Свет, который не погас. Часть 3: Вместе.

Кадетское училище, 843 год

Второй курс 99-го кадетского корпуса

      Облокотившись лопатками о стену, Эмилия напряженно считала минуты до того момента, когда дверь в кабинет начальника Кадетского корпуса, Теодора Беккера, откроется, и его мерзкий голос пригласит ее войти.       Девушка скрестила руки на груди и нервно топала носком правой ноги. Периодически она покусывала нижнюю губу да сверлила взглядом дверь: будто гипнотизировала ее не открыться вообще никогда.       — Может, теперь ты научишься думать прежде чем говорить, Рэй. — Позлорадствовал Хельмут Адлер, куратор взвода, чуть склонившись к ней.       Тяжелый запах пота ударил Эмилии в нос, и она задержала вдох.       — Огрызаться — это ты дома будешь, а здесь — тебя быстро научат держать язык за зубами.       Он схватил плечо Эмилии цепкой хваткой и сквозь зубы пригрозил:        — Будешь сегодня отжиматься до потери пульса.       Эмилия не шевельнулась. Она упрямо смотрела вперед, на дверь начальника.       — … это я тебе обещаю.       Куратор после этого выпустил ее плечо, развернулся на каблуках и покинул канцелярию таким важным шагом, будто решил дело государственного значения.       Секретарша шуршала документами, а после — начала вести записи. Казалось, она вообще находилась не в одном с Эмилией помещении, а в разных: ни реакции, ни вмешательства, ни хотя бы короткого взгляда от нее Рэй так и не заметила. Даже если бы ее здесь приложили прикладом в висок, секретарша, — думалось Эмилии, — и бровью не повела бы.       — Зайдите, кадет Рэй! — Донеслось приказное из-за двери, и Эмилия, наконец, оторвалась от стены и шагнула вперед.       Она давно натренированным движением открыла ненавистную дверь ненавистного кабинета, уже в который раз за неделю оказавшись в этих четырех стенах, увешанных дипломами, выцветшими портретами военных руководителей и запыленными символами всех трех военных подразделений.       — От вашей фамилии, Рэй, уже бросает в дрожь. — Сурово процедил Беккер низкой нотой, вне себя от возмущения.       Эмилия прижала кулак к груди и стала терпеливо ждать приказа.       — Вольно. Садитесь.       Она придвинула стул и уселась напротив его стола. Нога ее снова стала дергаться, стоило ей опуститься на сиденье. По ощущениям — будто села на раскаленную сковородку, на которой ее сейчас пришмалят со всех сторон, а после — выбросят на помойку.        Руки Эмилии сами собой скрестились на груди.       — Какой на сей раз вы нашли повод нарушить субординацию и прервать занятие по картографии, кадет Рэй?       — Я ничего не нашла. — Пороворчала Эмилия: как же надоело изо дня в день объяснять одно и то же! — Он на меня постоянно орет. Ну и что, что я левша? Ну и что, что я держу карандаш не в той руке — это что, повод называть меня «недоделанной»? Меня здесь учат быть полицейским или преступником?       — Что это за «он»? У ваших преподавателей есть имена!       — Он — это наш куратор взвода, Хельмут Адлер. Или вы не понимаете, о ком я?        — Безобразие! Вы только послушайте, как вы говорите. Вы просто невыносимы, Рэй! Нарушение устава, я смотрю, для вас — шутка? Здесь подобное никто не потерпит!       — Хорошо бы и для преподавателей такой Устав завести. — Ехидно хмыкнула Эмилия. — Кто дает право оскорблять кадета и переходить на личности? Что, нарядом мне сейчас пригрозите? Да пожалуйста!       Беккер сделал вдох и так и не смог подобрать подходящие слова для выражения своего негодования. Он что-то говорил — как всегда, завел старую историю о теперешнем плохом воспитании кадетов, о том, что к ним стали присылать трудных подростков, как будто в исправительную колонию.       Эмилия, явно безразличная к его тираде, смотрела сквозь начальника, стучащего пальцем по столу.       — Думаю, следует отправить письмо вашим родителям, Рэй. Как им понравятся новости о том, что их дочь вот-вот станет кандидатом на вылет, несмотря на то, что она в десятке лучших кадетов училища?       — Конечно, отправьте! — Живо отозвалась Эмилия. — Как им понравится, что они послали меня осваивать профессию, а меня ПЕРВОЕ: постоянно гоняют по полигону до потери пульса; ВТОРОЕ: — Эмилия начала загибать пальцы, нарочно вытянув руку далеко вперед, через стол так, чтобы мистер Беккер видел ее пальцы прямо перед своим носом.       — ВТОРОЕ: меня оскорбляют и унижают…       — Я вас услышал…       — Нет, подождите! Это еще не все. ТРЕТЬЕ: куратор взвода позволяет себе хватать меня за руки, за плечи — что вообще я ему сделала? Может, у него нездоровый интерес ко мне какой-то? Он хочет меня? Тогда из этого вытекает ЧЕТВЕРТОЕ…       — Достаточно, кадет. — Резко оборвал Беккер, и Эмилия, так и не загнув оставшиеся два пальца, убрала руку с его глаз. Теодор Беккер злобно засопел, сверля ее взглядом.       — Не желаю больше вести с вами диалог. Настоятельно рекомендую вам задуматься о поиске другого учебного учреждения, поскольку уже завтра вы будете отчислены.       Беккер полез в карман, достал платок и промокнул капли пота, выступившие на его раскрасневшемся лбу.       — Как прикажете. — Спокойно ответила Эмилия. — Только я вот вдруг вспомнила… У моего отца есть студент. Генри Беккер.       Рука с платком замерла на лбу старшего офицера.       — Вы, случайно, не знакомы, господин Беккер? Говорят, он тоже под угрозой отчисления.       Эмилия стала рассматривать ногти на руке, а начальник училища медленно, будто теперь не рискуя делать резкие движения, вернул платок в карман.       — Прогульщик, говорят. Пропустил почти все лекции по основному предмету. — Продолжала Эмилия, как бы между прочим. — Мой отец — декан факультета естественных наук. Кажется, ваш сын там учится, верно?       Теодор Беккер нервно сглотнул.       — … и вопрос исключения тоже остро стоит. Такие дела.       Эмилия слегка склонилась вперед, чтобы поставить локти на стол Беккера, и подперла одну щеку. На ее лице появилась слабоватая улыбка.       — Я не спешу менять учиище. — Она не даже не потрудилась убрать ухмылку с лица. — Поучусь здесь еще немного, не возражаете?       — Что это еще за жест доброй воли, Рэй? Зубы мне заговариваете? — Начальник сощурился и начал пристально вглядываться в голубые глаза девушки.       — Договариваюсь. Пусть Адлер извинится передо мой за все те вещи, которые он наговорил. Субординация заканчивается там, где начинаются оскорбления, господин Беккер. И тогда мой отец — очень уважаемый человек — даст вашему сыну шанс отработать прогулы и сделает вид, что его НЕ ЗЛИТ свинское ко мне отношение.       Довольная собой, Эмилия сделала покладистое выражение лица. Господин Беккер откинулся в кресле и стал крутить в пальцах перьевую ручку. Письмо родителям внезапно перестало казаться ему хорошей идеей. Учитывая, что его сын и вправду заимел дурную репутацию прогульщика и кутилы. Проблем не хотелось, а они обещали возникнуть, узнай родители кадетки еще как минимум пять перечисленных их дочерью пунктов.       Господин Беккер, казалось, и сам отвлекся на пару минут, но вдруг вновь опомнился и решительно хлопнул ладонью по столу.       — Наказание остаётся в силе. — Категорично произнёс он. — Сегодня вы отправитесь в библиотеку и перепишете картотеку секции «Основы прокладывания маршрутов», понятно? С куратором взвода я проведу беседу лично. Вольно, кадет Рэй.              Эмилия водрузила стопку толстых, запыленных, томов на стол напротив него. Стол шатнулся под их немалым весом, а огонь в фонарях дрогнул в унисон.       Строки под его пером исказили тени, и Рико на несколько мгновений оторвал руку от письма и поднял голову на Эмилию.       — Можно присесть с тобой? — Спросила она, закатывая рукава и кладя перед собой верхний том из стопки: «Топография: чтение карт и разведка местности». — А тот тут как-то… — Она осмотрелась по сторонам, на темнеющие стеллажи библиотеки, напоминавшие строй мрачных стражей, укутанных в пыль и тени. — …неуютно.       — Можно. — Усмехнулся он и снова принялся за письмо.       Аннотации к учебникам «Стратегии укрытия и эвакуации гражданских» и «Ориентация и выживание в полевых условиях» он, пусть и торопливо, но переписал в картотеку. Ему казалось, что он уже отбыл свои два часа, но прошло всего около десяти минут, а значит, ему предстояло перебрать еще как минимум, десять книг. Если писать медленно, растягивая время, то десятью он и ограничится.       Рико посмотрел на часы: они показывали лишь половину девятого вечера. Мерное тиканье нагоняло на него сон и параллельно, подобно дятлу, дробно потукивало прямо в его виски. Вздох усталости и безнадеги вырвался из его груди.       Половицы заскрипели от неторопливых шагов библиотекаря Фрея, а о стенку чашки застучала ложка, перемешивающая сахар.       — Рэй, забери свою картотеку.       Фрей сербанул чай из ложки, опустился на стул и пододвинул к краю стола продолговатый ящик, заполненный пожелтевшими от времени карточками.       Эмилия поднялась и нехотя, почти как будто делая одолжение, поплелась к столу библиотекаря. Она забрала ящик и вернулась к Рико, после чего плюхнулась на стул.       Рико опустил перо в чернила и, открыв следующий учебник по тактической медицине на одной из первых страниц, стал искать аннотацию. Та занимала едва ли не всю страницу сверху донизу. Рико решил, что отберет самое важное и перепишет его. Вряд ли кто-то будет проверять и сверять написанное им с оригиналом. Он вообще мог детские стихи внести на карточку, и никто бы не узнал.       — Не понимаю, зачем это все делать. — Проворчала Эмилия, тем временем.       Со страниц раскрытого ею тома в воздух поднялось небольшое облако пыли, чьи частицы замелькали бликами в свете фонарей. Эмилия брезгливо поморщилась и из разворота двумя пальцами вытащила за лапу сплющенного, засохшего паука.       — Одно старье. — Прокомментировала она и, разжимая пальцы, бросила паука на пол. — Которое никто даже не читает.       Рико не особо-то и хотелось отвлекаться. Он посмотрел на нее исподлобья и продолжил писать. Было слышно, как шуршит его перо по новой, чистой, карточке, а назойливое тиканье приглушалось и уходило на второй план.       — Наказание не для того, чтобы в него вникать. — Сказал он, пожав плечами. — А чтобы его отбыть и свалить поскорее.       — Что да — то да. Если бы еще господин Фрей не палил каждые пять минут. — Согласилась Эмилия и обернулась на библиотекаря. Тот заметил движение и поднял на нее взгляд поверх пенсне. Эмилия тут же повернулась обратно.       — От него так воняет. — Шепнула она, снова морщась. — От них всех воняет.       — Ты пришла болтать или работать? — Спросил Рико, стараясь удержать в голове строку, но Эмилия его постоянно отвлекала.       — Ладно.       С усталым вздохом, исполненным нежелания заниматься бесполезным делом, Эмилия шлепнула перед собой чистую карточку, а сама стала шуршать в ящике, выискивая по алфавиту ту, в которой было название тома напротив нее.       Пару минут стояла тишина, которую нарушал лишь шорох перебираемых картонок, шелест перелистываемых страниц и скрип перьевой ручки о плотную бумагу. «При осколочном ранении извлеките осколок…». У Рико вырвался смешок.       — Хах, бред. — Хмыкнул он, будто бы книга могла услышать его. — Если вытащить осколок, будет только хуже.       — А ты типа знаешь. — Прокомментировала Эмилия, не отрываясь от письма.       — Ну…я видел… Неважно, короче. — В этом учебнике неправильные данные.       — Эй там! — Раздался из глубины голос библиотекаря. — Отставить разговоры!       Эмилия взглянула на Рико исподлобья и перешла на шепот:       — А ты, я смотрю, часто тут околачиваешься, да? Все книги изучил?       — В последнее время — да. — Ответил он, щуря глаза на мелкий шрифт учебника «Воинская этика и дисциплина корпусов». — Хочу свалить отсюда, а меня никак не выгонят.       На этих словах, перо Эмилии замерло, и она внимательно посмотрела на Рико — так, будто увидела у него какую-то новую черту лица.       — А я думала, это потому что ты спишь на занятиях. — Прокомментировала она, и лукавая улыбка тронула углоки ее губ. — И не думай, что никто этого не замечает. Сегодня опять заснул на лекции, вчера тоже.       — А ты здесь за что? — Спросил Рико встречно, старательно увильнув от вопроса Эмилии.       Она фыркнула:       — А потому что чего мне хамят? Сегодня Адлер сказал мне, что я тупая и недоделанная, если путаю право и лево. Да, я левша и, бывает, я теряюсь. Это что, повод меня оскорблять?!       Голос Эмилии вспыхнул негодованием, и он тут же прорвал плотность тишины. Казалось, даже молчаливые стеллажи проснулись и встряхнулись от пыли.       — Эй, в чем там дело?! — Донеслось суровое от библиотекаря, и Эмилия тут же ссутулилась под весом его голоса и перешла на шепот:       — Я — не какой-то там отброс, я собираюсь работать в полиции. И пусть не считает себя в праве разговаривать со мной как с…        Не найдя подходящего сравнения, Эмилия запнулась.       — Как с заключенной. — Закончил за нее Рико. — Называй вещи своими именами. Мы тут все сидим, а не учимся.       — Вот очень точно подмечено. — Тут же согласилась Эмилия, кивнула, и пышные мелкие локоны ее опустились ей на лоб, застелив глаза. Девушка торопливо отвела волосы от лица.       Улыбка все стремилась прорваться сквозь его сосредоточенные черты, но Рико старательно направлял все свое внимание на учебник. Поймал себя на том, что одну и ту же строку читает уже в пятый раз, пока Эмилия говорит.       — Ты сказала ему что-то, да? — Догадался он, поднимая на нее взгляд.       — Да. Я сказала ему, что он тупой сам, конченный урод.       Рико едва сдержал вырвавшийся из него смешок и замаскировал его под кашель, прижав кулак ко рту.       — За такое можно и вылететь. — Сказал он, «откашлявшись».       — Ага, щас! Пусть попробуют меня выгнать. — И Эмилия расправила плечи, как будто в этот момент возвышаясь и над Рико, и над всеми прочими учащимися в их взводе. — Я по оценкам вторая после Кэт. Да и отец мой разнесет их всех, когда узнает, как со мной обращались. И вопрос даже не в муштре.       — Как будто это когда-то кого-то останавливало.       — Ну тебя же до сих пор не выгнали. А ты — еще больше их всех достал, чем я.       И Эмилия, заметив, что снова заговорила громче, нервно обернулась на библиотекаря. Но тот, как оказалось, уже уснул, опустившись лбом на стол.       Убедившись, что никто не будет делать им замечание за разговоры, Эмилия отодвинула книгу в сторону, положила обе руки на стол и подала корпус вперед, в сторону Рико.       — Скажи честно: ну ты же сваливаешь куда-то по ночам, да? Ну вот реально.       — Ты дашь мне поработать или нет? — Давя улыбку, проворчал Рико, с третьего раза написав слово «Разведкорпус» до конца.       — Ответь, и я отстану. — Не сдавалась Эмилия. Она настырно сверлила его пытливым взглядом, будто в его глазах пыталась поймать хоть тень признания — ту самую искру, что выдаёт человека, когда он лжёт, пусть даже на полслова.       — Сваливаю. Ответ принят?       — Куда?       — Это уже второй вопрос.       — Блин, мне интересно. Может, я с тобой хочу. Возьмешь меня с собой?       Рико понял, что предложение он до конца так и не напишет, она просто не даст ему спокойно отбыть свое наказание, если он сейчас не отвяжется от ее расспросов. Рико положил перо и протер глаза. На самом деле, почему-то все происходящее больше казалось ему забавным, нежели вызывало раздражение.       — А вдруг там опасно? — Усмехнулся Рико и тоже положил руки на стол, повторяя ее позу. Поймал взгляд голубых глаз и удержал его, словно принимал правила ее игры.       — А с тобой нестрашно. Ты кажешься надежным. — Сходу ответила Эмилия. Она даже не моргнула. — Или там есть что-то, что ты скрываешь? Девушка, например?       Она лукаво подмигнула и заулыбалась.       — А если да? — Парировал Рико.       — Девушка? Честно? — Эмилия заулыбалась шире и склонила голову немного набок.       Взгляд держала смело, как будто отвести его — означало проиграть.       — Познакомишь?       И Рико понял, что почему-то ему не хочется сражаться с ней. Желание рассмеяться опять начало подступать, напрягая мышцы живота, и он, чего доброго, рассмеется вголос, а будить библиотекаря он не рискнул бы сейчас, когда вокруг само собой стало светлее и теплее, точно еще несколько фонарей зажглись по периметру.       — Пойдешь со мной — познакомлю. — Подмигнул в ответ, и Эмилия прижала ладонь ко рту и тихо рассмеялась.       Она откинулась на спинку стула и отняла руку от лица.       — Пойду. Легко. — Заявила она, слегка прикусив губу. — Хоть сейчас.       — У нас еще полтора часа. — Напомнил Рико, снова покосившись на часы над столом библиотекаря.       Тиканье тут же пробилось ритмичным стуком сквозь их комфортную, уютную, тишину. Минутная стрелка прошла всего десять делений с того момента, как он смотрел на нее в последний раз.       — Часы могут и соврать. — Донеслось от Эмилии.       В этот момент они одновременно посмотрели друг на друга, и в глазах обоих одинаково вспыхнула искра. Они подумали об одном и том же.       И секунды не прошло, как оба встали и тихой поступью, на цыпочках, стали красться в сторону библиотекаря, Эмилия — чуть впереди.       — Спокойнее, эй! — Окликнул ее Рико громким шепотом, но она лишь приставила палец к губам, обернувшись на него, и двинулась дальше.       — Я из-за тебя не собираюсь торчать здесь до утра! — Снова окликнул ее Рико, начиная всерьез бояться, что сейчас господин Фрей поднимет свою всклокоченную седую башку, и им впаяют еще и наряд поверх наказания. Мыть туалеты в его планы никак не входило.       — Ш-ш-ш! — Донеслось от Эмилии.       Она дошла до стола библиотекаря. Рико вынужденно ускорил шаг, чтобы дойти до нее.       Оба задрали головы: часы висели прямо над господином Фреем. Тиканье здесь звучало громче. Если взобраться на стол, дотянуться до циферблата не составит и труда. Рико подал Эмилии руку быстрее, чем успел обдумать происходящее.       Девушка оперлась о его ладонь и бесшумно, но ловко, вскочила на стол, опустив лоб на который, все еще спал библиотекарь. Храп его усилился, сотрясая воздух. Даже ложка в чашке едва слышно позвякивала, откликаясь на вибрацию.       Эмилия отпустила руку, выровнялась и потянулась к часам на стене. Она стала медленно вращать минутную стрелку, периодически опуская взгляд на затылок библиотекаря под своими ногами.       Рико чувствовал, как у него потеют ладони. Он не просто впал в ступор — он прирос ногами к полу и все не переставал метать нервный взгляд с рук Эмилии на часах — на господина Фрея и обратно на Эмилию. Он вслушивался в храп, как будто пытаясь по громкости его звучания определить глубину сна библиотекаря.       Эмилия уже перевела часы на час вперед. Оставалось докрутить еще немного, как вдруг стало тихо. Очень тихо, слишком тихо. Рико затаил вдох, когда понял, что тиканье смолкло, а храп резко прекратился.       Эмилия замерла в той же позе, что и была, нависая корпусом над Фреем, одна рука на стрелке часов, другая — упирается в стену для равновесия. Рико казалось, что это мгновение растянулось на часы. Первая мысль, что пришла ему в голову — хватать Эмилию и тащить со стола, пока библиотекарь не открыл глаза. Но Фрей лишь пару раз причмокнул губами, повернул голову набок и, не открывая глаз, лег на стол щекой, и стал спать дальше.       Рико слышал, как Эмилия тихо выдохнула, а следом — и он. Когда минутная стрелка оказалась на половине одиннадцатого, часы снова пошли. Эмилия отшагнула назад, оперлась о протянутую ей руку и тихо спрыгнула со стола.       — Мы готовы, господин Фрей! — Объявил Рико нарочито громко.       Он пару раз постучал по столу, как будто в горизонтальную дверь. В опустившейся тишине его голос, казалось, звучал как крик, и Эмилия невольно вздрогнула.       Фрей вздрогнул тоже, и он так резко выровнялся, что очки слетели с его переносицы и повисли на цепочке пенсне где-то в районе груди.       — Уже время. — Сказала кадетка, упираясь ладонями о стол. — Пока вы спали, мы все сделали.       — Да. — Подхватил Рико с убедительным кивком.       — А…кхм…как это? — Запнулся библиотекарь спросонья. Он стал тереть глаза, сощурился и оторопело оглянулся на часы над своей головой. — Уже? Но…       — Я же говорю, вы заснули.       — Мы уже можем идти? Два часа прошли. — Напирал Рико с невозмутимым видом.       — А еще, очень пи́сать хочется.       Они нарочно трещали без умолку и наперебой, Фрей аж поморщился. Он тряхнул головой, тщательно протер лицо еще раз и вернул пенсне на переносицу. Он выглядел полностью сбитым с толку и снова обернулся на часы, которые показывали половину одиннадцатого.       — Л-ладно. — Заикнулся библиотекарь. — Вольно, кадеты. И чтоб больше без глупостей.       — Есть. — Ответили хором и поспешили покинуть библиотеку, стараясь не улыбаться так предовольно, пока не окажутся за дверью.       А когда вышли, дали друг другу «пять» и, наконец, отсмеялись.              Рико оставил Эмилию ждать его снаружи, а сам пошел в казарму. В девять вечера дали отбой, и курсанты, переодетые в ночную форму, укладывались спать. Одна-единственная свеча горела на последнем издыхании. Длинное помещение наполнилось скрипом кроватей, шорохом простыней и негромкими перешептываниями тех, кто еще не хотел спать, но уже улегся.       — А чего ты так рано? — Спросил Том, протягивая руку для приветствия. С соседней койки протянулась еще одна.       — Я вёл себя слишком хорошо. — Отшутился Рико, отвечая на рукопожатия по пути к своей тюремной койке.       — «Хорошо», потому что с Рэй? — Хмыкнул Ахмет, и ему вторил смешок Алекса.       — Потому что с библиотекарем. — Сказал Рико, парни загоготали но он приставил палец к губам: на нижней полке его кровати Гелгар уже спал, раскинув руки в стороны.       Сосед по камере.       Рико забрался на верхнюю полку. Он сменил одежду на ночную, дотянулся до рюкзака и стал торопливо наполнять его тем же, чем и обычно. Правда, пришлось захватить еще и футболку.       Пока он собирался, казарма постепенно погружалась в сонную тишину: голоса приглушались, чье-то сопение зазвучало громче, а где-то даже стал пробиваться негромкий храп. Рико осмотрелся по сторонам: кадеты лежали в койках и особо не перемещались. Большинство уже старалось уснуть, чтобы набраться сил для раннего подъема.       Рико перекинул рюкзак через плечо и стал спускаться. Маршрут был давно проложен: возле их с Гелгаром спального места сразу же было окно, которое парни на ночь, особенно — летом, оставляли открытым. Чаще всего, он переступал на подоконник прямо со средней перекладины лестницы и выбирался на улицу. Сейчас он намеревался проделать то же самое. Одну ногу перенес на подоконник, и уже собирался было переставить вторую, как вдруг ощутил, что его щиколотку кто-то обхватил.       — Ты куда? — Зашипел Гелгар, смыкая пальцы вокруг его ноги, будто пытался удержать Рико от прыжка со скалы.       Он приподнялся на локте и сощурил полусонные глаза на силуэт Рико в окне.       — Эй, отпусти, а то я тебя с собой утащу. — Хохотнул Рико, высвобождая ногу из хватки Гелгара.       Он уже толкнул было створку пошире, как услышал шорох за спиной.       — Я с тобой пойду, ты заебал ночами шастать, псина. — Проворчал Гелгар, выскальзывая из-под простыни и опуская босые ступни на пол.       — Хорошо, только тихо! — Шикнул на него Рико и осторожно высунулся в окно. Прислушался и осмотрелся. На улице было тихо; ни один куратор не бродил по территории, а Эмилия все так же сидела под деревом, где он ее оставил ждать. Она пару раз скучающе зевнула и вытянула перед собой ноги, а после — запрокинула голову и стала рассматривать звездное небо.       — Возьми одежду. — Шепнул Рико Гелгару, и парень, который лег было спать, как полагалось, в шортах и майке, послушно потянулся к футболке на спинке кровати и брюкам. Он не задал лишних вопросов и последовал за Рико на улицу.       — Эй, а я?!       Оба, едва коснулись ногами травы, почти синхронно обернулись. С койки напротив поднялся Али.       — Да твою мать, вы издеваетесь? — Вспыхнул Рико, когда и Али прихватил одежду, а после — сунулся в окно за ними следом.       — Тебя вообще кто звал? — Обрушился на него Гелгар, когда невысокого роста коренастый парень, их хороший товарищ, возник рядом с ними, тихо прикрывая за собой створку окна.       — Вы пошли — и я захотел. Я же с вами всегда, парни. Вы чего?       — Ладно, быстрее. — Нетерпеливо поторопил их Рико и махнул Эмилии.       Она сразу же поднялась — так, как будто уже заждалась и просидела не пять минут от силы, а все оставшиеся два часа их наказания.       — Ого, вас много. — Прокомментировала она, поравнявшись с тремя парнями, и улыбнулась. — Зато веселее.       — Не болтайте, пошли. — Позвал их Рико, выступая вперед.       Он дошел до угла здания мужской казармы, остановился и подал им знак остановиться тоже. Все трое замерли на месте, а Рико выглянул за угол. Он убедился, что вокруг все еще пусто, и шепнул «Можно». Тут же услышал, как по траве зашуршали шаги и последовали за ним.       — Стойте! — Донеслось сзади, и Рико так резко затормозил, что Эмилия врезалась в него и отлетела на шаг назад, при этом, наступив Гелгару на ногу.       — Эй, полегче! — Рассердился он и поморщился от боли.       — Ох, прости.       Они обернулись и увидели, как к ним, тихо ступая, бежит Кэт. Судя по тому, что она тоже была переодета в казенные шорты и майку, Кэт уже собиралась спать, но планы поменялись. В руках кадетки был сверток из салфеток.       — Вы куда это? Сдурели?       — Боже, еще и ты, Эванс. — Выдохнул Гелгар, закатывая глаза.       — Вообще-то, я еды вам несла. — И Кэт кивнула на Рико и Эмилию. — Вы ужин пропустили. Вот.       Она протянула по свертку одному и другому. Рико и Эмилия переглянулись: развернув салфетки, они обнаружили по булочке, яблоку и баночке джема.       — Дай угадаю. — Поддела Эмилия, лукаво сощуриваясь на Кэт. — Опять дежурного по кухне «уговорила»?       — Он уже давно стал сговорчивым. — Загадочно прокомментировала Кэт, и обе девушки заулыбались друг другу.       После этого окинула взглядом всю компанию. На Рико, который уже откусил кусок яблока, ее взгляд остановился последним.       — Рико, это твоя идея, да? — И в ее голосе звучал укор — словно она младшего брата отчитывала за хулиганство.       Парень открыл было рот, чтобы ответить ей, как за него это сделала Эмилия:       — Наша идея. Ты с нами? Если да, то идем, если нет — иди спать, я приду скоро. Или не скоро. Не знаю, в общем.       — Пф! — Фыркнула Кэт и слегка задрала нос, будто её попытались приписать к тем, кто сдаётся первым. — Вот еще! С вами, конечно.       Рико слегка усмехнулся, когда перед ним вместо одной Эмилии предстали еще трое товарищей в ночной форме: коротышка Али с растерянной улыбкой; полусонный, но решительно настроенный Гелгар; Эмилия, сгорающая от любопытства аж до блеска в глазах, и Кэт, которая вообще так уверенно двинулась вперед перед ним, будто лучше него самого знала, куда идти.              Перебравшись через забор, все пятеро, наконец, оказались на свободе и перешли на более расслабленный шаг.       Ночь была на удивление светлой: молодой месяц висел низко и светил так ярко, что очертания деревьев, обступивших их на пути, проступили ясными контурами.       — Нам далеко? — Донесся голос Али сзади. — Похоже на тропу.       И он был прав: земля под ногами была утоптана, как будто здесь уже не раз ходили люди.       — Нет. — Ответил ему Рико, отодвигая низко нависшую ветку со своего пути, и придерживая ее, чтобы не задела Эмилию, идущую сразу следом.       — Ты, небось, протоптал. — Хмыкнула Кэт, чувствуя, как тропа постепенно идет под уклоном вверх, а под подошвами уже не плотная земля, а мелкие камешки.       — Я думаю, не я — первый, кто сюда сбегал из тюряги. То есть, я хотел сказать, из училища. — Заметил Рико, получая удовольствие от того, как они все, хоть и помалкивают, но заинтригованы и сгорают от любопытства и нетерпения узнать, куда же он их, в конце-концов, приведет. — К тому же, в прошлом году я видел, как старшекурсники тут пиво пили чуть ли не каждый вечер.       — Ну хоть намекни. — Говорил Али. — А то и страшно, и интересно одновременно.       — Чего это страшно? — Заспорила Эмилия, едва ли не хохотнула. — Не думаю, что Рико привел бы нас туда, где стремно. Тем более, если там его девушка — да, Рико?       Почувствовал, как сзади она, поддразнивая, ткнула пальцем ему в ребро.       Сбоку в кустах раздался шорох; Эмилия взвизгнула, вжалась Рико в спину, и он едва не споткнулся.       — Это ёж, спокойно. — Усмехнулся Рико. — Их тут много в траве. И полевок много.       — Черт, я боюсь их всех. — Сказала Эмилия и вцепилась обеими руками ему в руку, одновременно прижимаясь к его боку.       — Вот ты трусливая, Рэй. — Захохотал Гелгар. — Ежа испугалась, пиздец. Ты как в полиции работать собралась?       — Людей я боюсь меньше, чем всяких ночных тварей.       И все не отпускала Рико. Обе руки ее обхватывали его кисть, как будто держась за безопасность рядом с ним, и Рико сомкнул пальцы на одной из ее ладоней. Эмилия заулыбалась. Она расслабилась и просто оставила свою руку в его.       — Чего за нами-то пошла? — Звучало сзади от Гелгара в адрес Кэт.       — А будто ты не увязался за Рико тоже. — Донеслось ему в ответ.       — Мне можно. Я уже два года сплю с ним на одной койке, я еще ни с одной женщиной столько не спал.       Кэт хмыкнула:       — Тебе и не светит.       — Ты могла бы это исправить. — Простодушно ответил ей Гелгар, и Али хохотнул, а Эмилия — вообще прыснула со смеху. И только Кэт так двинула кулаком в плечо Гелгара, что он крякнул от боли и больше ничего не говорил.       Тропа круче пошла вверх, каменная крошка под ногами смолкла, уступив место гладким ступеням, будто самой природой вырубленным в склоне. Эти ступени повели их к вершине холма, и первым поднялся Рико, аккуратно подводя Эмилию за собой за руку.       Следом поднялись и остальные. Последним с ними поравнялся Али.       — Да ладно? Ты серьезно? — Вырвалось у него, когда он встал в ряд с товарищами.