Глава 419. Как родного сына
17 января 2026 г., 20:41
Су Бэй еще не успел как следует все обдумать, как Чжань Щаочэнь протянул руку, резко дернув к себе на колени и начал стаскивать с него штаны. Глаза Су Бэя округлились от удивления, однако на смену шоку тут же пришло странное возбуждение.
«Система, это что за стремительный сюжетный поворот? Я к такому не готов!»
Но в следующий миг все мысли вышибли пронзительной болью, обрушившейся на самое уязвимое место. Голос его сорвался, превратившись в сдавленный стон.
Чжань Шаочэнь! Дернул его за штаны и теперь… отшлепывал!
Звонкие, безжалостные шлепки, гулко отдававшиеся в его ушах, заливали щеки жгучим стыдом. Ему, взрослому мужчине, пусть и в теле подростка, уже за двадцать! Вкатываться обратно в старшую школу было унизительно само по себе, но это… это переходило все границы!
«Неужели он в самом деле решил, что я его приемный сынишка? — в отчаянии подумал Су Бэй. — Тогда какой может быть разговор о "завоевании"? Это полный провал!»
А Чжань Шаочэнь, с каменным лицом, продолжал методично опускать ладонь. Сам он не мог объяснить этот внезапный порыв. В последнее время его поступки становились все менее предсказуемыми, словно какие-то глубокие инстинкты прорывались наружу.
«Ладно, — сухо решил он про себя, — пусть послужит уроком нерадивому отпрыску. Надо же его как-то воспитывать».
Наконец он отпустил Су Бэя. Подушечки пальцев сами собой потерлись друг о друга, запоминая ощущение, странно приятное и не до конца удовлетворенное.
Чжань Шаочэнь резко оборвал эту мысль, лицо его не дрогнуло. Он смотрел на юношу, который, красный от стыда и боли, поспешно натягивал штаны.
— Понял теперь, в чем был неправ? — прозвучал холодный, властный вопрос.
В этот момент в сознании Су Бэя всплыло сообщение системы:
[Значение захвата цели увеличилось на 5%. Общий прогресс – 17%.]
«Ай!» — Су Бэй присвистнул сквозь зубы. Задница пылала, будто ее опалили огнем. Этот извращенец… объект завоевания.
— Значит, по-твоему, — выпалил он, — мне нужно было просто подставить другую щеку? Дать им себя избить?
— Или… может, начать регулярно платить им «дань за спокойную жизнь»? — язвительно добавил он. — Ладно, с твоими-то деньгами это не проблема.
Лицо Чжань Шаочэня потемнело еще сильнее.
— Похоже, урок не пошел впрок, — произнес он низким, опасным голосом и сделал шаг вперед, словно собираясь повторить экзекуцию.
Су Бэй инстинктивно отпрянул. В его голове мелькнула дерзкая догадка. Он моргнул, пытаясь придать лицу максимально невинное выражение.
— Я… не должен был лезть в драку? И уж точно не должен был… проиграть? — осторожно начал он. — Мне следовало сразу позвонить тебе, чтобы ты приехал и… разобрался?
Напряжение в позе Чжань Шаочэня слегка спало. Хотя формулировка была далека от идеала, суть юноша уловил верно. Да, он разгневался, увидев синяки на его теле. В тот миг его охватила слепая ярость, и единственным ясным желанием было стереть с лица земли всех, кто посмел его тронуть. От одной этой мысли внутри вновь заклубилась черная, знакомая буря. Он с силой подавил ее и, сохраняя ледяное спокойствие, изрек:
— Поскольку ты, кажется, начал что-то понимать, можешь идти ужинать. Запомни: если в школе снова возникнут проблемы, ты немедленно звонишь мне.
Он выдержал паузу, его взгляд стал тяжелым.
— Для простоты можешь обращаться ко мне «дядя Чжань».
Су Бэй едва сдержал порыв закатить глаза к небу. Вот это поворот! Разница-то всего в каких-то пять лет! «Дядя»… да он просто извращенец!
Прихрамывая от боли, Су Бэй спустился в столовую. Взгляд Ся Кэцин, встретивший его, был настолько откровенно враждебным, что его можно было потрогать. Он его почувствовал, но ему было не до того – в голове вовсю крутились куда более колоритные эпитеты в адрес «дяди Чжаня».
Едва Су Бэй попытался сесть на жесткий стул, как взвился на ноги с гримасой муки. Чжань Шаочэнь, наблюдавший за ним, едва заметно дрогнул уголком губ.
— Принесите подушку, — тихо распорядился он служанке.
Весь ужин прошел под ледяным, ненавидящим взором Ся Кэцин, которая лишь перебирала еду на тарелке. Закончив, она молча взяла за руку свою младшую сестру, Ся Кэкэ, и потянула ее наверх. Су Бэй успел заметить, как в глазах девочки перед уходом мелькнула быстрая, как вспышка, тень страха.
Он облокотился на стол, подперев подбородок, и проводил их задумчивым взглядом. Похоже, в этой истории были детали, о которых не рассказывала даже система. Что ж, он уже привык – сюжетные сводки от 748 всегда грешили неточностями, особенно когда дело касалось главных героев.
На следующее утро Су Бэй проспал. Чжань Шаочэнь сам вошел в его комнату и, не раздумывая, резко сдернул одеяло.
И… так же резко накрыл его обратно, лицо оставалось непроницаемым.
— Пятнадцать минут, — прозвучал его безжалостный ультиматум, прежде чем он развернулся и вышел.
