Краткое руководство по перемещению: Злодей, умоляю, отпусти!/快穿攻略：大佬，求放过!

Вернувшись в особняк глубокой ночью, Чжань Шаочэнь замер на пороге, едва пальцы нашли выключатель. При свете он увидел в своей кровати спящего Су Бэя. Свет погас. Он медленно опустился на край матраца и в кромешной темноте стал разглядывать очертания спящего лица. Чжань Шаочэнь верил, что время лечит – что образ Су Бэя постепенно померкнет и сотрётся из памяти. Но чем упорнее он старался избегать Су Бэя, тем навязчивее тот являлся в его мыслях. И в снах – тех самых, повторяющихся с мучительным постоянством. К другим он оставался холоден и равнодушен. Лишь одно присутствие Су Бэя пробуждало в нём этот знакомый, стыдный жар, разливавшийся по жилам с пугающей лёгкостью. [Значение захвата цели увеличилось на 5%. Общий прогресс – 57%.] Механический голос системы 748 грубо ворвался в тишину, заставив Су Бэя вздрогнуть и открыть глаза. Во тьме его взгляд сразу нашел и скрестился с пристальным взглядом Чжань Шаочэня. Не раздумывая, Су Бэй поднял руку, обвил шею мужчины и резко притянул его к себе. — Разве дядя Чжань не в командировке? — его шёпот прозвучал насмешливо и слишком близко. В груди Чжань Шаочэня болезненно ёкнуло. Его потянуло к этим глазам, что сияли даже в темноте, – захотелось прикоснуться к ним губами. Но он не дрогнул, ответив бесстрастно и отчуждённо: — Отпусти. Су Бэй приблизился ещё, его тёплое дыхание обожгло кожу уха. — О чём задумался, дядя Чжань? Сердце Чжань Шаочэня сжалось от острого, почти болезненного ощущения. Ему казалось, что этот проницательный взгляд видит насквозь, читает все его потаённые, неприличные мысли. Но даже под этим разоблачающим вниманием он не позволил себе выдать ни единой эмоции. — Дядя Чжань, — продолжил дразнить Су Бэй, и в его голосе зазвенела насмешка, — вы такой трусишка. Эти слова стали последней каплей, оборвавшей тонкую нить его самообладания. Чжань Шаочэнь резко наклонился и захватил его губы, грубо и властно заставив замолчать. Этот вкус…чертовски сладок, а чувство опьяняет, он не мог остановиться, теряя остатки рассудка. [Значение захвата цели увеличилось на 10%. Общий прогресс – 67%.] Когда поцелуй прервался, Су Бэй тяжело дышал, и каждый его прерывистый вздох отдавался в Чжань Шаочэне низким, глухим эхом. Тот с трудом выговорил, и голос его звучал хрипло и чуждо: — Уже поздно. Спи. Су Бэй разжал объятия. Чжань Шаочэнь поднялся и, не оглядываясь, шагнул в сторону ванной. За закрытой дверью вскоре послышались приглушённые звуки и сдавленные стоны, ясно говорившие о том, что водные процедуры – не единственная его цель. Су Бэй медленно провел пальцем по собственной нижней губе, где ещё жило тепло и воспоминание о прикосновении. «Забавный, — подумал он про этого Чжань Шаочэня. — Интересно, теперь-то он сможет со спокойной совестью вести под венец свою Ся Кэцин?» На следующее утро Ся Кэцин вышла из комнаты Су Бэя. Увидев в холле Чжань Шаочэня, она порывисто бросилась к нему, но он инстинктивно отступил в сторону. Девушка пошатнулась, едва сохранив равновесие. — Я и представить не могла, что Су Бэй окажется таким… человеком, — выпалила она срывающимся голосом. Чжань Шаочэнь холодно посмотрел на неё. — Каким именно? Ся Кэцин замялась, на её лицо набежала краска унижения. Она опустила глаза. — Он… ко мне приставал. И запер меня в своей комнате. Внутри Чжань Шаочэня не шевельнулось ни единой чувствительной струны. Его слова прозвучали ровно и окончательно: — Кэцин, мы не будем жениться. Она резко вскинула голову, глаза округлились от непонимания. — Почему? — Без причин, — его лицо оставалось непроницаемой маской. Он и правда когда-то хотел взять на себя эту ответственность. Но он любил мужчин. Женитьба на ней стала бы ложью и пыткой для них обоих. Ся Кэцин не могла поверить. Это казалось абсурдом. Всё рушилось в одно мгновение. — Но ты же… обещал, — выдавила она, пытаясь говорить спокойно. — Да, — подтвердил он без колебаний. — Обещал. Но сейчас я не могу этого сделать. Потому что он любил мужчин. Потому что его влекло к Су Бэю. Ся Кэцин вдруг засмеялась. Смех вышел резким, истеричным, пугающим. — Из-за него? Из-за Су Бэя? Чжань Шаочэнь промолчал. Для неё это молчание стало красноречивее любого признания. Ярость, долго копившаяся под спудом, хлынула наружу. Так и знала! Во всём виноват он! «Су Бэй… — мысль жгла её изнутри. — Мой злой рок».