Глава 290. Отправка цветов
31 декабря 2025 г., 13:02
Едва Гу Ебай договорил, в дверь кабинета вошел курьер с огромным, кричаще-алым букетом роз.
— Это заведующему Су? — робко переспросил он.
Су Бэй взглянул на цветы, и его лицо исказила легкая гримаса. Розы выглядели для него отвратительно – вульгарно и неопрятно.
— Выбросьте, — отрезал он, не глядя, и махнул рукой.
Поскольку он не положил трубку, Гу Ебай отлично расслышал эту короткую реплику.
— А что, не нравятся? — в его голосе звенела насмешливая нотка.
Су Бэй ответил медленно, отчеканивая каждое слово:
— Они слишком грязные.
Гу Ебай рассмеялся, низкий смех прозвучал прямо в телефонной трубке:
— Разве доктор Су не планирует излечиться от своей мании?
— В будущем прекрати делать такие вычурные вещи, — в голосе Су Бэя прозвучало отчаяние. — Всё, что проходит через мои глаза в таком виде, становится… невыносимым.
На другом конце провода Гу Ебай скосился на человека, корчившегося у его ног от боли – того самого, чья отсеченная ладонь лежала тут же. Уголок его рта скривился в холодной, бездушной улыбке.
— Разве не так поступают влюбленные? — поинтересовался он, и крики на заднем плане стали чуть громче.
Су Бэй, разумеется, их услышал, но его тон не дрогнул:
— Это – у обычных пар. Нам такое не нужно.
Он сделал едва заметную паузу и добавил деловито:
— Если собираешься прийти сегодня вечером, не забудь продезинфицироваться. Не хочу чувствовать запах крови.
— Слушаюсь, — почтительно, но с той же игривой усмешкой отозвался Гу Ебай.
Положив трубку, он лениво подпер голову рукой. Крики вокруг больше не занимали его мысли. Он размышлял только об одном: что же за человек этот Су Бэй?
Он признавал: специально дал тому услышать сцены расправы, ожидая хоть какой-то реакции – брезгливости, страха, осуждения. Но не последовало ничего. Ничего, кроме заботы о гигиене.
Этот человек был странным, непостижимым – и оттого любопытство Гу Ебая разгоралось всё сильнее.
[Значение захвата цели увеличилось на 5%. Общий прогресс – 27%], — прозвучал в его сознании механический голос.
После обеда в тот же день медсестра, запыхавшись, влетела в кабинет Су Бэя.
— Заведующий, вы в курсе? Случилось кое-что ужасное!
Су Бэй оторвался от бумаг и вопросительно приподнял бровь.
— Что такое?
— Доктор Бай… Бай Лоло! — медсестра понизила голос до таинственного шепота. — Её и её парня обвиняют в том, что они избили ребенка в бассейне! Вся эта история в трендах Вэйбо, на них обрушился просто шквал ненависти!
Су Бэй на мгновение задумался, прежде чем в памяти всплыли контуры знакомого сюжета. Да, такое должно было случиться… но, кажется, несколько позже.
Если кратко: Бай Лоло с парнем действительно были в бассейне. Какой-то ребенок вел себя отвратительно – приставал, хватал, а когда получил замечание, осыпал их потоком оскорблений и непристойностей. Вспыльчивый парень Бай Лоло не сдержался и дал ребенку пощечину.
Позже, когда парень ушел по делам, а Бай Лоло одна собиралась в раздевалке, ее заблокировала разъяренная семья того самого ребенка. Дело едва не дошло до драки.
«И здесь, по законам жанра, должен был неожиданно появиться Гу Ебай, чтобы сыграть роль героя», — мелькнула у Су Бэя ироничная мысль. Вероятно, так и было.
В сеть же попало вырванное из контекста видео: только момент, где взрослый мужчина бьет ребенка. Естественно, общественность взорвалась. Бай Лоло, как соучастницу, травили с особой жестокостью. Давление было таким сильным, что больнице пришлось временно отстранить ее от работы.
Одна девушка, свидетельница всего происшествия, попыталась вступиться за Бай Лоло в сети. Но без полного видео ее слова посчитали оправданием насилия. Девушку тоже начали травить, выложили ее личные данные, слали угрозы и мерзости. В итоге ее довели до самоубийства.
А Бай Лоло, запершуюся дома, терроризировали: били окна, забрасывали квартиру мусором. Связаться с парнем, ушедшим на задание, она не могла и была вынуждена просить о помощи единственного, кто оказался рядом, – Гу Ебая.
Развязка была предсказуемой: Гу Ебай нашел полное видео с камер наблюдения, восстановив истину. Толпа, еще вчера ярившаяся, мгновенно переметнулась, обрушившись с извинениями и новыми атаками, но уже на семью ребенка.
По сути, весь этот цирк служил лишь одной цели – сблизить главных героев, разжечь в Гу Ебае желание защищать. Заодно демонстрируя, на какое низкое зло способна разъяренная толпа, жаждущая найти виноватого.
