Тайны Джона

Лололошке — двадцать три. Годы, отмеренные Началом в его сознании, превратили его из молчаливого мальчика в собранного, целеустремлённого исследователя. Голос внутри оставался его главной тайной: делился он им только с Сашей. Остальные — даже любящие приёмные родители — могли бы не понять. Он прошёл школу одним рывком, за ним последовал университет: докторантура по физике континуумов и параллельное изучение психологии. Его истинный интерес лежал глубже учебных программ: природа его вселенной, механизмы мироходства, поиск мостов между реальностями. В этих поисках он и встретил Его — в продвинутом, но раздираемом конфликтами мире. FlackJK. Джонни. Обкуренные белые волосы, голубые очки, простая белая футболка. На его руках — проклятие: правая пылала алым холодным огнём, левая — синим. Он носил перчатки, чтобы просто пожать руку. Их прикосновение было странно тёплым. Джонни был спокойным центром небольшой, хаотичной группы: серьёзный и неумолимый Кайл, болтливый и агрессивный Time Conqueror (Андрей), и Юни — решительная, грубоватая, стремящаяся к смене гендера. Лололошка вписался в эту компанию, став её самым остроумным, хотя и не самым шумным членом. С Кайлом и Андреем его связывали деловые интересы; Юни вызывала у него лишь тихое, лишённое осуждения понимание. Но главным открытием стало для него имя. Джон Харрис. Ему до боли понравилось ися Джонни, а от него легко прийти к Джон. Оно легло на него, как что-то давно забытое и знакомое. Он решил оставить фамилию приёмной семьи — Харрис. Получилось немного вычурно: Павлович Джон Харрис. Но в этом был свой смысл — сплав того, что ему дали, и того, что он выбрал сам. Как же можно забыть о Междумирцах. Он смог откапать в одном из миров информацию о них. Но он и не думал, что случится это. Мир, где они встретились, был переходным — нестабильная нейтральная территория на стыке трёх реальностей, напоминающая вечно сумеречный, полуразрушенный мегаполис. Воздух звенел от фоновых разрывов. Именно здесь Джон впервые ощутил другой взгляд. Не любопытный, не враждебный, а аналитически-холодный, словно скальпель, пытающийся рассечь его на составные части. Он обернулся. Тот, кто наблюдал, стоял в тени обрушенного портала. Высокий, почти неестественно худой, в длинном, простом плаще тёмно-оранжевого, почти чёрного оттенка — цвета праха между мирами. Лицо было скрыто глубоким капюшоном, но оттуда светились два глаза ярко-мандаринового света, лишённых зрачков. Это был Междумирец. Член «Алианса Тёмнейших» — организации, чьё имя в определённых кругах мироходцев произносили шёпотом, со смесью страха и презрения. — Твоя сила… она неправильная, — прозвучал голос. Он был сухим, безэмоциональным, но в нём чувствовалась лёгкая, раздражённая вибрация, будто говорящему приходилось напрягаться, чтобы просто произнести слова. — Не мироходца. Не мага. Не божественного артефакта. Она структурна. Джон замер, мгновенно оценивая угрозу. Кайл рядом напрягся, рука неосознанно потянулась к оружию. Междумирец не сделал ни одного движения. Он просто наблюдал. — Я не предлагаю союза, — продолжил он, и в его тоне прозвучало отвращение к самой идее. — «Алианс Тёмнейших» не нуждается в попутчиках. Но твоя сила… это сила Бога Пространства. Неискажённая временем или чужой волей. Он сделал паузу, и яркий свет его глаз будто сфокусировался на Харрисе ещё острее. И прежде чем кто-либо успел ответить, пространство вокруг него дрогнуло, словно мираж. Он не исчез в вспышке или портале. Он просто перестал быть здесь, растворившись в самой ткани этого переходного места, оставив после себя лишь ощущение ледяного, раздражённого интереса…