Гравитация тишины.

Через пелену сна были слышны тихие мужские голоса, мягкий баритон вибрацией отдавался в голову. Приглушённый жёлтый свет освещал небольшое помещение, пропитанное маслом, бензином и табаком. Маша медленно открыла глаза, смотря по сторонам и не понимая где находится. Старый диван, на котором она лежала, скрипел от каждого действия. Почти на всё помещения стояла черная машина "ВАЗ-2115" на другой стороне было видно стент с инструментами. Пока Маша оглядывалась на неё взглянул Рома. – Ты довольно быстро проснулась. – шатен всё бросил и вытер руки об штаны. – Выглядишь ужасно. – усмехнулся Пятифан, садясь рядом с Машей и рассматривая уже не такую красную щёку. Колесникова усмехнулась этим словам, Рома раньше мог это сказать, но тогда это имел другой смысл. Девушка снова села, с любопытством осматриваясь по сторонам во второй раз, и только сейчас заметила свою школьную форму, лежащую на подлокотнике дивана. На ней была синяя футболка с надписью на английском, местами буквы стёрлись, а где-то были пятна чего-то чёрного. Вместо брюк были длинные чёрные шорты, на теле девушки они держались благодаря завязок. Маша с вопросом посмотрела на Рому, который уже понял намёк. Его немного смешило лицо Колесниковой, её щёки залились румянцем, и видимо она хотела прибить Пятифана. – Что за... – Что лучше в мокрой холодной одежде или в сухой? – сдерживая улыбку проговорил Рома. – Ты видел меня голой! – на удивление громко сказала Маша, о чём сразу пожелала из-за головной боли. – Вообще-то не полностью и это наш маленький секрет, Бяша ничего не видел, наверно. – весело проговорил Пятифан, а после его лицо стало серьёзным. – Подними футболку. – серьёзно сказал Рома. – Что? – Подними. – Маша немного подняла ткань и ужаснулась. Взгляд бегал по телу, она с ужасом смотрела на массивные гематомы в области талии, живота и груди. Характерные ссадины и форма кровоподтёков указывали на множественные удары ногами. Дугообразные следы от подошв, полукруги от мысков обуви. У Маши было такое чувство, что каждое пятно на теле пульсировало, горело, словно ожог от костра. – Соврать что ты была на льду бессмысленно, Бяша тебя нашёл в снегу на опушке. Говори правду. – блондинка сжалась под пристальным взглядом Ромы, но врать не получится, да и нет смысла. – Только если выйдем на перекур. Маша и Рома вышли из тёплого гаража, двое закурили по сигарете и молча стояли, смотря в даль. На Колесниковой был толстый плед, а на Пятифане олимпийка, которую днём отдавал девушке. – Я после уроков пошла домой. Меня окликнул мальчик, на вид шестиклассник, забрал у меня рюкзак и повёл за школу. Там были Полина, Семён и ещё какие-то мальчики. Ну Полина высказала мне всё о чём думает, какая я плохая, что испортила ей жизнь, когда показала тебе что она вытворяет на дискотеке. Семён тоже вставлял свои пять копеек, а я говорила им правду в лицо, в грубой форме. Ну и поплатилась за это, очень сильно поплатилась. – девичье тело дрожало от холода или от тяжёлых воспоминаний этого дня. Как бы плед не помогал, но согреться никак не получалось. Пока Маша размышляла чужие руки обхватили её сзади за талию, прижимая к массивному телу. Как кролик вовремя опасности, девушка замерла, почувствовав как Рома положил свой подбородок на белокурую макушку. В нос ударил запах табка и тяжёлого парфюма, совсем невисомного, от чего Маше хотелось ещё больше его почувствовать. – Что было дальше. – мужской баритон вибрацией отдавался по хрупкому телу, но уже не болезненно, а приятно. – Да нечего то говорить, Семён меня отпинал как футбольный мяч, бросил в стену и все ушли. Я помню как вышла из территории школы, но ничего больше не помню. Вроде бы домой собиралась. – Маше было неловко от такой близости с Ромой, в голову лезли слова Полина "Рано или поздно ты полюбишь его, начнёшь бегать за ним, думаешь он ответит тебе взаимностью?" покрутив немного головой Маша выбросила эти мысли. "Друг, только друг" подумала девушка и почувствовала как сильные руки ещё больше обвили её талию. – Не волнуйся, я разберусь. – Рома затянулся в последний раз и бросил бычок в снег. Маша почувствовала как сердце пропустило удары, эти слова много значили для неё, даже очень. Ей хотелось сказать "я сама", ведь привыкла разбираться с проблемами самостоятельно, но нет смысла этого говорить. Девушка бросила окурок и зашла в гараж, она облизала губы, чувствуя приторный шоколадный вкус. – Я помню что твоя бабушка уехала к подруге, поэтому ты можешь здесь остаться до понедельника, только не сломай ничего. – Рома расстегнул олимпийку, оголяя торс и сразу открыл капот машины. Зелёные глаза пробежались по телу, заворожённо наблюдая за каждым открытым изгибом. – О, очнулась на! – Игорь распахнул дверь, ставя на пол пакет с едой. – Как себя чувствуешь? Кто это вообще это с тобой сделал? – расспрашивали бурят параллельно ставя на стол еду и напитки. – Семён и Полина. – серьёзно ответил за Машу Рома, ковыряясь в машине. – Да ну нахуй на! – А чего ты удивляешься? Они давно меня ненавидят, Семён вообще с первого дня знакомства. Друзья начали есть доширак и разговаривать на смешные темы. Маша с интересом слушала спор двух друзей, о том что надо первым поменять в машине и кто из них более тупой. Она тихо хихикала из-за этого, ведь парни чуть не перешли на драку. Время переваливало за полночь, одно счастье, что завтра в школу не надо. Трое подростков решили поиграть в карты, что Рома, что Игорь, всё время возмущались победам Маши, даже обманывая её. – Блять да как так то! – крикнул Пятифан бросив оставшиеся карты. – Играть научись, лошок! – громко смеясь проговорила Маша. Но как бы весело не было, была уже глубокая ночь и надо было ложиться спать. Бяша отправился домой, но перед уходом позволил себе шутку в адрес Маши и Ромы, за что в него полетел какой-то инструмент. За железными и толстыми дверями выла метель, словно стая волков вышли на охоту во мраке леса. Маша слушала эти звуки природы, прислушиваясь к каждому шороху. Быть может это кого-то пугало бы, но девушка наоборот наслаждалась, удивляясь песни природы. Блондинка держало подушки, пока Рома раскладывал диван. Маша совсем погрузилась в свои мысли, не замечая происходящего. Что снова сделает Рома с Семёном? Он в прошлый раз избил его, но тот всё равно поднял руку. А если Рома сделает это снова, то Бабурин опять изобьёт Машу? От этих мыслей девушка кусала свои губы до крови, морщя носик от боли, но не останавливалась. "Может зря рассказала Роме? Надо было оставить рюкзак, потом как-нибудь забрала его. А если после этого ничего не изменится или ещё хуже станет?" – Ало блять! – крикнула Рома и немного потряс Машу выводя из мыслей. Та подняла глаза и не понимала что происходит и что от неё хотят, посмотрев по сторонам, словно ищя ответ, она снова взглянула на Рому. – Что? – тихо ответила Колесникова ничего не понимая. – Так понятно, пошли на перекур. – Пятифан взял подушки из рук подруги и кинул на диван, захватил две куртки и открыл железную дверь. Поджигая красный Мальборо Рома протянул зажигалку Маше. Та взяла в рот шоколадный Чапман, но из-за ветра зажигалка быстро потухла, а после и вовсе не поджигалась. – Тогда по старинке, как раз попробую твои сигареты. – Пятифан с лёгкой улыбкой забрал у Маши сигарету, которую она держала в губах, и протянул свою. Маша поднесла её к губам и, как в первый раз, с интересом наблюдала за шатеном. Рома немного нагнулся, что б быть на одном уровне с блондинкой, и втягивал в себя сигарету, пока та не зажглась. Колесникова снова заворожённо смотрела за ним, как опустил глаза на сигарету, как втягивал дым. Внутри что-то произошло. Что-то странное, такого она никогда не чувствовала и правильно описать не могла. Тёплая волна, которая после себя оставляла холод? Быть может, но это тепло кололо, словно тысячи маленьких иголок. Рома выпрямился и отдал сигарету, Маша тут же его забрала, но продолжала наблюдать. Пятифан провёл языком по своим губам, чувствуя приторный вкус. А Колесникова, как вкопанная за этим наблюдала, не могла оторвать взгляд, будто впервые видела Рому. – Боже, как это сладко, ты ещё за это кучу бабок отдаёшь. Но в этом что-то точно есть, только не для меня. – низкий голос вывел её из ступора. В зелёных глазах словно пропал блеск. Маша сделала глубокую затяжку и облокотилась об холодный метал, смотря в темноту леса. Рома внимательно за ней смотрел, не понимая что с ней происходит, но знает как ей больно. – Чего ты боишься. – Что? – блондинка чуть наклонила голову набок, поднимая взгляд на него. – Тебя что-то тревожит, что? Я же прекрасно это вижу. – Рома принял такую же позу что и его подруга, пытаясь понять её полностью. – А что если это не закончится? Если Семён и Полина продолжат, я не хочу этого. Меня засунули в эту дыру, не спросив хочу ли я. Внутри была надежда что найду хотя бы здесь спокойствие, тихое место и тихие мысли, но нет блять! Подруга детства меня ненавидит из-за тебя, какой-то жирдяй ещё с первого дня хотел мне врезать! Вот только никто из них не говорит почему, ладно одна, по ней видно что за причина, а второй, я ему нихуя не сделала! – Маша срывалась на крик от эмоций, после чего устало смотрела на верх, видя маленькую россыпь звёзд. – Я знала что мне не станет здесь легче, но не знала что станет ещё хуже. – уже тихо проговорила девушка. Роме стало тяжело, он молча слушал выплеск эмоций, не зная как помочь ей. Видел, как по её щекам текли слёзы, слышал тихие всхлипы и как снова дрожало маленькое тело. Внутри него бушевал гнев, на Семёна, на Полину, уже представлял как уложит Бабурина в больницу и какую проведёт беседу с Морозовой. – Пошли. – тяжело вздыхая сказала Рома, приподнимая подругу за плечо. Пятифан везде выключил свет, лёг на диван, а вместе с ним легла Маша. Даже на небольшим расстоянии он чувствовал её напряжение в теле, и в какой-то момент его это позабавило. – Не волнуйся, приставать не буду. – ухмыляясь ответил Рома. В этот момент Колесникова сама усмехнулась, забыв про свои страхи и обиды. Она как губка взяла его весёлое настроение и улыбаясь ответила ему. – Как будто ты думал об этом. – Тебя куда не тронешь тебе щекотно. – Пятифан тыкнул пальцем в бок Машу и та сразу дёрнулась. – Щекотно! – Я об этом же, тебе с детства от всего щекотно. – смеясь сказал Рома. – Я же не одна такая. – блондинка резко прикоснулась к рёбрам Ромы, тот от неожиданности дёрнулся и чуть не упал с дивана. Маша засмеялась, чувствуя как живот болит от ударов, но пыталась этого игнорировать.

***

Время уже переваливало за четыре часа утра, Рома крепко спал, иногда хмурился из-за сна. Кошмар снова настиг Машу, показывая одни и те же картины. Она металась на подушке, её лицо искажала гримаса ужаса, а пальцы судорожно сжимали край одеяла. Сон был ярким, безжалостным красочно описывая каждую деталь. И когда Маша снова сделала не тот прыжок, то тело само нашло спасение, она резко села на кровати, разорвав тишину коротким, обрывающимся криком. В комнате стояла звенящая тишина, нарушаемая только её судорожным дыханием и спопением Ромы. Кошмар отступил, оставив после себя лишь холодный пот и стук сердца в ушах. Дрожащими ногами, Маша тихо накинула куртку и вышла из гаража. Тихо закурив она смотрела себе под ноги, именно сейчас темнота и вой ветра ей не нравился. Минуты три потупив и чувствуя расслабление от табака она вернулась в постель. – Че случилось. – от чужого голоса Маша вздрогнула, Рома уже проснулся и сел на диван. Тёмные короткие волосы небрежно торчали, а некоторые пряди спадали ему на глаза. – Кошмар приснился. – Про то, как ты ломаешь себе ногу? – Пятифан наблюдал как Маша ложится на своё место и резко посмотрела на него с вопросом. – Блять откуда ты знаешь. – Когда в последний раз приходил к твоей бабушке, она рассказывала, мы тогда с Игорем вахуи были. – Рома опустился на подушку и повернулся к Маше, взяв её за руку. – Бяше тоже снились кошмары, таблетки купить не мог и тогда твоя бабушка ему заваривала какой-то чай. Спал как убитый, попроси её, тебе то она точно не откажет. – девушка чувствовала тепло его руки и как голос успокаивал своим спокойствием и шёпотом. – Хорошо, спи. – прошептала Маша, сжимая руку Ромы.