Искушение суккуба

Прошло два дня. Для Ада — ничто, а для Аластора — слишком много. Неола исчезала каждый раз, когда он появлялся. Сначала это выглядело случайностью. "О, Аластор, прости, у меня отчёт по кабаре горит" "Энжелу срочно нужна помощь" "Веросика попросила подменить на выступлении" И каждый раз она уходила слишком быстро. Это было не похоже на суккуба. Радиодемон улыбался. Конечно, улыбался. Но внутри его что-то скрипело — как старая пластинка, заевшая на одной ноте. "Она меня избегает." Мысль больше не была мимолётной, а стала настойчивой. Он начал ловить себя на том, что прислушивается к шагам в коридоре отеля, задерживается у её двери дольше, чем следовало, раздражается сильнее обычного, когда Хаск не вовремя комментирует происходящее. — Расслабься, рогатый — однажды буркнул кот, протирая стакан. — Если баба бегает, значит, много дел. Ведущий лишь улыбнулся шире. — Какой примитивный взгляд на межличностные отношения, мой пушистый друг. Но вечером, оставшись один, он впервые за долгое время не включил радио.

***

А Неола… металась. Не внешне — внутри. Каждый раз, когда она видела Аластора, в голове всплывал Асмодей. Ритуал. Ру. Кровь Лилит. "Если это правда… если он действительно пытался…" Брюнетка не могла просто подойти и спросить. Поэтому она делала единственное, что умела хорошо: избегала. Но бегство не приносило облегчения. Наоборот — тревога нарастала. И тогда она приняла решение, которое ей самой не понравилось. Вокс. Если кто и знал грязные тайны Ада, ритуалы, древние имена и способы разрушить сделки — это был он.

***

Башня Ви встретила её привычным холодным светом экранов. Камеры повернулись к ней почти сразу, красные линзы мигнули, фиксируя каждый шаг. Лифт поднял девушку без задержек — словно её ждали. Дверь кабинета Вокса была приоткрыта. — Заходи, — раздался его голос ещё до того, как она постучала. — Ты плохо скрываешься от сенсоров. Неола вошла. Кабинет был всё тем же: минимализм, экраны, неоновые линии. Но теледемон выглядел иначе — спокойнее, собраннее. — Не думал, что ты придёшь сама, — сказал он, не оборачиваясь сразу. — Обычно ты делаешь это, когда у тебя совсем нет вариантов. — Не начинай— устало ответила она. — Мне нужна информация. Вот теперь парень повернулся. Экранное лицо мигнуло, изображение сфокусировалось. — О, — протянул тот. — Значит, всё-таки проблемы. — Мне нужно знать о Ру— прямо сказала брюнетка — О ритуалах пробуждения. И о том, кто вообще способен их проводить. В кабинете повисла тишина. Вокс медленно подошёл ближе. Не слишком — ровно настолько, чтобы чувствовалось давление. — Интересно, — сказал телевизор наконец. — Потому что это имя всплывает всё чаще. И не в тех местах, где ему положено. — Говори— холодно бросила она. Он усмехнулся. — Ты уверена, что хочешь это знать? Потому что, как только я начну, дороги назад не будет. Оверлорд подняла взгляд. Глаза тёмные, решительные. — Я уже там, Вокс. Просто скажи. Экранное лицо стало серьёзнее. — Хорошо, — сказал демон тихо. — Тогда начнём с главного. Он сделал паузу. — Ру невозможно пробудить в одиночку. Нужна не только кровь Лилит… но и связь. Сделка. Он внимательно посмотрел на неё. — И если кто-то действительно попытался бы это сделать… Значит, у него есть нечто куда опаснее, чем древние знания. Демонесса почувствовала, как холод пробежал по спине. — Душа, — медленно сказала она. — Или… чужая сила. Вокс улыбнулся. — Видишь? Ты и сама уже всё понимаешь. Он наклонился ближе, понизив голос: — Вопрос лишь в том, чью именно. И в этот момент Неола поняла: что бы она ни узнала дальше — после этого избегать Аластора уже не получится. Вокс не стал продолжать сразу. Он выпрямился, прошёлся вдоль стены, будто давая ей пространство — и одновременно забирая его. — Забавно, — наконец произнёс парень, лениво, почти между делом. — Самые опасные демоны никогда не врут напрямую. Он остановился рядом с ней, оперевшись бедром о край стола. — Они говорят правду. Просто… не всю. Девушка медленно скрестила руки на груди. — К чему ты клонишь? Экранное лицо повернулось к ней, изображение слегка «подглючило», словно он улыбался не до конца. — Я ни к чему не клоню, — мягко ответил тот. — лишь наблюдаю. А наблюдение - моя сильная сторона. Бизнесмен сел рядом. Не напротив — рядом. Это было намеренно. И прежде чем она успела отстраниться, теледемон аккуратно положил руки ей на плечи. — Ты напряжена, — сказал он тише. — И это не похоже на тебя. Обычно ты либо злишься, либо пытаешься сделать больно. А сейчас ты… молчишь. Демон вздрогнула, но не от прикосновения — от точности. — Если в твоём окружении есть кто-то — продолжил Вокс, не меняя тона — кто годами живёт тайнами, кто умеет выглядеть искренним, даже когда врёт, и привык держать контроль, а не делиться им… Он наклонился чуть ближе. — Ты правда думаешь, что он рассказал тебе всё? Неола прекрасно поняла, о ком речь. Но она лишь усмехнулась, чуть наклонив голову. — Ты сейчас описал половину Ада, — спокойно сказала суккуб. — Включая тебя. Бывший оверлорд тихо хмыкнул. — Справедливо. Но разница в том, — добавил он— что я не делаю вид, будто играю в честность. Тот убрал руки. Медленно. — Не говорю, что Аластор тебе врёт — сказал Вокс уже другим тоном. — Я говорю, что он что-то скрывает. И, возможно, сам ещё не решил, насколько далеко готов зайти. Демонесса встала. Подошла к окну, глядя на адский город внизу. Неон, огни, движение — привычный шум, который сейчас не успокаивал. — Ты хочешь, чтобы я начала сомневаться— сказала она, не оборачиваясь. — Хочу, чтобы ты не была слепой — ответил телевизор без колебаний. Пауза. Затем Вокс вздохнул — почти по-человечески. — Ладно. Хватит политики и паранойи. Теледемон поднялся и взял со стола планшет, выключая экраны. — Тебе надо отвлечься. Девушка обернулась, прищурившись. — О, только не говори— — Ресторан — перебил он. — Без интриг. Просто ужин. Как… друзья. Медиадемон поднял руки в жесте капитуляции. — Никаких условий. Ты можешь отказаться или уйти в любой момент. Экранное лицо на секунду стало менее резким. Почти искренним. — Ты слишком много на себе тащишь, Неола. Даже для оверлорда… или того, кем ты скоро станешь. Она смотрела на него долго. Задумчиво. Телеведущий не торопил. — Я подумаю— наконец сказала демонесса. Он кивнул. Без улыбки, без триумфа. — Этого достаточно. Когда она уже шла к двери, синий демон добавил ей вслед, тихо: — И… если окажется, что я прав, то тебе понадобится тот, кто скажет правду, даже если она неприятна. Дверь закрылась. Неола остановилась в коридоре, прислонившись к холодной стене. "Врёт ли Аластор?.. Или просто боится сказать правду?" Мысль жгла сильнее любого заклинания.

***

Дом оверлорда городка каннибалов, как всегда, встречал Радиодемона запахом пряностей, крови и… уюта, который пугал куда сильнее любого пентаграммного круга. Мягкий свет, бархат, кости в качестве декора — всё на своих местах. Рози сидела в кресле, скрестив ноги, лениво перелистывая какую-то книгу, переплетённую в кожу, которая слишком явно когда-то была кем-то живым. — Ну надо же, — протянула она, даже не поднимая взгляда. — Радиодемон собственной персоной. И без компании. Как непривычно. Аластор усмехнулся, проходя вглубь комнаты. — Моё общество сегодня исключительно для избранных, дорогая Рози. Дама наконец подняла глаза. Улыбка — хищная, знающая. — О, я в курсе. Закладка мягко легла между страниц. — В аду сейчас только и разговоров, что о тебе… и одной весьма крылатой демонессе. Он остановился. Ровно на секунду. — Слухи, — отмахнулся мужчина, словно речь шла о погоде. — Ад обожает приукрашивать. — Конечно, — кивнула хозяйка дома. — Но знаешь, что забавно? Она поднялась и подошла ближе, обходя его по кругу, как будто рассматривала экспонат. — Обычно ты не позволяешь слухам жить дольше пяти минут. Леди остановилась прямо перед ним. — К тому же та сцена на вечеринке, где вы разнесли ползала… Рози тихо рассмеялась. — Говорят, Вэросика до сих пор считает ущерб. — Разошлись во мнениях— сухо ответил ведущий — Бывает. — У тебя? — оверлорд подняла бровь. — Ты даже не разодрал не тело на куски. Он отвернулся, подходя к окну. — Ты позвала меня не ради сплетен. — Какой ты стал резкий, — почти ласково сказала женщина. — Это влияние любви или неудовлетворения? Аластор медленно повернул голову, улыбка осталась, но голос стал холоднее. — Осторожнее, Рози. Не забывай, что я теперь не твой питомец. — Ладно, ладно— она подняла руки. — К делу. Дама снова села, закинув ногу на ногу. — Наш план с Ру— начала она— слишком масштабен, чтобы тянуть его в одиночку. Даже для тебя. Он молчал. — Нам нужны союзники, — продолжила каннибал— Те, у кого есть сила. Настоящая. Пауза. Затем, как будто невзначай: — Такая, как у Неолы. Аластор резко развернулся. — Нет. Одно слово. Чётко, окончательно. — Она никогда не согласится, — добавил он. — И я не стану её впутывать. Демонесса склонила голову набок, изучая его с нескрываемым интересом. — Ох… — протянула та. — А вот это уже интересно. — Не начинай. — Ты уверен, что она не согласится? Или просто боишься, что согласится? Её улыбка стала шире. — Неола сильна, умна, у неё свои счёты с адской иерархией. И...— Рози сделала паузу— она тебе небезразлична. Радиодемон громко рассмеялся. Радиошум вспыхнул и тут же погас. — Ты переоцениваешь мои чувства, дорогая. — Нет, — мягко возразила хозяйка дома. — Я просто видела, как ты смотришь на неё. Он подошёл ближе, нависая над ней тенью. — Даже если бы это было так, — сказал садист тихо — она больше не пешка. И не инструмент. Рози не дрогнула. — Тогда научись уговаривать— пожала она плечами. — Потому что мир не рушится по щелчку пальцев. Его рушат вместе. Женщина встала, подошла к нему почти вплотную, прошептала: — Или ты боишься, что если она узнает правду о Ру… то посмотрит на тебя совсем иначе? На мгновение улыбка Аластора дрогнула. Совсем чуть-чуть. Но оверлорд это заметила. — Подумай, — сказала каннибал уже мягче. — Время работает не на нас. Радиодемон выпрямился. — Разговор окончен. Он развернулся и направился к выходу. — Конечно, — отозвалась Рози ему вслед. — Но помни: самые опасные катастрофы начинаются с того, что мы не хотим говорить с теми, кто нам дорог. Дверь закрылась. Ведущий остановился на улице, сжимая трость чуть сильнее, чем нужно. Неола никогда не согласится…Или он просто боялся услышать ответ? Радио в его голове шипело всё громче.

***

Комната была погружена в полумрак — плотные шторы пропускали лишь узкие полосы адского неона с улицы. Суккуб сидела на диване, поджав под себя ноги, в привычном тёмном халате, крутя в пальцах бокал, в котором давно уже не было ничего, кроме растаявшего льда. Напротив, развалившись в кресле так, словно это было его личное пространство, сидел Энжел. Ноги закинуты на подлокотник, сигарета в пальцах, выражение лица — смесь усталости и любопытства. — …и вот тогда Асмодей говорит про Ру— закончила демонесса, наконец поднимая на него взгляд. — Про ритуал, почти завершённый. Про кровь Лилит. И я… сразу подумала об Аласторе. Парень моргнул. Потом ещё раз. Потом медленно опустил сигарету. — Я, блять, надеялся, что ты скажешь что угодно другое— протянул паук. — Типа «какой-то сумасшедший культист» Он нервно рассмеялся и провёл ладонями по лицу. — Но если честно… — Даст вздохнул— да. Он вполне способен на такую хрень. Неола криво усмехнулась. — Вот и я о том же. Она откинулась назад, глядя в потолок. — Аластор слишком многое знает, легко говорит о древних сущностях. И слишком спокойно относится к идее конца всего. Но что меня больше всего бесит… — её голос стал тише— я не понимаю зачем. Энжел нахмурился, на этот раз без шуток. — Окей, допустим— начал грешник— чисто гипотетически, наш олень решил призвать древнее зло, которое даже Ад предпочитает не трогать. Это явно не ради веселья. — Вот именно, — кивнула девушка. — Не в его стиле просто «посмотреть, что будет». У Аластора всегда есть цель. Она сжала пальцы. — Власть? — предположил Энжел. — Сломать систему? Утереть нос всем оверлордам разом? — Возможно, — ответила брюнетка. — Но этого ему и так хватает. Он и без Ру один из самых опасных демонов Ада. Паук задумался, глядя в потолок. — Тогда остаётся самый херовый вариант— сказал он наконец. — Личное. Неола медленно повернула к нему голову. — Поясни. — Такие типы, как Аластор,— парень понизил голос — не делают ничего просто так. Если он лезет в настолько древнее и опасное дерьмо… значит, его что-то не устраивает в текущем раскладе. Актёр посмотрел на неё внимательно. — Может, дело в душе. А может… — он замялся— в страхе. Оверлорд тихо усмехнулась. — Ты правда думаешь, что Аластор способен бояться? — Не так, как мы, — пожал плечами Энжел. — Но да. По-своему. Повисла тишина. Где-то за стеной кто-то кричал, разбивалась посуда, ад жил своей обычной жизнью. — Меня пугает не то, что он может это сделать, — наконец сказала Неола. — А то, что этот псих может считать это оправданным. Даст нахмурился. — А ещё меня напрягает другое, — добавила она, опустив взгляд. — Он бы не стал действовать один. — Вот, — парень щёлкнул пальцами. — Союзники. Он выпрямился в кресле. — Если у него есть союзники, — грешник усмехнулся без радости— значит, кто-то в Аду играет в игру покрупнее, чем мы думаем. — Вопрос в том, — тихо сказала Неола — знает ли он, что я уже догадываюсь. Энжел посмотрел на неё долго, внимательно, без привычного сарказма. — А ты знаешь, чего ты хочешь? — спросил паук. Брюнетка не ответила сразу. — Я хочу понять правду— наконец сказала та. —Даже если она мне не понравится. Он кивнул. — Тогда будь осторожна, крошка. Потому что если ты права… — Энжел затушил сигарету —то играешь с демоном, который умеет притворяться лучше всех в Аду. Суккуб закрыла глаза на секунду. И впервые за долгое время почувствовала, что ответы, к которым она так стремится, могут стоить ей гораздо большего, чем демонесса готова заплатить.

***

Комната Валентино была залита приглушённым розово-фиолетовым светом, который никогда полностью не гас — даже ночью. Тяжёлые шторы были задёрнуты, воздух пах сладковатыми благовониями и сигаретным дымом. На огромной кровати, среди смятых простыней, лежали двое. Вал развалился на спине, одна рука лениво перекинута за голову, в другой — бокал с чем-то ярко-алым. Вокс лежал рядом, полубоком, экран его головы мягко мерцал, показывая статический шум, будто он был глубоко задумчив. — Аластор играет слишком по-крупному— наконец произнёс теледемон, нарушая тишину. Мотылек лениво повернул к нему голову. — Думаешь это правда? — протянул он с ленивой усмешкой. Экран грешника на мгновение мигнул. — Ал, — сухо выплюнул тот. — И если мои догадки верны… решил призвать Ру. На секунду в комнате стало тихо. А потом Валентино расхохотался — громко, искренне, с тем самым смехом, в котором всегда было больше яда, чем веселья. — Ты сейчас серьёзно? — мужчина приподнялся на локте. — Ру? Та самая Ру? Он снова рассмеялся, вытирая уголок глаза. — О, боги Ада… — Сутенёр покачал головой. — Если это правда, то его конец куда ближе, чем он думает. Вокс не улыбнулся. Его экран оставался спокойным, почти холодным. — Именно, — сказал он. — Этот ублюдок сам копает себе могилу. Так что мы просто будем ждать и наблюдать его конец. Валентино прищурился. — Подожди… — протянул тот. — Хочешь сказать, что мы можем просто… ничего не делать? — Впервые за долгое время, да — ответил Вокс. Он повернулся к Валу. — Когда кто-то лезет к таким силам, он либо становится богом… либо исчезает. И, честно? — его голос стал чуть насмешливым. — Аластор слишком уверен в себе, чтобы заметить, как земля под ногами уже трескается. Валентино задумчиво покрутил бокал. — А что насчёт Неолы? — спросил он после паузы. — Она в этом уравнении — проблема или инструмент? Экран Вокса на мгновение потемнел. — И то, и другое, — ответил он. — Она слишком умна, чтобы ничего не заметить. И слишком близка к нему. Мужчина хмыкнул. Он улыбнулся своей хищной, ленивой улыбкой. — Будем мотреть, как великий Радиодемон сам уничтожает всё, что у него есть. Телеведущий откинулся на подушки, сложив руки за головой. — Иногда лучший ход — это отсутствие хода. Экран его головы показал короткую помеху — почти довольную. — Пусть Аластор думает, что он контролирует игру. Мы просто будем рядом… когда доска рухнет. За окном вспыхнула очередная адская вспышка света, и в её отражении было ясно одно: они оба были абсолютно уверены, что конец Радиодемона — лишь вопрос времени.

***

Кабинет встретил Неолу привычным полумраком, запахом дорогих духов и тёплого озона от магических ламп. Она уже собиралась щёлкнуть пальцами, чтобы зажёгся основной свет, как заметила его. Аластор. Он сидел в её кресле, за её столом, расслабленно откинувшись назад, будто это место всегда принадлежало ему. Ноги были закинуты одна на другую, пальцы сцеплены, а улыбка… слишком спокойная. — …Ты издеваешься — устало выдохнула девушка, закрывая за собой дверь. — Ни капли, дорогуша, — ответил мужчина почти весело. — Но вот ты — да. Демонесса медленно подошла ближе, бросив сумку на диван. — Если ты пришёл читать мне лекции, — сказала она сухо — то можешь сразу уходить. Радиодемон наклонил голову, его уши дёрнулись — знак раздражения, который он даже не пытался скрыть. — Эти избегания, — произнёс он уже тише, поднимаясь — мне порядком надоели. Ведущий вышел из-за стола и между ними осталось всего пару шагов. Воздух будто стал плотнее. — То работа, то друзья, то срочные дела, — продолжил он. — Ты исчезаешь каждый раз, когда я появляюсь. И мне хочется знать почему. Брюнетка вздохнула, устало потерев переносицу. — Потому что я думала об одном деле, Ал, — ответила она честно. — А рядом с тобой это делать сложно. Каннибал уже собирался что-то сказать, как вдруг его рука медленно поднялась — и в воздухе между пальцами вспыхнул кристалл Асмодея. Тёмно-фиолетовый, с золотыми прожилками, который тихо гудел, словно живой. Глаза Неолы расширились. — Откуда у тебя это? — резко спросила оверлорд. — Потом — спокойно ответил садист— Сначала мы пойдём в одно место. — Аластор, если ты думаешь— Он шагнул ближе, и в этот момент перед ними раскрылся портал. Глубокий, тёмный, с багряным свечением по краям. — Доверься мне— сказал Радиодемон неожиданно серьёзно. — Хотя бы сейчас. Она колебалась всего секунду… и шагнула следом.

***

Воздух изменился сразу. Пространство было огромным. Когда Неола вышла из портала, её дыхание перехватило. Перед ней раскинулся гигантский амфитеатр — древний, величественный, вырезанный прямо в чёрной породе. Ряды каменных сидений уходили вверх, теряясь во мраке, а в центре находилась широкая круглая арена, испещрённая старыми магическими символами. Некоторые из них всё ещё слабо светились, будто помнили времена, когда здесь вершились судьбы. Колонны, украшенные резьбой, изображали демонов, ангелов, падших, сцены войн и разных событий Древнего Рима. Над амфитеатром не было потолка — вместо него клубился небосвод, медленно вращающийся, словно живой. — Чёрт возьми… — выдохнула брюнетка, делая шаг вперёд. — Это… невероятно. В её голосе звучали и восхищение, и благоговейный страх. Аластор стоял чуть позади, наблюдая за ней. — Это одно из старейших мест Рима— сказал он. — Здесь заключались союзы и разрывались. Столько разных сцен создали, это место было прорывом истории театра и актерства. Суккуба повернулась к нему, глаза всё ещё сияли от увиденного. — И зачем ты привёл меня сюда? Ведущий подошёл ближе, встал рядом, глядя на арену. — Потому что, — произнёс он тихо— если между нами и должен быть разговор… то он должен состояться здесь. Кристалл Асмодея в его руке вспыхнул чуть ярче. — Без убеганий, полуправды, и без иллюзий. Демонесса сглотнула, ощущая, как внутри поднимается тревога… и странное чувство предвкушения.Что бы Радиодемон ни собирался сказать — это место было выбрано не случайно. Они заняли места почти в самом центре амфитеатра — не слишком близко к сцене, но и не высоко, там, где звук ложился ровно, а взгляд охватывал всё пространство сразу. Камень под ладонями был тёплым, впитал дневное солнце. Постепенно свет вокруг начал мягко гаснуть. По рядам прокатился приглушённый шёпот — живые голоса, неровные, не отточенные вечностью. Музыканты настраивали инструменты, кто-то смеялся, кто-то перешёптывался, кто-то торопливо искал своё место. Всё было… неловко, суетливо, настояще. Как в её прошлой настоящей жизни. Когда на сцене зажёгся первый прожектор и ведущий вышел под аплодисменты, Неола вдруг поймала себя на том, что задержала дыхание. Она медленно повернула голову к Аластору. — Как… — начала она и на мгновение замолчала, будто подбирая правильные слова— Как ты узнал? Каннибал сидел рядом, выпрямившись, руки спокойно лежали на посохе. В этом месте его улыбка казалась тише, менее показной. — О чём именно? — лениво уточнил мужчина. — О том, что я мечтала побывать здесь— сказала оверлорд. — В этом амфитеатре. На Земле. Я никому… почти никому об этом не говорила. Садист слегка наклонил голову, его уши едва заметно дёрнулись — жест, который она уже научилась читать. — Однажды, — ответил тот — один болтливый паук выпил лишнего и решил, что миру срочно нужна ещё одна его исповедь. Она тихо усмехнулась. — Энжел… — Он самый,— подтвердил Радиодемон. — Рассказал, как ты говорила, что хотела бы хотя бы раз снова оказаться там. Не в Аду. А просто… среди живых. Он на мгновение замолчал, а затем добавил уже тише: — И что ты скучала по Земле. Неола кивнула, не сразу ответив. В этот момент на сцене заиграла музыка — чистая, живая, с ошибками, с дыханием между нот. Не идеальная. Но от этого ещё более настоящая. Она обвела взглядом зрителей. Люди. Шумные, смешные. Кто-то держал в руках бумажный стакан с напитком, кто-то поправлял куртку, кто-то нервно сжимал ладони, ожидая начала. Они дышали иначе. Даже запах воздуха был другим — не таким плотным, не пропитанным магией и грехом. — Я слишком давно не видела живых, — тихо сказала девушка. — Тех, кто ещё не знает, что из ждёт после смерти. Они смеётся, строят планы, злится из-за мелочей… и даже не представляют, что их ждёт потом. Брюнетка сделала паузу. — Здесь воздух другой, — продолжила суккуб — Легче... Аластор смотрел на сцену, но слушал её внимательно. — Потому что он не пропитан смертью и пеплом Ада— ответил он. — И потому ценен. Она перевела на него взгляд, удивлённая. — Не ожидала услышать это от тебя. — Я много чего не афиширую— хмыкнул Радиодемон. — В том числе и то, что помню, каково это — быть живым. Музыка на сцене усилилась, зал наполнился аплодисментами. Свет скользнул по лицам людей, и на мгновение Неоле показалось, что она снова часть этого мира, а не наблюдатель из тьмы. — Спасибо, — сказала демонесса тихо, не глядя на него. — За это. Аластор не ответил сразу. Лишь чуть наклонился ближе, так, чтобы его голос утонул в музыке. — Ты заслужила увидеть это снова— произнёс он. — Хотя бы на один вечер. И впервые за долгое время Неола почувствовала не тревогу и не подозрение…а спокойную, тёплую ностальгию — ту, что не рвёт сердце, а лишь напоминает, что оно всё ещё умеет чувствовать. Шум растворился, шаги стихли, остались лишь редкие отголоски человеческих голосов где-то за каменными арками. Свет на сцене погас, оставив мягкую полутьму, в которой пространство казалось почти нереальным, словно декорацией сна. Они остались одни. Девушка сидела неподвижно, глядя вперёд, но было ясно — она больше не видит сцену. Мысли давно ушли дальше. Аластор почувствовал это ещё до того, как она заговорила. — Я знаю, — сказала оверлорд наконец, спокойно, без обвинений, но с той опасной ясностью, от которой невозможно отмахнуться— О Ру. Радиодемон не пошевелился. — Это ты пытался её призвать — продолжила Неола. — Ритуал почти был завершён. И тебе нужна Лилит. Именно поэтому ты так плотно обосновался в отеле, рядом с Чарли… и Люцифером. Брюнетка повернулась к нему. В её взгляде не было гнева — лишь холодное, внимательное ожидание. — Я не понимаю одного, Ал, — тихо добавила она. — Зачем? Некоторое время он молчал. Даже его улыбка будто стала менее чёткой, потом ведущий медленно встал, опёрся на посох и посмотрел на пустые ряды. — Потому что я делаю истинный Хаос— сказал он. Грешница нахмурилась. — Хаос? — Да, — кивнул оверлорд. — Настоящий хаос. Не этот… уютный фарс, в который превратился Ад. Он обвёл пространство жестом, будто речь шла о самом Нижнем мире. — Посмотри, что происходит, — его голос стал ниже, суше. — Грешники перестали бояться, строят семьи, открывают бизнесы, заводят домашних животных. Улыбка дрогнула, став острее. — Они обустраиваются. Как будто это просто ещё одна версия Земли, только с огнём на заднем фоне. — Ты говоришь о Хаосе, якобы ты очень плохой злодей,— продолжила она — но на самом деле тебя бесит не порядок. Тебя бесит выбор. Неола смотрела прямо на него. — То, что грешники сами решают, кем быть, что Ад перестал быть только клеткой. Аластор сжал посох так, что дерево тихо скрипнуло. — Если дать им выбор, — произнёс каннибал— они забудут, за что здесь оказались. — А может, — мягко сказала брюнетка — они наконец начнут чувствовать последствия, а не просто тонуть в вечной боли? Он усмехнулся, но в этой усмешке было меньше уверенности, чем обычно. — Ты слишком… милосердна для Ада. — А ты слишком боишься, что мир изменится без тебя— ответила суккуб. Демонесса медленно встала тоже. — И что плохого в Аду который даёт второй шанс? — спросила она.— Может, — брюнетка сделала шаг ближе — кто-то просто проживает здесь то, чего не успел при жизни. Любовь, дружбу, спокойствие. Мужчина резко повернулся к ней, его глаза на мгновение вспыхнули. — Они не должны хотеть этого здесь, — отрезал тот. — Ад — это наказание. Это место, где желания ломаются, а не исполняются. — А кто это решил? — спокойно возразила Неола. — Ты? Он замолчал. Тишина между ними стала плотной, почти осязаемой. — Ру принесёт не только Хаос, — тихо добавила Неола. —а ещё принесёт конец. И ты это знаешь. Аластор смотрел на неё долго. В этот раз без насмешки или игры. — Знаю, — признал он наконец. —Но иногда конец — это единственный способ напомнить миру, что он не в безопасности. Неола медленно покачала головой. — Тогда мы хотим разного, Ал. Тот наклонил голову. — Возможно, — ответил он. — Но именно поэтому ты мне и нужна. Слова повисли в воздухе — не как угроза, не как просьба, а как признание. И впервые Неола поняла: он не просто плёл интриги, а действительно готов сжечь всё, лишь бы Ад снова стал тем местом, где страх сильнее надежды. Суккуб смотрела на него долго. Уже без тепла. В этом взгляде было то самое окончательное «я уже всё решила», которое ранит сильнее любого крика. — Знаешь, Ал, — начала она негромко, но каждое слово ложилось точно —ты ведь просто боишься. Демон приподнял бровь, улыбнулся шире. — Боишься того, — продолжила та—что однажды перестанешь быть первым. Самым страшным. Тем, вокруг кого вращается Ад. Девушка сделала шаг назад, словно отделяя себя от него не только в пространстве, но и окончательно — во всём. — И если ты правда думаешь, что сможешь подчинить Ру… —Неола усмехнулась, резко, без радости —…то ты ещё больший идиот, чем Вокс. Это задело ведущего. Она почувствовала. — Вокс хотя бы был честен в своём желании— продолжила брюнетка. —Он хотел Рай. И, знаешь, у него были реальные шансы. Она склонила голову набок. — Если бы не его гордость, не эта вечная самоуверенность. Если бы он умел вовремя остановиться у него бы получилось. Она посмотрела прямо в глаза Радиодемону. — А то, что задумал ты… —она покачала головой—Это конец всему. Грешник молчал. — Ру не станет твоим инструментом, — жёстко сказала Неола. — Она не союзник или оружие. В её голосе прозвучала почти усталость. — Она просто сожрёт тебя. И Ад заодно. Демонесса выпрямилась. — Мы разные, Ал, — сказала она тихо. — У нас разные цели. Брюнетка сделала паузу, словно давая себе секунду. — И все наши попытки построить хоть что-то… —оверлорд усмехнулась рухнули. Хотя, если честно, это было понятно с самого начала. Её плечи слегка дрогнули. — Мне просто хотелось верить, — призналась она. —Что ты… чуть лучше, чем есть на самом деле. Неола тихо рассмеялась — коротко, горько. — Боги, какая же это глупость. Радиодемон шагнул вперёд, но она уже отступала. — Прощай — сказала девушка. И в следующий миг воздух перед ним дрогнул — знакомо, мягко, почти ласково. Она исчезла. Амфитеатр снова стал пустым. Садист остался стоять один, среди холодного камня и чужого мира. Его улыбка стала меньше — натянутая, хрупкая, будто треснувшая фарфоровая маска. — Как жаль, ma chérie… — пробормотал он почти шёпотом. Впервые за долгое время в его голосе не было веселья.

***

Портал захлопнулся почти беззвучно, и Неола оказалась… не у себя. Кабинет Вокса. Холодный свет экранов, ровные линии, стекло, металл — всё до тошно знакомое. Она даже не посмотрела в его сторону. Просто прошла мимо. Теледемон успел лишь приподнять брови, когда суккубша без спроса направилась к шкафу, распахнула дверцу, вытянула бутылку виски — явно не из дешёвых — и, не утруждая себя бокалом, сделала долгий глоток прямо из горла. — …Охуе— — начал он автоматически, но осёкся. Потому что демонесса не выглядела наглой, а просто разбитой. Вокс выпрямился, экран на его лице мигнул, приглушив анимацию. Он закрыл дверь кабинета щелчком пальцев, отрезая внешний мир. — Ладно, — сказал парень спокойно — Это либо конец света… либо кто-то очень сильно облажался. Брюнетка снова сделала глоток. Руки у неё дрожали — едва заметно, но Вокс заметил. Она вытерла губы тыльной стороной ладони и наконец посмотрела на него. — С Аластором кончено— сказала девушка глухо. Бизнесмен моргнул. — О, — тихо протянул он. —Вот это уже интересно. Оверлорд усмехнулась — криво, безрадостно — и опустилась в кресло, закинув голову назад. — Он хотел призвать Ру— начала Неола. Экран демона мигнул ярче, но он молчал. — Называет это «истинным Хаосом», — продолжала она. —Говорит, что Ад стал слишком… похожим на Землю. Что грешники забыли, где они. Она фыркнула. — А по факту — он просто боится перестать быть важным. Она замолчала, сделала ещё глоток, потом протянула бутылку Воксу. Тот машинально взял, но не пил. — Я сказала ему, что Ру его сожрёт, — добавила Неола. —Что это конец, а мы разные. Она закрыла глаза. — И ушла. Тишина повисла густая, как дым. Парень медленно поставил бутылку на стол, подошёл ближе и… без намёков, просто обнял её. Суккуб сначала напряглась, потом позволила. Уперлась лбом ему в грудь, сжала пальцами ткань его пиджака. — Ты не обязана была проходить через это одна — сказал он негромко. И это прозвучало почти искренне. Демонесса ничего не ответила. А теледемон… улыбнулся. Маленькой, угловатой, опасной улыбкой. "Вот оно!" – подумал он. Аластор зашёл слишком далеко. Самоуверенность и амбиции затмили всё в нём. Настолько, что этот олень сам вытолкнул Неолу из своей жизни. Сейчас ей больно, она зла. А значит — сейчас проще всего манипулировать её сознанием. Как раньше. Вокс мягко провёл рукой по её спине. — Отдохни, — сказал теледемон вслух. —Завтра разберёмся, хорошо? Она кивнула, не поднимая головы. А Вокс уже считал ходы. Радиодемон хотел хаоса. Ну что ж. Он его получит.