярче. уже прошли краски мертвых художников и вместо них стала тьма. на меня красиво падал лунный свет, а на улицах затаился мрак перед ярким салютом. огоньки идут, очень быстро к фитилю, и теперь он взлетел вверх рысью. никогда не видел похороны старого. много ли я знаю? звук ударил по—

***

первый фейерверк прыснул в небо, время идет дальше, люди празднуют новый год. он наконец гнил до конца. до конца. ему помогли в этом брызги красного фейерверка.