Часть 6. Тепло ли тебе, девица?
19 декабря 2025 г., 18:26
Мелодия скрипки заполняла тесное пространство комнаты. Прекрасная и будто задыхающаяся. Звук цеплялся за стены, возвращался эхом и снова падал под смычок. Полина отчаянно резала струны, раз за разом проигрывая нужную мелодию, будто надеялась, что если сыграть её идеально, что-то внутри наконец встанет на место.
Ее карие глаза были закрыты, а брови слегка нахмурены.
Еще раз. Еще раз. И еще. Недостаточно.
Пальцы, зажимающие струны были стерты в кровь.
Дверь тихо скрипнула.
— Полиночка… — ласково промурчал дедушка Харитон.
Смычок дрогнул. Звук оборвался и повис в воздухе.
— Пора собираться.
Внутри заскреблось неудовольствие. Полина молча отложила инструмент, аккуратно уложила скрипку в футляр и поднялась. Послушно вышла в коридор, уже на ходу застёгивая кофту.
— Кто сегодня? — спросила она ровно.
— Тамарочка, — Харитон беззубо улыбнулся из-под седой бороды. — Совсем что-то ей нехорошо. Ослабла. Надо поработать. Подлатать.
— Поняла, — ответила Полина.
Она выглядела совсем не так, как привыкли ее видеть в школе одноклассники. Улыбчивое спокойное лицо было бледным и безэмоциональным, каштановые волосы она стянула в пучок на затылке. Длинное платье скрывало фигуру, подол едва выглядывал из-под дублёнки. В этом наряде она всегда помогала Харитону, когда он ходил к своим «пациентам».
Харитон наблюдал за ней украдкой, пока она обувалась.
— Как дела в школе? — спросил он мягко, словно между прочим.
— Хорошо… — Полина чуть помедлила. — Как обычно.
— М-м, — протянул он. — А ребятки? Ты же говорила, у вас там новые знакомые появились.
Полина потянула шнурок чуть сильнее, чем нужно.
— Ну… общаемся, — осторожно сказала она.
— Общаетесь — это хорошо, — одобрительно кивнул Харитон. — Молодёжь сейчас потерянная. Души у них болят, а сами не понимают от чего.
Он сделал паузу, выжидая.
— Рома, кажется? — добавил он как бы невзначай. — Ты говорила, у него дома неспокойно.
Полина кивнула.
— Он… злится часто.
— Злость — это боль, — тихо сказал дед. — А боль нужно лечить. Ты, кстати, намекни ему, что наш сержант в отставку ушел. Совсем времена дурные стали... Эх... А новенький Антоша как?
От этого имени внутри Полины что-то кольнуло.
— Антон… — она запнулась. — Он переживает из-за отца. И сестры. Сложно ему сейчас.
— Бедный мальчик, — вздохнул Харитон с сочувствием, но глаза его оставались цепкими. — Страхи разъедают человека изнутри. Хорошо, что у него есть ты.
— Ты ведь помогаешь им, правда? — Дедушка внимательно посмотрел Полине в глаза. — Советом правильным или делом каким.
Полина на секунду замерла.
— Конечно... — Покорно ответила она.
— Ну вот и славно... — Проворковал дед. — В гости на чай своих друзей зови.
Полина сморщилась от этой мысли, но в слух ничего не сказала.
***
Старая Тамара Петровна лежала на кушетке. Ее лицо, острое, как у птицы, периодически подергивалось от тиков. Бледное тело высохло и сморщилось.
— Здравствуй, красавица — заботливо склонился над старушкой Харитон. — Что ты, милая, проголодалась?
Старуха отрыла глаза.
— Еще как, батюшка. Еще как... Неужто пришел помочь мне?
Харитон тихо посмеялся. — Помогу, куда я денусь. А ты потом мне поможешь.
— Полина, иди сделай отвар, мы пока поболтаем с Тамарочкой.
Полина ушла на кухню. Старую и пахнущую гнилью. Методично зажгла плиту и стала намешивать травы. Густой запах стал заполнять комнату. Полина прошептала нужные слова и проткнула палец иглой — ярко-красная капля упала в отвар и окрасила его золотистым цветом. Дедушка еще давно научил ее всем старым рецептам.
Когда она вернулась в комнату Харитон и старуха замолчали. Полина дала "пациентке" отпить настой. После пары глотков лицо ее порозовело, а спина разогнулась.
— Ух, хорошо! — улыбнулась старушка. — Теперь я готова, пойдем.
Харитон со своей подопечной пошли на мороз. Полина осталась сидеть в комнате, зная, что где-то через пару часов они вернутся. И старуха болеть не будет еще долго.
